Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Надежда Волгина

Обнажаясь для тебя

Пролог

— Что ж, ваши пропорции и осанка нам подходят. Позировать вам нужно будет для трех классов — по субботам и двух — по воскресеньям. Урок длится два академических часа. Выдержите? — с улыбкой поинтересовался директор художественной школы.

— Вполне! Я выносливая, — кивнула Луиза. — Хотелось бы знать, сколько я буду получать?

Очень серьезная девушка, несмотря на яркую внешность и характер работы, на которую устраивается. Но именно это Касаткина и привлекло в ней сразу же — гармония несочетаний.

— За урок натурщицам мы платим… — и он назвал сумму. Не крупную, но и не самую маленькую. Для чего этой малышке деньги, понятия не имел, да и не его это дело. Но если для того, чтобы почувствовать собственную независимость от родителей, то должно вполне хватить. — Устраивает?

— Устраивает, — кивнула она без тени улыбки. — Есть еще нюанс… — немного замялась.

— Слушаю вас внимательно, — подался вперед Касаткин.

— Позировать я буду в маске.

— Вот как? — несколько удивился директор. — Ну что ж, ваше право. А нас интересует ваше тело больше лица, как вы понимаете, — добавил после секундного раздумья.

— И еще… могу я надеяться на то, что мои личные данные не станут известны больше никому, кроме вас?

— Обещать-то я могу, но если мы подпишем трудовое соглашение…

— Давайте обойдемся без этого, — перебила его девушка.

— Хотите работать неофициально?

— Да.

В принципе, это не проблема, и платить он ей может из черной кассы. Ну и в наш век Интернета и изобилия всяких продвинутых и не самых чистоплотных пользователей, стремление натурщицы сохранять инкогнито объяснимо и понятно, как ни крути. Мало ли всяких придурков, что захотят заснять ее на тот же мобильный и поделиться пикантными снимками во всемирной сети. А она еще молода и, судя по всему, планы на жизнь строит серьезные.

— Согласен! — снова улыбнулся Касаткин в надежде увидеть ответную улыбку. Но не дождался. — Сможете приступить к работе уже в эту субботу?

— Смогу. Спасибо вам и до субботы, — встала девушка со стула и разгладила складки на короткой юбочке-шотландке.

— До свидания, Луиза!

Имя у нее тоже красивое и необычное, под стать ей самой. Но и его он тоже не должен разглашать, коль уж обещал. Не проблема — тайны он хранить умеет, а найти хорошую натурщицу очень сложно. И эта девушка удовлетворяла его по всем параметрам.

Глава 1

Макар


Дверь в класс была закрыта. С чего бы это? Насколько Макар знал, Лариса не любила закрытые двери и считала, что художник — тот же артист, а значит, должен уметь работать на публике. Ну и Макару нравилось наблюдать за процессом рисунка с натуры. К выбору натуры Лариса тоже всегда подходила творчески, не ограничивалась банальными натюрмортами из фруктов или букетами цветов. Она даже собрала коллекцию статуэток, которые и предлагала ученикам изображать на холсте. Иногда они рисовали с живой натуры, но такое происходило редко и не потому что не было желающих поработать натурщицами, а потому что Андрей — друг Макара и директор художественной школы подходил к этому процессу довольно критически. У него были свои стандарты женской красоты, достойной кисти художника, и натурщиц он чаще браковал, нежели принимал на работу. Да и редко кто тут задерживался надолго — сидеть часами в одной позе, наверное, тяжело.

Любопытство взяло верх, и Макар тихонько приоткрыл дверь. Взгляд его проскользил по классу, уставленному мольбертами, и замер на небольшом возвышении. Бархатистая чистая кожа, не тронутая загаром. Поза нога на ногу — вроде и простая, но насколько изысканная. Босые и изящные ступни. Руки расслабленно покоятся на коленях, спина прямая. Чуть покатые, но не узкие плечи расправлены, а голова немного повернута в сторону, и подбородок чуть вздернут. Длинная тонкая шея, рыжеватые волнистые волосы забраны так, чтобы не скрывать великолепие шеи и плеч. Грудь… Удивительно красивая грудь — идеальной формы, не большая и не маленькая, с аккуратными темными сосками. Плоский живот, переходящий в бедра. И где-то там, меж скрещенных ног прячется нечто сокровенное, что остается только представлять…

Макар тряхнул головой, прогоняя оцепенение. Но откуда?! Откуда тут такое совершенство? И почему он не может рассмотреть лицо этого чуда? Ведь половину его скрывает самая обычная маска. Не уродует, нет, но нарушает общую картину, делая натуру незнакомкой, далекой от реальной женщины.

— Дорогие мои, сделаем-ка перерыв! — раздался громкий и немного властный голос, сопровождаемый хлопками. Макар чуть прикрыл дверь, чтобы не быть пойманным за подсматриванием. Он и раньше наблюдал за молодыми дарованиями, но сегодня отчего-то устыдился. — Нашей фее нужно передохнуть, — сообщила Лариса, подходя к возвышению. — Думаю, пятнадцати минут вам хватит? — с улыбкой обратилась к натурщице.

Та лишь кивнула, подобрала с пола белую ткань и закуталась в нее, оставляя открытыми плечи, щиколотки и ступни. Будущие художники принялись переговариваться, создавая в классе легкий шум. Но Макар не мог отвести взгляда от девушки, что легко спустилась с возвышения и скрылась за дверью, лишая его возможности и дальше любоваться ею. За этой дверью, как он знал, находится небольшая комната, где преподаватели придаются чаепитию в свободное от уроков время. Туда, конечно же, он отправиться не рискнул, то был закрытый для него мир — творческое закулисье, как он его называл. Подавив вздох разочарования, Макар отправился туда, куда и шел раньше, в кабинет Андрея, не сомневаясь, что тот не пустует. Художественная школа была у друга тем местом, где он проводил все свое время, даже по выходным. Она ему заменяла семью, которой и не было.

— Можно? — распахнул Макар дверь директорского кабинета и смело шагнул внутрь. — Как чувствовал, что ты тут.

Андрей сидел, закинув ноги на стол перед распахнутым настежь окном и дымил сигарой. Кубинской, поди, других не курит.

— А где мне еще быть? — хмыкнул Андрей и выпустил колечки дыма. — Как дела, Самон?

— Да вот, мимо ехал, решил завернуть к тебе. И увидел нечто особенное, — сразу же приступил он к делу.

С Андреем они виделись часто, чуть ли не каждый день, на предисловия можно не тратить время.

— И что же ты увидел? — новое колечко поплыло к окну.

— Твою натурщицу. Это нечто! — восторженно выдал Макар, восстанавливая в памяти образ обнаженной девушки. — Ты где такую откапал?

— Пришла по объявлению, — пожал плечами Андрей, аккуратно откладывая сигару в пепельницу и снимая ноги со стола. — Любишь ты обламывать кайф, Самон, — повернулся к Макару всем корпусом.

Самон — прозвище из детства. От фамилии Самонов. А с Андреем они выросли в одном дворе и ходили в одну школу. И не только общеобразовательную, но и художественную. Любовь к живописи их и сблизила когда-то. Ну а после школы Андрюха пошел учиться дальше — в художественное училище, а Макар решил оставить рисование на любительском уровне, а сам подался в институт и бизнес.

— Колись, кто она?

— Понятия не имею. А если бы и знал, не сказал бы, — усмехнулся Андрей.

— Это еще почему? — нахмурился Макар.

— Таково ее желание, а я, знаешь ли, уважаю право каждого на личные секреты.

— Она у тебя работает, а ты не знаешь, кто она?

— Именно! Натурщица просила не оформлять ее официально. Я согласился.

— Как зовут ее хоть знаешь?

— Знаю, но не скажу. Имя — это тоже часть личной информации. А значит, и эта часть является конфиденциальной.

— Андрюх, ну ты чего! Я же тебе не прохожий с улицы… — Макар все размышлял, стоит ли обижаться на друга за подобную скрытность.

— Не могу, Самон, не обижайся. Это дело чести, и я ей обещал, — развел руками Андрей.

— Не скажешь, значит? — прищурился Макар. — А я тогда возьму и прекращу финансирование твоей школы.

Не прекратит, и Андрей это прекрасно знал. Эта школа была их общим детищем, а Макар являлся еще и ее спонсором. Но они оба любили ее одинаково.

— Значит, так тому и быть. Буду искать другого спонсора, — кивнул Андрей и тут же предложил. — Чаю хочешь? Лариса мне тут заварила что-то экзотическое, а я еще не пробовал.

— Не хочу, предатель, — тряхнул головой Макар. — Да и некогда, в аэропорт опаздываю, за Ленкой.

— Ну вот и лети, сокол. У тебя есть Елена, нечего забивать голову натурщицами.

С другом они поговорили еще минут десять, а потом Макар раскланялся. И не хотелось никуда ехать, да Лена обидится, если он не встретит ее лично. Когда возвращалась из командировок, она не любила добираться до дому ни на такси, ни с водителем Макара, всегда настаивала, чтобы он приезжал за ней в аэропорт. Особенно напрягали такие поездки по выходным, когда можно отоспаться.


Луиза


— Ну вот, тут вас точно никто не побеспокоит. Пятнадцать минут тишины и расслабления я вам гарантирую. Хотите чаю?

— С удовольствием, если можно, — отозвалась Луиза, удобно устраиваясь в кресле и с наслаждением откидываясь на спинку.

Больше всего затекли спина и поясница. А впереди еще урок, который нужно выдержать и не опозориться. Ничего, выдержит, раз уж подписалась под такое. Не думала, что настолько тяжело будет первый раз. Великих трудов ей стоило скинуть с себя простыню перед двумя десятками пар внимательных глаз. Она ожидала смешков или каких-то колкостей, и очень обрадовалась, когда ничего такого не последовало. Ну а потом просто перестала думать, что позирует нагая, позволив мыслям унестись далеко от художественного класса и школы.