logo Книжные новинки и не только

«Не будите спящего барона» Михаил Михеев читать онлайн - страница 1

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Михаил Михеев

Не будите спящего барона

Эту парочку лорд Аллен увидел абсолютно случайно. Шел себе по рынку, с интересом рассматривая выложенные на прилавках товары. В принципе, для аристократа занятие совершенно неприличное, но… Вот тут и выплывает интересный момент. Далеко не все аристократы богаты, особенно сейчас, когда их стало много. Страна прекратила завоевания лет двести назад, и молодые дворяне резко утратили востребованность — раньше молодых людей, обученных владеть любыми видами оружия, но охотно брали в армию, где они порой достигали немалых высот. Те, кто выживал, разумеется. Таким образом решалось сразу две проблемы — и младшие дети в семьях были пристроены без урона для дворянской чести, и естественная убыль в войнах не давала им расплодиться до безобразия. К тому же завоевательные походы — это, помимо прочего, еще и новые земли, а стало быть, отличившиеся могли получить свою долю и основать собственный род. Правда, среди таких основателей частенько оказывались и отнюдь не хвастающиеся длинной чередой предков, выслужившие офицерский чин и дворянство храбростью вчерашние крестьяне, но представители молодых фамилий на недостаточную родовитость соседей обычно смотрели сквозь пальцы. В конце концов вместе воевали и, порой дрались спина к спине. А что обитатели метрополии рожи кривили, так это их проблемы, тем более владения на новых землях зачастую оказывались и больше, и куда богаче, чем у старой аристократии.

Однако когда завоевания прекратились, изменилось очень многое, и в первую очередь статус дворянства. Детей в семьях хватало, войн было мало, и количество дворян начало расти. А ведь их надо было куда-то пристраивать, и в результате одни дробили оставшиеся от предков земли, чтобы обеспечить всех, другие правдами и неправдами пристраивали отпрысков ко двору. Вот только долго это продолжаться не могло, нельзя до бесконечности делить наследство, да и хлебных мест на всех не хватало. Соответственно, и жить так, как принято в среде дворян, имея особняк и штат прислуги, тоже не получалось. А потому многие дворяне жили сейчас не лучше простолюдинов, разве что гербы имели да мечи у пояса таскали. Некоторые — еще недавно это казалось неслыханным — занимались ремеслом, а уж самим пройтись по рынку, чтобы купить продуктов, и вовсе стало делом житейским. Конечно, вроде как бы и неприлично, однако на такое нарушение этикета давно смотрели сквозь пальцы. Не все, разумеется, но подавляющее большинство. А то ведь и нарваться можно, ведь если дворянин беден, это еще не значит, что он плохо владеет оружием.

Надо сказать, лорд Аллен не был нищим, и прислугу в своем небольшом особнячке держал. Конечно, до самых богатых и родовитых граждан королевства ему было далеко, однако большое и, по нынешним временам, богатое поместье имелось. Деньги, получаемые от продажи зерна, он вложил в несколько доходных предприятий — раньше за такое его подвергли бы обструкции, но сейчас те, кто знал, чем занимается молодой лорд, лишь кивали понимающе. В принципе, начал грамотно распоряжаться финансами еще отец Аллена, барон Кассии, однако когда он безвременно погиб на охоте, на свою беду в одиночку оказавшись против матерого кабана, дело в свои руки пришлось брать его сыну, и тот за четыре года сумел не только сохранить, но и приумножить отцовский капитал. Вот только и привычки тоже приобрел совсем не аристократические, и запросто по рынку пройтись тоже не гнушался, тем более что помимо экономии на прислуге, такие прогулки иногда приносили немалый доход. Рынок был кладезем слухов и сплетен. Имеющий уши — услышит, а имеющий мозги — обратит случайное знание себе на пользу. Да хотя бы просто знать цены, к примеру, на пшеницу — и то неплохо, можно решить, продавать скопившиеся в поместье запасы, или лучше подождать и немного попридержать их на будущее. Конечно, можно и нужно иметь агентов, собирающих информацию, но и самому держать руку на пульсе дорогого стоит.

Вот и шел он по рынку, прицениваясь, закидывая в совсем не мужественно выглядящую корзину покупки, перебрасываясь иной раз парой слов со знакомыми, а то и ловко хлопая проходящих мимо простолюдинок по задницам. Они, кстати, на это не обижались — во-первых, молодой лорд был в своем праве, а во-вторых, умел он чувствовать тех, кого не оскорбит таким поведением. Как? А боги ведают. Тем не менее он ни разу еще не ошибался, и, соответственно, не нажил из-за такой ерунды скрытых врагов. Точно так же и шуткой перекинуться не считал зазорным хоть с золотарем, но при этом всегда умел держать дистанцию — за это, а также за беззлобный, но жесткий характер его, кстати, и уважали.

Судьба — штука интересная. Не обернись он, провожая взглядом весьма аппетитную барышню, и жизнь продолжала бы идти своим чередом, а тут взгляд зацепился за какую-то несообразность окружающего ландшафта. Кто другой не обратил бы внимания, но Аллен привык доверять интуиции, особенно после того, как только благодаря ей выжил. Младший брат, не родной, а сводный, от второй жены отца, решил после смерти папаши наложить лапу на наследство. Вот только не учел, что разница в полтора года в их возрасте значит достаточно много, и старший брат, увидев его бегающие глаза, не только будет настороже, но и просто окажется намного сильнее. В результате у Аллена на ребрах нарисовался длинный тонкий шрам, а неудачника вместе с безутешной матерью со всеми почестями похоронили в семейной усыпальнице. Именно с того дня молодой барон никогда не отмахивался от предчувствий, и ни разу об этом не пожалел.

Однако предчувствия предчувствиями, а сейчас ему потребовалось не меньше трех ударов сердца, чтобы понять, какая именно несообразность привлекла внимание. Здесь все было, как обычно — визгливо кричал какой-то зазывала, силящийся впарить доверчивым простакам лучшие в мире апельсины (гнилые через один, не меньше), копалась в куче овощей, выбирая те, что получше, старуха, опрятная и ворчливая. Чуть дальше бродячие комедианты устраивали представление — как и положено, с жонглерами, метателями ножей и глотателями огня. Продажная девка в неприлично короткой юбке подпирала спиной замызганную стену… Аллен к такой и близко бы не подошел — все же он свое достоинство нашел не на помойке, чтобы совать его куда попало. По утоптанной до каменной твердости, не размокшей даже сейчас земле пробежала крыса — толстая и наглая, с наполовину оторванным когда-то хвостом. Привычно копошились в отбросах нищие…

Нищие. Парочка детей, устроившихся у той же стены, что и проститутка, шагах в пяти от нее. Там рухнувший в незапамятные времена участок, который так и не удосужились восстановить, образовал нишу, лишь задрапированную прикрытыми рваной тканью досками. Сейчас эта полусгнившая конструкция была приподнята, образовывая что-то вроде навеса. Сделали это тоже давно, она была в таком положении задолго до того, как Аллен в первый раз, еще мальчишкой, пришел на этот рынок. Однако редко когда под навесом кто-то располагался — для нищих это место, расположенное немного в стороне от проходов, которыми обычно пользовалось большинство покупателей, оказалось неудобным. Это шлюху разглядят издали, а на них и внимания не обратят. Да и опасно вдобавок было здесь сидеть — серые, покрытые местами скользким на вид лишайником камни по краям ниши, скрепленные рассыпающимся от времени цементом, могли в любой момент рухнуть, и если не похоронить, то чувствительно приложить неосторожных обитателей. Случались прецеденты.

Но эти двое, похоже, не боялись — то ли мозгов не было, то ли сил уже не оставалось. Просто бросили на вяло подтаивающий снег какое-то тряпье и устроились на нем — все не так холодно. Одной лет двенадцать, рыжеволосая и кудрявая, с какой-то детской наивностью в глазах, держала в руке глиняную кружку с отбитой ручкой, и Аллен мог с уверенностью сказать, что в ней ни единой монеты. Вторая, на вид чуть постарше, лежала, закутавшись в то же самое тряпье. Впрочем, про возраст с уверенностью сказать было сложно — очень уж изможденное лицо и потухший, ничего не выражающий и вместе с тем внимательный взгляд. А еще неровно обрезанные прямые волосы неестественно белого цвета, словно покрашенные. Обычные, в общем-то, попрошайки, таких можно встретить на любой улице. Или сдохнут от голода и болезней, замерзнув на сыром ветру, или вырастут и пополнят число проституток, карманников и прочих обитателей дна. Скорее первое, хотя тут уж как повезет. В любом случае незавидная участь. Вот только почему они привлекли его внимание?

Ответ он получил через секунду. Короткий порыв ветра разметал на миг шевелюру рыжеволосой, и Аллен успел рассмотреть ее ухо. Обычное такое ухо. Чуть заостренное. Эльфийское.

И что здесь делает эльфийка? Аллен с трудом удержался от того, чтобы не повернуться и не уйти отсюда, быстро-быстро. Эльфийка, причем совсем девчонка, просящая милостыню… Этого не может быть, потому что этого не может быть, вот и все. Но своим глазам Аллен привык верить. Творилось что-то непонятное, а там, где тайны, жди неприятностей. Вот только, при всем своем продуманном житейском цинизме, Аллен оставался тем, кем был — совсем молодым человеком, которому дико интересно, что же происходит вокруг. Запах тайны щекотал ноздри, хотя одну из них он успел решить, сразу и моментально. Правда, маленькую, наименьшую из возможных — ту, что была связана с волосами лежащей. В такой цвет красили иногда волосы полукровки, слишком похожие внешне на чистокровных эльфов. Для того, чтобы не перепутали — во многих отношениях эльфы жуткие снобы, и полукровка у них, конечно, не пария, но и за равного его никогда на признают.