В войне против Аргоса Клеомен одержал победу, применив детскую, с нашей сегодняшней точки зрения, хитрость. Было замечено, что аргосские лазутчики следят за строгим распорядком спартанцев, которые осадили город. Когда у спартанцев по расписанию обед, аргосцы тоже идут обедать. Клеомен предупредил свое войско: завтра сигнал на обед будет означать «взять оружие». Спартанцам удалось поджечь рощу, в которую противники отправились принимать пищу. Клеомен не знал, что эта роща считается священной. Он сильно провинился в глазах жрецов.
Кроме того, Клеомен отличался дурным характером. Однажды в Афинах он оттолкнул жрицу, которая мешала ему пройти в храм. Победив Аргос, приказал высечь жреца богини Геры. Этим спартанский царь восстановил против себя очень многих.
Прославился Клеомен и тем, что подкупил пифию, чтобы помешать претенденту на престол Демарату стать царем. После чего тот бежал к персидскому царю Ксерксу.
В конце жизни Клеомен впал в безумие, ходил по улицам и всех бил палками. Потом был заточен. В тюрьме он потребовал, чтобы илот сломал ему ноги, и истек кровью. Такой чудовищный способ самоубийства.
Нет точных данных о том, имел ли Леонид отношение к страшному концу своего сводного брата. Но так или иначе, он, уже сорокалетний, унаследовал спартанский трон.
Клеомен оставил заметный след в жизни Леонида, женив его на своей дочери Горго. Это была девушка истинно спартанского воспитания. В 499 году к Клеомену прибыла делегация ионических греков с побережья Малой Азии с просьбой о помощи в войне против персов. Предлагали очень большие деньги. Богатство тогда мерили талантами, а талант — это 16 килограммов золота. Взятки, составлявшие тонны золота, возили на телегах. Кстати, у спартанцев, не стремившихся развивать торговлю, вместо денег были железные прутья. Очень неудобно, с точки зрения коррупции.
Дочь Клеомена, которой не было тогда и 10 лет, по легенде, вмешалась и предотвратила подкуп своего отца чужеземцами. Когда Горго выдали замуж за Леонида, она родила ему сына Плистарха — будущего не очень заметного и не оставившего наследников царя Спарты.
Леонид, возглавивший Спарту в 491 году до новой эры, первые 10 лет царствовал, не совершая никаких заметных деяний. Тем временем греко-персидские войны были уже в разгаре (они начались в 500-х годах). Поскольку главным противником персов были Афины, конкурировавшая с ними Спарта не спешила включаться в конфликт.
Персы однажды уже занимали Афины, на затем потерпели поражение в битве у острова Саламин. Правда, сами они утверждали, что одержали победу.
После смерти воинственного царя Дария в Персии правил Ксеркс. Он организовал второй поход против греков, объявив войску: «Я не успокоюсь до тех пор, пока не предам Афины огню. Я должен покарать виновных».
В чем, по мнению Ксеркса, были виновны греки? Да в том, что посмели не покориться Персидской державе. Что ж, предать огню Афины Ксерксу удалось. А вот победить греков — нет.
Греческие города-государства — полисы — были разрозненны и до битвы в Фермопильском ущелье не могли объединиться в борьбе против персов.
За 7–10 лет до Фермопил бежавший ранее к Ксерксу Демарат попытался тайно предупредить Леонида, что персы готовят войну. Прислал так называемую восковую дощечку, то есть деревянную, покрытую воском, с нацарапанным на нем текстом. Считается, что жена Леонида Горго догадалась соскоблить верхний слой воска, под которым обнаружилось настоящее, секретное сообщение, вырезанное непосредственно на деревянной поверхности.
Греки узнали, что Ксеркс собрал колоссальную армию. Современники писали, что она насчитывает миллионы воинов и выпивает реки на своем пути. Конечно, миллионы — это преувеличение, а маленькие горные речки в жару армия действительно могла обезводить.
Встретиться предстояло двум совершенно разным армиям. Воинство Ксеркса было пестрым, собранным со всех земель, завоеванных персами ранее. Солдаты говорили на разных языках и не понимали друг друга. Их гнали вперед люди, вооруженные бичами. Спартиат не мог дрогнуть, потому что боялся позора, персидский воин — потому что боялся надсмотрщика. Мир Востока надвинулся на мир ранней европейской цивилизации.
Греки начали совещаться. В конце концов было решено помочь Средней Греции, к которой с севера, с уже завоеванных территорий, приближались персы. Но по-настоящему бороться за Афины, бывшие их главным соперником, спартиаты не хотели. Они были настроены защищать Коринфский перешеек, за которым начиналась их родная Южная Греция, Пелопоннес.
Спарта отказалась принимать полноценное участие в войне под предлогом того, что шли Олимпийские игры, во время которых воевать не полагалось. Но язык политиков всегда был языком лжи. И уже Плутарх, писавший об этих событиях через два столетия, во II веке до нашей эры, давал читателям понять, что спартиаты не спешили на помощь афинянам.
К счастью, греческие города-государства в тот момент еще не созрели для войны друг с другом. Это случилось уже после греко-персидских войн, началась трагическая Пелопоннесская война 431–404 годов до нашей эры.
А пока речь все-таки шла о союзе. Решено было отправить на помощь Афинам небольшой отряд под руководством царя Леонида. На это герусия — совет старейшин — дала добро.
Безусловно, принималось в расчет и такое соображение. Мы, спартиаты, лучшие, непобедимые воины, мы не можем остаться в стороне. На самом деле ими руководила и зависть. Ведь в Марафонском сражении афинский полководец Мильтиад одержал невиданную победу. А спартанцы считали, что только они могут сражаться столь победоносно.
Леониду было известно пророчество дельфийского оракула: Спарта или будет побеждена, или станет оплакивать своего царя. И он сознательно шел на гибель. Ведь он не мог допустить мысли о том, чтобы враги победили великую Спарту.
Он выступил в поход во главе не только 300 спартиатов, но и союзников. Всего отряд насчитывал 2–4 тысячи человек.
Перед битвой в жертву Артемиде принесли молодую козу. За спартанским войском всегда гнали стадо священных животных, чтобы в нужный момент умилостивить богов.
Фермопилы, куда Леонид привел свой отряд, — это ущелье, название которого в переводе означает «Теплые ворота». Оно связано с тем, что в этих местах били термальные источники. Ущелье представляет собой узкое пространство между почти отвесными скалами. Греческие горы не очень высокие, но там много труднопроходимых мест. С одной стороны — скала, с другой — крутой обрыв к морю. Узкая тропа — примерно в 60 метров шириной. Там может одновременно пройти одна колесница. Две разъедутся с трудом. В таком месте можно попытаться малыми силами сдержать огромное войско.
Жак Луи Давид. Леонид при Фермопилах. 1814
Ксеркс четыре дня не начинал сражение. Лазутчики докладывали ему, что врагов совсем немного. Но он боялся каких-нибудь хитрых ловушек.
Сообщали лазутчики и совсем уж странные вещи. Что делают воины Леонида? Состязаются в беге. Вряд ли это было доступно пониманию древневосточного деспота, «живого бога на земле», видевшего вокруг себя только ползавших в грязи рабов. Поведение спартанцев перед битвой он должен был принять за симптом безумия. Правда, беглый спартанский царь, который, спасая свою жизнь, перешел на сторону персов, объяснял Ксерксу, что воины Леонида вовсе не ненормальные — просто они готовятся к славной смерти в блестящем бою. Они хотят выглядеть безупречно, чтобы потомки вспоминали, как они красиво умерли.
Наконец Ксеркс двинул вперед свое войско. Поначалу все происходило довольно глупо. Персы мешали друг другу, возникла давка. А воины Леонида стояли перед ними как стена, сомкнув щиты, выставив копья. Они умело маневрировали. По команде делали вылазку, потом притворялись, что отступают, персидское войско бросалось в погоню, а те резко оборачивались и смыкали строй. Наткнувшись на эту стену из щитов, многие персидские солдаты с воплями летели с обрыва в море, разбивались или тонули. Войско Ксеркса несло очень большие потери.
Леонид руководил сражением. Он был зрелым и искусным воином. Видя, что передние ряды истощены битвой, он умело заменял их, отправлял отдохнуть, а вперед ставил новых воинов.
Битва продолжалась два дня, от рассвета до заката. Когда оказались переломаны почти все копья, в ход пошли мечи. Развернуться с ними в ущелье оказалось непросто. Когда же не осталось и целых мечей, биться продолжали рукоятками. А потом — кулаками.
Почему образ 300 спартанцев стал легендарным? Потому что вроде бы молва о невиданной армии Ксеркса должна была их деморализовать. Но получилось ровно наоборот.
Правда, на третий день пришло известие о некоем предателе Эфиальте, который пришел к персам — то ли за огромные деньги, то ли из-за некой личной обиды. Он указал им обходную горную тропу, чтобы зайти спартиатам в спину.
Стало понятно, что гибель неизбежна. Леонид отправил почти всех союзников по домам. Спартиатов он взял с собой только тех, у которых были сыновья. Потому что ни один род не должен был пресечься.
При себе Леонид силой оставил только фиванцев, потому что они были готовы выступить на стороне Ксеркса. Так и случилось. После битвы, когда были убиты все спартиаты, фиванцы побежали к персам, крича, что их гнали в бой насильно. Но большинство их персы все равно перебили, а уцелевших угнали в рабство.