— Не нужно. Лучше попроси для неё десяток — другой дреров у мужа, если получится.
Сама леди Фан парой часов ранее всё-таки продала свои серьги ювелиру в Ниверсолле, за двести дреров. Хорошая цена, она ожидала выручить меньше. Когда денег в кошельке несколько больше, чем мало — гораздо спокойнее и лучше на душе.
— Получится, — Тьяна улыбнулась. — Он предлагал мне десять тысяч ни за что, просто чтобы я уехала домой. Ему, наверное, можно что-то рассказать из этого?..
— Попробуй. Решай сама, — это было почти претворение в жизнь рекомендации тетушки Айноры.
Да-да, той самой рекомендации: не давать советов. А ведь с непривычки трудно бывает совсем никогда и ничего не советовать. Почти невозможно, наверное.
— Тётя. А что она сказала про Валантена? Его заклятье удастся снять?
— Ничего не сказала, — покачала головой леди Фан. — Совсем ничего.
Перед сном Тьяна долго читала, забравшись с ногами в кресло и пристроив тяжелый том на коленях. Пять толстых витых свечей в подсвечнике горели ровно и ярко, вокруг них вились налетевшие в комнату ночные мотыльки, шуршали крылышками, некоторые падали, опалившись о пламя. В Нивере были отличные свечи, толстые и давали много света, а уж приложил ли к этому руку колдун Хойр, неважно.
Тьяна читала невнимательно. Мысли её где только ни витали, а иногда она доставала вложенный между страниц лист, исписанный тётей, перечитывала…
Кого-то простить. Слушать себя…
Наверное, потом что-то станет понятнее, решится само собой. Главное, будет сын. Им всем нужен её сын. И ей тоже хочется, чтобы был сын. Интересно, как Валантен относится к этому? То есть, желает ли он, чтобы появился на свет их ребенок, а не просто долгожданный наследник Айдов? Она пока не спрашивала.
Её сын. Может быть, он будет похож на Валантена — на того, каким тот мог бы быть в детстве. Но не был. А если?..
Нет, что её ребенок может унаследовать черты сегодняшнего Валантена, она даже не могла себе представить. Не желала представлять. Такого просто не может с ней случиться, значит, и беспокоиться незачем.
Сегодня будет последняя её одинокая ночь, потому что герцога и Валантена ждут обратно уже завтра. Если, конечно, им не придет в голову задержаться. А захочет ли Валантен навестить её завтра, или найдет причину этого не делать? Так или иначе, на свидание она попытается его как-нибудь выманить. Как — завтра будет видно. Тьяна ровно ничего не имела и против исполнения супружеского долга, надо значит надо. Но их свидания и то, чем они сопровождались — было куда лучше. Это ещё и увлекательно, и приятно.
Глава 11. Незваный гость
За ужином Тьяну ожидало небольшое испытание. Точнее, это после она сочла, что испытание было небольшим, но когда подошёл мажордом и тихо доложил, что в Нивере неожиданный и почетный гость, граф Валади, Второй министр Грета, следующий в Гарратен из поездки по южным странам, и ей необходимо его принять…
Дело в том, что леди Овертина, опять мучимая мигренью, не вышла к столу. Тьяна метнулась взглядом к сидящей напротив Уне, но та лишь виновато улыбнулась и развела руками. Всё правильно, незамужняя сестра герцога не может играть роль хозяйки за столом, если здесь жена её старшего брата. Это сегодня прямая обязанность леди Айд. Но Тьяна только и знала, что есть в Грете графский дом Валади, а как принимать министров, как их приветствовать, что говорить, а чего не стоит… Она понятия не имела, как это делается.
— Не трусь, — шепнула тётя, нашла её руку, постучала пальцем по кольцу Айноры. — Делай что хочешь в пределах разумного, не такая уж ты у меня глупышка. Даже если всё получится не так, в Хал тебя не вышлют, им же наследник нужен.
И Тьяна не удержалась, улыбнулась. В Хал, монастырь, который уже много веков служил исправительной тюрьмой для преступниц из высшей знати Грета, её за какую-нибудь сегодняшнюю неловкость действительно не вышлют. И стало нестрашно.
А леди Фан досадливо прикусила губу и тоже улыбнулась. Да, это и впрямь трудно — не советовать. Но ничего, не всё сразу.
Тьяна встретила министра, выйдя на середину зала, поприветствовала, сдержанно поклонилась — как леди Айд. И всё. Граф Валади, возможно, понимая и предвосхищая затруднения, был приятен, разговорчив, и уже через пять минут беседовать с ним стало очень легко. И быть хозяйкой за столом Тьяне понравилось, она даже переговаривалась и шутила с дамами, которые обычно составляли свиту леди Овертины.
После ужина управляющий на пару с Хойром представили ей девушек-горничных.
— Вам давно следовало назначить себе постоянную личную горничную, миледи. Так что выбирайте, какая понравится. Я проверил всех. Любая будет стараться, быть личной горничной при хозяйке — это повышенное жалованье, миледи.
— Какая же я хозяйка, — заметила Тьяна, но колдун лишь улыбнулся.
— Стоит ли придираться к понятиям, миледи. Конечно, леди Овертина, вы и леди Уна — хозяйки в Нивере, и вашим личным горничным положено повышенное жалованье. Конечно, старшинство здесь за леди Овертиной, кто же спорит. Но жалованье у её горничной не выше, чем будет у вашей.
Отчего-то теперь Тьяна смутилась больше, чем принимая второго министра. И быстро выбрала одну из девушек, светловолосую, невысокую Энну.
— Она постоянно будет при вас, миледи, — сказал колдун, — ночевать должна в вашей передней. Она давно служит, и её умения стоят её жалованья. Доброй ночи, миледи.
Этим вечером леди Айд раздевалась, мылась и причесывалась с помощью личной горничной, и теперь, когда хозяйка пыталась читать перед сном, девушка шила у свечи в передней. Сначала Энна спрашивала, когда миледи желает лечь, потому что, дескать, она должна сама погасить свечи и помочь миледи устроиться в кровати. Тьяна на это рассмеялась и велела девушке идти спать. Энна больше не заглядывала, но и не ложилась, дожидаясь, когда всё-таки уляжется её неугомонная леди.
Конец ознакомительного фрагмента