logo Книжные новинки и не только

«Любовь с экстримом» Нина Харрингтон читать онлайн - страница 1

Knizhnik.org Нина Харрингтон Любовь с экстримом читать онлайн - страница 1

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Нина Харрингтон

Любовь с экстримом

Глава 1

Не часто увидишь в одиннадцать часов утра в лондонском метро библиотекаршу, несущую над головой сумку размером едва ли не больше, чем она сама. Особенно если библиотекарша хрупкого вида, с белокурыми, ниспадающими на плечи локонами.

Выйдя из вагона, Кайл Манроу посмотрел на соседний вагон. Библиотекарша стояла на цыпочках, подняв громоздкую сумку над головами пассажиров. Затем, выходя наружу, она резко прижала к себе сумку, чтобы удержать ее под напором людей, рванувших на посадку.

Послышался сигнал закрывания дверей, и блондинка практически выпрыгнула на платформу. Она с такой силой выдернула свою поклажу из уже закрывающихся дверей, что едва не упала на спину.

Поезд уехал. Библиотекарша одернула серый мешковатый жакет, вздернула хорошенький носик и надела сумку, похожую на портфолио, через плечо. Но портфолио почти волочилось по полу, поэтому блондинка решила поменять тактику. Поддерживая его кончиками пальцев и склонив голову, она прижала широкую лямку подбородком к плечу.

На женщине были босоножки на высоких тонких каблуках. Сделав пару пробных шагов, она двинулась на эскалатор. Однако ей все же пришлось снять огромное портфолио с плеча и тянуть его к эскалатору по полу.

Почему Кайл решил, что она библиотекарша? Он знал одну библиотекаршу — из спецотдела Военно-медицинской академии, где он учился. Та женщина средненько танцевала мамбу, лучше всех разбиралась в паразитарных болезнях и тоже носила уродливые костюмы.

Но она никогда не надевала серебристые босоножки на высоких каблуках, какие были на идущей впереди Кайла блондинке. У женщины были стройные ножки, и при виде их Кайл впервые за весь день улыбнулся.

Да, чего скрывать, ему нравятся красивые женские ножки.

Встреча с белокурой библиотекаршей стала для Кайла самым ярким событием за время его поездки. Три часа ему пришлось ехать в джипе с лысыми покрышками через горы; затем начался длинный перелет в экономическом классе. Кайл оказался в окружении милых, но невыносимо крикливых детишек. Правда, общение с ними каких-то пару часов забавляло его, он даже придумывал для них развлечения и игры.

Кайл провел ужасно трудный день. Еще немного, и он упадет от усталости. Но пора проявить вежливость и помочь леди, которая заставила его улыбнуться.

Атлетически сложенному Кайлу пришлось сделать всего несколько шагов, чтобы догнать блондинку.

— Вам помочь? — спросил он, стараясь выглядеть непринужденно и учтиво.

Не останавливаясь, библиотекарша снова закинула портфолио на плечо и покосилась на мускулистую глыбу, как называли Кайла телевизионщики. Заметив потрясенный взгляд ее светло-голубых глаз, он понял, что она ему явно не доверяет.

Кайл состроил вежливую улыбку, проведя пальцами по взлохмаченным волосам, покрытым пылью. Хм, сейчас он выглядит не лучшим образом. Нужно было воспользоваться моментом и принять душ и переодеться в аэропорту.

— Не стоит. Спасибо за предложение.

Едва она успела произнести эти слова, как портфолио соскочило с ее плеча. Кайл был вынужден подхватить его, чтобы оно не упало на пол и его не затоптали рвущиеся на эскалатор пассажиры.

Оказавшись на переполненном эскалаторе, библиотекарша облегченно вздохнула и взялась за поручень. Другой рукой она схватилась за горло, на котором осталась красная отметина от лямки.

— Хотите, я отнесу его к выходу? — предложил Кайл.

— Хорошо, только к выходу.

Она встала к нему вполоборота и одарила его скупой улыбкой. Медик Кайл сразу заметил, что ее правый глаз ярче левого. Кажется, он не приглянулся этой большеротой женщине с полными губами, бархатистой кожей и веснушками, покрывающими нос и щеки. Ее лицо было похоже на взбитые сливки, припудренные корицей.

«Зачем ей столько веснушек?» — подумал Кайл и едва сдержал стон. Ему-то что за дело?

— Я заметила, что вы прилетели из Дели. Долгий перелет. Проводили там отпуск? — спросила она и чуть наклонила изящную головку. Милейшая, самая трогательная и непринужденная из поз.

Он и забыл, что бирки индийской авиакомпании по-прежнему болтаются на его старом рюкзаке.

— Я был там проездом, — ответил он и кивнул через ее плечо: — Пора сходить.

Библиотекарша внезапно поняла, что они находятся в верхней точке эскалатора, и резко повернулась, отстраняясь в сторону, чуть поодаль от своей драгоценной поклажи.

Кайл крепче сжал ее сумку на деревянном каркасе и быстро надел себе на плечо. Сумка была нетяжелой, но непривычного размера и формы.

— Что за картина в этой сумке? — спросил Кайл, ища билет для предъявления его на выходе. Он почти ожидал услышать, что это творение старого мастера, которое будут реставрировать ученые мужи Лондонской гильдии художников.

— Орхидеи. Желтые орхидеи, — помедлив, уточнила она. — Теперь я справлюсь сама. Осталось немного проехать на автобусе до Саут-Бэнк. Извините за неудобство.

— Не стоит извиняться. — Кайл уже собрался отдать ей портфолио, но остановился: — Вы сказали, до Саут-Бэнк? Я тоже туда еду. Почему бы нам не взять такси? — Он приподнял портфолио. — В автобусе нам будет неудобно.

Хотя женщина первой упомянула, в какой район Лондона направляется, она медлила, явно размышляя о преимуществах поездки на такси и угрозе того, что незнакомец может украсть картину.

— Хм… ладно. Значит, на такси. Спасибо. Обычно я хожу туда пешком, но не в таких туфлях и без багажа. Еще и опаздываю.

— Я тоже. Так рискнем?

Несколько секунд блондинка стояла в растерянности, потом вежливо кивнула и начала подниматься по лестнице к выходу со станции. Давка и неудобная форма портфолио не позволяли Кайлу сполна насладиться видом ее ножек. Однако то, что он все-таки видел, стоило его стараний.

Через несколько минут они оказались посреди городского шума и хаоса. Проведя восемнадцать месяцев в горах, Кайл совсем отвык от Лондона. Девушка в сером костюме поймала черный кеб прежде, чем ее спутник совладал с эмоциями.

Положив портфолио на заднее сиденье, Кайл открыл дверцу блондинке, затем, держа рюкзак, запрыгнул внутрь сам.

Библиотекарша назвала таксисту адрес. Хотя Кайл разбирался в лондонских галереях так же плохо, как, вероятно, она в тибетских яках, название галереи показалось ему смутно знакомым и впечатляющим.

Такси тронулось с места, а она откинулась на спинку сиденья и с облегчением вздохнула, осторожно придерживая рукой края портфолио.

— Работа арт-курьера, похоже, нелегка?

Девушка посмотрела на него так, будто почти забыла о его присутствии.

— О, это дополнительная работа, — деловито ответила она. — В действительности я подделываю картины. Вот где настоящие деньги. — Она наклонилась и прошептала: — Но я рассчитываю, что вы не выдадите меня.

— Я могила. Желаю удачи с правоохранительными органами.

Она насмешливо оглядела его грязный пиджак, двухдневную щетину и брюки, не стиранные уже две недели, с тех пор, как на берегу реки он делал срочное кесарево сечение.

— Проездом через Дели? Похоже, вы здорово повеселились. Там по-прежнему тепло и солнечно? — беззаботно спросила она.

— Очень. — Он вздохнул. — В это время года там готовятся к празднику огня. Жаль, что я не попаду на него! Это фантастический город. Вы в нем бывали?

— Нет, — она задумчиво улыбнулась, — но мне рассказывали о его красочности и атмосфере. Всегда хотела поехать туда. Когда-нибудь туда доберусь. — Пожав плечами, она кивнула на его пиджак: — Полагаю, вы были в горах. Дайте подумать: вы скалолаз или любитель пеших прогулок?

А она наблюдательна. Жаль, что придется ее разочаровать. У Кайла не нашлось времени, чтобы заняться скалолазанием и гулять по горам.

— Совсем нет. Почему вы решили, что я был в горах?

Она улыбнулась:

— На вас белый буддистский шарф, а на гипсе надпись на хинди.

Кайл посмотрел на гипсовую повязку на левой руке ниже локтя, почти сплошь покрытую яркими надписями. Некоторые из них были грубоваты.

— Вы умеете читать на хинди? — с неприкрытым восхищением спросил он.

— Нет, но могу различить письмена, относящиеся к индийской группе языков. — Она выставила вперед ладонь. — Переводить не нужно.

— Хорошо. Кстати, меня зовут Кайл.

Он протянул ей руку. Она энергично пожала ее. Рука у нее оказалась маленькой и худой, а пальцы прохладными.

— Я бы назвала вам свое имя, — ответила она, возясь в сумке, — но у меня очень важная и секретная миссия. Я обязана сохранять инкогнито. Вот часть моей оплаты за проезд.

Кайл взглянул на монеты, которые она протянула ему, и задался вопросом, подорожал ли за время его отсутствия проезд на такси так же стремительно, как эмансипировались женщины.

— У вас миссия в художественной галерее? Ах, конечно. Вы же занимаетесь продажей подделок. — Он приложил палец к губам. — Я сохраню ваш секрет. Чем займетесь потом?

— Избавлюсь от этой картины, а в полдень пойду на встречу. Теперь я все успею. — Она взглянула на часы и заметила, что у Кайла их нет. — Куда опаздываете вы, Кайл? Ох, извините, поговорим в другой раз. Вот и галерея.

Она одарила его лучезарной улыбкой, когда кеб остановился напротив элегантного здания со стеклянным фасадом.

— Было приятно познакомиться. Спасибо еще раз. Надеюсь, что я не слишком вас задержала.

— Подождите. — Кайл подтолкнул портфолио в ее сторону. — Можно еще один вопрос? Я должен знать. Вы, случаем, не библиотекарша?

Женщина пыталась надеть портфолио на плечо, но при его словах замерла и взглянула на него широко раскрытыми глазами. Затем на ее губах появилась теплая улыбка, способная свести с ума мужчину и превратить любую блондинку библиотекаршу в супермодель.

— Даже близко нет.

Произнеся это, она закрыла дверцу кеба, по-королевски махнула Кайлу рукой и ушла прочь, не оглядываясь.


Двадцать минут спустя Лулу Гамильтон неторопливо вышагивала по широкому тротуару Саут-Бэнк в босоножках стального цвета с высокими каблуками, принадлежавших ее крестной матери Эмме. Был конец октября. Лулу с удовольствием вдыхала ароматы прохладного дня.

В галерею она приехала вовремя. Работа сделана, картина доставлена в целости и сохранности.

Желтые орхидеи, написанные акриловыми красками, предназначались для роскошного лондонского бутика. В галерее остались довольны, клиент тоже, но самое главное — Лулу приплатили за доставку картины к торжественному открытию. Если исключить лишние траты, то благодаря денежному чеку, лежащему в кармане, ей удастся несколько месяцев отучиться в Университете искусств. Мечта Лулу стала чуть ближе к осуществлению.

Она глубоко вдохнула, впитывая запахи и виды Лондона. Десять лет назад Лулу училась в этом городе, а потом, после того, как погибла ее мать, ей пришлось бросить университет и заботиться об отце. Лулу редко приезжала в Лондон. Нелегко вспоминать об упущенных возможностях.

Но теперь все изменилось.

Впервые за долгие годы Лулу удалось наладить жизнь и забыть прошлое. Она усердно работала, приближаясь к своей мечте.

Оказывается, она уже забыла, как в Лондоне многолюдно и шумно. Какофония звуков буравила ей мозг.

Привычным жестом Лулу заправила прядь волос за ухо и незаметно для окружающих выключила крошечный цифровой слуховой аппарат. Вот так лучше.

Тротуар был усеян яркими листьями клена и платана, они шелестели у нее под ногами, поднимаемые легким ветерком с Темзы.

Лулу всегда любила осень.

Она и представить себя не могла в тропиках. Разве там бывает такое роскошное зрелище, дарованное природой?

Последние несколько месяцев Лулу много работала, но картина была закончена в срок и оказалась лучшим ее творением. Возможно, ее друзья в Кингсмеде были правы, говоря, что ей следует развеяться.

Ее взгляд уперся в огромный офис медиакомпании, где устраивалась презентация книги. Для нее до сих пор оставалось тайной, зачем Майк Бакстер пригласил ее на эту презентацию. Она, конечно, обрадовалась тому, что он стал директором клиники, где в течение восьми лет проработала ее мать. Они поддерживали контакт, но Майк впервые пригласил Лулу на пресс-конференцию и обед, во время которого предстояло поговорить о «прекрасном шансе». Майк был одним из немногих, кто знал о том, что у Лулу проблемы со слухом и она не любит места массового скопления людей.

Прожив на этой земле двадцать девять лет, Лулу знала, что для нее «прекрасный шанс» — это возможность усердно работать и приносить пользу людям. Майк прямо заявил, что она сможет заработать деньги для местного хосписа, где отец Лулу провел последние недели своей жизни.

Ради этого придется предстать перед заполнившими зал людьми, большинство из которых ей не удастся услышать, и вспомнить об умершей десять лет назад женщине, не теряя при этом самообладания.

Лулу придется вспоминать свою мать — Рут Тейлор Гамильтон, знаменитого хирурга-волонтера.


Кайл Манроу смотрел в окно кабинета на пасмурное октябрьское небо. Трудно поверить, что всего восемнадцать часов назад он шагал по залитым солнечным светом лесам Непала.

Его глаза слипались, но, как только Кайл откинулся на диванную подушку, Майк Бакстер закончил разговор по мобильному телефону.

— Все готово, нас ждут. Ты ведь летел часов девять?

— Почти двенадцать. Самолет был переполнен. — Кайл зевнул. — Сам знаешь: шум, волнение, запахи. — Подняв руку, он принюхался. — Я могу побриться и принять душ? Думаю, что сегодня в метро я испугал симпатичную девушку.

— Мы уже опаздываем, — ответил Майк. — Кроме того, у тебя отличный имидж, который нравится телевизионщикам: преданный своему делу доктор, не переодевшись, прилетел прямо из клиники. Настоящий дикарь. — Приглядевшись к одежде Кайла, он вскинулся: — У тебя кровь на брюках?

Кайл наклонился и небрежно поднял брючину, обнажая мускулистую волосатую ногу.

— Это кетчуп или соус чили. — Он кивнул. — Скорее всего, соус чили. Кровь у меня на пиджаке. Извини, но последним куском мыла пришлось отстирывать простыни. В клинике почти все белье стирает персонал.

Майк хмыкнул:

— Ясно. А что с твоим запястьем?

Кайл покачал левой рукой, закрытой ниже локтя гипсовой повязкой:

— Обычный перелом. Я сам виноват. Не нужно было вытягивать руку, когда сорвался с веревочного моста. Через ущелье можно было перебраться только так. Я пытался сгруппироваться, но перелома избежать не удалось. — Он пожал плечами. — Гипс снимут на следующей неделе.

— Есть фотографии ущелья? — внезапно заинтересовался Майк. — Они бы очень пригодились для следующей книги!

— Следующей? — Кайл рассмеялся. — Майк, у меня почти не было времени на написание первой книги! Ты говорил мне, чтобы я вел электронный дневник своих хождений по горам и рассказывал о работе доктора. Уговаривал я делать снимки и размещать их в своем блоге. И чем все закончилось?!

Майк показал рукой на компьютер:

— Более десяти тысяч посещений за день. Теперь онлайновые дневники — настоящий бизнес. Доход от продажи твоей первой книги за несколько лет покроет все расходы на твою командировку в Непал. Это лучшее вложение капитала за все времена!

Он уселся на край письменного стола.

— Слушай, Кайл, мне нужно поговорить о делах, так что начинай стенать. Насколько я понял, ты снова собираешься уехать — по меньшей мере, на месяц. Твоя рука еще не срослась как следует. Ты должен залечить легочную инфекцию. — Майк умолк и нервно потер руками край письменного стола. — А теперь о главном, ради чего я вытащил тебя из этой командировки. Я знаю, что ты не хочешь об этом говорить, но, судя по сказанному твоим братом, ваши семейные проблемы придется улаживать дольше, чем ты думаешь.

Кайл повел плечами:

— Я здесь не для этого. Мы и так опаздываем с вакцинацией против бешенства. Вот что для меня важнее всего. Вакцина нужна уже завтра. Я должен собрать на ее покупку деньги.

— Поэтому я и связался с ТВ-компанией. Эта затея поможет тебе с программой вакцинации.

Кайл нахмурился:

— Какая еще затея? Мне больше нечего рассказывать о Непале.

Майк кивнул:

— Верно. Съемочная группа уже была в Непале и сняла все, что хотела. — Он помолчал. — Возможно, ты этого не осознаешь, но последний год все время говоришь о своей первой командировке. О том, как прямо с университетской скамьи попал в зону военных действий в Африке. Ты откровенно заявил в объектив камеры, что этот опыт изменил твою жизнь.

Кайл некоторое время молчал, потом тихо ответил:

— Это изменило жизнь всех нас.

— Вот почему продюсер хочет снять документальное кино о твоей поездке в Уганду. Расскажешь о проблемах, с которыми столкнулся, как они вдохновили тебя. Фильм, вероятно, покажут в марте будущего года. Если ты на основе своих дневников тех времен напишешь книгу и она выйдет вместе с фильмом, то станет бестселлером.

— Уганда? — выдохнул Кайл. — Прошло десять лет, Майк, и я не уверен, что хочу об этом вспоминать, даже в книге.

— Они предложили удвоить твой аванс.

Снова наступило молчание.

— Удвоить?

Майк кивнул:

— Если у тебя хватит терпения закончить вторую книгу, ты вернешься в Непал до наступления зимы. У тебя будет достаточно денег, чтобы купить лекарства, которых хватит, по меньшей мере на пять лет, а также упомянутую вакцину.

Выпрямившись, Кайл вздохнул, покоряясь:

— Ты слишком хорошо меня изучил. Когда нужно сдавать книгу?

— Черновой вариант должен быть готов через месяц. Но я знаю, что ты любишь преодолевать трудности, — усмехнулся Майк, надевая пиджак.

— Месяц? Тебе известно, как я отношусь к бумажной работе! С момента окончания учебы я не набирал на клавиатуре ничего длиннее нескольких абзацев для блога!

Майк пожал плечами:

— Мы можем помочь тебе, но об этом позже. Готов к битве? Наслаждайся бесплатным пивом, закусками и широко улыбайся. Очаровывай! Думай о вакцине, которую купишь для клиники, когда напишешь книгу. Я сделаю так, что репортеры останутся довольными.

Кайл улыбнулся в ответ:

— Бесплатное пиво, говоришь?