Поворачивая голову в такт движениям гребня, Кэтрин представила себе Эдварда. Вот он зарывается лицом в ее грудь, ласкает ее губами и языком, доводя до вершин наслаждения. Вот она садится на него верхом и вводит его меч в ножны, наслаждаясь его величиной и мощью. Кэтрин ощутила влагу между ног и, проведя рукой по груди, почувствовала, как напряглись соски.
— Ублюдок! — пробормотала она, вспомнив, как обошелся с ней Эдвард в их последнюю встречу.
— Сильнее! Чеши сильнее! — резко приказала она горничной — и вдруг вскочила, оттолкнув ее руку. — Где эта мерзавка? — завопила она, обращаясь к перепуганной молоденькой служанке. — Приведи ее сюда! Неважно как, хоть за волосы тащи — но чтобы она была здесь! Сию же секунду!
Девушка что-то пискнула и стремглав выскочила за дверь.
Джейми со свечой в руке шла по коридору. Погруженная в свои мысли, она столкнулась с горничной, только что выскочившей из спальни Кэтрин.
— Ох, мистрис Джейми! — радостно воскликнула девушка. — Спасибо! Спасибо вам, что пришли!
— Что, рвет и мечет? — усмехнулась Джейми, показав глазами на дверь.
Служанка кивнула, переминаясь с ноги на ногу.
— Так, может быть, не стоит ей докучать? Зайду завтра, когда ее будущее величество придет в более доброе расположение духа!
Джейми шутила, но на лице горничной отразился настоящий ужас.
— Нет, миледи, пожалуйста! Она с меня кожу живьем сдерет, если я осмелюсь вернуться без вашей милости!
— Кожу сдерет? — повторила Джейми. — Неужели наша Кэтрин на такое способна? Содрать кожу с ни в чем не повинной девушки?
— Еще как! — с ужасом в голосе прошептала горничная. — Хоть я совсем недавно служу у ее вел… то есть у ее милости, но мне кажется… Знаете, у нее все горничные такие странные! Молчат-молчат, ни словечка не вымолвят! Мне кажется, у них у всех отрезаны языки! Джейми отвернулась, чтобы скрыть улыбку.
— Хорошо, дорогая, пойдем. Я не прощу себе, если по моей вине ты останешься без кожи или без языка.
— Добрый вечер, Кэтрин. Хорошо ли ты устроилась? Тебе здесь лучше, чем в нашей старой спальне?
Джейми с любопытством и насмешкой оглядывалась вокруг. Год назад Кэтрин спала вместе с Джейми и Мэри: но невесте короля, разумеется, требовались отдельные апартаменты — самые лучшие, какие только можно найти в Кеннингхолле!
Явившись во дворец, Кэтрин решительно заняла лучшую спальню для гостей, огромную, словно парадная зала. Дубовые стены задрапированы красным бархатом, посреди комнаты возвышается огромная кровать под балдахином с гербом и королевскими вензелями. Повсюду разбросаны роскошные наряды — Джейми насчитала не меньше дюжины. Вокруг хозяйки суетятся две горничные. Казалось, в этой комнате идет подготовка к празднику. В какой-то мере так оно и было: уже несколько месяцев Кэтрин готовилась к свадьбе.
— Счастлива, что ты наконец-то выкроила для меня время, — саркастически заметила Кэтрин.
— Я бы и еще задержалась, но, к сожалению, больше никаких дел не осталось, — иронически отозвалась Джейми. Она понимала, почему вся эта роскошь произвела такое впечатление на Мэри, но сама Джейми и не думала завидовать своей блестящей кузине. — Вот и решила зайти посмотреть, не нужно ли тебе чего.
— Как любезно с твоей стороны, — промурлыкала Кэтрин, — особенно если учесть, что я посылала за тобой дважды.
— Так зачем ты хотела меня видеть, Кэтрин? — взяла быка за рога Джейми.
— А ты все такая же нетерпеливая! Может быть, поздравишь меня для начала? Или в Шотландии знатных девиц не учат хорошим манерам?
Горничные продолжали свою работу бесшумно, как привидения. Ни одна не поздоровалась с Джейми, даже не подняла на нее глаз — как будто они не замечали, что в комнате появился новый человек. «Неудивительно, — подумала Джейми с улыбкой, — что эта девочка считает их немыми!»
— Ах да, как же я могла забыть? — насмешливо протянула она. — Мои поздравления, Кэтрин! Из вас с королем получится прекрасная пара!
Не поворачивая головы, Кэтрин злобно уставилась на отражение кузины в зеркале. Джейми сладко улыбнулась ей в ответ.
Кое-как совладав с приступом гнева, Кэтрин сделала горничным знак выйти. Одна за другой женщины склонялись перед хозяйкой в почтительном реверансе и выскальзывали за дверь, по-прежнему не поднимая глаз. Наконец кузины остались одни.
— Я слышала, тебя тоже можно поздравить, — тихо и угрожающе заговорила Кэтрин, поднимаясь на ноги. — У тебя ведь тоже скоро свадьба.
«Боже мой, и она туда же!» — обреченно подумала Джейми. Как измучили ее эти бесконечные разговоры о свадьбе! Когда же наконец она сможет поговорить начистоту с самим Эдвардом?
— Тебе, прямо сказать, повезло, — продолжала Кэтрин. — Право, ты поумнела, Джейми, — или всегда была себе на уме? Я и не подозревала о твоих столь далеко идущих планах. Как тебе это удалось? Чем таким ты опоила Эдварда — а заодно и его отца?
— Стоит ли говорить об этом? — тихо ответила Джейми. За несколько месяцев общения с Кэтрин она усвоила, что лучший выход — не отвечать на ее провокации. Никакие оскорбления Кэтрин не заставят ее сказать правду!
— По-моему, очень даже стоит! — промурлыкала Кэтрин, подходя ближе. — Ведь, выйдя замуж за Эдварда, ты сможешь остаться в Англии навсегда! Отличный выход для человека, который так ненавидит свою родину!
— С чего ты взяла, что я ненавижу Шотландию? — резче, чем собиралась, спросила Джейми.
— А разве нет? Ты живешь здесь уже больше года — и, кажется, не собираешься домой! — Хищная улыбка Кэтрин заставила Джейми пожалеть о том, что она так долго прожила в Кеннингхолле. — А много ли раз ты ездила в Шотландию — хотя бы — затем, чтобы навестить родных? Но я понимаю — это же такое долгое и трудное путешествие.
Джейми молчала. Она не собирается объясняться и оправдываться. Во всяком случае, перед Кэтрин.
— Да, тебе очень повезло, — продолжала королевская невеста. — Ты начинаешь новую жизнь и сразу же получаешь имя и титул…
Джейми скрестила руки на груди. Она не скажет ни слова.
— Подумать только: одним ударом избавиться от мерзкой шотландской фамилии и получить благородное имя «Говард»!
— Довольно, Кэтрин! — взорвалась Джейми. — Я не стану молча слушать, как ты оскорбляешь меня, мою семью и дом. Зачем ты прислала за мной? Чтобы отточить на мне свой змеиный язык? Тогда объясни хотя бы, чем я заслужила такое отношение?
Кэтрин молча смотрела на нее, явно не собираясь отвечать. Джейми хотела повернуться и уйти, но ее остановила гордость: ведь тогда противница подумает, что она бежала с поля боя!
— Когда ты с ним сошлась?
Вопрос Кэтрин прозвучал словно гром с ясного неба. Сердце Джейми гулко забилось. Боже, откуда она знает о Малкольме?
— Н-не понимаю, о чем ты, — дрогнувшим голосом ответила она.
— Не притворяйся! Разыгрывать оскорбленную невинность я и сама умею!
— Ничего не понимаю, — нахмурилась Джейми. — О ком ты говоришь?
— Ты напрасно тратишь время на глупые отговорки. Отвечай!
— Кэтрин, у меня нет времени стоять здесь и слушать твои бредовые нападки, — резко ответила Джейми. — Можешь вытирать ноги о своих служанок, но со мной, дорогая кузина, такие штучки не проходят! Я ухожу.
Но она не успела сделать и шага к двери.
— Эдвард, дура! — завизжала Кэтрин. — Я говорю об Эдварде! Когда вы с ним снюхались в первый раз?
Вся сила воли понадобилась Джейми, чтобы ничем не выдать своего облегчения.
— Ты хочешь знать, когда Эдвард… — Она в изумлении покачала головой. — Когда он впервые переспал со мной?
Кэтрин кивнула, оскалившись в хищной улыбке.
— Вообще-то он любит молоденьких. — Едва созревших. Ты для него старовата. — Ее фальшивая улыбка не обманывала Джейми: в глазах Кэтрин она видела пламя неумолимой ненависти. — Я хочу знать, когда вы с ним сошлись! Неужели еще год назад? И все это время он спал с тобой?
— Ты хочешь знать то, что совершенно тебя не касается, — отрезала Джейми. — Так же, как постельные вкусы Эдварда не касаются меня. А что до нашей с ним предполагаемой близости…
Джейми запнулась, почувствовав, что краснеет. В конце концов, с какой стати она должна оправдываться перед этой стервой?
— Разговор окончен, Кэтрин, — заявила она и повернулась к дверям. Но на пороге обернулась и послала Кэтрин свою самую сладкую улыбку. — И запомни на будущее: встречаясь с кузиной после долгой разлуки, принято здороваться. Неужто благородных девиц в Англии совсем не учат хорошим манерам?
— Меня не обманешь: ты не девственница! — пробормотала Кэтрин, едва за Джейми захлопнулась дверь. — Этот ублюдок уже затащил тебя в постель! Он сам хвастался! Да и ты ничего не отрицала!
«Да, все так и есть», — думала Кэтрин. Будь Джейми невинна, она бы начала лить слезы и все отрицать. Таковы девственницы: эти дуры носятся со своей невинностью, словно бог весть с каким сокровищем!
Но эта шлюха ничего не отрицала. Не осмелилась лгать.
Сбросив с плеч шелковую шаль, Кэтрин устало опустилась на постель. На губах ее зазмеилась улыбка. Все оказалось даже легче, чем ей представлялось. Она ведь даже не сказала ничего особенного, а девчонка тут же вышла из себя! Еще немного усилий — и она, поджав хвост, удерет к себе в Шотландию. И останется только Эдвард.
С ним она расплатится сполна.
Глава 28
— Лети, красавец! — с этими словами Серрей отпустил черного сокола. Трое всадников восхищенно следили, как охотничья птица описывает широкие круги в безоблачном синем небе. Поодаль от знатных охотников стоял Эван, а за ним — еще несколько мальчиков и юношей: все они не сводили глаз с благородной птицы.
Джейми перевела взгляд на Малкольма. Она была счастлива видеть его здесь, но к радости примешивалась горечь от сознания того, как обманчива эта идиллическая картина. Малкольм только кажется свободным; солнце зайдет за горизонт, и, как и сокол, он вернется к себе в клетку.
Малкольм встретился с ней глазами, и сердце Джейми забилось в восторге: в его взоре она уловила отражение своей собственной радости.
— Очень хорошо, Эван, — произнес Серрей. — А теперь пусть ребята вспугнут дичь.
Всадники натянули поводья, готовые ринуться вскачь. Подручные Эвана рассыпались по лощине и медленно двинулись вперед, колотя палками по земле, чтобы производить как можно больше шума. Ни один фазан, прячущийся в высокой траве, не выдержит такой атаки. Птица непременно взлетит, не зная, что в небесах ее уже поджидает крылатый охотник.
Однако никто не ожидал, что из зарослей, спускающихся к берегу реки, выскочит великолепный олень. Охотники испустили восторженный крик; у Джейми перехватило дыхание при виде прекрасного животного.
Серрей выхватил у кого-то из охотников копье.
— Отзови сокола! — скомандовал он Эвану и поскакал за оленем. Охотники помчались вслед за графом и его добычей.
Неожиданная мысль поразила Джейми: сама судьба предоставляет им такой шанс! Пришпорив коня, она подъехала к Малкольму:
— Беги, Малкольм! Беги!
Он удивленно взглянул на нее. Боязливо оглянувшись через плечо, Джейми почти выкрикнула свою мольбу:
— Беги, Малкольм! Сейчас самый подходящий момент! Никто не заметит, что тебя нет, пока не станет слишком поздно! Я скажу, что послала тебя зачем-нибудь в замок, ну, словом, что-нибудь придумаю!
Но Малкольм сидел неподвижно, словно копыта его коня вросли в землю. Джейми в отчаянии оглянулась на удаляющихся охотников.
— В любой момент они могут вернуться! Ради бога, Малкольм, второго такого случая тебе не представится! Просто скачи на север! Беги же!
Малкольм покачал головой.
— Но почему? — воскликнула Джейми. — Разве ты не видишь — Серрей хочет, чтобы ты сбежал!
Шотландец снова покачал головой, на лице его изумленная Джейми прочла железную решимость.
— Тебе так не терпится от меня отделаться?
— Малкольм, клянусь ранами господними, сейчас не время обсуждать мои желания! — взорвалась Джейми. — Я думаю о твоем благе! Беги! Кто знает, когда вернется Эдвард? Если он увидит, что ты… — Голос ее дрогнул и смолк; отвернувшись, Джейми смахнула непрошеную сердитую слезу.
Малкольм развернул коня и придвинулся к ней вплотную. Вот он протянул руки, Джейми встретила его сердитым взглядом, но он привлек ее к себе и крепко сжал в объятиях.
— Чего ты боишься, Джейми?
Взгляд его, настойчивый и полный любви, заставил ее на миг забыть обо всем на свете.
— Я не хочу, чтобы тебя снова унижали, — прошептала она наконец. — И боюсь, когда Эдвард услышит мой отказ, его гнев обрушится на тебя.
— Отказ?
— Да, Малкольм. Я не выйду за него замуж. Никогда мне не быть его женой!
Малкольм крепче сжал ее плечи, и радость, сверкнувшая в его глазах, вознесла Джейми к небесам. Пусть он не разделяет ее страхов — он любит ее, а это главнее! Джейми смущенно опустила глаза, когда Малкольм поднес ее руку к губам.
— Джейми, я должен поговорить с тобой, — заговорил он, бросая взгляд в сторону охотников. — Но, боюсь, сейчас не самое подходящее время.
Сердце Джейми отчаянно забилось, переполняясь надеждой и страхом. На лице Малкольма читалась нерешительность: он явно собирался сказать что-то очень важное.
— Но ты права, — продолжал он с улыбкой, — воспользуемся случаем — ведь другой нам, может быть, и не представится!
Не говоря больше ни слова, он соскочил на землю и протянул руки Джейми. Она радостно спрыгнула в его объятия.
В погоне за оленем большинство охотников скрылись из виду; те же, кто остались в дальнем конце лощины, во все глаза следили за погоней и не представляли опасности для влюбленных. Скрытые двумя лошадьми, Малкольм и Джейми могли без опаски обнимать друг друга.
— Я люблю тебя, Джейми, — прошептал Малкольм, касаясь губами ее нежного рта. — Знаю, я наглец и безобразник и не заслуживаю ни любви, ни твоей руки. Много раз я несправедливо обижал тебя — и на острове Скай, и в этом богом забытом месте. Если ты назовешь меня негодяем, мерзавцем, тупоголовым варваром, от которого тебе одно горе, — я смогу только согласиться.
Джейми, счастливо улыбаясь, замотала головой, две слезы сверкнули у нее на ресницах и упали Малкольму на грудь, на черный бархат его камзола.
— Джейми, ты выйдешь за меня замуж? — хрипло спросил Малкольм. — Ты станешь моей женой?
Джейми подняла на него счастливые глаза. В этот миг она забыла обо всех опасностях, угрожающих Малкольму и их любви.
— Малкольм, я всю жизнь ждала, когда ты скажешь эти слова!
— Какие? Что я негодяй, мерзавец и тупоголовый варвар? — улыбнулся Малкольм, глядя на нее с обожанием.
Джейми, рассмеявшись, ударила его кулачком в грудь.
— Вот именно! Это мне больше всего в тебе и нравится!
— Так ты согласна? — Улыбка пропала с его лица: он крепче прижал Джейми к себе. — Ты выйдешь за меня замуж?
— Да, Малкольм, конечно, я согласна! — прошептала Джейми, поднимаясь на цыпочки и приближая губы к его рту. — Я выйду за тебя замуж и буду любить тебя всю жизнь!
Слова ее проникли в самое его сердце, заставив кровь быстрее побежать по жилам. Джейми же казалось, что душа ее парит в воздухе, сливаясь с душой Малкольма.
Не в силах более сдерживаться, Малкольм приник к ее губам. Обхватив его за шею, Джейми страстно отвечала на его поцелуй.
«Теперь нас ничто не остановит!» — думала она.
«Никто и ничто не посмеет встать между нами!» — думал он.
А высоко над ними, терпеливо высматривая добычу, кружил сокол, черный, как самая черная ночь.
Глава 29
— Кэтрин! — неожиданно обратился к кузине граф Серрей. — Может быть, ты знаешь, чем вызвано такое распоряжение отца? Зачем, во имя господа, его светлость требует Джейми ко двору, да еще такой короткой запиской? Ведь они с Эдвардом сами собирались скоро вернуться в Кеннингхолл! Что случилось, Кэтрин? К чему такая спешка?
Кэтрин задумчиво покачала головой: хотела бы она сама знать ответ! В беседе с королем она была очень осторожна, стараясь не проронить ни слова, которое могло бы навести Эдварда или его отца на ее след. Однако теперь ее мучили сомнения: может быть, эти двое как-то узнали о ее участии в том, что Эдварда постигла королевская немилость? Письмо в руках графа тревожило ее. Но, с другой стороны, откуда они могли узнать? Генрих не выдаст ее — в этом Кэтрин была уверена. Или выдаст? «Нет, — решила Кэтрин. — Ведь сейчас он влюблен в меня». И уж она приложит все усилия, чтобы страсть распутного короля длилась как можно дольше.
Но зачем дядюшке понадобилось вызывать шотландку ко двору? Этого Кэтрин никак не могла понять.
— А может быть, Эдвард почувствовал, что не может больше жить без Джейми? — предположила Мэри, поднимая глаза от рукоделья.
Кэтрин закашлялась, чтобы скрыть смешок.
— А его светлость решил, что это единственный способ утешить их исстрадавшиеся в разлуке сердца, — продолжала Мэри, все больше проникаясь своей идеей. — Если хотите знать мое мнение…
— Которого никто не спрашивает, — вставила Кэтрин.
Мэри покраснела и замолкла. Но Серрей внезапно обернулся к кузине:
— Так что ты хотела сказать, Мэри?
Опасливо покосившись на Кэтрин, девушка продолжала:
— Мне кажется, для Джейми будет просто счастьем отправиться ко двору! С тех пор, как Эдвард уехал, она просто сама не своя! Я каждый вечер молюсь, чтобы Эдвард поскорее вернулся и положил конец ее тоске!
Френсис, подняв глаза от своего рукоделья, вступила в спор:
— Я что-то не замечала, чтобы Джейми выглядела несчастной или тоскующей. Конечно, дел у нее много — ведь она следит за всем, что происходит во дворце. Возможно, порой она бывает рассеянной, усталой — и неудивительно, ведь у нее столько забот!
— Леди Френсис, я вовсе не хочу говорить о Джейми дурно, — покачав головой, смущенно ответила Мэри. — Но я никогда еще не видела ее такой раздражительной. — Граф снова углубился в изучение письма, и Мэри, конфиденциально понизив голос, закончила: — Не знаю уж, от любви это с ней или от усталости, но просто возмутительно, как она с нами обращается!
— С нами? — усмехнулась Френсис. — Мэри, а ты уверена, что не выдумываешь все это?
— Вовсе нет! — капризно возразила Мэри. — Да хотя бы сегодня утром. Джейми ведь знает, как я люблю охоту, а сама ушла, не разбудив меня, и даже записки не оставила! — Она значительно кивнула. — Да ей даже в голову не пришло передать приглашение лорда Серрея другим дамам!
— А я никого, кроме нее, и не приглашал, — вставил Серрей, отрываясь от письма.
Мэри, залившись краской, возмущенно повернулась к леди Френсис:
— Неужели он даже вас не позвал с собой? И Джейми единственная в Кеннингхолле удостоилась приглашения?
Френсис обернулась к мужу и встретила его смеющийся взгляд.
— Любовь моя! — с притворным удивлением воскликнул Серрей… — Я никак не думал, что ты захочешь скакать верхом после того, как мы с тобой всю ночь…
— Достаточно, Серрей! — краснея, остановила его Френсис.
Граф перевел взгляд со смущенного лица жены на столь же смущенную Мэри.
— Кузина, — заговорил он серьезно, — мы с Малкольмом вообще не собирались приглашать дам на охоту. Однако по дороге к конюшням встретили Джейми и позвали ее с собой.
— Но все же, милорд…
— Довольно, Мэри!
Френсис удивленно обернулась к мужу. В отличие от Эдварда, известного своей вспыльчивостью, лорд Серрей крайне редко позволял себе проявлять раздражение. Впрочем, порою всего несколько произнесенных им слов заставляли противника умолкнуть. Так случилось и сейчас: Мэри застыла с открытым ртом, а затем, вздохнув, снова занялась своим вышиванием.
Кэтрин — довольно улыбнулась, очевидно, радуясь, что Мэри поставили на место; но в следующий миг лицо ее вновь стало задумчивым, даже тревожным. Граф сделал жене знак глазами; повинуясь его молчаливой просьбе, Френсис встала, и оба они отошли в глубину зала.