— Я всё понимаю. Здесь ты старший.

— И мне совсем не нужны проблемы.

— Главное, никто не должен трогать мою семью. И ты забудешь о моём существовании.

Арнуз засмеялся:

— В этом я сомневаюсь, — и пошел дальше, уже за воротами крыла слуг, коротко приказал. — Жди здесь.

Глядя ему вслед, я размышлял над тем, каким будет наказание. Сколько плетей мне назначит этот их Симар. Беспокоило не количество, а кисет старейшины, который пришит ниже колена. Тот кисет, в котором и лежали все мои сокровища: меч, молот, алхимия, ядра. Конечно, с меня сдерут халат, а не штаны. Но я опасался, что неосторожный удар порвёт штанину, показав всем кисет.

В нём даже спрятан жетон шэна, который я так удачно решил снять перед переходом. Больше опасался, что выдам себя, как Страж. Но вышло удачно. Ведь накидывая на меня эту цепочку, стражники увидели голую шею. Ни маме, ни даже Зотару не досталось такой штуки, и я пока не понимал, в чём же между нами разница. В сроке контракта. А в чём ещё? Что должна делать эта цепочка? Не знали же они о том, что я мастер Указов?

Но сейчас не время и не место для поиска ответов: пусть я не мог влиять на контракты и Указы, но продолжал их видеть. Слева за стеной стоят два стражника, скорее всего они присматривают за мной. Поэтому я опустил плечи и сгорбился. Как раз за несколько вдохов до того, как заметил контракты Арнуза.

С ним пришёл стражник, на груди которого красовался вышитый толстой нитью щит, и три слуги, которые отличались от Арнуза своей одеждой. У них и серая ткань не напоминала мешковину и штаны оказались такими же серыми, а не коричневыми, как у него. Одеты похоже на Симара или Сирка. Кроме одной детали: поверх курток на них оказались надеты чёрные безрукавки. Удобно. С одного взгляда видишь, кто перед тобой: господин, слуга или должник семьи.

Стражник без слов ухватил меня за воротник и потащил следом за собой. Как будто я пришёл сюда не сам и не смиренно ждал его прихода. Смешно. Меня привели куда-то на задворки, где, сложив руки за спиной, нас ждал мужчина. Средних лет, возраста мамы. Гладковыбритое лицо, светлые волосы с синими прядями. Серый халат, вышитый чёрной нитью. Меня швырнули к его ногам.

— Я Симар Саул, — я скривился, пользуясь тем, что никто не видит моего лица. Ещё один Саул. Сколько их здесь есть? — А ты жалкое отребье. Не пробыл в поместье и половины дня, а уже принёс проблем и убытков. Отец прав, в этот раз транжира Домар притащил в семью настоящие отбросы. Даже не знаю, что он придумал на этот раз.

На миг вскинув голову, я тут же опомнился и вновь отвёл взгляд с лица Симара в землю. Не хватало ещё, чтобы почувствовал мою ненависть. Кто знает, каково его Возвышение, и насколько он хорош в боевой медитации. Пока я могу судить только по прядям волос. Хорошо, если он Воин всего пятой звезды, но сейчас в игре слишком многое на кону, и мои кости выпали единицами.

— Отребье, — Симар пихнул меня сапогом в плечо. — Я не успел даже переодеться к обеду, а от тебя уже проблемы. Несправедливо.

Поняв, что его молчание — это ожидание моего ответа, я поднялся на колени, склонил голову:

— Господин, я случайно повздорил со слугами. Больше такого не повторится.

— Когда отец сказал мне, что от вас будут одни проблемы, я посмеялся. Смех ещё не стих за столом, как сообщили о тебе. Ты выставил меня дураком перед отцом. Перед братом!

Я молчал, пряча лицо и готовясь к наказанию. Давным-давно прошли те времена, когда я вздрагивал при звуке плети. Так же давно, как моя слабость. Теперь мне опять нужно смириться с тем, что меня кто-то может наказать. Но и к этому я готовился, снося грубость харчевника-Закалки в придорожном трактире и заставляя Рата кланяться вместе с собой вонючему стражнику. Не знал только, что всё зайдёт так далеко. Мне и нужно-то всего несколько сотен вдохов уединения, и я найду способ разобраться с вашей цепочкой…

— К столбу его!

Я успел усмехнуться земле, прежде чем меня вздёрнули на ноги. В Школе обходились без таких глупостей, пользуясь техникой для обездвиживания. Хотел бы я поглядеть, как Воины попытались бы использовать на мне Длань Ордена. Хотя здесь наверняка у этой техники другое название.

Столб оказался недалеко, за углом. Напоследок меня пихнули в спину, явно чтобы я свалился. Но мои Указы забрали у меня техники и оружие, а не ловкость и силу. Я остановился в шаге от старого чёрного столба. Оглядел его, ища верёвки или кандалы. Ничего нет. А вот сам столб странный. Слишком свежо выглядит. Ровная полированная поверхность: в него вложено немало труда.

— Эй, как тебя там, повернись.

Арнуз подсказал:

— Этого слугу зовут Леград, господин.

— Да плевать. Эй!

Симар смолк на миг, потому что я всё же обернулся, тут же едва слышно буркнул:

— Тупое ничтожество.

Через мгновение Симар медленно поднял перед собой руку. Ладонью вниз. Я, и в самом деле ожидавший Длань, тихо выдохнул сквозь зубы. Тварь. Видимо, он всё же не пятой звезды, раз надеется сковать меня. Сам я медленно поднял руку, нащупывая пояс и готовясь снять халат. Повёл глазами справа налево. От Симара к Арнузу, затем к стражникам, над которыми висели контракты. Где эта дарсова плеть и кто будет меня наказывать?

Под ногами вспыхнуло, меня обдало жаром, и я тут же толкнул энергию в Рывок.

А затем на меня рухнула боль. Когда я снова начал видеть, то понял, что лежу на грязных, давно неметённых камнях. Прямо перед моим лицом на них горела красная линия. Она чуть заметно пульсировала, меняя яркость, то и дело закрываемая алыми пятнами, которые плыли перед глазами. Одновременно с волнами боли, которые накатывали на меня. Боль от Указа, который наказал меня за использование техники, та, что пронзила мне голову, уже исчезла. Осталась та, которая охватила меня целиком, пробралась под халат, в сапоги, под волосы. Словно я свалился в огромный чан с кипятком или с меня содрали кожу, пока я валялся. Целиком. С головы до ног. В ушах гулко стучало, перемежаясь каким-то хрипом.

Я вывернул руку, вызвав новую волну боли. Подтащил её к лицу, рядом с горящей линией. Целая. Кожа на месте. Крови нет, только алые пятна теперь наплывают и на руку. А ещё она дрожит, словно я глубокий старик, который уже готовится к смерти.

Опёрся на руку. Больно. Будто и впрямь голое мясо. Попытался подняться, ощущая, как одежда впивается в тело, причиняя новую боль и уменьшая другую. Оказывается, лежать на камнях это очень больно.

С трудом, но сумел сесть на колени. Теперь главная боль стекла вниз, к ним. Твёрдый камень двора впивался в тело через одежду, вонзался в меня. Казалось, вот-вот из-под меня должна потечь кровь из раздираемых камнем ран. Но это всё обман. Я внутри формации и столб — её центр. Огромный Флаг. Вот почему он так странно выглядел. Гул в ушах стих, и я вдруг понял, что хрип это мои то ли вдохи, то ли стоны.

Сцепил зубы. Не помогло. Закусил губу и даже не почувствовал боли. Сильнее. Ничего. Только что-то потекло по подбородку, заставляя гореть кожу огнём.

— Какое наглое ничтожество.

Слова я едва разобрал, мгновение пытался понять, кто это сказал, а затем на меня что-то рухнуло. Вбило обратно в камни, прижало к ним, не давая пошевелиться. Кажется, я снова потерял сознание от боли, очнулся от того, что мне нечем было дышать. Недавно я старался сдержать свои стоны, а теперь сражался за простой вдох. Кто-то давил на спину с такой силой, что грудь словно расплющило, выбило из меня воздух. Всей моей силы Воина и Мастера не хватало на то, чтобы втянуть в себя хоть глоток воздуха.

За мгновение я представил обращение к Небу. Вжатый щекой в камень, я не мог его видеть, но уверен, что оно появилось на своём месте. Только энергию в него не толкнул. Если создать обращение техники силы вышло само собой, то затем очнулся разум. Если я сейчас ещё раз потеряю сознание, то умру.

Впился пальцами в камень. Толкнулся от него, пытаясь приподняться хоть на волос. Дать груди хоть немного свободы для вдоха. Я позабыл о боли от «содранной» кожи, от камня, что «вонзался» в тело. Алые пятна перед глазами начали бледнеть, стало темней.

Ну же. Хоть чуть воздуха…

Через мгновение на саднящую кожу обрушилась ледяная волна, хлынула в рот, в горло. Я закашлялся, выплюнул её. Забарахтался, открыл глаза, пытаясь понять, что происходит. Надо мной с ведром стоял стражник. Встретив мой взгляд, ухмыльнулся и шагнул в сторону.

Теперь я понял, что он облил меня водой. И это хорошо, потому что хоть немного успокоило горящую кожу. Правда, последнее, что я помнил до воды: я лежал на животе, пытаясь сделать хотя бы один вдох. А сейчас на спине.

Вместо стражника надо мной появился Арнуз. Негромко спросил:

— Встать можешь?

— Не знаю.

— Давай выясним.

Арнуз протянул руку. Подумав, я вцепился в неё. Мои пальцы всё ещё дрожали. Стоя, сумел оглядеться. Исчезли линии на камнях, стражники и Симар. На месте оставался только столб и грязная лужа воды у его подножия. И ни следа крови, которой мне казалось, я истекал из сотен ран от каменных лезвий.

— Что это было?

Голос хрипел, точь-в-точь как я слышал, пока барахтался на камнях.