Он медленно оглянулся — черные глаза горели сумасшедшим, диким огнем. Я смотрела в них, застыв от ужаса, и снова испытала желание упасть на колени и закрыть голову руками.
Дракон вдруг громко клацнул зубами, и я так и подпрыгнула, слабо вскрикнув. Но он лишь пугал меня, и презрительно засмеялся над моим страхом. Эта глупая шутка разозлила, и злость прогнала страх.
— За что вы так со мной? — спросила я гневно. — Вы же сами говорили, что внешне я вам не нравлюсь?
Он окинул меня взглядом, как прежде — снизу вверх, оценивающе, насмешливо.
— Не ты одна ценишь содержание, а не переплет, — сказал он и вышел, оставив меня в спальне одну.
Я опустилась на пол, потому что колени у меня дрожали. Что ожидает меня этой ночью? Развлекать дракона и его брата — что это значит? Воображение тут же нарисовало мне сотню страшных и омерзительных картин. Я сжала голову руками. Бежать?! Но может, дракон только и ждет, чтобы я дала ему повод… «Не уверен, что сдержусь в этот раз». Я как наяву ощутила крепкую мужскую руку на своей шее, а потом… прикосновение пальцев к щеке. Однажды сборщик налогов взял меня за колено, когда я просила об отсрочке по выплатам. Это было… омерзительно, противно до тошноты! Прикосновения дракона не казались мне омерзительными — просто страшными. Просто!.. Я не удержалась от смеха и смеялась до тех пор, пока слезы не брызнули. Так, спокойно, Виенн. Возьми себя в руки или погибнешь сразу же.
Дверь спальни резко открылась, и я не сдержала испуганного вскрика — мои нервы были натянуты до предела. Но заглянула всего лишь Фрида.
— Милорд приказал, чтобы вы перестелили ему постель, — сказала она с недовольством. — Чего вы ждете? И еще он велел, чтобы вы переоделись.
Подождав ответа, Фрида недовольно скривилась:
— Вы долго собираетесь здесь сидеть? Пойдемте! Я дам вам постельное белье и одежду.
Я шла за ней по темным коридорам, а слышала только голос дракона: «Не смогу сдержаться в следующий раз», «не ты одна ценишь содержание, а не переплет», «развлечешь нас с братом».
— Госпожа Фрида, — позвала я, — а как милорд Гидеон относится к своему брату? Я заметила, они очень близки.
— Они с детства — не разлей вода, — сухо ответила Фрида, наверное, все еще сердилась на меня за нерасторопность. — Господин Дилан обожает брата, просто слепо обожает. У него буйный нрав, у младшего господина, и только милорд Гидеон может держать его в узде.
Не разлей вода… Значит, всегда действуют заодно… Как же мне придется их развлекать?! Я молитвенно переплела пальцы, но прочитать молитву не смогла — голос дракона звучал в моей голове все громче и громче.
Фрида привела меня в комнату, где пахло свежестью чистого и наглаженного белья. Сундуки вдоль стен напоминали затаившихся чудовищ — огромные, с выгнутыми крышками, словно вздыбившие спины, с замками, блестевшими, как глаза. Фрида подняла светильник повыше и безошибочно открыла пасть одному из «чудовищ». Там лежали простыни и наволочки — белоснежные, сложенные ровно, шевчик к шевчику, без единой морщинки.
— Берите две простыни и две наволочки, — скомандовала Фрида, — и пойдемте в гардеробную, подберем вам что-нибудь по росту. Прежде чем будете переодеваться — помойтесь. Милорд не любит грязи.
Я следовала за ней, еле передвигая ноги. Милорд не любит грязи… Значит, надо привести себя в порядок, чтобы понравится милорду… А его брат такой же любитель чистоты? Или ему мне не обязательно нравиться?
— Выбирай, что нравится, — сказала Фрида, открывая дверь в другую комнату — здесь сильно пахло лавандой. — Вот в этом сундуке платья твоего размера, а вон там возьми белье.
Она сама открыла крышку, и я увидела сложенные аккуратными свертками платья — светлые, темные, все из добротной, но тонкой ткани, со шнуровками и даже вышивкой. Помедлив секунду, я взяла что-то темное, показавшееся мне самым неказистым. Белье выбрала совершенно бездумно, а вот головных платков выбрала два — один тонкий, из отбеленного полотна, а второй — из более толстой ткани, не такой грубый, что был сейчас на мне, но тоже коричневый.
— Могли бы взять что-то понаряднее, — Фрида осталась недовольна моим выбором. — Молодой девушке можно одеваться и ярче.
— Спасибо, мне подойдет и это, — сказала я тихо.
Служанка пожала плечами и проводила меня обратно.
— Положите постельное белье на кровать милорду, — посоветовала она, — перестелите позже, а пока приведите себя в порядок. Сейчас вам принесут горячей воды в вашу комнату, топить баню уже никто не станет, да и долго это.
Я сидела на своей новой постели, прижав к груди платки и платье, пока служанки принесли таз для умывания, кувшины и ведра с горячей водой. Женщины не пытались заговорить со мной под присмотром грозной Фриды и сразу удалились.
— Вам помочь? — нелюбезно спросила Фрида.
— Нет, благодарю вас, — покачала я головой. — Справлюсь сама, не беспокойтесь.
— Не заставляйте милорда ждать, — напомнила служанка. — Гости начнут разъезжаться после полуночи, к этому времени успейте перестелить ему постель.
Я только кивнула, глядя в пол.
Глава 10. Сказка на ночь
— Не знаю, что ты нашел в ней забавного, — Дилан поднимался по лестнице, придерживаясь рукой за стену — сегодня было выпито слишком много, и теперь не только голова кружилась, но и ноги ступали не твердо. — Да, не лишена миловидности, но тощая и жалит, как оса. Меня бесит, когда она открывает рот. Как она посмела сказать… — он икнул, — побей свой хвост? Ты не думаешь, что она может быть подослана мятежниками? Только отвернись — перережет тебе глотку…
— С каких это пор ты стал бояться людей? — пошутил Гидеон, поддерживая брата.
— Я?! Бояться?! — так и вскинулся он.
— Вот и я их не боюсь. А тем более — эту девчонку, которая и муху раздавить не сможет.
— Не ошибся бы ты на ее счет, — покачал головой Дилан.
— Сейчас заходим в комнату, а она там с арбалетом и алебардой наперевес, — усмехнувшись сказал Гидеон, останавливаясь перед дверями своей спальни.
— Постой! Она у тебя там, что ли? — Дилан круто развернулся, освободившись от поддержки братниной руки.
— Велел ей перестелить постель и развлечь нас с тобой, — тихо засмеялся Гидеон. — Надеюсь, когда зайду, увижу ее без платка и в ночной рубашке — пугливую, трепещущую, как лань…
— Ты же говорил, она тебе не нравится! — возмутился Дилан. — Сущее пугало!
— Тише, — Гидеон приложил к губам палец. — Зато это будет смешно.
— Все развлекаешься, — Дилан не мог успокоиться.
— Это мое право, — заметил Гидеон спокойно и толкнул двери.
Его ожидало разочарование. Монашка не пожелала прыгнуть в постель, как он на то рассчитывал, и даже не озаботилась одеться поприятнее. Дракон с некоторым изумлением осматривал ее новый наряд. Новый! Коричневое платье — ничем не лучше монашеской хламиды, белый платок, который она намотала на голову и шею, тщательно спрятав пряди волос, а сверху еще набросила головное покрывало — тоже коричневое.
Она устроилась в его кресле, поставив локти на стол, и читала книгу, но при появлении мужчин вскочила, едва не опрокинув свечу.
— Святые небеса, — нарочито изумился Гидеон. — Мне думалось, я зашел к себе в спальню, а попал прямиком в молельню. Мне следует испросить у вас благословения, матушка-настоятельница?
Дилан громко фыркнул за его спиной.
— Я просил развлечь меня и брата, — продолжал Гидеон, легонько отодвигая девушку в сторону и усаживаясь в кресло, в котором только что сидела она, — а ты решила читать молитвы до рассвета? Не пойдет, милашка. Молитвы — не то, что нас с братом интересует.
— Время позднее, я пойду, — сказал Дилан, не скрывая неприязни.
— Оставайся, — сказал Гидеон, и брат послушно замер, — ты же все равно не сможешь уснуть, — он обернулся к девушке и доверительно рассказал: — Когда он пьет, то потом не может спать, как только ложится на подушку — голова кружится.
— Зачем об этом? — сказал Дилан сквозь зубы.
— Она все равно узнает, — отмахнулся Гидеон, — она же такая умная! Жаль только, что весь ум ушел в молитвы, — он глянул в книгу, которую монашка читала перед его приходом, и удивленно присвистнул. — Ты уверена, что не ошиблась? Это не молитвослов. Дилан, ты посмотри, что она читала тут без меня.
Книга была о жизни двух великанов — весельчаках, бабниках и пьяницах, которые попадали в забавные и страшные приключения, демонстрируя наплевательское отношение к королям и церкви. Как раз была раскрыта страница, где младший великан в компании таких же беспутных кутил-друзей прибыл на отдаленный остров, чтобы спросить у волшебной бутылки совета насчет женитьбы.
— Она взяла твою вещь без разрешения, — сказал Дилан. — Это ли не наглость?
— Наглость, — согласился Гидеон, — но я не в обиде. Так что насчет развлечений, Виенн? Обычно мы с братом играем в карты. Может, составишь нам компанию?
Он с удовольствием смотрел, как нежное лицо девушки заливает румянец. Нет, Дилан был не прав, говоря, что девица выглядит так себе. Не красавица из легенд, конечно, но мила. А глаза… В этот самый момент девушка посмотрела прямо на него, и Гидеон снова ощутил прохладу и силу морских волн. Люди думают, что море синее, но это не так. Оно зеленое. Зеленое, как толстое бутылочное стекло. Как изумруд. Как глаза вот у этой монашки.