Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Михаил Погосов

Приговоренный

Памяти Игоря Савочкина посвящается


Пролог

— …Помогите, помогите! Он рядом, он где-то здесь, я чувствую его, слышите?! Помогите мне, прошу вас!

— Маша, Маша, успокойтесь! Мне надо знать, где вы находитесь! Оглянитесь вокруг и опишите, что видите?

— Нет, нет, нет! Я бегу… бегу…

— Маша! Если вы не скажете, где находитесь, я не смогу помочь! Вы понимаете?

— Тут… тут очень темно… и дождь… такой сильный дождь! Везде деревья… и дождь… Я ничего… ничего не вижу! Мне холодно! Мне страшно! Помогите мне! Вы обещали! — Задыхающийся голос девушки срывался на крик отчаяния.

— Маша, опишите местность! Чтобы вытащить вас оттуда, мне надо знать, где вы находитесь! Прошу вас, успокойтесь… хоть немного!.. Вглядитесь в темноту! Что вы видите?

— Ничего! Я же вам говорю, тут сплошная стена из дождя! Только ветки… Аааа! — девушка закричала.

— Что, что случилось?

— Я поскользнулась… и упала! Как больно! Господи! Я не могу идти! Ах! Что это?

— О чем вы?

— Там что-то мелькнуло! Какая-то тень! Это он? Господи, мне страшно!

— Маша, поднимайтесь! Спускайтесь по склону! Надо выбраться обратно на дорогу и двигаться вниз по серпантину! Иначе он снова отыщет вас, слышите?!

— Да, да, да! Ах!!!

— Что? Что опять случилось?

— Молния… такая яркая… я увидела!

— Его? Он рядом?

— Нет! Я увидела мост!

— Какой мост? Там нет никакого моста!

— Есть! Такой узкий… деревянный… для пешеходов… качается в воздухе.

— Подождите… Вы что, уже у реки? Так быстро?! Маша, Маша, не надо идти в сторону этого моста! Вы слышите меня, Маша?

— Я… я уже тут, я бегу!

— Мария, вы куда?! На этот мост нельзя!

— А-а-а!

— Что случилось?

— Молния, снова молния! Я увидела его тень! Вот он, вот!!!! У него нож в руке! Я бегу, бегу на мост!

— Нет! Не надо!

— Это единственный путь! Я здесь, я на мосту! Тот берег… уже близко… я вижу его…

— Маша, остановитесь! Стойте! Туда нельзя! На той стороне… нет выхода!

Краснодарский край, город Апшеронск, 23 октября 2018 года

Максим стоял на дощатом прогнившем полу заброшенного бревенчатого домика и с тоской смотрел на пейзаж снаружи. Наступившая неожиданно, как это часто бывает на юге, осень быстро раздела деревья, заставив скинуть половину пожелтевшей листвы. Сквозь облезлые ветки Максим теперь хорошо видел подвесной деревянный мост, раскачивающийся на двух больших опорах, сваренных из проржавевших металлических швеллеров.

До моста было метров двести, не более…

«Как она бежала? По прямой? Или петляла между деревьями? Было же темно… никакого освещения… Наверное, петляла», — холодный и расчетливый ум старшего следователя по особо важным делам Главного Следственного Управления старался работать без эмоций. И ему это почти удавалось…

Почти… Главное слово!

Максим так и не смог за двадцать лет службы изжить в себе сочувствие. Хотя жить с этим ощущением было невыносимо. И не нужно…

Эти чувства, эмоции, вся не имеющая отношения к делу чушь… они только мешали. Надо концентрироваться на фактах, на показаниях, на данных экспертиз и на том, что предписывает делать закон. Все остальное… лирика!

Да и потом, дело по этой девице давно закрыто! Какого х… он думает о нем?! Виновный пойман, осужден, срок наказания отбыл сполна… И при чем тут вообще его, Максима, дело?! Гнать надо эту мысль! Гнать и заниматься фактами!

А самое главное, что и дело-то это не совсем понятно, его или нет! Зараза, как эта баба ворвалась в его жизнь?! Смешала все карты… Теперь, в случае чего, виноват будет все равно он. А в случае успеха… эта тварь припишет все себе! Максим хорошо разбирался в кабинетных играх и заранее знал исход. Переиграть соперницу ее уровня было нереально. Ну, ничего… и он не пальцем деланный…

На мосту появилась она. Та, из-за которой все и началось…

«Интересно, девчонка шла так же?» — Максим снова вернулся к делам давно прошедших дней. И зачем только?! Конечно, не так!

Та девушка бежала, тряслась от страха, молила о пощаде… Наверное… А эта… эта сама кого хочешь загонит в угол и сотворит с ним все, что пожелает.

«Хороша!» — Максим в очередной раз оценил красивую фигуру Ольги, уверенно шагавшей в его сторону по раскачивающемуся мосту. Стройная, высокая, ухоженная, в хорошей спортивной форме, она была из тех, на кого всегда обращают внимание мужчины.

«Где, блин, прическу уложила?! Рано утром ведь приехали…» — Максим успел оценить густую шевелюру красавицы, волнами спадавшую на ее плечи. Усиливающийся ветер развевал Ольгины волосы в стороны, открывая высокую загорелую шею, едва прикрытую воротником светлого плаща.

«Оделась, как на фотосессию! Сучка! Это лес, красавица, тут резиновые сапоги и шапка-ушанка нужны!» — Максим в очередной раз поймал себя на том, что Ольга оказывала на него сильное дестабилизирующее воздействие. Почему? Кто ее знает. Подполковник юстиции был трезвым и мудрым человеком. К тому же он давно научился разбираться сам в себе. Максим понимал — Ольга ему нравится. Более того, она нравится ему гораздо больше других женщин. Ее походка, улыбка, манера говорить, откидывать назад пряди волос, поворачивать, слегка наклоняясь, голову в сторону собеседника рождали в Максиме почти звериные чувства. А когда Ольга подходила и опиралась о край его стола в офисе на Дмитровке… ее выгнутая спина, плавно переходившая в округлые бедра, двумя выпуклыми холмиками поднимавшиеся над горизонтом его фантазий… Эта картина и ее запах, да, запах, сводили следователя с ума, заставляли сердце биться в три раза быстрее и чувствовать себя неуютно.

Возвращалось что-то забытое из седьмого-восьмого класса школы в Питере. Макс, не окрепший тогда еще подросток, почти терял сознание, останавливаясь рядом с мечтой его снов — учительницей географии, сексапильной двадцатишестилетней брюнеткой с убийственной силы ароматом. «Так пахнет секс», — думал пацан, вдыхая и стараясь удержать в себе ее флюиды. А вместе с ними и бешеную энергетику молодой красавицы, мечту всех учеников старших классов.

Да, вот оно! Энергетика. Она выпирала из Ольги не меньше, чем из той училки с непропорционально широкими бедрами. Ольга была такой же бешеной, только более утонченной и, как теперь говорят, крутой. Она сбивала следака с любой мысли, как только приближалась к нему на расстояние полутора-двух метров. Находясь так близко, Лебедев просто переставал себя контролировать.

Означало ли это, что Максим ее любил? Скорее всего, нет. Да ну, нет, конечно… Любовь — это для подростков и юношей… А в их возрасте отношения с женщиной, как писал известный прозаик, — это судьба. А в судьбу следователь давно не верил.

Вообще, само слово «любовь» Максим вычеркнул из своего лексикона еще лет десять назад, после развода с Ириной. Слишком дорого ему далось то, что подходило под это понятие. Годы уверенности в рожденном в глубине сознания постулате, что есть смысл жизни в отношениях с родным, как ему казалось, человеком женского пола, разбились в итоге о непонимание друг друга в элементарных вопросах. Между ними не осталось ничего, кроме несчастного пацана, шестилетнего Левки, ради которого они и пытались жить. И неважно, кто был виноват…

А что Левка?! Сейчас он вырос и вспоминает отца, только когда нужен новый косарь на кино с девчонками… Или диск для плейстейшена…

Как дешево судьба оценила его место в жизни сына!

Ольга Петровна подходила все ближе. И с каждым шагом все больше выдавливала из Лебедева остатки мыслей о бывшей семье.

Максим не мог отвести взгляда от приближавшейся женщины, подсознательно готовясь к желанному общению. Какой-то бред! Он одновременно категорически не хотел ее видеть и в то же время почти жаждал присутствия психолога рядом.

Что за наваждение! И как от него избавиться?!

Нет, он точно не любил эту яркую и уверенную в себе красавицу, которая шла к нему по размякшей от дождя тропинке, выложенной с правого края большими камнями… Просто хотел обладать ею. Как дорогой и красивой вещью. Как той, находясь рядом с которой он мог уверенно претендовать на что-то большее в своей жизни. Больше того, чем был на самом деле. Максим понимал — само это желание делало его хуже. Как человека и как мужчину… Но он потратил слишком много сил, чтобы всегда быть честным с самим собой. И никакая Ольга, умная и породистая выскочка, использующая всех вокруг и его самого для решения своих карьерных вопросов, не сможет заставить «стального» следака отказаться от своих принципов.

— Ты опоздала! — Максим имел привычку начинать разговор с претензии. А лучше с нескольких сразу. Это ставило его в более выгодную позицию по отношению к собеседнику. Так делали все, кто смог подняться выше его по карьерной лестнице.

Ольга сверкнула глазами в сторону Лебедева, отряхивая капли воды со своего плаща. Взмахнув головой и слегка склонив ее в своей фирменной манере, она, словно породистая кобыла, избавилась от лишней влаги на голове. Обнажив крупные и ровные зубки, красавица заманчиво улыбнулась:

— И вам доброе утро, Максим Евгеньевич!