logo Книжные новинки и не только

«Вверх! По лестнице успеха. Книга-мотиватор» Наполеон Хилл читать онлайн - страница 5

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Никогда в жизни мне не приходилось так отчаянно бороться, как в то время, когда я пытался остаться в автомобильном бизнесе. Я взял у жены в долг четыре тысячи долларов и спустил их впустую, пытаясь остаться в сфере, для которой, как был убежден, подхожу лучше всего. Но силы, которые были могущественнее меня и которых я тогда еще не понимал, не желали оставлять меня на том месте, как я ни старался. Наконец я подчинился, заплатив высокую цену гордости, и, поскольку хотел узнать, как быть дальше, решил применить те познания в юриспруденции, которые уже успел получить.

Четвертый поворотный пункт

У меня была жена, а члены ее семьи — влиятельные люди, и потому я получил должность помощника главного консультанта в одной из крупнейших корпораций в мире. Моя зарплата существенно отличалась от того, что эта компания обычно платила начинающим, и еще существеннее — от того, чего я, как мне казалось, стоил. Но дело было сделано, и я получил место.

Оказалось, что недостаток профессиональных знаний я восполнял старательностью и трудолюбием, по-прежнему упорно следуя главному принципу, усвоенному в бизнес-колледже: всегда, при любой возможности работать старательнее и больше, чем мне платят.

На своей должности я удерживался без труда. Если бы я пожелал, то мог бы гарантированно остаться в ней на всю жизнь. Но в один прекрасный день я совершил поступок, который мои друзья и родные сочли огромной глупостью, — резко уволился с работы. Когда меня стали спрашивать о причине, я назвал ту, которую считал веской; однако убедить семью в мудрости своего поступка мне не удавалось, и еще труднее было доказать друзьям, что я в здравом уме и не спятил.

Я уволился потому, что работа на той должности стала казаться мне слишком легкой и я выполнял ее, прилагая очень мало усилий. Я заметил, что расслабился и что инертность становится для меня обычным и привычным состоянием. Я поймал себя на том, что перестал стараться, стал относиться к работе легкомысленно. Я осознал, что следующий шаг будет деградацией. На той должности я не ощущал внутреннего зова стремиться, двигаться вперед. За спиной родственников и друзей я был как за каменной стеной. Эта работа могла бы оставаться моей сколько пожелаю, хоть всю жизнь, и зарплаты хватало бы на жилье, хороший автомобиль и бензин.

Казалось бы, что еще нужно? Вот жизненная установка, до которой я начал опускаться. И, почувствовав, что расслабился и обленился, я встрепенулся. Хотя во многих вопросах я в то время понимал очень мало, но уже тогда был благодарен судьбе, что у меня хватало мозгов осознать следующее: силу и развитие человеку дает только борьба, а безделье приводит лишь к лени и упадку.

Уход с работы и стал следующим поворотным моментом в моей жизни. Правда, за ним последовали десять лет усилий, и за эти десять лет я испытал все разновидности сердечной боли и печали, какие только бывают. Я бросил работу в сфере юриспруденции, где карьера моя шла успешно, бросил гарантированное место под покровительством родственников и друзей, считавших, что там мне открывается многообещающее и прекрасное будущее. Честно признаюсь, я всю жизнь удивлялся, почему и как набрался тогда мужества совершить этот отчаянный поступок. Насколько я могу оценить сейчас, уволился я, скорее повинуясь инстинктивному порыву, зову сердца, который тогда плохо понимал, а не по рациональным и взвешенным причинам.

Следующим местом работы я выбрал Чикаго — во многом потому, что считал его городом острой конкуренции в своей сфере работы. Я хотел добиться успеха и признания именно там. Для этого мне требовалось доказать, что во мне есть задатки, из которых когда-нибудь выйдет настоящий толк. Логика моя была странной и процесс размышления — непривычным. Кстати, должен признать, что люди часто хвалят себя за разумность, на самом деле им несвойственную. Боюсь, мы слишком часто получаем похвалы за мудрость и ее результаты, хотя они вызваны вовсе не ей, а неконтролируемыми обстоятельствами, за которые мы не отвечаем.

Эта мысль красной нитью проходит сквозь все мои размышления о семи поворотных пунктах в жизни. Я далек от цели убедить читателей, что все наши поступки управляются неконтролируемыми внешними причинами. Но настоятельно советую научиться здраво анализировать и правильно толковать причины, которыми вызваны поворотные пункты в жизни — пункты, на которых усилия меняют направление, несмотря на все наши старания. Я не могу предложить никакого теоретического обоснования или гипотезы, чтобы объяснить эту удивительную аномалию. Но верю, что вы сами найдете ответ с помощью интерпретирующей силы своей религии, какую бы вы ни исповедовали.

В Чикаго я приехал даже без рекомендательных писем. Я поставил перед собой цель, чтобы меня оценили по заслугам или, по крайней мере, по тому, что я считал заслугами. Я получил должность менеджера по рекламе. О рекламе я не знал практически ничего, но помог предыдущий опыт в продажах, а также старый друг — неизменная привычка работать, перевыполняя норму. В совокупности это дало мне существенные преимущества.

Уже в первый год я заработал пять тысяч двести долларов!

Я «возвращался на тропу» скачками и рывками. Постепенно мне стало казаться, что я вновь различаю заветное место, где конец радуги уходит в землю, и долгожданный горшок золота был все ближе — только руку протяни. Считаю своим долгом снова напомнить читателям, что мой идеал успеха и процветания по-прежнему измерялся в долларах и у конца радуги я мечтал найти только «драгоценный» горшок. Если мне и закрадывалась в голову мысль, что у конца радуги можно искать чего-то помимо золота, она была мимолетной и тут же исчезала, не оставив о себе почти никаких воспоминаний.

История знает множество примеров того, как за пиршеством зачастую следует нужда. Я пировал, но не ожидал, что в скором времени снова лишусь этого. Подозреваю, никто не ждет падения, пока не упадет, но оно неизбежно, если только вы не опираетесь на правильные жизненные принципы.

Пятый поворотный пункт

На новой работе менеджера по рекламе я зарекомендовал себя хорошо. Президенту фирмы понравилось, как я работаю, и позже он помог мне организовать компанию «Конфеты Бетси Росс» — я стал ее президентом. И так начался новый поворот моей жизни. [«Betsy Ross Candy Shops» — сеть магазинов одной из самых старых и известных американских марок конфет и шоколада. Она носит название в честь филадельфийской швеи, которая, согласно легенде, первой сшила американский флаг. Ее изображение украшало коробки с конфетами. — Прим. ред. // Госпожа Тремль отметила, что многие называют змею орудием смерти (потому что она ядовита) и символом преображения и возрождения (потому что она сбрасывает кожу). Благодаря этим откровенно противоположным характеристикам змея считается подходящим воплощением божественного начала (согласно Рудольфу Отто, мысли которого описаны далее в этой книге). Божественность вызывает страх и трепет (mysterium tremendum), а также обладает мощной притягательностью (mysterium fascinans). Хайди Тремль продолжает: «Если человек мог выдержать взгляд змея, который символизировал его самый большой страх, он получал исцеление». // Почему на моем рисунке и в Новом Завете Христос уподоблялся змею? (Кстати, создавая тот набросок, я вообще ничего не знал о такой ассоциации.) Это имеет некое отношение к описанию его как судьи в Апокалипсисе: // «Знаю твои дела; ты ни холоден, ни горяч; о, если бы ты был холоден, или горяч! // Но, как ты тепл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих. // Ибо ты говоришь: “я богат, разбогател и ни в чем не имею нужды”; а не знаешь, что ты несчастен, и жалок, и нищ, и слеп, и наг. // Советую тебе купить у Меня золото, огнем очищенное, чтобы тебе обогатиться, и белую одежду, чтобы одеться и чтобы не видна была срамота наготы твоей, и глазною мазью помажь глаза твои, чтобы видеть (Отк. 3: 15–19)». // Спаситель непременно представляется в роли судьи — причем самого неумолимого, — потому что он является мифологическим воплощением идеала, а идеальное всегда вершит суд над действительным. Архетипический образ Спасителя, символизирующий совершенство и полноценность, ужасает точно так же, как мысль человека о том, насколько он далек от безупречности.]

Бизнес быстро расширялся, пока у нас не образовалась сеть кондитерских магазинов в восемнадцати городах. И мне снова показалось, что до заветного конца радуги рукой подать. Я знал, что наконец-то нашел сферу, в которой хотел остаться работать на всю жизнь. Однако я честно признаю, что наша политика и устройство бизнеса были скопированы у другой кондитерской фирмы. Получилось это благодаря тому, что управляющий ее филиалом в западных штатах был моим личным другом и бывшим деловым партнером. Его ошеломляющий деловой успех стал решающим фактором, который и заставил меня пойти в кондитерский бизнес. Уверен, пока вы читали это признание, то уже успели догадаться, что наш кондитерский бизнес был обречен на провал, — и вы правы.

Прошу простить, что замедляю темп рассказа, но хочу остановиться и поразмышлять об одном важном обстоятельстве — том, которое принесло поражение в делах миллионам людей. Это привычка «заимствовать» чужой план, вместо того чтобы разработать свой, оригинальный.

Публика никогда не будет симпатизировать человеку, который явно копирует чужие идеи, хотя официально, законодательно заимствовать их не запрещено. Общественное осуждение — далеко не главный фактор, который подрывает успех подобного делового начинания; такое неодобрение играет определенную роль, но не решающую. Тому, кто пользуется чужими идеями, необходимо помнить: подобный поступок лишает ваш план и вас самих энтузиазма. Собственный, оригинальный план, родившийся из глубины сердца, будет жизнеспособнее, потому что он — полностью ваше творение.

Итак, в нашем кондитерском бизнесе поначалу все шло гладко — пока мой партнер и еще один человек, которого мы позже приняли в компанию, не решили прибрать к рукам мою долю, не возместив мне ни цента. Такую ошибку люди обычно совершают, не понимая, что делают, пока не оказывается слишком поздно и не выясняется, что они уже дорого заплатили за свою глупость.

Их план сработал, но я уперся сильнее, чем они ожидали. И чтобы «мягко подтолкнуть» меня к выходу из дела, эти господа подстроили мой арест по фальшивому обвинению и предложили взять меня на поруки и выкупить, если я уступлю им свою долю в кондитерской компании. Я отказался и заявил, что, скорее, готов предстать и отвечать перед судом. Когда же настал день суда, на заседании не оказалось прокурора. Мы потребовали у суда вызвать жаловавшегося свидетеля, чтобы он сам выдвинул обвинение, что и было выполнено. Судья закрыл дело, прежде чем оно успело набрать обороты, заявив: «Это один из самых вопиющих случаев попытки принуждения, с которым я когда-либо сталкивался».

Чтобы защитить свое доброе имя, я подал встречный иск, потребовав пятьдесят тысяч долларов компенсации за причиненный ущерб. Дело слушалось пятью годами позже в Верховном суде Чикаго, и я добился справедливого решения. Разбирательство было названо иском из гражданского правонарушения (это означало, что требовалась компенсация за серьезный вред, причиненный моей репутации). Когда слушается такое дело, суд имеет право отправить в тюрьму того, против кого выдвинут иск, пока обвиняемый не заплатит.