Если постоянно беспокоиться, можно сойти с ума. Так что Тьяна решила, что лучше она не будет сильно беспокоиться. Она шла и старалась запомнить расположение залов и коридоров, и размышляла, как, к примеру, добраться оттуда до её собственных комнат?
Комнаты Уны напоминали Тьянины, но узкая дверь вела не в гардеробную, а в короткий коридор, который заканчивался просторной… нет, не комнатой. Это было что-то вроде большого балкона. Беглому взгляду предстал высокий шкаф с книгами, несколько кресел, рама с начатой вышивкой, раскрытый сундучок с нитками, много маленьких скамеечек — точно, это было место не для одиночества.
— Читаю я обычно здесь, — сказала Уна, — а осенью эсс Ри, наш библиотекарь, лично явится забрать книги, чтобы их не забыли в сырости. Никому не доверяет. Конечно, в нашей библиотеке есть редкие и ценные книги, но не у меня. Я люблю читать интересные истории. Только такие, знаете, без благорассуждений и поучений на каждую половину страницы.
— Я тоже люблю именно такое, — согласилась Тьяна, — истории, и без поучений.
— Значит, выбирайте, — девушка радушным жестом показала на шкаф.
Заглянула горничная и передала Уне записку, та быстро пробежала её взглядом.
— Я отлучусь, не возражаете? Сюда никто не придет. Подождите меня.
— Конечно, Уна, — Тьяна уже оценила прелести этого места: размер шкафа, удобство кресла, великолепный вид вокруг.
Главное, чтобы её не хватились из-за примерок платьев или других подобных «важных» дел.
Она листала книгу, присев на краешек кресла, когда звуки шагов и знакомый голос заставили её вздрогнуть.
— Вот, лучше здесь, — заговорил герцог совсем рядом. — А вообще, вся эта чушь про привидение у меня в кабинете! Ещё не хватало. Хойр, ты действительно не можешь разобраться?
— Я стараюсь, милорд. Но, возможно, должен буду просить о содействии.
— Ладно. А отчет я прочитал. Не вижу, чему порадоваться.
Опять шаги. Скрипел пол.
— Хотел бы я, чтобы было иначе, милорд.
Они были рядом, за тонкой деревянной стеной. Как видно, там продолжался балкон, просто для Уны огородили его часть.
Тьяна затаила дыхание. Как же некстати. Если Уна сейчас вернется…
Кто-то шумно что-то передвинул, что-то хлопнуло и покатилось.
— Ах, осторожнее, прошу вас, — страдальчески простонала герцогиня.
Ещё и она тут.
— Дорогая, если у вас опять мигрень, пойдите к себе и прилягте, — раздраженно бросил герцог, — Хойр, приготовь, наконец, для моей жены что-нибудь действенное!
— Я всё уже испробовал, — ответил колдун, — вам лучше обратиться к тому, кто специализируется на лекарском деле.
— Боюсь, мне поможет лишь палач короля, — заявила Овертина.
— Да, это очень эффективно, — невозмутимо согласился эсс Хойр.
— Ну и шутки у вас, дорогая. Я бы попросил немного думать, что говорите, — кислым тоном заметил герцог, — и тебя тоже, Хойр.
— Простите, милорд.
— Приготовь что-нибудь для сестры. Чтобы она была спокойна. Чтобы с ней можно было разговаривать.
— Мы только что встретили её на лестнице, милорд. Она казалась спокойной.
— Но посмотрела на меня, как на злейшего врага.
— Что я могу тут поделать, милорд?
— Сделай её послушной, наконец!
— Даже лучшее снадобье имеет и нежелательные свойства, милорд. И лучшие заклятья тоже. Я бы посоветовал справиться какими-нибудь простыми житейскими средствами.
— Какими? Запереть на замок?
— Да. И успокоительный эликсир, несколько капель, дней десять. Никакого колдовства, только Создателем данные целебные травки. Ещё миледи могла бы с ней побеседовать, как старшая сестра, скажем. Отсутствие матери и старших родственниц плохо сказывается на характере вашей сестры, милорд.
— Как будто я без тебя этого не понимаю.
— Последнее время она не ладит с воспитательницами. Хорошо бы пригласить ей в дуэньи тётушку нашей леди Айд. Мне кажется, эта особа легко совладает с любой взбалмошной девицей, даже не повышая голоса, и вы никогда больше не услышите жалоб на этот счет, милорд.
Тьяна сидела, боясь пошевелиться. Но улыбку не сдержала. Тётю Эллу сделать дуэньей Уны? Это было бы забавно. И уж она, Тьяна, не возражала бы.
— Леди Фан? Только через мой труп! — громко заявила Овертина. — Не хватало здесь ещё и её родственниц. Ой, как болит, — простонала она со слезой в голосе.
— Дорогая, никто не настаивает, — сказал герцог, — к тому же Уна должна выйти замуж ещё до осени, так желает кандрийский дом. И идите отдыхать, прошу вас. Вечером бал, вы ведь не можете его пропустить? Хотя это не страшно, Тьяна попробует себя в роли хозяйки бала.
— Вы насмехаетесь надо мной, милорд? И не говорите так громко…
— Но кто-то же должен быть хозяйкой бала, миледи? — сказал герцог тише, — ей следует учиться и такому. Она жена моего брата.
— Она только опозорится.
— Я бы этого не утверждал.
Тьяна перевела дух. Как ни обидны были слова герцогини, заменять ту на балу ей не хотелось. Это только кажется, что всё просто — встречай гостей и улыбайся.
Нет, не хотелось.
— Кстати, где она, эта ваша прекрасная леди Айд? — проныла Овертина, — я не видела её в парке. Я посылала леди Лиамату — та её не нашла. Мне кажется, я забочусь о ней больше всех!
— Должно быть, у себя, — спокойно отозвался колдун, — была с леди Уной, мне доложили. Сегодня я повесил на неё такое мощное охранное заклятье, что повредить ей просто невозможно. Сниму, когда закончатся свадебные торжества.
— Тогда зачем его снимать? — удивился герцог.
— Побочный эффект, милорд. Под действием этого заклятья забеременеть невозможно. Но если это уже случилось, хвала Огню Животворящему, то вреда от него тоже не будет. Видите ли, бывает так сложно учесть все побочные эффекты, милорд.
— Так зачем вы накладывали такое заклятье? — сердито воскликнула Овертина, — что за легкомыслие? Помните, как вы наложили заклятье хорошего настроения на мою горничную? Она потом улыбалась, как безумная, целых полтора года, и ничего нельзя было поделать! Если вы так же не сможете расколдовать жену Валантена, зачем она будет нужна вообще?
— Этого не случится, миледи! — уверенно заявил колдун. — Тогда получилось сложение побочных эффектов, потому что девушка уже пользовалась одним снадобьем, я ведь объяснял…
— Хойр, да я тебе шею сверну за такое! — пообещал герцог.
Как же непросто быть личным колдуном герцога Нивера.
— Все будет хорошо, милорд. Закончится празднество, гости разъедутся, станет тихо и спокойно. И тогда… Леди Айд прекрасно понимает, что требуется осторожность, милорд. Уверяю, с ней и без заклятий не будет проблем.
— Искренне на это надеюсь.
— Кстати, я бы советовал поощрять общение леди Айд и леди Уны. Мне кажется, это будет полезно вашей сестре. Уне не помешала бы такая подруга, милорд.
— Это какая же? — опять вмешалась Овертина. — Вы все как помешались, не видите простых вещей. Ах, эта леди Айд! Просто особа, готовая на все, раз ей заплатят! Её недалекий братец проиграл семейное добро, она без пяти минут нищенка. Из-за неё я потеряла лучшую портниху! И при этом она ведет себя, как принцесса крови! Хойр, да дайте мне уже вашего несчастного эликсира!
— Сейчас, миледи…
Тьяна нещадно комкала драгоценное кружево платья, не замечая этого. Спокойный голос Валантена Айда прозвучал как-то слишком неожиданно:
— Овертина, ещё что-то подобное, и я выкину вас в окно. Это тоже вылечит мигрень.
Он там, оказывается. Молчал до сих пор, но был там, причём сидел у самой стенки, ближе к Тьяне, чем герцог и остальные. И это не он топал и ронял что-то — Валантен без обуви двигается бесшумно…
— Кайрен, вы слышали, что он мне сказал? — со слезой в голосе простонала Овертина.
— И не смейте задевать мою жену, все равно как, вам понятно? За мой счёт можете развлекаться и дальше, мне безразлично, — он говорил спокойно и немного насмешливо.
— Овертина, любовь моя, — утомленно сказал герцог, — он уже столько раз мог выбросить вас в окно, что я не беспокоюсь. Но тоже прошу всячески избегать, э… неосторожных высказываний в адрес нашей невестки. Ведь она может стать матерью наследника. Прошу вас, отдохните и перестаньте киснуть.
Ещё какие-то голоса, шум… Слышно было, как удалилась Овертина.
Если некоторое время назад Тьяна прикидывала, как тихонько сбежать, чтобы не скрипнуть половицей, то теперь она сидела, не шевелясь, и ждала, что они скажут ещё. Подслушивала, да. Неподобающее для леди занятие. Для воспитанной эссины тоже неподобающее. И сейчас вернётся Уна, уже вот-вот, наверное.
— Ты навестишь жену сегодня? — спросил герцог.
— Не собирался. А что?
Чуть хриплый, негромкий голос Валантена, и приятный, раскатистый баритон герцога.
— Почему не собирался?
— Ты малец несмышленый, чтобы я тебе объяснял, а, старший братец?
— Просто миндальничаешь? Других причин нет? Ну и зря тогда. Не такая она нежная фиалка. По крайней мере, не желает такой казаться, а?
— Брат. Я женился потому, что это нужно тебе, — четко, раздельно сказал Валантен. — Только поэтому. Но тебе не нужно говорить мне, что делать с женой.
— Я и не собираюсь. Но хочу услышать о её беременности хотя бы к Новогодью. Постарайся.