— Но мы Вершинину об этом отверстии говорить не будем. Скажем, что от долгой службы протерся шланг, который ведет от бачка, и через этот шланг все масло вытекло.
— А зачем вы хотите скрыть попытку покушения? — спросил водитель.
— Чтобы не спугнуть этого людоеда, который притаился среди нас, — отвечал Гуров. — Чтобы он еще что-нибудь попробовал натворить и этим себя выдал. Потому что если он сейчас затаится, то все равно потом вылезет, уже в Москве. А меня рядом не будет, чтобы защитить Вершинина и его близких. Понял мои соображения, Илья?
— Да, я вас понял, Лев Иванович, — проговорил водитель.
— А в таком случае задам тебе другой вопрос: готов ли ты оказать мне посильную помощь в деле поимки этого негодяя?
— Я сделаю все, что смогу, — отвечал Васюхно.
— Очень рад, — сказал Гуров, — потому что мне нужны будут помощники. До сегодняшнего происшествия я не знал, на кого здесь я могу положиться, а на кого нет. Теперь у меня есть один проверенный помощник. Про тебя я точно знаю, что ты никаких коварных планов не вынашиваешь — ты сам чуть не стал жертвой этих коварных планов.
Некоторое время они ехали молча. Но водитель, как видно, продолжал обдумывать информацию, полученную от сыщика, потому что спустя некоторое время он спросил:
— А как вы думаете, где этот вредитель в следующий раз нанесет удар? И в кого он будет целить?
Гуров ответил не сразу. Илья Васюхно даже подумал, что знаменитый сыщик решил вообще не отвечать на его вопрос. Но прошло несколько минут, и Гуров заговорил:
— Трудный вопрос ты задал. Если бы я знал ответ на эти два вопроса — где будет нанесен удар и кто станет целью удара, я бы сумел расставить сети, и этот шакал бы в них попался. Но в том и дело, что я не знаю ответа. Что задумает злоумышленник? Снова устроить пожар, как в Москве? Или отравить суп? Или уж совсем крайний случай — он проникнет ночью в чью-то спальню, чтобы вонзить кому-то из членов семьи Вершинина нож в сердце? Не знаю. Знаю одно — преступник находится здесь, в доме, он связан с хозяином дома тесными узами. А потому у него широкие возможности. И это делает мою задачу очень трудной.
— И что же вы будете делать? — спросил водитель. — Может, надо сказать Петру Никитичу всю правду, рассказать про испорченный бачок? И посоветовать, чтобы он с семьей уезжал в Москву? Там как-то надежнеее…
— Нет, Илья, я этого делать не буду, — отвечал Гуров. — Ты прав: в Москве безопаснее, чем здесь. Но ведь и там можно нанести удар исподтишка. Это там, в Москве, был устроен пожар, там резали картины и стреляли из сада в Ирину Вершинину. А кроме того, я знаю, что Вершинин не согласится с таким советом. Ведь уехать отсюда — значит показать, что ты боишься незримого врага, готов пожертвовать своим отдыхом, лишь бы спрятаться от него. А Вершинин не трус, он не захочет прятаться.
— Так что вы будете делать в таком случае? — настаивал водитель.
— Я постараюсь учесть тот и этот варианты, предвидеть разные возможности, — отвечал сыщик. — Буду смотреть в оба. Может быть, таким образом я что-то замечу…
Больше до конца поездки они не разговаривали, в молчании подъехали к воротам усадьбы. Когда ворота перед ними раздвинулись, Гуров вспомнил, что их открывает охранник и что с тем охранником, который дежурит сейчас, с Костей Потаповым, он успел поговорить, а с другим, с любителем спорта Маратом Ордынцевым, еще не познакомился. «Надо побеседовать с ним, — подумал сыщик. — А еще стоит встретиться с садовником, поговорить насчет куста бересклета, который загораживает ограду». Таким образом, план действий на ближайшее время сыщик наметил.
И словно кто-то свыше узнал эти планы Гурова и решил ему в них помочь: едва выйдя из машины, он увидел незнакомого человека в рабочем комбинезоне, с садовыми ножницами в руках, который огибал дом, видимо направляясь в другую часть парка. На вид мужчине было лет шестьдесят, у него была окладистая черная борода.
— Скажите, это вы здешний садовник? — спросил у него Гуров.
— Да, я, — отвечал тот, остановившись. — Меня Егор Васильевич зовут.
— Значит, вы мне и нужны, — кинул сыщик. — Меня зовут Лев Иванович Гуров, и я отвечаю за безопасность Петра Никитича и вообще всех людей, кто живет сейчас в поместье. Мне хотелось поговорить об одном зеленом насаждении, которое вызывает у меня беспокойство.
— И чем же это зеленое насаждение мешает безопасности? — удивился садовник.
— А я вам на месте это покажу, — сказал сыщик. — Давайте пройдем… ага, это будет вон в той стороне.
И он провел садовника Егора Максимова в левую половину парка, которая находилась вдали от дома и в которой не было ни бассейна, ни теннисного корта. Подойдя к высокому кусту бересклета, Гуров остановился.
— Вот этот куст меня беспокоит, — сказал он. — Видите, какой он высокий? Он загораживает участок парковой ограды, примерно четыре метра. Так не годится. Охранники должны на своих мониторах видеть всю ограду целиком.
— А что же я могу сделать? — Садовник развел руками. — Бересклеты высокие вырастают. И Ирине Васильевне этот куст нравится, она не велит его подстригать. Так что вы ей скажите насчет безопасности. Если она мне даст такое указание, я подстригу.
— А я вот сейчас у нее и спрошу, — сказал Гуров. — Смотрите — Ирина Васильевна вас словно услышала, уже идет сюда.
Действительно, по дорожке от дома к ним спешила Ирина Вершинина. Ее сопровождал друг хозяина Виктор Селиверстов.
— Я из окна увидела, что вы с Егором Васильевичем куда-то идете, — пояснила хозяйка, подойдя ближе. — Вот мне и стало интересно, зачем вам понадобился Егор.
— Ну а мне тоже стало интересно, — объяснил Селиверстов. — Вот я и решил Ирину сопровождать.
— Так какая тут проблема? — спросила Вершинина.
— Да вот, Лев Иванович говорит, что этот куст мешает целям безопасности, — принялся объяснять садовник. — Говорит, что он ограду загораживает, ничего не видно. И что надо этот куст подстричь пониже. А я отвечаю, что вы не велели эти кусты стричь, пусть растут.
Ирина Вершинина вздохнула и сказала:
— Да, я бы не хотела здесь ничего трогать, мне этот уголок таким нравится, какой он сейчас. Но после того, что сегодня случилось с Аркадием Борисовичем и Сергеем, я готова отбросить все свои капризы и все сделать, чтобы укрепить безопасность поместья. Покажите, Лев Иванович, насколько вы хотите подстричь этот куст, чтобы он не мешал обзору.
— Сильно надо будет подстричь, примерно до пояса, — проговорил Гуров. — Или вообще пересадить его отсюда.
Но против второго варианта стал возражать садовник.
— Нельзя этот куст пересаживать, — сказал он. — Он засохнуть может. Уж лучше я его подстригу.
И, пользуясь тем, что ножницы уже были у него в руках, садовник принялся подстригать куст. После того как он поработал минут десять, куст понизился до уровня плеч человека, и из-за него показалась ограда.
— Может, вот так хватит? — спросил садовник. — Вон она, ограда, ее теперь видать. И она вроде цела…
Прутья ограды и в самом деле выглядели прочными, находились на месте, перелезть через них было трудно. Но Гурову захотелось попробовать, так ли прочно они стоят на местах. Однако нашелся человек, которому такая мысль пришла в голову раньше, чем сыщику. Виктор Селиверстов сказал: «А давайте проверим» — и шагнул вперед. Он взялся за один из прутьев, качнул его — и прут неожиданно легко сдвинулся с места. То же самое произошло и с другим, и с третьим прутом. Селиверстов один за другим попробовал восемь прутьев ограды, и четыре из них оказались незакрепленными.
Гуров подошел к ограде и осмотрел эти «фальшивые» прутья. При внимательном рассмотрении оказалось, что кто-то поработал здесь автогеном. Прутья были аккуратно отрезаны от основной части ограды и воткнуты в землю. Когда Гуров вынул все четыре прута, образовалось отверстие, через которое легко мог пролезть человек.
— А вы молодец, Лев Иванович! — заключил Селиверстов. — Как вы точно угадали уязвимое место в ограде! Если вы и все остальные планы этого хитреца будете так же легко разгадывать, то ему ничего не останется, как сматывать удочки и убираться отсюда, пока вы его не поймали.
— Да, Лев Иванович — настоящий специалист, — согласилась Ирина Вершинина. — А я выгляжу как настоящая дура, покрывающая преступника. Ведь мне Костя, охранник, уже говорил про этот куст, что он мешает обзору. Но тогда я не согласилась его подстричь. И вот какой результат…
Она повернулась к садовнику.
— Егор Васильевич, будьте добры, пройдите вдоль всей ограды парка, — сказала она. — Посмотрите, нет ли где-то еще растений, которые создают помехи для обзора. И режьте их беспощадно! Ну и ограду возле них проверьте. Нет ли у нас еще каких дыр?
— Очень правильное решение, — одобрил Гуров. — Когда Егор Васильевич все это сделает, мы будем защищены с этой стороны. А я позабочусь о том, чтобы лишить этого человека и других возможностей навредить.
И он покинул группу людей, оставшихся у куста бересклета, и направился к дому.