logo Книжные новинки и не только

«Воины Александра Македонского» Михаил Елисеев читать онлайн - страница 18

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

2. Битва за Фивы (335 г. до н. э.)

Битва за Фивы стала первым крупномасштабным сражением с серьезным противником, в котором Александр участвовал в качестве командующего армией. Бои с фракийцами, трибаллами, гетами и иллирийцами не шли ни в какое сравнение с развернувшимся под стенами Фив грандиозным противостоянием. Недаром Арриан назвал Фивы «городом, первым тогда в Элладе по силе и воинской славе» (Anab.1,9). Победы над спартанцами при Левктрах и Мантинее навсегда прославили фиванское оружие.

Всё началось с того, что по Элладе прокатился слух о гибели Александра в Иллирии. Большую роль в его распространении сыграл афинский оратор Демосфен, убеждавший эллинов в гибели македонского царя. В Фивы вернулись изгнанные после битвы при Херонее противники Македонии и стали рассказывать согражданам о смерти Александра. Когда же Демосфен предъявил человека, который своими глазами видел смерть базилевса, фиванцы выдали желаемое за действительное и поверили оратору. Причем действовать стали быстро и решительно. Выманив из акрополя Кадмеи командиров македонского гарнизона Аминту и Тимолая, фиванцы их убили и атаковали крепость. Однако солдаты под командованием военачальника Филоты (не сына Пармениона) отразили штурм, пусть и с большими для себя потерями. Тогда фиванцы окружили Кадмею рвом и частоколом, надеясь уморить защитников акрополя голодом. Греки были уверены в победе, поскольку, по их мнению, после смерти Александра помощи осажденным ждать было не от кого и неоткуда. В Аркадию, Элиду и Аргос фиванцы отправили послов с просьбой о помощи, и эллины Пелопоннеса откликнулись на призыв соотечественников. Они собрали большое войско и заняли позиции на Истме, поджидая спартанского царя Агиса III. Вскоре против Македонии выступила Этолия. Демосфен вновь обратился с призывом к согражданам, и под его влиянием афиняне решили оказать фиванцам военную помощь. Однако в городе нашлись трезвые политики, которые убедили афинян подождать, как дальше обернется дело. Всё закончилось пустыми обещаниями, но Демосфен был настроен решительно и отправил в Фивы оружие, купленное на деньги персидского царя. Недаром оратор Эсхин перед народным собранием бросил Демосфену в лицо: «Теперь ты купаешься в царском золоте! Золота этого не хватит: плохо нажитое никогда не уцелеет» (Diod.XVII,4). В сложившейся ситуации интересы Персии и Греции пересеклись, ни персы, ни эллины не были заинтересованы в усилении мощи Македонии. По мнению Демосфена, всё складывалось неплохо, когда пришла весть о том, что к Фивам подошла армия Александра. Реакция на это событие была вполне предсказуемой: «… смелость афинян пропала, и Демосфен разом сник» (Plut.Dem.23). Оратор понял, что его соотечественники так и не выступят на помощь Фивам, а в одиночку фиванцы не выстоят против македонской силы.

Как только Александру стало известно о выступлении фиванцев, царь повел армию на мятежный город. За семь дней македоняне прошли Эордею и Элимиотиду, перевалили через Стимфейские горы и на седьмой день прибыли в Фессалию. После этого македонская армия миновала Фермопилы, вторглась в Беотию и начала марш на Фивы. Зачинщики восстания стали убеждать сограждан, что это идет армия Антипатра, а Александр мертв, но нехорошие слухи уже распространились по городу. Но как это ни покажется странным, боевой дух фиванцев не упал, наоборот, они горели желанием вступить в бой с македонянами. Поэтому, когда войска Александра подошли к городу и стали лагерем в его окрестностях, никто даже не стал вступать с царем в переговоры. Базилевс ждал, когда греки одумаются и пришлют посольство с мирными инициативами, но боги окончательно помутили разум фиванцев. Городские ворота распахнулись, и легковооруженные воины при поддержке всадников атаковали царский лагерь. Несмотря на то что нападение было внезапным, македонские лучники и пращники отразили атаку и отбросили противника обратно в город.

На следующий день Александр перекрыл дорогу в Аттику и расположил войска лагерем недалеко от Кадмеи, чтобы своевременно оказать помощь осажденному гарнизону, если фиванцы пойдут на штурм акрополя. В македонский лагерь прибыли отряды орхоменцев, платейцев, феспийцев и фокейцев, решивших принять участие в штурме Фив. Но царь не спешил, он искренне хотел договориться с фиванцами по-хорошему и в очередной раз отложил наступление на город. Действительно, после неудачной вылазки немалое число горожан склонялось к тому, чтобы договориться с Александром и не доводить дело до кровопролития. Но всё испортили вернувшиеся изгнанники и стратеги. Они продолжали активно настраивать народ против мирного соглашения с царем и в итоге добились своей цели. Однако фиванские власти не могли не понимать всю авантюристичность своих намерений, поскольку македонская армия численно и качественно превосходила городское ополчение Фив: «У Александра на ту пору было пехоты больше тридцати тысяч и конницы не меньше трёх тысяч — все люди, закалённые в воинских опасностях, ходившие в походы вместе с Филиппом, почти не знавшие поражений» (Diod. XVII,9). По мнению фиванских стратегов, это ровным счетом ничего не значило, поскольку их соотечественники отличались «железной крепостью благодаря привычке к гимнастическим упражнениям» (Diod.XVII,ll).


Греческий гоплит. Афины. Военный музей. Фото автора


При этом местные военачальники упускали из виду, что на данный момент именно македонская военная доктрина была самой передовой не только в Греции, но и в Азии. Никаких выводов после битвы при Херонее эллины не сделали, сариссы были по-прежнему длиннее копий греческих гоплитов. По приказу стратегов город окружили двумя рядами частокола, укрывшись за которым фиванцы хотели встретить вражескую атаку. Чтобы хоть как-то нивелировать численный перевес противника, горожане освободили и вооружили рабов.

Александр предпринял последнюю попытку решить дело миром. По его приказу было объявлено, что если кто из фиванцев покинет город, то может рассчитывать на пощаду. Также царь потребовал выдачи неких Феника и Протита, но фиванцы в ответ предложили базилевсу выдать Пармениона и Филоту. Разозлившись, базилевс распорядился выкатить на позиции метательные машины и готовиться к штурму. Но и здесь Александр проявил не свойственную ему медлительность, поскольку растянул приготовления на целых три дня (Diod.XVII,ll). Очевидно, его не оставляла надежда на мирный исход противостояния. Но эти надежды оказались тщетными.

Фиванцы не собирались отсиживаться за каменными стенами города, а решили дать полномасштабное сражение. Укрепив позиции частоколом и опираясь на эти импровизированные укрепления, фиванские стратеги надеялись измотать войска противника в бесплодных атаках, а затем решительным ударом сокрушить македонян. Фиванская конница и фаланга развернулись перед частоколом, на укреплениях заняли позиции освобожденные рабы, метеки и вернувшиеся изгнанники. Дети и женщины укрылись в храмах, моля богов о победе над македонянами. Александр разделил армию на три отряда, один из которых должен был вступить в бой с главными силами фиванцев, второму ставилась задача прорваться через частокол, а третий находился в резерве.

Бой начали мобильные войска, яростные стычки продолжались до тех пор, пока противники не израсходовали дротики. После этого легковооруженные воины оставили поле сражения, освободив место для столкновения главных сил. Фаланги тяжеловооруженных пехотинцев сблизились, началась ожесточенная рукопашная схватка. Фиванцы сражались храбро, не уступая македонским ветеранам в доблести и воинском мастерстве, поэтому сражение неожиданно затянулось. Ни одна из сторон не могла добиться победы, поэтому Александр решил ввести в бой свежие войска и мощным ударом опрокинуть вражеские боевые порядки (Diod.XVII,12). Педзетайры устремились в атаку и оттеснили фиванских гоплитов к храму Геракла, но эллины сражались героически, сумев остановить вражеское наступление. Мало того, фиванцы перешли в контратаку и отбросили македонян на исходные позиции. Почувствовав, что победа близка, греки усилили натиск, сражаясь на пределе сил.

К этому времени второй отряд македонян, возглавляемый Александром, прорвался через частокол и завязал бои на ближних подступах к городу. Здесь базилевс увидел, что одна из дверей в крепостной стене не охраняется, поэтому немедленно отправил Пердикку во главе гипаспистов и агемы прорываться в город на этом участке. Гипасписты вошли в Фивы и вступили в бой на улицах города. В разгар сражения Пердикка был тяжело ранен стрелой, солдаты унесли командира в лагерь.


Монеты с изображением Александра Македонского. Археологический музей Антальи. Фото автора


Узнав о том, что враг прорвался в город, фиванские стратеги стали уводить гоплитов за крепостные стены. Организованное отступление закончилось, когда греческих всадников охватила паника и они толпой устремились в ворота, растоптав по пути собственных пехотинцев. Множество кавалеристов упало в ров, другие погибли в узком проходе городских ворот, остальные устремились к агоре. В этот момент Филота, командующий македонским гарнизоном в Кадмее, решил воспользоваться благоприятной ситуацией и повел своих воинов на вылазку. В городе началась паника. Отступающие гоплиты не успели закрыть ворота, и следом за ними в Фивы ворвались солдаты Александра. Крепостные стены были захвачены быстро, поскольку все воины находились за линией укреплений. Македоняне прорвались к Кадмее, соединились с людьми Филоты и начали развивать наступление на храм Амфиона, около которого собрались главные силы фиванцев. Некоторое время гоплиты храбро сражались, но когда к храму прибыл Александр, организованное сопротивление рухнуло, защитники разбежались по улицам защищать свои дома. Что же касается фиванских всадников, то они вырвались из города на равнину и рассеялись по окрестностям. Несмотря на то что главные очаги сопротивления в Фивах были подавлены, уличные бои в городе продолжались до самого вечера. Одновременно шел поголовный грабеж и истребление мирного населения, особенно усердствовали в избиении соотечественников греческие союзники Александра. К ночи всё было закончено, семивратные Фивы пали перед мощью Македонии.

* * *

О сражении за Фивы сохранилось два подробных рассказа — Арриана и Диодора Сицилийского. Причем авторы иногда сообщают прямо противоположную информацию. В частности, это касается начала битвы. Согласно Арриану, она началась неожиданно для базилевса: «Птолемей, сын Лага, рассказывает, что Пердикка, несший охрану лагеря и стоявший со своим отрядом впереди него, недалеко от вражеского палисада, не ожидая от Александра приказа идти в бой, сам, первый, своей волей, кинулся на этот палисад, разметал его и напал на передовой отряд фиванцев. За ним последовал Аминта, сын Андромена, так как он стоял вместе с Пердиккой; увидав, что тот уже за палисадом, он повел и свой полк. Александр, видя это и боясь, как бы фиванцы их не отрезали и им не пришлось бы сражаться одним, двинул остальное войско»


Конец ознакомительного фрагмента

Если книга вам понравилась, вы можете купить полную книгу и продолжить читать.