Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Ная Геярова

Драконий отбор, или Пари на снежного

Часть первая

Пари

Глава 1

Таша Рахи

Мастерски смешанный барменом коктейль казался безвкусным. Горечь изничтоженных чувств поднималась изнутри, оседая на кончике языка. Хотелось сплюнуть, но вместо этого я запила ее горячительным виски. Терпкая спиртная смесь обожгла небо. Я проглотила ее, стараясь залить все живое и чувствующее в себе. Подальше, в самые глубины души забить колющие воспоминания.

Не выходило!

Они снова поднимались, по пути судорожно сжимая сердце и ударяя в область висков жалящим: «Тебя бросили, Таша! Как вещь. Использовали и бросили!»

Блещущие огни софитов ночного клуба скользили по лицам, по стильной броской одежде, яркой клубной блузе и блестящим брюкам. Брюки в изменчивом свете переливались разноцветными брызгами.

— Кайд, плесни еще! — толкнула бокал по стойке, он скользнул, остановившись в руке молодого сухопарого паренька.

— Может, хватит, Таша? — В голосе прозвучала жалость. Такая неприкрытая, что горечь с моего языка поднялась и стукнула в виски. Тугая лента обиды стянула горло, да так сильно, что с трудом сдержалась, чтобы не выплеснуться в истерике.

— Не хватит, Кайд, налей! Это мой последний вечер здесь.

Откинулась на спинку высокого стульчика, бросила мутный взгляд на площадку. Задымленную полутьму клуба разгоняли прожекторы, крутились и бесновались, как и люди, в хаотичном движении, в такт бешеному ритму. Лица их казались смытыми и размазанными в танцевальных огнях. Когда свет мельком проходил по стенам, на них отражались авангардные картины, фантастические горы, пылающее белое солнце и сумрачные луны. Зверь, поднявший морду, вырисовывался в дыму голографическим серебром, выглядел он горделиво и вызывал шквал эмоций у тех, кто был здесь впервые. Вот и сейчас под визги и свист поднялась вытянутая морда, глубокий вой пролетел по залу, заглушая музыку. Койот бросил на присутствующих ледяной взгляд и ушел в белесый дым.

Овации!

Мне овации.


Все здесь — от стульчика, на котором сижу, до барной стойки, переливчатых картин на стенах и этого серебристого зверя — мое. Создано, придумано, воплощено мною. И так глупо потеряно.

— Внезапно… — Глубокий грудной голос над самым ухом прозвучал не то чтобы неожиданно, но неприятно. — Таша, тебе здесь не рады!

Все-таки я надеялась этот вечер, последний в «Ледяном койоте», провести без созерцания лица некогда задушевной подруги.

— Ты бы не говорила за всех, Акира, — холодно резанул Кайд. — Это ее право!

— Ее право вылетело отсюда еще неделю назад, — мурлыкнула девушка.

— Как раз в то время, когда кто-то влетел в койку моего… — Даже не знала, как его теперь называть. По мне, так только сволочью. Предателем.

Посмотрела на бокал с коктейлем. Оставалась ровно половина. Выпила залпом.

— Бывшего, — сладко подсказала Акира. — Твоего бывшего, Таша. И моего настоящего.

Как же захотелось развернуться и вцепиться в размалеванное лицо, выдернуть клок из уложенной прически! Это было у меня в глазах, в остановившемся взгляде потемневших зрачков.

— Таша!.. — предупредил Кайд и взял меня за руку, разжал стиснутые на бокале пальцы. — Не стоит она того, ты же понимаешь!

— Конечно, она все понимает, — гадко усмехнулась Акира.

Как же я ее ненавидела! Ненавидела, потому что когда-то слишком доверяла. Настолько, что эта тварь теперь знала, куда давить.

— Я не хочу ее видеть здесь! — продолжала бывшая подруга.

Точно, развернуться и залепить по морде. Плевать, что дочь губернатора Лармора. Слышала от нее самой, что кто-то из ее предков относился к высшим нарршари. Очень далекий предок.

Плевать.

Посадят — отсижу, зато как же хорошо мне станет!

На пару секунд. Тех самых, пока она будет кривиться от боли, а из разбитых губ хлынет кровь.

— Успокойся, Таша! — предупреждающе начал бармен.

Я подняла на него взгляд. Вопрос молчаливый и без ответа. Кайд отвел от меня глаза, заставляя повернуться и вызывающе посмотреть на Акиру.

— Она не знает, — расплылась по кукольному лицу вызывающая ухмылка.

— Замолчи, Акира! — Угроза в голосе Кайда была очень пронзительной.

Я его знала, с паренька станется перепрыгнуть стойку и вытащить дамочку за двери самого раскрученного клуба Снежного города. Потом он вылетит с работы. Но вряд ли надолго. Любой ночной клуб бармена его уровня с руками и ногами оторвет. И он это знает. И все же я предупредительно вскинула руку.

— Пусть говорит. — Бокал поближе к Кайду придвинула. Он наполнил его молча, под довольный голосок Акиры.

— Позавчера у нас с Халли состоялась помолвка…

— В курсе, — буркнула холодно. Взяла бокал, покрутила его в руках. Коктейль красиво переливался. Дымный, с ядовитым зеленым оттенком. Если плеснуть в лицо, то эффект будет пусть недолгий, но веселый. Я так и представила зеленые разводы на идеальной коже Акиры. Жаль, это будет всего лишь минутная радость. — Вы успели уже примелькаться на экранах спектров.

Усмешка на лице подруги стала шире и злорадней.

— Он преподнес мне поистине шикарный подарок к этой дате!

Бокал в моих руках дрогнул. Чтобы не показать, какая пронзительная дрожь прошла по телу от жуткой догадки, я быстро вылила в себя коктейль и поставила бокал на стойку. Руки сложила на груди, одарив особу напротив меня самой благостной улыбкой.

Я спокойна, я совершенно спокойна…

— Он подарил мне «Ледяного койота», — продолжала сверкать белыми зубами Акира. — Сразу после свадьбы возьмусь за оформление.

Улыбка с моего лица не сошла. Но стала несчастной, уголки губ дрогнули.

Халл подарил.

Ей.

Мое детище!

То, что я создавала для него. Он только попросил, и я создала!

И да, в этом моя глупость.

Я верила. Безоговорочно. В чувства, о которых он говорил. В планы, которые мы обсуждали. В мечты, что воплощали своими, а вернее, моими руками.

Я просто творила. Вдохновленная его страстными порывами и призрачной любовью. Обжигающими кожу поцелуями и нежными объятиями. Я просто верила. Как оказалось, в мираж.

И вот итог.

Не нужно быть такой дурой, Таша.

Я не значилась ни в одном документе на правообладание «Ледяным койотом».

Взгляд, опустошенный и тоскливый, скользнул по угасающим огням светомузыки. За аппаратурой сидел Ли, он будто слышал весь разговор. Напряженно смотрел в мою сторону. Я старалась держаться, сцепила пальцы и произнесла голосом, ровным до зубовного скрежета:

— Поздравляю. Хотя подарок и недостоин дарителя.

Звонкий смех был острее ножа в сердце.

— Да что ты! А кто достоин? Ты?.. Так нужно было делать все по уму. Понимала же, кто он, кто ты.

Стерва. Знает, куда бить. За столько лет изучила меня вдоль и поперек. Я, Таша Рахи — простая девчонка из трущоб, пробившаяся своим талантом в институт, сумевшая обосноваться в самом дорогом городе Ледового континента. Халл — единственный сын главы экономического департамента.

Я соскользнула с высокого стульчика.

— Совет вам да любовь!

Акира встала на пути.

— Мне тебя очень-очень жаль, — театрально закатила глаза.

Треснуть. Точно, вмазать кулаком по глумливой роже.

— Кому ты теперь нужна… Насколько помню, это же твой единственный проект после института!

Убью ее.

— И ты вроде не зарегистрирована как его создатель? Точно! Выходит, и лицензию за успешный проект не получила. Да и как рабочую в этом клубе тебя не оформляли. Сколько у нас прошло времени? Три года! О-о-о! — Она поджала губки. — Очень сожалею, — с нескрываемым сарказмом покачала идеальной головой с белыми кудрями. — Ну-у, может, тебя возьмут помощником дизайнера куда-нибудь в пригород, в мелкую конторку. В какой-нибудь очень отдаленный пригород. Ты же понимаешь, без лицензии первой работы, с таким перерывом… Увы! Нужно было что-то делать, Таша, я же говорила. В твоем положении надеяться, что Халли предложит тебе руку и сердце… Девочка моя…

Бесит, как же она меня своими нравоучениями бесит!

А я и правда верила, что он на мне женится. Не просто верила, рисовала любовь в его глазах. Дышала им. Взлетала на вершины счастья от одного взгляда. Не испытывала никаких сомнений во взаимности. Плавилась в горячих объятиях снежными безвременными ночами. Растворялась в нежных поцелуях. Тонула всем сердцем и душой в его чувствах. В его обмане.

Все было ложью.

Все наши отношения оказались придуманы мною, созданы в моем творческом иллюзорном мире. И теперь они осыпались прахом. Были отданы другой, положены к ее ногам.

Я взглядом скользила по стойке.

Что бы попросить у Кайди, чтобы покрепче подругу душевную приложить? Но вот взгляд соскользнул на экран спектра у стены за стойкой, где рисовались картины местного канала. Почти двенадцать ночи, время суточных новостей. На весь цветной экран строгое лицо высшего нарршари, президента «Айсхолдинга» — Арршира Наараха. Тонкие губы, четкий профиль, ясные глаза с отражением в них леденящего холода.

Его картинку сменила серьезная дикторша. Строгий, едва слышный женский голос вещал о последних сплетнях.