Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Николай Побережник

Рухнувшие надежды

Насколько меньше роптали бы мы на судьбу и насколько больше были бы признательны провидению, если бы, размышляя о своем положении, брали для сравнения худшее, а не лучшее, как мы это делаем, когда желаем оправдать свои жалобы.

Даниель Дэфо

Часть 1

Мерзко запиликал будильник на мобильном телефоне, я открыл глаза. На улице еще темно, но в открытую форточку уже доносятся звуки просыпающегося города. Встал, потянулся к выключателю… мммать! Коробки, мешки и опять коробки. Запнулся о них в темноте, тихо ругнулся матом и побрел в ванную, где в зеркале увидел «его». Да уж, недельное отмечание разрыва отношений с социумом было, так сказать, «на лицо». Но сегодня я решил начать новый этап в своей жизни, точнее покончить с тем образом жизни, в котором не нашел удовлетворения и который стал для меня бессмысленным:

…работа, точнее маленький бизнес, который занял 95 % жизненного пространства, стремительно летящие дни от понедельника до понедельника.

…мне 40, нет жены, нет детей, родители, живущие далеко на Урале, и которых я не видел уже, наверное, лет восемь, а крайняя наша встреча произошла лишь потому, что я был на сутки, проездом, у них в городе — ездил в столицу встречаться с поставщиками.

…отсутствие друзей… нет, не так, отсутствие ДРУЗЕЙ. Конечно, у меня есть приятели, компаньоны, партнеры по бизнесу, среди которых есть неплохие мужики и даже парочка весьма неплохих дам, эдаких «бизнесвумен», но все равно с обычными бабскими слабостями. Есть и банальные собутыльники — соседи по гаражному кооперативу, опять напоили вчера, черти.


* * *

Примерно полмесяца назад, возвращаясь домой, то есть во Владивосток, из Хабаровска на своей машине с очередной деловой встречи, я ехал и думал обо всем об этом, ну в смысле о неудовлетворенности жизнью. Мой паркетный «Прадик» уверенно катил по М60. и я уже подъезжал к Уссурийску, кода мне позвонил Миша — компаньон по бизнесу, наверное, поинтересоваться, как прошла встреча. Но об этом я так и не узнал. Все произошло очень быстро. Машина влетела в выбоину в асфальте, конкретную такую на полколеса, наверное. Громкий хлопок, где-то спереди и справа, баранка руля крутанулась на 180 градусов, машина ударилась в отбойник трассы, и, перелетев его, пропахала на крыше метров десять. Все закувыркалось, по салону полетели шмотки, бумаги, звякнуло стекло… темнота…

Я пришел в себя лежа на траве, от резкого запаха нашатыря. Открыл глаза. На обочине у сбитого леера, мигая «люстрами», стояли две машины ГАИ и «скорая». Справа от меня метрах в пяти на крыше лежал мой «Прадик».

— Как вы себя чувствуете? Где испытываете болевые ощущения? — спросила конопатая девушка — фельдшер «скорой», убирая тампон с нашатырем.

— Да в целом вроде нормально, — ответил я и почувствовал во рту вкус крови. Затем пошевелил поочередно всеми конечностями и понял, что прикушенный язык во время кувыркания это самая пострадавшая часть моей тушки.

— У вас, возможно, шок, необходимо проехать в травму, там вас хирург осмотрит.

— Да, скорее всего, нормально все с ним, был пристегнут, подушка сработала. Вы алкоголь не употребляли? — поинтересовался подошедший инспектор.

— Не, лейтенант, я только по пятницам употребляю.

— Так сегодня и есть пятница, — гыгыкнул лейтенант.

— Так еще рабочий день не кончился, — ответил я, поднимаясь на ноги.

— А, ну пройдемте, Сергей Николаевич, расскажете что как, и схему ДТП подпишете. Ну и заодно в алкотестер подуете. Да, и вам звонил какой-то Михаил, ну мы ему сказали про ДТП, он уже едет сюда.

Я подсел в машину к инспекторам, где, тыкая карандашом в схему, мне поведали, что случилось. А случилось все до безобразия просто — правое колесо попало в яму, и от удара «разулось», после чего меня кинуло на леера, и машина, кувыркнувшись, слетела в кювет.

— Так вы яму не заметили, что ли? — поинтересовался инспектор.

— Да заметил, только куда уходить было, слева машина параллельно шла, справа леера, — ответил я, конечно же, умолчав о том, что я попросту отвлекся на телефон, когда позвонил Михаил.

— Ну, понятно, в общем «разулся», и машина потеряла управление, — подытожил инспектор.

— Получается так, — согласился я.

— Вот, дуйте, — инспектор протянул мне алкотестер.

Я подул в чудо-аппарат и передал его обратно.

— Чисто, — сказал инспектор и продолжил. — Ну в общем, картина ясна, заедете к нам отдел, заберете копию схемы и протокола, и я бы на вашем месте в суд на местные власти подал, вина дорожников сто процентов. Вы, Сергей Николаевич, не первый здесь вылетаете.

— Понятно, — кивнул я.

— Эвакуатор вам вызвать, за отдельную плату конечно? — спросил инспектор и протянул мне мои документы.

— Давайте, вызывайте, а куда отвезут?

— Да куда скажете, любой каприз за ваши деньги, — снова с гыгыканьем ответил лейтенант.

— Ясно, вызывайте.

Михаил подъехал минут через тридцать, когда я, уже забрав из машины свои вещи, наблюдал за погрузкой искореженного джипа на эвакуатор, договорился с мужиками «низадорага», чтобы отвезли машину на стоянку у нашего офиса, все же под охраной будет.

— Ты как, старик, сам-то цел? — спросил Мишка.

— Цел, поехали, домой меня закинешь.

Мы уселись в Мишкин «форик» и покатили в сторону Владивостока.

— Знаешь, Миш, а мне кажется, это знак, — сказал я, отрешенно смотря в окно на мелькающую осевую полосу трассы.

— Ты о чем, какой знак?

— Да такой, сто первое и последнее предупреждение мне, что не так я живу, как надо, и не тем занимаюсь.

— Мля, ты опять за свое! Чем не тем? Мы не воруем, не кидаем, «лодку не раскачиваем», занимаемся производством, рабочие места вон двум сотням работяг даем. Светлое будущее, можно сказать, строим. Ты о чем вообще!!??

— Устал я, Миша, выдохся.

— Так отдохни, сгоняй в Таиланд, а? Помнишь ту гостиницу? Ух, классно оттянулись. Устал он… Все устают, и что теперь.

— Миш, я не хочу больше работать просто ради работы, за всем «этим» нет МЕНЯ, есть просто работа, работа, работа. А ради чего?

— Чего ради чего? Серый, не, тебе реально просто отдохнуть надо.

— Миш, ты что, меня действительно не понимаешь?

— Не понимаю, старик, херней ты какой-то страдаешь просто… как это, ммм… О!!! Хандришь! Точно, ага.

— Да, Мишка, ты меня не понимаешь, — пробубнил я, откинул максимально сиденье и задремал.

— Серый, приехали, — толкнул меня тихонько в плечо Мишка.

— Ага, спасибо, Миш. На, вот тут договор с хабаровчанами и прочее, разберешься. Завтра не жди меня с утра, планерку сам проводи, к обеду подтянусь.

— Ну, давай, отдыхай, и эти свои бредни «про знаки», про «устал» заканчивай, старик.

Я молча вышел из машины, жестом попрощался с Мишкой и направился к подъезду. Пиликнул домофон, и я поднялся на свой второй этаж. Дома сразу, не разуваясь, прошел на кухню и достал из холодильника початую бутылку водки и хватанул прямо с горла несколько солидных глотков, откусил от куска сыра и побрел в зал, где лег на диван и сразу провалился в сон. Спал как в бреду, мелькали какие-то непонятные картинки, по небу плавали гигантские дельфины, потом дворовая футбольная команда и я, шестнадцатилетний, пробиваю штрафной, и вдруг все исчезли, и я остался один посреди двора. А потом приснилась бабушка, такая родная, и как бы склонившись надо мной, сказала «Эх, Сереженька, а плавать ты так и не научился», ее лицо начало меняться и как будто растворилось в воде… И я проснулся. Посмотрел на часы — 11:30, можно вставать. Стянул с себя помятый костюм и полез под душ.

Завтракая чаем с бутербродами, я сидел за маленьким журнальным столиком, придвинутым к дивану, и смотрел мелькающие картинки в телевизоре. Звук был выключен, шел новостной блок и, в принципе, было достаточно просто смотреть… одни и те же надоевшие лица политиков, происшествия, катастрофы, землетрясения, биржевые индексы с падающими вниз графиками… одним словом, «стабильность», который месяц одно и то же. Я допил чай, выключил телевизор и начал расхаживать по комнате взад и вперед. Потом обошел всю квартиру несколько раз. Вернулся на диван, набрал номер одного знакомого.

— Сергей Николаевич, очень рад вас слышать, чем могу? — ответили сразу.

— Здравствуйте Леонид Яковлевич, тоже рад вас слышать, дело у меня к вам.

— Какое, если не секрет и можно по телефону?

— Да вот квартиру свою хочу продать, да сразу купить «домик в деревне», ну в смысле дачу. Чтоб и участок нормальный, и дом, и самое главное подальше от Владивостока.

После полуминутного молчания Леонид Яковлевич ответил:

— Что-то случилось, и как скоро надо это все сделать?

— Да ничего особенного не случилось, просто решил кое-что поменять в жизни. А сделать все надо уже «вчера».

— Хорошо, Сергей Николаевич, когда вам удобно подъехать ко мне?

— А давайте вы ко мне, сегодня вроде суббота, вот разберетесь с текучкой и приезжайте. Когда вас ждать?

— Хорошо, спасибо за приглашение, думаю, часиков в восемнадцать я подъеду.

— Отлично, буду ждать.

Ну вот, первый шаг сделан. Теперь нужно в офис «порадовать» Михаила, что он скоро будет единственным владельцем бизнеса — небольшой фирмы, которая занимается изготовлением и монтажом металлоконструкций. Я оделся попроще, джинсы, ботинки, косуха, взял ключи от гаража, где с весны стоял и «скучал» мой «Эндуро». Я его, конечно, заводил периодически, прогревал, но с весны никуда не ездил, А на дворе сентябрь, теплый приморский сентябрь.