— Эсс, вы сказали, что привидение пока не опасно. Временно не опасно? Почему? — уточнила она.
— Видите ли, миледи, — колдун посмотрел ещё более виновато, — пока длится празднество, и в Нивере много гостей, я для вашей безопасности наложил на вас охранное заклятье. Не думаю, что для вас сейчас что-то может быть опасно, тем более привидение, которое бесплотно. Хотя, конечно, некоторые способны тянуть силы, что плохо. Но вы защищены. Главное, просто не бойтесь.
— Хорошо, — согласилась Тьяна, — а потом вы снимете заклятье, потому что оно чему-то мешает?
Главное про заклятье она уже знала, но пусть колдун скажет сам, чтобы не пришлось прятать от него эти знания.
— О да, миледи, — закивал колдун, — оно защищает вас и от беременности в том числе, что недопустимо. Поэтому его следует снять. И ещё одно…
— Ещё?..
— Ваш супруг пожаловался, что не чувствует вас должным образом, и ему это не нравится. Например, он не услышал ваше приближение вчера… вы понимаете. Вечером, во время бала. Пожалуй, я всё-таки с вами излишне разговорчив, миледи.
— Понятно, — кивнула Тьяна, — спасибо, что объяснили, эсс.
На самом деле она поняла также и то, почему Валантен не почувствовал её раньше, на балконе, когда она подслушивала. Он ведь был так близко. А дело в охранном заклятье.
Вообще, а как он «чувствует»? Ощущает запах? Как животные? И каково ей будет рядом с мужчиной, чутьё которого острее человеческого? Ей стало как-то неуютно.
— В натуре лорда Айда немало звериного, миледи, — мягко объяснил колдун, словно подтверждая её мысли, — в этом, вероятно, и есть смысл его заклятья. Но он умеет это прятать, практически не показывая. На нём, вообще, чрезвычайно интересное заклятье, миледи, хотелось в нём разобраться.
— Вы считаете, что заклятье всё-таки можно снять?
Колдун помолчал, рассматривая свои руки, потом сказал:
— Мой интерес сугубо научный, миледи. Нам известно лишь то, что было в записке, полученной герцогиней. И разобраться в заклятье не означает его снять. Если существуют другие условия, о которых не упомянуто в той записке — тогда конечно. Пока нам известно, что снять заклятье могли двое: покойный герцог и влюбленный в покойную герцогиню негодяй. Собственно, как раз об этом хорошая новость, которую вы отложили на десерт. О снятии заклятья с лорда Айда.
— И что же? — Тьяне даже дышать расхотелось, — выяснилось, что есть неизвестные условия?
— Нет. Но появилась надежда, что тот человек жив. Да, тот, который наложил заклятье.
— А есть вероятность, что он до сих пор любит покойную герцогиню?
— А?.. О да, миледи. Это самое сложное. Вы правы. Я не знаю. Пока лишь известно, что некое лицо попросило о встрече, и его милость бросил все дела и уехал в Гарратен. С лордом Айдом.
— Они оба уехали в Гарратен, герцог и лорд Айд? — отчего-то эта часть новости удивила и задела Тьяну сильнее всего, — они уехали?!
— Да, миледи. Я же говорю. Герцогская шнекка отошла ещё затемно. Они вернутся завтра, я полагаю, если другие дела не помешают. Его милость ещё при дворе могут задержать, конечно.
— Значит, лорд Айд все-таки иногда покидает Нивер.
— Очень редко, миледи. В исключительных случаях.
— Значит, лорд Айд может вернуться… совсем другим?..
— Я бы на такое не рассчитывал, миледи. Я понимаю, что это, должно быть, предел ваших мечтаний, но… Всё равно мы должны надеяться. К этому так стремился покойный герцог, и нынешний тоже хотел бы освободить брата от заклятья.
— Благодарю, эсс Хойр. Я поняла.
Это означало, что появилась какая-то реальная надежда. Раз герцог оставил всё и бросился в Гарратен. И ей бы, действительно, тоже следовало радоваться хотя бы немного… может быть.
Завтрак… Ничего, обошлось. Герцогиня сидела прямая, хмурая, всего лишь смерила Тьяну равнодушным взглядом. Вообще, за столом было уныло — возможно, из-за плохого настроения хозяйки. Потом — прогулка в парке, шуты и акробаты, живые картины на площади перед Верхним замком. Справедливости ради следовало признать, что раньше, окажись Тьяна в таком месте, особенно с Дивоной и подругами, она бы не скучала. Зато сейчас её не веселили ни шуты, ни живые картины.
— Вы тоже не хотите играть в картины, Тин? — Уна подхватила её под руку и повела в боковую аллею, — вам Хойр рассказал про привидение? Какой ужас!
— Наверное, мы его и не увидим, — попробовала она утешить девушку, — и оно может оказаться безвредным, разве нет? Почему вы его боитесь?
— Говорят, оно приходило к моей маме и довело её до смерти.
— А если это уже другое привидение? Уна, скажите, а когда Валантен женился в первый раз, в Нивере тоже появлялось привидение?
Девушка удивленно взглянула на Тьяну.
— Нет, не появлялось.
— А ведь тогда всё сложилось печально. Может быть, появление привидения не означает ничего печального?
— Вы так считаете?
— Конечно.
Тьяна, если не лукавить, просто хотела бы на это надеяться.
— Тин, Клайд сказал мне вчера, что вы пошли к Валантену и после этого не вернулись на бал. Вы нашли его?
— Да.
— Правда? И чем же вы занимались? Хотя, прошу прощения, конечно…
— Мы разговаривали. Танцевали.
— Вы не шутите, Тин? — Уна восхищенно уставилась на неё.
— Уна, вы ведь знаете, что Валантен умеет и разговаривать, и танцевать. Разве что я помешала ему сидеть в одиночестве. Но он не сердился.
— Как интересно, жаль, что я не пошла с вами, — девушка хитро прищурилась.
— Мне зато не жаль, — рассмеялась Тьяна.
Леди Фан стояла посреди аллеи и смотрела вслед племяннице и сестре герцога, когда звук шагов заставил её обернуться.
— Доброе утро, эсс Хойр.
— Леди Фан. Мои лучшие пожелания.
Колдун торопливо рассказал ей то же, что и Тьяне накануне, про привидение и про отъезд герцога и лорда Валантена. Последнее леди Фан уже знала, а про привидение выслушала со всем вниманием.
— Повторяю, охранное заклятье на вашей племяннице исключает воздействие на неё подобных сущностей. Думаю, я изгоню его довольно скоро, — заверил Хойр.
— Меня беспокоит совпадение имен, эсс, — сказала леди Фан, — Ведь получается, что в Нивере опять появилась Тьяна Айд. И пусть мою племянницу не называют леди Тьяной, всё равно.
— Вы тоже об этом подумали, — кивнул он, — да, конечно. Миледи, поверьте, я разбираюсь в вопросе и не оставлю без внимания намерения этой сущности. Если они у неё есть.
— Надеюсь на вас, — она вздохнула, — я хотела бы съездить в Ниверсолл, эсс. Ненадолго. Говорите, с ней пока ничего не может случиться?..
— Именно, миледи. Кстати, мне тоже нужно в город. Если вы окажете мне такую любезность, я не стану просить себе карету.
— Буду рада вашей компании, эсс.
— Тогда я сейчас же пошлю сказать управляющему. Будьте готовы, миледи, — он торопливо отошёл.
Оставшись одна, леди Фан только вздохнула. В этой поездке колдун герцога был несколько лишним, но отказать ему она бы не решилась. В городе придётся как-нибудь от него улизнуть. Ей ведь нужна гадалка с бубном, а от гильдейских колдунов они бегут, как от огня. Хотя, наверняка не одна такая явилась в Ниверсолл, привлечённая празднеством, ярмаркой, скоплением народа — герцогские свадьбы без этого не обходятся.
Гадалки с бубнами, или Чтицы, а кое-где их зовут Видящими. С некоторых пор их вынуждают служить королю и государству, вступив в Колдовскую гильдию при Большом Храме Грета и пройдя там обучение. Но это не просто. Гадалки с бубнами не любят подчиняться. Это бродяжки, которые, невзирая на границы, ходят по всему Побережью, и за его пределами, говорят, тоже…
Их бывает сложно понять, этих гадалок. Но леди Фан знала, как надо спрашивать.