logo Книжные новинки и не только

«Невинность и соблазн» Николь Джордан читать онлайн - страница 1

Николь Джордан

Невинность и соблазн

Глава 1

Как удивительно, что джентльмен способен попросить совершенно незнакомую женщину стать его любовницей и при этом даже не позаботиться назвать себя!

Из письма мисс Розлин Лоринг к Фанни Ирвин

Лондон

Июнь 1817 года


— Говорят, он великолепный любовник.

Не в силах проигнорировать столь пикантное замечание, Розлин Лоринг неохотно устремила взгляд в противоположный конец переполненного бального зала, на только что вошедшего высокого стройного мужчину.

Она впервые видела красивого повесу герцога Ардена, хотя уже успела наслышаться бесчисленных историй о его похождениях. Он был воплощением богатого аристократа: светлые волосы, отливающие янтарем в сиянии свечей, властный вид, идеальная фигура, облаченная в черное домино — похожее на плащ одеяние, уместное только на маскарадах.

Только на нем не было маски, и Розлин без помех вглядывалась в его поразительно красивое лицо. Очевидно, он имел огромный успех у дам, потому что вокруг вился целый рой красоток, стремившихся привлечь его внимание.

— На чем зиждется такая слава? — спросила Розлин, заинтригованная, несмотря на досаду, вызванную несвоевременным появлением герцога.

Ее подруга Фанни Ирвин улыбнулась:

— На всеми признанном искусстве в любви, дорогая. Говорят, он обладает талантом заставить женщину рыдать.

Розлин поправила маску и поджала губы.

— Почему, во имя неба, способность заставить женщину плакать вызывает такое восхищение? По-моему, для этого достаточно ее обидеть!

— Плакать от экстаза, дорогая. Арден — необыкновенный любовник, потому что может подарить женщине ослепительное наслаждение.

— Не представляю, каким это образом.

Фанни ответила мелодичным смехом, который помог ей стать одной из самых известных и популярных лондонских куртизанок.

— Надеюсь, что нет. Но поверь, редкого мужчину заботит наслаждение возлюбленной. Подобный любовник поистине бесценен.

Розлин задумчиво прищурилась. Она и появилась сегодня здесь, чтобы приобрести некоторый опыт, и не желала начинать с герцога. Арден был близким другом ее нового опекуна, графа Данверза, недавно помолвленного с ее старшей сестрой Арабеллой. Не дай Бог, герцог увидит ее здесь! Что ни говори, а она так и напрашивается на скандал, приехав сюда, на бал-маскарад, который устраивают поклонники Киприды, иначе говоря, распутники и куртизанки! Через две недели, на свадьбе сестры, ее официально представят герцогу. Не хватало, чтобы он узнал в новой знакомой одну из участниц сегодняшнего веселья!

Его светлость, вне всякого сомнения, не одобрит ее дерзкого вторжения в сверкающий мир полусвета. Судя по словам Арабеллы, Арден сурово порицал помолвку друга, и отказывался верить, что лорд Данверз с первого взгляда и всем сердцем влюбился в старшую из сестер Лоринг.

Но теперь, разглядывая герцога, Розлин без особого труда поняла, чем вызвана столь циничная реакция. Его тонкие, словно выточенные резцом скульптора черты носили отпечаток врожденной гордости. Манера держаться была надменная, немного повелительная. Но приходилось признать, что при таком несметном богатстве и влиянии герцог Арден имел право на некоторое высокомерие. Однако ее крайне удивило, что он имеет репутацию блистательного любовника.

Ее размышления были прерваны откровенными комментариями Фанни:

— Не то чтобы я лично знала герцога. Он предпочитает не иметь несколько содержанок одновременно. Одна сменяет другую. Он и сегодня приехал именно затем, чтобы выбрать новую.

— А что случилось с прежней? — полюбопытствовала Розлин, желая узнать от Фанни все, что можно.

— Не нужно быть собственницей, дорогая. Это смертный грех для женщины, желающей угодить покровителю. Особенно аристократу вроде Ардена, который пользуется таким успехом у женщин.

Похоже, он действительно изучал выставленный напоказ товар, небрежно озирая бальный зал. Но тут его взгляд упал на нее, и глаза мгновенно загорелись неподдельным интересом. Девушка инстинктивно отступила, чувствуя внезапное желание сбежать. Она приехала сюда инкогнито: верхняя половина лица была закрыта маской, светло-золотистые волосы спрятаны под пудреным париком и широкополой шляпой.

Но может, именно ее необычная внешность и привлекла внимание герцога? Хотя декольте позаимствованного у Фанни платья было куда ниже, чем предпочла бы Розлин, все же она была одета пастушкой, что считалось весьма скромным по сравнению с другими дамами, облаченными в откровенные костюмы греческих богинь, римских рабынь или турецких гаремных красоток. Фанни оделась Клеопатрой, что выгодно подчеркивало ее экзотическую внешность и черные как смоль волосы.

Заметив, что Арден по-прежнему не сводит с нее глаз, Розлин вдруг ощутила, что сердце пропустило удар.

— Он смотрит прямо на меня, — озабоченно пробормотала она.

— Это меня не удивляет, — весело заметила Фанни. — Сочетание невинности и элегантности нечасто встречается на подобных празднествах. Ты — редкая английская роза в сравнении с более прихотливыми цветами, выставленными здесь на продажу.

Розлин укоризненно покачала головой:

— Ты прекрасно знаешь, что я не продаюсь.

— Но он этого не знает! И вполне естественно, предположил, что ты явилась сюда показать товар лицом и предложить свои услуги.

— Ну так он ошибся. Я пришла сюда только затем, чтобы своими глазами увидеть, как твои подруги по профессии ведут себя со своими покровителями.

— Но интерес его светлости должен тебе польстить, — поддразнила подруга.

— Господи милостивый, почему, Фанни? Я вовсе не польщена. Скорее, встревожена. Нельзя, чтобы Арден узнал, кто я такая. Через две недели нам придется встретиться в церкви, и я не желаю, чтобы он рассказывал моему опекуну гнусные сказки обо мне. Думаю, мне стоит найти пальму в горшке, ту, что потолще, и притаиться за ней. Смотри… он идет сюда!

Поспешно отступив, Розлин скользнула за мраморную колонну. Фанни присоединилась к ней, весело блестя глазами в прорезях маски.

— Прекрати смеяться, предательница! — прошипела Розлин. — Это не твоя репутация поставлена на карту!

— Разумеется, нет! Со своей я распрощалась несколько лет назад, — с неожиданной горечью вырвалось у Фанни. — Хорошо, что ты не увлечена Арденом, дорогая. Пусть любовник он великолепный, но все знают, что у него нет сердца. А тебе нужен человек, способный любить.

— Тут ты права.

Розлин твердо намеревалась выйти замуж по любви, а циничные, распутные герцог если и женились, то лишь по расчету либо из необходимости получить наследника.

Розлин осторожно вытянула шею и выглянула из-за колонны:

— Черт бы все побрал, он идет сюда. Я не могу оставаться здесь. Нужно найти место, где бы переждать, пока он не уедет.

— В глубине здания есть галерея с несколькими нишами, где могут укрыться влюбленные парочки. Но они скорее всего еще пусты, поскольку бал только начался. Почему бы тебе не отдохнуть там? Арден никогда не остается надолго на таких собраниях. Я найду тебя, как только он уедет.

— Превосходная мысль! — воскликнула Розлин.

— Только не беги, — посоветовала Фанни. — Это лишь возбудит первобытный мужской инстинкт, повелевающий преследовать ускользающую добычу.

Вынудив себя помедлить, Розлин оглянулась.

— Я вовсе не собираюсь становиться ничьей добычей. А если он заговорит с тобой, не выдавай меня.

Подруга с притворной обидой уставилась на нее:

— Позволь заверить тебя, что я — сама осмотрительность. В такой профессии, как моя, скрытность дороже золота.

— Жаль, что ты не можешь послать его прямо к дьяволу! — пробормотала Розлин, отходя. Как обидно, что ее планы на вечер рухнули! Она приехала сюда, чтобы открыть секреты женщин, умеющих возбудить страсть в мужчине, и вот теперь вынуждена скрываться.

Низко нагнув голову, чтобы герцог не смог узнать ее по шляпке, Розлин обогнула толпу, выскользнула в заднюю дверь и оказалась в полутемном коридоре. Когда ее глаза привыкли к тусклому свету, она пробралась дальше, к столь же скудно освещенной галерее. Ежегодный бал поклонников Киприды хоть и считался публичным собранием, но все же везде в здании, кроме бального зала, царил полумрак, любовные свидания не любят яркого света.

Фанни не ошиблась: Розлин увидела множество пустых ниш по обе стороны галереи. Забравшись в последнюю нишу слева, она задернула за собой бархатные занавеси, и все же через окно на задней стене проникало достаточно лунного света, чтобы она не испугалась темноты.

Слишком взволнованная, чтобы сидеть, Розлин с обреченным вздохом ступила на узкий балкончик, приготовившись дожидаться отъезда герцога.

— Черт бы его побрал, — раздраженно пробормотала она. — Нужно же было ему появиться как раз в тот момент, когда начиналось самое интересное?!

Она питала столько надежд на сегодняшний вечер! До этого дня она никогда не бывала в компании дам легкого поведения, и была поражена и очарована тем, что успела увидеть и узнать.

Собственно говоря, раньше Розлин вообще редко бывала в обществе. Во всяком случае, последние четыре года. Все это время она мирно жила в деревне, в Данверз-Холле, неподалеку от Чизуика и милях в шести к западу от Лондона, вместе с сестрами и ворчливым двоюродным дядей и опекуном, графом Данверзом, который неохотно согласился принять сестер, после того как их родители, вовлеченные в гнусный скандал, покрыли дочерей позором.

Четыре года назад их мать сбежала в Европу вместе с любовником, после чего их легкомысленный отец быстро проиграл остаток состояния и погиб на дуэли из-за любовницы, что окончательно разрушило шансы сестер Лоринг на выгодный брак.

Они с достоинством вынесли последовавшие за этим бесчестье, презрение общества и бедность. И даже нашли способ зарабатывать себе на жизнь, чтобы не зависеть от скупого дядюшки. При поддержке богатой покровительницы они открыли академию для обучения хорошим манерам и этикету дочерей богатых торговцев и промышленников. Академия процветала, и у девушек оказалось достаточно средств, чтобы не обращаться к опекуну за каждой мелочью. Но достойных женихов по-прежнему не находилось. Из всех сестер сильнее всего по этому поводу страдала Розлин. Именно она втайне мечтала выйти замуж по любви и иметь детей. Но хотя ее происхождение и воспитание были безупречными, но отсутствие приданого и отголоски скандала, безусловно, ограничили возможность выбора. Но больше всего Розлин вредили ее взгляды. Девушку, к ее огромному сожалению, считали красивейшей из сестер. Золотистые волосы, тонкие черты лица и изящная фигура придавали ей обманчиво хрупкий вид, а бесчестье семьи и отсутствие могущественного защитника делали ее мишенью гнусных ухаживаний развратников и повес худшего разбора. Ей пришлось претерпеть не одно унизительное предложение, но охотников вести ее к алтарю так и не нашлось.

При одном воспоминании об этом девушку передернуло. Стиснув зубы, она подошла ближе к перилам и бездумно уставилась вдаль. Она никогда не станет довольствоваться участью содержанки! И выйдет замуж только по любви. Большой любви!

Однако, прежде чем она смогла выполнить свои намерения, судьба сама решила сжалиться над ней. Несколько месяцев назад престарелый дядюшка окончатся, и их опекуном стал его наследник Маркус Пирс, молодой граф Данверз, который, естественно, расстроился, узнав, что на него свалилось тяжкое бремя опекунства над тремя почти старыми девами. Немного подумав, он объявил о своем намерении найти мужей для каждой, что послужило причиной яростного поединка со старшей сестрой, Арабеллой, готовой отстаивать их независимость. Как ни странно, все закончилось неожиданным любовным союзом между ней и Маркусом.

Розлин была вне себя от радости за Арабеллу… и благодарна Маркусу за то, что он великодушно даровал младшим сестрам независимость и разрешение самим выбрать собственное будущее.

Розлин точно знала, какого именно будущего она хочет. Вот только не представляла себе, как его достичь. Поэтому она воззвала к опыту и знаниям подруги детства Фанни Ирвин, девушки из благородной семьи, которая покинула дом в шестнадцать лет, чтобы стать одной из самых прославленных камелий полусвета.

Однако, когда Розлин на прошлой неделе заговорила о своих планах, Фанни встревожено нахмурилась.

— Надеюсь, ты не собираешься вести жизнь куртизанки?

— Нет, вовсе нет!

— Прекрасно. Потому что я не собираюсь тебя развращать.

— А я не желаю развращаться, Фанни, — улыбнулась Роз-дин, — Просто хочу выведать твои секреты, особенно один: как заставить джентльмена влюбиться в меня.

— Это еще зачем?

— Я давно поняла, что джентльмены отдают все чувства любовницам, а не законным женам, поэтому и решила обратиться к настоящим экспертам в этой области. Пусть научат меня способам воспламенять страсть в мужчинах.

Фанни долго недоуменно смотрела на подругу, прежде чем рассмеяться.

— Я и забыла, какой у тебя пытливый ум, дорогая!

— Именно пытливый, — дружелюбно согласилась Розлин. — Но, к сожалению, я не имею ни малейшего представления о том, как завоевывать мужские сердца. А ты — самая процветающая из известных мне поклонниц Киприды.

— Но я единственная из поклонниц Киприды, которых ты знаешь, — сухо напомнила Фанни.

— Верно, но, возможно, я сумею найти кого-то еще, готового наставлять меня.

Фанни состроила уморительную гримаску:

— Арабелла удушит меня голыми руками, если я позволю тебе обратиться к кому-то, кроме меня. Кстати, ты уже наметила кандидата в мужья?

— Честно говоря, да. Графа Хэвиленда. Ты его знаешь?

Фанни задумчиво поджала губы.

— Меня с ним знакомили. Кажется, Хэвиленд недавно получил титул вместе со значительным состоянием?

— Да, и его загородное поместье граничит с Данверз-Холлом.

— Хочешь стать одной из претенденток на его руку?

Розлин, мучительно покраснев, кивнула.

— Судя по тому, что я успела увидеть за несколько месяцев, думаю, Хэвиленд станет мне хорошим мужем Мы подружились, и мне кажется, он испытывает ко мне нечто… вроде симпатии. Но я не верю, что сумею завоевать его сердце.

— Не слишком ли ты размечталась, Розлин, воображая будто сможешь добиться брака по любви? Да еще с Хэвилендом! Есть и другие возможности! Несмотря на историю твоей семьи, ты все же дочь баронета, не говоря уже о том, что считаешься одной из первых красавиц. Даже в свои двадцать два ты вряд ли можешь считаться старой девой. К тому же лорд Данверз наделил тебя и Лили щедрым приданым, и теперь ты можешь прекрасно выйти замуж по расчету, после чего только и остается жить в богатстве и роскоши до конца дней своих.

— Нет! — яростно прошипела Розлин. — Меньше всего мне хочется выходить замуж по расчету! Ты не хуже меня знаешь, какова была семейная жизнь моих расчетливых родителей! — При этих словах она невольно вздрогнула. — Мне нужен брак по любви, и на меньшее я не согласна!

Фанни с веселым восхищением воззрилась на подругу.

— Позволь мне уточнить: ты питаешь тайную страсть к соседскому графу и желаешь узнать способ влюбить его в себя?

— Совершенно верно, — кивнула Розлин. — А если кто-то и сможет наставить меня в науке нежной страсти, так это ты. Поможешь мне, Фанни?

— Полагаю, что да. Если даже ничего не выйдет, хоть развлечемся немного. А сестры знают о твоих планах?

— Пока еще нет.

Она не призналась никому, кроме Фанни. Арабелла, конечно, все поняла бы, но сейчас ей было не до младшей сестры. Все ее время занимала подготовка к свадьбе, а голову кружило счастье любви. И Розлин вовсе не хотела портить счастье Арабеллы, завоеванное с таким трудом.

А вот младшая сестра Лилиан — дело другое. Она поклялась не выходить замуж и не влюбляться. И ожидала от Розлин того же самого. Той очень не хотелось разочаровывать сестру, но ведь это ее жизнь! И она не собиралась полагаться на волю судьбы. Поэтому и обратилась к Фанни.

И вот теперь, к ее нескрываемой досаде, первый же урок был грубо прерван нежеланным появлением герцога Ардена. Розлин прижала пальцы к вискам. Голова буквально раскалывалась под тяжестью парика и шляпки, а не дававшая свободно дышать маска уже натерла левую щеку едва не до крови.

Розлин развязала бант под подбородком и сбросила шляпку, после чего ослабила тесемки маски и сдвинула ее вниз. Ощутив благотворное дуновение прохладного ветерка, она облегченно вздохнула. И тут же услышала низкий мужской голос:

— Так вот где вы скрываетесь!

Испуганно охнув, Розлин повернулась и уронила шляпку. Она мгновенно узнала высокого представительного джентльмена, стоявшего у входа в нишу.

— Как вы напугали меня! — воскликнула она, задыхаясь и торопливо завязывая тесемки маски.

— Прошу прощения! Я никогда бы не посмел сознательно напугать красивую женщину!

Розлин подозрительно прищурилась. Если он и пытается польстить ей, то прилагает не слишком много усилий. Но, возможно, он просто играет в известную обеим сторонам игру, сыпля комплиментами, которые, по его мнению, ей хотелось слышать.

В его глазах сверкал чисто мужской интерес, и, к ужасу Розлин, ее сердце бурно забилось.

— Я Арден.

— Я знаю, кто вы, ваша светлость, — рассерженно бросила Розлин. Эндрю Монкриф, герцог Арден, известный друзьям как Дру. Но сейчас ей вовсе не хотелось его видеть.

Бровь герцога удивленно приподнялась:

— К сожалению, ваше имя мне неизвестно, моя прелестная инкогнито. Я поискал бы тех, кто мог нас познакомить, но вы скрылись, едва меня заметив. Да и Фанни вдруг исчезла, прежде чем я успел узнать, как вас зовут.

Розлин, не успевшая запастись средствами обороны, предпочла молчать. Когда герцог ступил вперед и нагнулся, чтобы поднять ее шляпку, настало самое подходящее время для отступления, да вот только балконные перила уперлись в спину. Значит, она в ловушке и принуждена терпеть его бесцеремонные взгляды. Он неподвижно стоял перед ней, держа длинными пальцами ленты шляпки.

Розлин, не в силах отвернуться, смело уставилась на него Конечно, сейчас слишком темно, чтобы сказать наверняка, но ей показалось, что глаза у него зеленые. Темно-зеленые с золотистыми искорками. И черты его лица казались еще более чувственными, чем на расстоянии. Короче говоря, его близость произвела воистину сокрушительное воздействие на ее самообладание.

— Поздравляю, милочка. Ваш план сработал.

— Мой план? — недоуменно повторила Розлин.

— Вы надеялись, что я последую за вами, и оказались правы.

Он вообразил, будто она намеренно заманила его сюда?

— Вы ошиблись, ваша светлость. Я не строила никаких планов. Просто посчитала, что в бальном зале слишком жарко, и пришла сюда немного отдохнуть.

Уголок его губ сардонически дернулся.

— Как удачно вы выбрали место, специально предназначенное для тайных свиданий! — заметил он, кивком показав на диванчик, и, прежде чем Розлин успела запротестовать, добавил: — Вы должно быть, недавно в Лондоне. Я наверняка вспомнил бы вас, если бы видел раньше.

Розлин невольно поморщилась. Оставалось надеяться, что его память не окажется слишком цепкой, когда через две недели они встретятся на свадьбе ее сестры.

— Вы правы, я действительно недавно в Лондоне. Но, даю слово, что мне в голову не приходило заманить вас сюда.

Кроме того, она не намеревалась продолжать совершенно нежелательную встречу.

Пробормотав вежливое «спасибо», Розлин выдернула ленты шляпки из его пальцев и попыталась проскользнуть мимо. Однако ее рука тут же оказалась в плену.

— Можно подумать, что вы действительно стараетесь меня избегать! Почему?