Нэнси Грин

Всё не зря

1

Николь огляделась.

Кабинет выглядел потрясающе. Впрочем, как и комната для приема клиентов, и небольшое помещение для сотрудников.

Она действительно могла собою гордиться. Трудно было решиться открыть свою студию дизайна. Но она взялась за это дело и справилась.

— Все нормально? — в комнату заглянула Мелани.

Николь обернулась к ней и улыбнулась.

— Да, все просто отлично! Завтра можем начинать…

— С нетерпением жду этого момента! — Голубые глаза Мелани радостно блеснули за стеклами очков в тонкой оправе. И было видно, что ее просто переполняют эмоции, несмотря на явное старание сдерживаться в присутствии своего непосредственного начальника.

Николь приблизилась к столу и просмотрела настольный календарь.

— Насколько я понимаю, на завтра у нас уже есть два клиента, — заметила она, перевернув страничку. — Думаю, что ты и Клайв сразу же займетесь ими.

— Конечно! — воодушевленно заявила Мелани. — Мне так хочется поскорее приступить к работе!

Николь посмотрела на нее и усмехнулась.

— Если честно, то мне тоже. — Она бросила беглый взгляд на часы. — Господи, уже половина девятого! Пора по домам. Ты все закончила?

— Да, — кивнула Мелани. — Осталось выключить компьютер.

— Тогда собирайся, и я закрою офис.

Мелани упорхнула.

Николь еще раз обвела внимательным взглядом уютный кабинет.

Бежевые обои и портьеры чуть более темного оттенка чудесно гармонировали с мебелью цвета красного дерева и зелеными растениями в красивых глиняных кашпо, декоративно расставленных по всему помещению. Справа на стене, прямо над кожаным диваном, висел пейзаж современного художника, приобретенный в недавно открытой галерее. Рядом с диваном располагался журнальный столик, на котором лежала стопка журналов…

В целом кабинет представлял собой нечто среднее между рабочим и жилым помещением, что, впрочем, не вызывало ощущения дисгармонии.

Взяв со стола сумочку, Николь вышла из кабинета и заперла его на ключ.

В просторном зале для приема клиентов царил полумрак: из комнаты напротив через приоткрытую дверь пробивался неяркий свет.

— Мелани, я готова! — позвала Николь, тихо ступая в темноте и приближаясь к освещенному проему.

— Да, я уже все закончила.

Они буквально столкнулись в дверях и чуть не стукнулись лбами.

— Ой! — Мелани успела отскочить в сторону.

Николь машинально поднесла руку ко лбу, словно удар уже пришелся по нему.

Обе посмотрели друг на друга и рассмеялись.

— Все, это клиника, — весело констатировала Мелани.

Николь кивнула, не в силах ответить, так как ее душил смех.

Такое облегчение оттого, что подготовка к началу работы закончилась. И огромное волнение, что это наконец произошло.

— Как твоя машина? — поинтересовалась Николь, пока они с Мелани шли к лифту.

— Ее уже починили, и с утра я забрала ее из сервиса.

— Поздравляю, — порадовалась за нее Николь.

Мелани облегченно вздохнула, одновременно нажимая кнопку вызова лифта.

— И не говори! — воскликнула она. — За последнюю неделю я просто измучилась без личного транспорта…

Николь кивнула, соглашаясь с Мелани.

— Представляю.

Двери лифта разъехались, и девушки поторопились войти в просторную кабину, отделанную под дерево, с большим зеркалом, размещенным во весь размер одной из стен.

На стоянке они попрощались и поспешили к своим машинам.

Движение на улицах города было не слишком интенсивным, и через пятнадцать минут Николь уже добралась до дома.

Оказавшись в квартире, которую снимала, Николь включила свет и проверила автоответчик.

Звонили родители. Они интересовались, как продвигается ее начинание и все ли у нее в порядке.

Николь вздохнула.

В последние дни она так замоталась, что забывала связаться с мамой и папой, хотя прекрасно знала, как они волнуются за нее.

Подойдя к телефону, она сняла трубку и набрала нужный номер.

— Алло, — отозвался знакомый голос через несколько мгновений.

— Привет, мам! — воскликнула Николь. — Прости! Прости! Чувствую себя словно загнанная лошадь.

Нора вздохнула.

— Так я и думала, что ты совсем себя не щадишь, — с укором заметила она.

Николь улыбнулась. Как же приятно было услышать мамин голос.

— Ну что ты, мамуль, не переживай так. Сегодня мы уже все закончили. И завтра я открою студию. Кстати, можешь меня поздравить: у нас уже есть два клиента!

— Прекрасная новость! — порадовалась за дочь Нора. — Однако меня все равно не оставляет ощущение, что ты уже на пределе.

Николь усмехнулась. Мама всегда тонко чувствовала ее состояние, а тут еще она сама во всем призналась в начале разговора.

— Обещаю, что теперь буду следить за собой.

Нора рассмеялась.

— Что-то мне слабо в это верится.

— Как там папа? — попыталась Николь сменить тему разговора.

— Смотрит футбол, — ответила Нора.

И голос ее прозвучал с такой теплотой, что Николь невольно позавидовала родителям, сумевшим пронести любовь и уважение друг к другу через многие годы супружества.

Наблюдая за ними, Николь порой мечтала, что когда-нибудь и ей посчастливится встретить свою половину, с которой она пройдет рука об руку всю оставшуюся жизнь.

Джеймс Донован.

Когда-то давно она думала, что этим мужчиной окажется именно он.

Однако он предал ее. Предал в тот момент, когда она меньше всего этого ожидала. Никогда в жизни она не простит его… Никогда…

До сих пор, а прошло уже шесть лет с момента их разрыва, сердце Николь сдавливало тисками, едва она вспоминала тот момент, когда застала Джеймса в постели с другой. До сих пор ненависть и боль переполняли ее, когда она вытаскивала из самых дальних уголков своего сознания картины прошлого.

— О чем задумалась? — поинтересовалась Нора.

И Николь вздрогнула, возвращаясь в реальность.

— Да ни о чем, мам, — как можно беспечнее ответила она. — Просто вдруг поняла, какие вы с папой молодцы, что сохранили любовь друг к другу до сегодняшнего дня.

Нора вздохнула.

— Это в силах каждого человека, милая, — мягко произнесла она. — Было бы желание.

— Да, наверное, ты права, — согласилась Николь. — Хотя мне кажется, что порой люди совершают такие поступки, которые просто невозможно простить.

Нора грустно улыбнулась. Она поняла, куда клонит дочь.

— Иногда надо дать возможность человеку объясниться. Потому что это могла быть только ошибка с его стороны. Ошибка, которая привела его к глубокому раскаянию.

— Мама, ну что ты говоришь! Есть такие вещи… Вот скажи, разве можно оправдать предательство?

Нора вздохнула.

Она прекрасно знала, что дочь не переубедить. Когда-то давно они уже беседовали на эту тему. И каждая осталась при своем мнении. Так стоит ли теперь ворошить прошлое?

— Ну хорошо, не будем спорить, — примирительно заметила она. — Лучше пообещай мне, что будешь звонить.

— Обязательно, мам! — с жаром заверила Николь. — Это просто в последние дни я слишком замоталась. А теперь постепенно все наладится.

Попрощавшись с матерью и передав привет отцу, Николь положила трубку.

Вздохнув, она огляделась.

Небольшая квартирка, которую она снимала, располагалась на последнем этаже трехэтажного дома и состояла из гостиной, спальни и просторной ванной.

Николь задумалась. Всего полгода прошло, как она вернулась. И ей уже удалось приблизиться к своей цели.

Она подошла к окну и выглянула на улицу. Фонари освещали поздних пешеходов, спешащих по своим делам.

Полгода.

Разве могла она подумать, что сумеет преодолеть столько препятствий и осуществить свою мечту?

Конечно, во многом ей помогли родители, которые поддержали ее морально и помогли финансово на старте. Николь знала, что вернет им все сполна. Она прекрасно помнила, с каким трудом зарабатывались эти деньги.


— Мам, у Линдси новая кукла! — Это было первое, что произнесла Николь, ворвавшись в их небольшую квартирку, занимающую небольшую мансарду в доме, расположенном в бедном квартале.

Нора, копошившаяся у плиты, обернулась к дочери.

— Да? — переспросила она. — И хорошая кукла?

— Просто супер! — У Николь горели глаза от восхищения.

Нора устало улыбнулась.

— Ну хорошо, малышка. — Она сполоснула руки, вытерла их о чистое застиранное полотенце, подошла к дочери и обняла ее. — Расскажи мне, как ты провела день?.. Все время играла куклой Линдси?

— Нет, — грустно вздохнула Николь, с удовольствием прижимаясь к матери и чувствуя исходящий от нее еле заметный цветочный аромат ее духов — подарка отца к годовщине их свадьбы. Николь любила этот запах. Он был таким родным… как мама, которую она просто боготворила.

— А почему нет? — спросила Нора, опускаясь на табурет и сажая дочку к себе на колени.

— Потому что Линдси только хвасталась и никого не подпускала к себе, — обиженным тоном произнесла Николь.

— Так, значит, Линдси просто жадина? — улыбнувшись уточнила Нора.

— Ну да. — Николь пожала плечами. — И почему она только такая? Она никогда ничего не дает.

— Может быть, она так долго ждала эту куклу, что просто еще не успела ею наиграться?

Николь выразительно хмыкнула.

— Не знаю. Тогда она не успела наиграться никакими своими игрушками. Эх… — она мечтательно прикрыла глаза, — вот если бы мне Санта-Клаус принес красивую куколку, я бы со всеми поделилась.

Нора едва заметно вздохнула, обнимая дочь.

— А ты напиши ему письмо. Возможно, он и исполнит твою просьбу.

— Ты думаешь, он действительно сможет подарить мне то, что я хочу? — Она с надеждой посмотрела на маму.

Нора пожала плечами.

— Кто знает? Но попытаться все же стоит.

Николь задумалась.

— Надо попробовать, — приняла она решение. Поднявшись, она схватила сумку, которую бросила на пол, как только вошла. — Мам, я пойду делать уроки.

— Хорошо, милая. Как только будет готов обед, я позову тебя.

Николь прошла к себе и достала из сумки ручку. Затем она выдернула из тетрадки листок и села писать письмо Санта-Клаусу. Она очень надеялась, что он прочтет ее послание и действительно подарит ей такую же куклу, как у Линдси.


Николь грустно усмехнулась.

Санта-Клаус не подвел ее в тот раз. Она действительно получила в подарок то, о чем мечтала. Тогда она еще верила в чудеса и не предполагала, каких трудов стоило родителям сэкономить денег, чтобы приобрести для нее такой дорогой подарок.

Шло время. Николь росла, постепенно понимая, что доллары не падают с неба и, чтобы их заработать, надо упорно трудиться. И папа и мама работали не покладая рук. Отец приходил домой очень поздно. И мама всегда ждала его, чтобы накормить горячим ужином.

Николь видела, что мать очень устает и к вечеру буквально падает с ног, И она старалась помогать ей по мере сил. Очень рано Николь научилась готовить. Сначала это была самая простая еда. Позже она завела свою книгу рецептов, куда записывала те из них, которые не требовали больших затрат и в то же время признавались семьей достаточно вкусными.

Николь нравилось чувствовать себя взрослой, помогать родителям. В их доме всегда царил мир и порядок. Мать с отцом практически никогда не конфликтовали, лишь иногда позволяя себе разговоры на повышенных тонах. Но происходило это так редко и сопровождалось таким уважением друг к другу, что и ссорой это было назвать нельзя.

Николь восхищалась родителями, сумевшими через много лет пронести свою любовь, которая крепла, росла, словно красивый цветок, с каждым годом становясь все пышнее и изысканнее.

Ее родители были счастливы друг с другом, и Николь купалась в этих лучах счастья, понимая, что у нее самая прекрасная семья.

Еще в колледже Николь начала потихоньку шить. Ей нравилось переделывать старые вещи, которых дома было в избытке. И Николь умудрялась такое из них сотворить, что даже самые яркие модницы не сводили с нее завистливых взглядов. И именно в тот момент она поняла, что дизайн — это ее будущее.

Николь знала, что будет нелегко. И упорно училась, желая сдать экзамены с наивысшими оценками, чтобы получить льготы при поступлении в университет. Она посещала курсы дизайнеров, много занималась. Она даже не понимала, как все успевала: и отучиться, и дома убраться, и маме помочь приготовить ужин. Как-то все удавалось. И, видимо, эта жизненная школа сделала из нее закаленного, способного преодолеть любые житейские трудности человека.

Ей удалось практически без проблем поступить в университет. Именно там она познакомилась с Кортни Донован, дочерью Эдварда Донована, известного строительного магната.

Николь вздохнула.

Не будет она вспоминать сегодня о Кортни, не будет и все. Слишком больно. Слишком тяжело.

А она не хочет погружаться в свое прошлое, как делала это иногда, анализируя его и размышляя на тему, можно ли было все исправить.

Нельзя.

Ничего не вернуть.

И она будет жить так, как решила.

А прошлое пусть там и остается.

Только она никак не могла взять в толк, что если все это так и она честна с самой собой, то зачем тогда вернулась сюда, в этот город? Зачем?

Неужели нельзя было открыть студию где-нибудь еще?

Приблизившись к зеркалу, Николь взглянула на свое отражение.

А она не сильно изменилась. Светло-русые волосы все так же локонами спадают на плечи, обрамляя правильной овальной формы лицо. Аккуратный прямой нос, пухлые губы. И огромные зеленые глаза, уверенно смотрящие вперед.

Да, она со всем справится! Она была просто в этом убеждена!

2

— Мистер Донован, к вам мисс Кортни Донован. — Голос секретарши мелодично отозвался в динамике.

— Пусть войдет, Трейси, — ответил Джеймс и вздохнул. Похоже, что младшая сестра решила вклиниться в его напряженный трудовой график. Интересно, что привело ее сюда? Неужели мало своей работы?

Как только дверь его кабинета открылась, он поднялся и направился навстречу молодой коротко стриженной брюнетке в элегантном бежевом костюме, который отлично смотрелся на ее стройной фигуре. Умелый макияж подчеркивал бархатистую кожу лица, красивый контур губ и выразительные карие глаза.

— Привет, братишка! — Она быстро подошла к нему, обняла и чмокнула в щеку. — Как жизнь?

Джеймс усмехнулся, глядя на нее.

— Если ты думаешь, что со вчерашнего дня что-то изменилось, ты очень ошибаешься.

Кортни улыбнулась, пропустив колкость мимо ушей.

— Я всегда беспокоюсь о своем брате!

Джеймс рассмеялся.

— Если бы я тебя не знал уже лет двадцать семь, то непременно попался бы на крючок.

— Очень некорректно с твоей стороны напоминать мне о возрасте, — произнесла она, но не выдержала и рассмеялась.

Джеймс улыбнулся, нажал кнопку вызова.

— Трейси, два кофе, пожалуйста.

— Хорошо, мистер Донован.

Он взглянул на сестру.

— Ну, признавайся, что за срочность такая заставила тебя прийти сюда, а не позвонить, ну или встретиться со мной вечером после работы?

Кортни смешно наморщила лоб.

— Ты не умеешь разговаривать по телефону, — начала она перечислять его недостатки. — А мне хочется попросить тебя о помощи. К тому же насчет вечера. — Она немного помолчала. — Ты уж прости, но я не хочу лишний раз видеть Шерил.

Джеймс окинул сестру, которая уже успела расположиться в кресле, насмешливым взглядом.

— И чем же она тебе не угодила?

— Ты мне лучше скажи, чем она так тебя привлекла, что ты никак не можешь оторваться от нее? — спросила она, пытливо уставившись на брата.

В этот момент дверь кабинета открылась, впуская секретаршу с подносом в руках.

— Спасибо, Трейси, — поблагодарил Джеймс, пока та сервировала небольшой столик, расположенный рядом с креслом, которое занимала Кортни.

— Что-нибудь еще, мистер Донован? — поинтересовалась девушка.

— Нет, спасибо. — Он знаком отпустил ее.

Плавно покачивая бедрами, секретарша удалилась.

— Что-нибудь еще, мистер Донован? — передразнила ее Кортни.

— Ты чем-то недовольна? — Джеймс удивленно вскинул бровь.

Кортни выразительно хмыкнула.

— Да она только и ждет, когда ты затащишь ее в постель, то есть, простите, на стол, — поправилась она и тут же добавила: — Скажешь, нет?

Джеймс пожал плечами. Он уже привык к сестре, которая практически всегда высказывалась прямо и даже несколько резковато для женщины. Порой он даже удивлялся, как она могла успешно руководить отделом по связям с общественностью, если ее натура настолько прямолинейна? Но Кортни прекрасно справлялась со своими обязанностями, что всегда восхищало Джеймса.

Кортни выжидательно смотрела на него. И Джеймс понял, что придется ответить на поставленный вопрос.

— По-моему, это ее проблемы, тебе так не кажется? — миролюбиво произнес он, обращаясь к сестре.

— Сколько она у тебя работает, Джеймс? — Кортни встала и приблизилась к окну, — Месяц? Два? Мы оба прекрасно знаем, что не пройдет и трех месяцев — и она уже будет твоей.

Джеймс улыбнулся.

— Ну и что? — Он окинул сестру веселым взглядом. — Как мне кажется, я никогда не иду против чьей-то воли.

Кортни передернула плечами.

— Не надоело менять секретарш? — сухо поинтересовалась она. — И потом, а как же Шерил?

— А что Шерил? — Джеймс вздохнул. — Она живет в своем мире, и ее нисколько не интересуют мои дела, пока я ей не нужен.

— И нравится тебе такая жизнь? — Кортни обернулась и посмотрела на брата. Увидев выражение его лица, она спохватилась, вдруг вспомнив, что пришла сюда просить о помощи, а не читать ему нотации. Но слова уже слетели с ее губ, и поделать ничего было нельзя.

— А мне не дали попробовать другую, — тихо произнес Джеймс, и едва заметные нотки горечи проскользнули в его голосе.

Кортни вздохнула.

Она понимала брата.

Но прошло уже шесть лет. Неужели нельзя забыть и начать жизнь с чистого листа?!

— Да, я знаю, что ты думаешь, — нахмурился он. — Конечно, мне хорошо с Шерил. Она не задает лишних вопросов. Она любит меня таким, какой я есть.

— Но она же слишком молода и глупа!

— И что в этом такого? — Джеймс отвернулся. Подойдя к столику, он сел в одно из кресел и демонстративно сделал несколько глотков уже почти остывшего кофе.

— Не знаю. — Пожав плечами, Кортни вернулась и заняла соседнее кресло. — Я, например, даже не представляю, о чем с ней разговаривать. Такое впечатление, что, кроме Барби, ее ничего не интересует.

— Это ты, конечно, преувеличиваешь, — с улыбкой констатировал Джеймс.

— Конечно, братик, конечно. Но ты не можешь не согласиться, что я недалека от истины.

— А вдруг именно это меня в ней и привлекает? — Он усмехнулся. — И вообще, мне кажется, ты не за этим ко мне пожаловала. Я прав?

— Да, — ответила она. — Но, честно говоря, уже не знаю, что и делать.

— Говори как есть, а там разберемся.

Кортни кивнула.

— Ты, конечно, скажешь, что мне просто нечем заняться, — начала она, — однако я и правда загорелась этим. Одна моя коллега сделала ремонт в квартире и осталась очень довольна.

— Я что-то не пойму, куда ты клонишь? Ты что, тоже хочешь сделать ремонт? Где? В своей квартире?

— Да, — кивнула Кортни. — Я узнавала, сейчас в городе открылась студия дизайна. Мне посоветовали туда обратиться. Ты же помнишь, что я как вселилась, так и не удосужилась хоть как-то обновить свой интерьер.

Джеймс поставил пустую чашку на стол и откинулся на спинку кресла, с интересом глядя на сестру.