Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Натали Андерсон

Женщина для чемпиона

Глава 1

Очередной светофор замигал красным. Келси Рейд нажала на тормоз как минимум в сороковой раз за последние несколько минут, пробормотала под нос что-то нелестное и потянулась за расческой, которую бросила на пассажирское сиденье.

Другие посетительницы салона красоты, куда она спешила, наверняка будут выглядеть как картинки из модного журнала — причесанные, накрашенные, безупречные. Сама Келси успела только вставить контактные линзы и натянуть платье на мокрое после душа тело. К тому же от вчерашнего перебора кофеина у нее разболелась голова. Сегодняшний перебор светофоров на пути в Мериваль — самый роскошный пригород Крайстчерча — не шел на пользу ни самочувствию, ни настроению.

Если бы только накануне ночью она не заснула перед компьютером, заканчивая срочный заказ, чтобы освободить сегодняшний день! Проснувшись, Келси обнаружила, что волосы слиплись от энергетического напитка из опрокинувшейся на стол бутылки, и в панике вылила на голову столько шампуня, что с трудом смыла пену…

После этого ей начисто расхотелось куда-либо ехать, но у нее не хватило духа отказаться от записи в спа-центр «Л'Эссанс». Посещение элитного салона подарили ей на Новый год сослуживцы во главе с начальником в качестве благодарности за отличную работу. Келси была тронута, хотя такой презент нужен был ей меньше всего. Обычно она избегала мест, где собирались красивые женщины, потому что сама себя в эту категорию не относила. Она еще в школе натерпелась из-за внешности: в глазах одноклассников она была чудачкой, неинтересной даже родному отцу. А ведь свою экзотичность она унаследовала именно от него!

Келси так страдала от комплекса неполноценности, что однажды позволила бывшему бойфренду за руку отвести ее к стилисту, а потом в магазин за новой одеждой. Но, даже полностью «переделанная» по вкусу парня, она оказалась недостаточно хороша для него. Келси до сих пор не могла поверить, что добровольно согласилась на такое унижение.

В конце концов она взбунтовалась. Люди считают ее странной? Ну и пусть! Она начала скрывать почти неестественно бледную кожу и дефицит округлостей под длинными мешковатыми балахонами, красить волосы и носить цветные контактные линзы. Прятала себя, как могла. Если мужчине суждено полюбить ее, то не за внешность, а за ум, чувство юмора, яркую индивидуальность или что-то в этом роде.

Вряд ли у нее было много шансов поразить воображение мужчины, потому что на свидания Келси не ходила уже лет сто. Работа все равно отнимала все время. Она переехала в Крайстчерч недавно и не знала здесь никого, кроме сослуживцев, но пытать счастья с ними не имело смысла. Их мечты плотно оккупировали грудастые девушки с большими пистолетами — героини компьютерных игр. Келси пугала мысль о соперничестве с живыми женщинами, бросать вызов виртуальным красоткам она тем более не решалась.

Когда мужчины с работы надумали сделать ей подарок, они исходили из популярного мнения, что все женщины любят салоны красоты. Они ничего не знали о ее бывшем парне, который стоял за плечом парикмахера и указывал тому, как стричь непокорные кудри Келси. С того унизительного дня она стригла и красила волосы сама, дома. Но разочаровать коллег отказом было бы жестоко, ведь Келси знала, какой это дорогой и эксклюзивный салон. Впрочем, помимо стрижки и солярия, там предлагали полный массаж тела, что внушало некоторый оптимизм. Еще ей нравилась мысль о бесплатной депиляции воском.

Так или иначе, она поехала наводить красоту. В неброской одежде, с растрепанными, спутанными волосами, неравномерно прокрашенными дешевой краской. Выглядела как огородное чучело и, ко всему прочему, опаздывала.

Келси проехала еще сто метров до следующего перекрестка, где светофор снова подмигнул ей красным глазом. Воспользовавшись паузой, она снова принялась расчесываться. В ее сумочке всегда лежал гель, который придавал волосам более или менее приличный вид, но сначала требовалось разобрать упрямый колтун на затылке. Жмурясь от боли, Келси раздраженно дернула застрявшую в нем расческу — да так, что нога съехала с педали тормоза. Машина проскочила вперед на полметра, толкнув переходившего улицу пешехода.

Келси услышала удар. Оборванное ругательство. Собственный взвизг. Ударила по тормозам, заставив автомобиль подпрыгнуть, распахнула дверь и рванула наружу, но ремень безопасности откинул ее назад. Судорожным жестом она расстегнула пряжку и выскочила из машины, ожидая увидеть распростертое под колесами тело. Келси задыхалась от ужаса, пока в голове крутилась только одна невыносимая тошнотворная мысль: неужели она только что кого-то убила?

Мужчина, которого она ударила, уже успел подняться. Он был очень рослым и вполне живым, потому что смотрел на нее широко открытыми глазами удивительно яркого синего цвета и ровно дышал. Это все, что смог зарегистрировать мозг.

— Что с вами? О господи. Вы в порядке? — Келси попыталась восстановить дыхание. — Как вы себя чувствуете?

— Нормально.

— Откуда вы взялись? Я вас не видела!

— На светофоре был зеленый, — сухо заметил потерпевший.

«Как я могла не заметить мужчину под метр девяносто ростом? — подумала Келси. — Может, с ним был кто-то еще?»

Она наклонилась и заглянула под колеса.

— Ваша машина не пострадала.

— Это не важно, — пробормотала она. — Я сбила только вас?

— Только меня.

— Слава богу! То есть я не имею в виду… — Сердцебиение не унималось. — Вы точно в порядке?

— Так и есть. — Мужчина засмеялся. — Послушайте, не хотите убрать машину с дороги? Вы перегородили движение.

Келси в недоумении оглянулась. Многие уже объезжали ее автомобиль по встречной полосе, так что большого ущерба дорожному движению она не нанесла. Другие водители, наверное, понимали, что здесь произошла авария. А ей нужно было сосредоточиться на жертве наезда.

— Вы абсолютно уверены, что не пострадали? — От волнения голос Келси поднялся до частот, которые обычно слышны только собакам и летучим мышам.

— Вы не против продолжить разговор на тротуаре? — предложил мужчина.

Вслед за ним она послушно сделала несколько шагов, но замерла, встревоженная его походкой.

— Вы хромаете! Почему?!! Куда я вас ударила? Где болит?

— Не беспокойтесь, это всего лишь мое колено. Оно…

— Колено?!! — взвизгнула Келси. — Я повредила вам колено? Дайте посмотреть!

Она опустилась на корточки и отогнула край длинных серых шорт незнакомца, ожидая увидеть кровавые подтеки. Руки растерянно скользнули по гладкой, загорелой, мускулистой ноге, но мужчина почти сразу отступил на шаг, сжал ее предплечье и потянул вверх, предлагая подняться.

— Со мной действительно ничего не случилось.

— Нет, вам нужно в больницу. Я должна вас отвезти!

— Мне не нужен доктор. Но, возможно, он нужен вам, потому что вы очень побледнели.

Желудок Келси сводило спазмами по мере того, как до нее доходил весь ужас ситуации: до этих пор она никогда не попадала в аварии.

— Я могла убить вас.

«Я могла убить ребенка. — С мазохистской страстью проворачивала она в голове самые ужасные сценарии. — Или женщину с коляской. Чистое везение, что я наскочила на такого здоровяка!»

— Могли, но не убили. — Его руки легли ей на плечи. — Успокойтесь. Со мной ничего не случилось. Вы куда-то спешили?

— Что? Да. — Келси бросила взгляд на часы и махнула рукой, поняв, что безнадежно опоздала. — Нет.

— Куда?

— Не имеет значения. Вам нужно в больницу. — Она начала подталкивать его к машине.

— Нет.

Келси не слушала. Думая только о том, что она обязана оказать пострадавшему помощь, она толкала все сильнее, но сдвинуть его с места оказалось не легче, чем гору. Неожиданно литые мышцы под ее ладонями пришли в движение, возвращая ее к реальности. Господи, почему она шарит руками по груди совершенно незнакомого мужчины посреди улицы?

Келси подняла глаза и утонула в небесно-синем взгляде великана, который сиял на нее солнечной улыбкой. Реальность снова исчезла, уступив место ощущению лета, тепла, безмятежности, исполненной мечты. Она моргнула, отгоняя наваждение. Она только что сбила этого человека, а теперь смотрит на него так, будто раньше не видела мужчин. Хотя, честно говоря, таких атлетов она и вправду еще не встречала. Молодые люди, что окружали ее на работе, четко делились на хлюпиков и толстяков. Компьютерные гении редко дружат со спортом и, как правило, не отличаются мужественной красотой.

Стоявший перед ней мужчина со всей очевидностью не был компьютерным гением. Должно быть, он проводил большую часть жизни на свежем воздухе — отсюда загар, мускулы, выбеленные солнцем пряди в темных волосах. Если бы Келси искала воплощение мужской привлекательности, поиски можно было бы прекратить.

Но может, это ее контактные линзы создавали такой эффект? Она безуспешно пыталась вспомнить, какого они сегодня цвета. Рука незнакомца все еще лежала на ее плече, поглаживая нежную кожу, мешая сосредоточиться.

— Знаете что? Давайте дальше машину поведу я, — предложил он спокойно.

Келси совсем не нуждалась в покровительстве и хотела было заявить об этом, но покорно подчинилась, когда теплая ладонь мягко, но настойчиво подтолкнула ее к пассажирскому сиденью. Мужчина закрыл за ней дверь и направился к водительскому месту. Спорить было поздно. Келси нахмурилась, заметив, что он по-прежнему прихрамывает. Было бы справедливо, если бы она оказывала ему помощь, а не наоборот.

Когда он занял место за рулем, она еще раз уточнила:

— Вы уверены, что сможете вести машину?

В ответ незнакомец рассмеялся:

— Как вас зовут?

Келси смотрела на него широко открытыми глазами, зачарованная его смехом. В ее маленькой машине рослый красавец выглядел нелепо: колени почти упирались в подбородок. Он отодвинул кресло назад до упора, но места все равно не хватало. Судя по вопросительному выражению лица, он о чем-то спросил ее и ждал ответа.

— Простите? — переспросила она, возвращаясь мыслями из облаков.

— Ваше имя? — Он наклонился, почти коснувшись широкой грудью ее груди.

Его маневр заставил Келси временно онеметь и прирасти к сиденью. Она вдохнула свежий, терпкий запах его тела, почувствовала тепло, напряглась. Но не от страха, нет, вовсе нет. Она непроизвольно задержала дыхание, когда его красивое лицо с тенью щетины на подбородке склонилось совсем близко. Неужели он собрался ее поцеловать? Разрешит ли она такую вольность неизвестно кому? Как под гипнозом, Келси смотрела в смеющиеся глаза, обещавшие райское блаженство…

Конечно, разрешит. Ни о каком другом развитии событий нельзя было даже подумать. Думать вообще было трудно.

Механический щелчок привел ее в чувство. Келси вздрогнула от разочарования, поняв, что мужчина тянулся, чтобы застегнуть на ней ремень безопасности. И правда, зачем бы он стал целовать неизвестно кого, когда от его поцелуя не откажется даже самая распрекрасная девушка? Келси бессильно откинулась на спинку сиденья. Под тонким летним платьем по телу бегали мурашки. Когда двигатель заворчал, она с трудом отвела взгляд от мужских рук на руле, чтобы посмотреть, куда они едут. Хотя, по большому счету, Келси было все равно.

— Мисс?

Никто никогда не обращался к ней так.

— Келси, — представилась она, сообразив наконец, о чем он спрашивал.

— Меня зовут Джек.

— Привет, Джек, — рассеянно произнесла она.

Жизнь принимала сюрреалистический оборот. Неотразимый красавец увозил Келси в неизвестном направлении, а она не могла собраться с мыслями, как требовалось в экстремальной ситуации. Этому мешало не столько потрясение от аварии, сколько неотразимая красота потерпевшего.

Он рассмеялся снова:

— Думаю, вам нужно время, чтобы прийти в себя. Я знаю место, где варят потрясающий кофе. Давайте заедем туда, хорошо?

Кофе. Вот что поможет ей встряхнуться. Утром она не успела выпить привычную чашку — и вот результат.

Заехав на стоянку, Джек заглушил мотор.

— Сюда нельзя! Парковка разрешена только клиентам лыжного центра. Видите табличку?

Но он бросил ключи в карман и даже не оглянулся:

— Вряд ли кто-то будет возражать.

«Удивительно, какой он невозмутимый, — думала Келси, шагая за ним. — Люди, которых только что сбила машина, так себя не ведут». Глядя на его неровную походку, она снова почувствовала приступ раскаяния и остановилась в растерянности. Сжав ее локоть, Джек практически втащил Келси в уютное маленькое кафе.

— Садитесь, — сказал он, подведя ее к ближайшему столику. — Сейчас принесу кофе.

Келси плюхнулась на стул.

— Черный кофе будет очень кстати, — согласилась она.

Кофе вернет ее к жизни. Она не узнавала сама себя.

* * *

Джек смотрел на бледное как полотно лицо миниатюрной женщины. Можно подумать, это она стала жертвой наезда. По правде говоря, он почти не почувствовал толчка, выручила спортивная реакция. Оттолкнувшись от капота, успел отскочить в сторону, но в процессе потревожил колено, прооперированное две недели назад. Сейчас Джек чувствовал себя так, как будто только вышел из-под ножа хирурга. Ему хотелось надеяться, что возвращение к тренировкам откладывать не придется.

Барменша встретила постоянного клиента приветливой улыбкой, и через минуту Джек уже вернулся к столику с двумя чашками кофе. Высыпал в чашку, предназначенную Келси, три пакетика сахара и размешал.

— Я не пью сладкий, — слабо улыбнулась она.

— Сегодня придется потерпеть. Крепкий, горячий, сладкий — то, что вам нужно.

Келси сделала глоток, потом другой.

— Лучше?

— Намного.

Действительно, ее глаза потрясающего цвета смотрели более осмысленно, спина распрямилась. Джек вздохнул с облегчением — еще и потому, что пропала из вида сползшая на обнажившееся плечо бретелька соблазнительного кружевного лифчика. Ему не стоило думать о сексе, но он ничего не мог с собой поделать. Эротические мысли не покидали его с той секунды, как он увидел ее ладную стройную фигурку и копну густых растрепанных волос.

Может, поэтому он и предложил угостить ее кофе? Конечно нет. На лице молодой женщины было написано такое глубокое чувство вины — она думала, что повредила ему колено. Ему хотелось успокоить ее. Джек был уверен: несмотря на свойственную независимым интеллектуалкам нарочито вызывающую внешность, она надолго потеряет покой из-за пустяковой аварии.

Он обошел вокруг стола. Девушка вздрогнула от его прикосновения.

— Спокойно, иначе сделаете только хуже, — пробормотал он.

Расческа безнадежно запуталась в густых локонах на затылке. Келси совершенно забыла о ней и тихо ахнула, когда он потянул за гребень. Джек надеялся рассмешить девушку, но вместо этого она смутилась и густо покраснела. Он распутывал пряди, стараясь не причинить боли. Пальцы ласкали плотные завитки очень светлых кудрей, свежо пахнущих цветами. Аромат кружил голову.

Эта странная перепуганная девица возбуждала его так, как давно не возбуждала ни одна женщина. Вообще-то Джек не был сексуально озабочен и умел держать себя в руках, просто операция на колене на время лишила его возможности отводить душу как на снежном склоне, так и в постели. Возможно, долгое воздержание обострило восприимчивость к женским чарам. Ведь обычно Дюймовочки не привлекали Джека, он предпочитал статных женщин. Джек не любил также чрезмерной эмоциональности. Стиль его жизни не допускал серьезных отношений, он не был готов повесить на себя зависимое существо, которое ежеминутно нуждалось бы в душевном тепле и внимании. Но его тронуло сочувствие маленькой женщины. Он не остался равнодушен к слезам, которые она едва сдерживала, к дрожащим губам… В отличие от волос и глаз губы Келси были совершенно натурального цвета — нежно-розовые, без следа губной помады или блеска. Нежные, пухлые, они приглашали к поцелуям.

Правда, эротические мечты уже унесли Джека значительно дальше поцелуев. Он представлял, как сжимает в объятиях гибкое тело, спрятанное под длинным платьем траурного черного цвета. Джеку предстояло еще долго обходиться без секса, до конца реабилитации оставалось не менее месяца. Он решил, что это единственная причина размечтаться о женщине, столь же неподходящей ему в качестве партнера, как золотая рыбка — пиранье.

На освобождение расчески из плена спутанных волос Келси ушло довольно много времени, но Джек не возражал. Он обнаружил, что получает мазохистское удовольствие от случайных осторожных прикосновений, не имея возможности трогать ее так, как ему хотелось. От сексуального голода сводило зубы. Джек не мог поверить, что его так влечет к растерянной крохе совершенно не в его вкусе.

Он привык к женскому вниманию, льстившему его самолюбию, любил получать и доставлять удовольствие. Ему были хорошо известны признаки заинтересованности, которые он по желанию замечал или игнорировал. Когда болезненная пульсация в колене затихла, Джек понял, что не сможет удержаться от соблазна. Возможно, это будет ошибкой, но риск, неизвестность и вызовы судьбы всегда привлекали его.

Не важно, что в его распоряжении меньше суток. Не имеет значения, что его ждут на важном совещании. От этого приключение становилось только более заманчивым. Джек Грин умел брать от жизни все.