— И где картинки? — нахмурился Рома, разглядывая двустороннюю картонную бумажку.
— Еще не привык, что их нигде нет? — усмехнулся Стас. — Я буду «Бок ягненка с овощами на гриле», — сказал он миловидной официантке.
— Девушка, а вот это что такое? — продолжал закидывать вопросами Саня Жуков. Родом он был не из высших кругов, но нынешняя зарплата позволяла ему ходить в любое заведение города. Ну и в целом, Жук был хорошим парнем.
— Это тушеные говяжьи ушки с овощами.
Саня поморщился.
— А стейк у вас есть?
— Точно, — кивнул Стас. — Давайте всем по стейку, овощи и фрэш. Да, парни?
Так мы раскидались с заказами и принялись обсуждать как обычно тренировки, игры, соперников. Парни с завистью отметили, что меня могут забрать в Канаду, уж больно приметный игрок, а им скорее всего светит остаток игровой жизни у нас. Мы с Жуком и Османовым переглянулись, потому что точно знали, что нас уже принялись делить «Колорадо», «Бостон» и «Коламбус». Но все же я не отказал себе в том, чтобы с довольной мордой принять комплименты и как полагается, постарался утешить тех товарищей, которым придется остаться на родине.
Когда еду принесли, мы накинулись голодными волками на нее, отмечая, что соуса тут странные, да и мясо не сказать, что хорошо прожарено. Однако негатив скрасила она — высокая, ну просто ноги от ушей, блондинка, с вот такими… глазами, да, да, именно глазами. Я сразу заприметил ее за соседним столиком и думал подкатить после еды, но тут гора сама пошла к Магомету.
— Простите, а вы разве не Артем Бессонов? — она так соблазнительно прикусила губу, что Арс аж поперхнулся.
— Он самый, — довольно кивнул я. Видимо, планирует попросить автограф.
— Ой, а можно с вами сделать селфи? — и не дожидаясь ответа, незнакомка села рядом со мной на диван, наклонилась вперед, не иначе специально, демонстрируя глубокий вырез на груди. Под тонкой белой майкой прятался ажурный бюстгальтер красного цвета, который мне соизволили показать.
— Как тебя зовут, красавица? — я постарался перевести тему. Не очень любил делать фотографии с поклонниками, одно дело расписаться на майке или скажем… на груди, другое фото на память.
— Карина, — она улыбнулся, да так многозначительно, что я сразу понял — уже сегодня мы будем отвязно трахаться.
— И имя у тебя отпад, — вмешался Османов, отодвигая графин с лимонадом, который нам недавно принесли.
— Ой, спасибо, — она снова это сделала, прикусила губу. Затем заправила прядь светло-русых волос за ушко, продолжая не сводить с меня глаз. Так обычно смотрят готовые на все девушки, мне остается только снять номер, а вместе с ним штаны.
— Чем вечером занята? — спросил я, сделав глоток сока.
— Буду принадлежать тебе, — откровенно выдохнула мне на ухо Карина.
— Вау! Мы с тобой на одной… — я оборвал себя, когда блонда положила на стол руки. Безусловно они у нее были красивые, с легким маникюром, ухоженные и… на безымянном пальце красовалось кольцо. Обычно, мне было плевать, что там у девушек на пальцах надето, но конкретно это кольцо я прекрасно знал — оно было из маминой коллекций.
Родительница моя вот уже как лет десять держала свою сеть ювелирок, да не простых, а премиум класса. Носилась с дизайном, вечно пыталась угодить этим вычурным теткам и их пузатым мужикам с толстыми кошельками. Конкретно эту модель она раза три мне показывала, спрашивала мнение, хотя какой из меня знаток? Кольцо предназначалось будущей невесте и стоило настолько прилично, что позволить его себе мог только мужик из наших кругов. Значит, дева эта не из простых…
— Что, прости? — напомнила о себе Карина, а я тут же перехватил у нее телефон и целенаправленно полез в галерею, из которой снес все фотографии, что эта сисястая блондинка нащелкала с моим участием.
— Говорю, оставь мне свой номер телефона — я тебе наберу, — попытался исправить ситуацию. У меня был принцип: не спать с замужними или почти замужними бабами. Поэтому мне просто необходим повод как отмазаться от девушки, мягко и без особых последствий.
— Оу, правда? Супер! — воскликнула Карина, протягивая мне ярко-розовую визитку, а в глазах ее было выведено большими буквами: «я жду, когда ты стащишь с меня трусики». Черт… И обидно, и досадно, и как-то надо ее отправить в тридевятое, от греха подальше.
— А твоя подружка чего там сидит? — ляпнул Османов. Я разозлился и пнул его под столом. Тот посмотрел на меня с полным недоумением, в ответ я покачал ему головой.
— Ой, а я сейчас ее…
— Вообще, у нас тренировка скоро, — я улыбнулся своей фирменной улыбочкой, чтобы сгладить ситуацию. — Давай, в следующий раз.
— Конечно, обязательно. Тогда… я пойду? — она с неохотой поднялась, а я мысленно выдохнул. Пронесла нечистая. Парни обиженно пожали плечами, но отговаривать Карину не стали.
Она уже хотела уходить, как вдруг снова села.
— Артем, — девушка совсем наглым образом под столом положила руку мне на колено, затем смело умостила ее у меня между ног и легонько, но красноречиво сжала мой член. — Может, ты сделаешь для меня исключение и пропустишь сегодняшнюю тренировку? Пожалуйста…
— Я же сказал — позвоню, — сглотнув, ответил я и скинул ее руку.
— Обещаешь? — она поддалась вперед, расправив плечи и слишком явно демонстрируя вырез на груди. В другой раз, я бы уже заказал нам вина и бронировал номер. Но не сегодня.
— Угу, — не моргнув и глазом, соврал я и призадумался. Интересно, чья эта будущая жена? Кому она планировала наставить рога? Мне даже жаль того добряка, хотя если у него живот в три пивных бочки, то нет, вообще не жаль.
— Что ж… — Карина обиженно поджала губки и поднялась из-за стола. Она уходила, часто оглядываясь, а я смотрел на ее задницу и почему-то думал про Таю. Интересно, у мисс бабушкиной внучки, всегда была такая потрясающая фигура или это я в порыве спешки ее трахнул и, прощаясь навсегда, не успел как следует все рассмотреть? Да и вообще, весь тот короткий перепихон туманом осел у меня в голове…
Я стойко помнил только уродливое девичье шмотье и вечно краснеющее лицо, совсем нетронутое макияжем. Миленькая, свеженькая, забавная деревенская простушка — вот, кем она была для меня тогда. Сейчас же — фурия, знающая себе цену и задирающая нос так по-королевски высоко, будто бы это она до меня снизошла, а не наоборот.
Ладно, отмахнулся я. Все равно у нее нет шансов. Да и у меня осечек не бывает — Тая будет моей. Снова. И я даже больше скажу — эта девчонка сама ко мне прибежит, ведь именно от меня теперь зависит ее будущее.
Глава 9 — Противопоказания
— Ну что, сынок, тебя уже можно поздравлять? — отец смотрит на меня с такой горделивой теплотой, что я бесконтрольно чувствую себя пятилетним пацаном, который самостоятельно выучил азбуку и коряво нацарапал на каком-то важном документе отца: «папа, я тебя люблю».
— Я слишком суеверен, ты ж знаешь, — рассмеялся я и покачал головой.
— Знаю, Тёмка, знаю… — в моменте лицо отца омрачилось, и он вновь стал таким, каким я видел его уже долгие три года: не лицо — маска, взгляд пустой и отрешенный, уголки губ угрюмо опущены.
Да и поседел он слишком быстро, а ведь ему только сорок пять стукнуло.
— Но все равно не могу забыть, как тебя мама еще трехлетнего карапуза повела впервые на каток, а после притащила домой сумку, напичканную амуницией. Я тогда ужаснулся, думал: «ну какой к чертовой бабушке хоккей?». Да и ты ревел на льду весь первый месяц.
— Это я от счастья, пап, — вновь хохотнул я, пытаясь перевести разговор в шутку, но отец уже настроился на радио-ностальжи и его было не остановить.
— А как меня бесило вас возить четыре раза в неделю на тренировки, а? Ты бы знал! Я тогда ужасно уставал на работе и мечтал тупо выспаться, а не вставать в шесть утра, чтобы до детского сада попасть на лед. Помнится, ругался с твоей мамой даже по этому поводу. Это я еще не знал, что, когда начнется школа, будет еще хлеще.
— Да, со сном тогда были напряженки, — согласно кивнул я.
— Если бы не она, сынок, то ничего бы этого не было. Ни приглашения в НХЛ, ни славы, ни будущего.
— Ну чего ты начинаешь, пап? — скривился я. — Делов-то? Пошел бы штаны в офис протирать, как и ты. Не дурак же.
— Не дурак, — потянул мужчина и приобнял меня, постукивая ладонью по спине.
— М-м, жареным мясом пахнет? — повел я носом в сторону выхода на задний двор.
— Да, Ваче старается, будет настоящий грузинский шашлык. А потом и баньку истопим, посидим как белые люди, настойку бабы Шуры достанем.
— Пап, ну я же просил пока не отмечать, — поджал я губы и с упреком посмотрел на него.
— Мир не вокруг одного тебя вращается, любимый ты мой Пуп Земли, — рассмеялся отец и, прокашлявшись, добавил, — я наконец-то нашел выход на Ставрополье. Уже отхватил три огромных куска земли в Кисловодске, Ессентуках и Минводах.
— Как ты это сделал? — нахмурился я. — Ты же сам говорил, что там тебе сверху кислород перекрыли. Неужели дал кому-то на лапу?
— Дал, сынок. Догнал и еще раз дал. А ты думал в мире больших денег как-то все иначе устроено? Это не твой хоккей, где клюшкой помахал, и ты молодец. Тут все по-взрослому, или ты по головам идешь, или по твоей шагают. Третьего не дано.