17
Сьюзен сидела за рабочим столом, проклиная себя и Майкла. Как она могла оказаться такой дурой?! Она еще мечтала о каком-то торжестве над ним! Что пользы в том, что она выпустила новую игру? Концерн мистера Ричардсона на коленях! Ха-ха! Ее выстрел по этому компьютерному гиганту похож на удар шариком от пинг-понга по слону. Да, ее фирму не приобретут по дешевке, зато ею попользовались на славу! А она, глупая, надеялась, что он кинется за ней вдогонку и скажет…
Майкл… Майкл! Сердце Сьюзен обливалось кровью. Как он может жениться на сивой кобыле, на этой заносчивой дочке лорда Уолтера? Но это очень удачный брак. Что она против леди Шейлы? Талантливый управляющий фирмы «Смит и Лебс»? Этого качества достаточно, чтобы найти работу, но не выходить замуж. Она даже не может похвастаться презентабельной внешностью в отличие от высокой породистой Шейлы. Симпатичная хрупкая статуэтка, которую легко взять в руки и еще легче выпустить из рук, чтобы она вдребезги разбилась. Это и произошло! Ее уже не существует, вместо нее остались одни осколки, которые никогда не удастся собрать воедино. Она так же, как и Дороти, осталась навеки несчастной. Но Джеффри не Майкл! Естественно! — горько усмехнулась Сьюзен. Внешне они разнятся, но в сущности они похожи. Джеффри не любил Дороти, если все время изменял ей. И Майкл не питает к ней, Сьюзен, истинного чувства. Он только с ней развлекался, пока его невеста выступала благотворительницей. Ему даже не пришлось особо напрягаться, чтобы уложить ее к себе в постель. Напрягаться? Как же! Ты сама прыгнула к нему в постель!
В приемной раздались шаги. Почему Дейзи пришла так рано? — удивилась Сьюзен и только сейчас заметила, что кабинет заливает дневной свет. Она провела, уставившись в одну точку, более трех часов. Дежурный очень удивился, когда она появилась здесь ни свет ни заря, а что ей еще оставалось делать? Она почувствовала себя потерянной и одинокой, когда выбежала из спальни, а Майкл не последовал за ней. Метаться голой по квартире не самая лучшая идея, и ей не оставалось ничего другого, кроме как одеться. Ее нервы были так напряжены, что она не могла найти в себе силы вернуться в спальню и услышать приговор. Может быть, Майкл ждет ее и недоумевает, куда она подевалась. А если он уснул? Подойти и лечь рядом? Сделать вид, что ничего не случилось? А что, собственно, произошло? Она рассказала о себе и стремглав выскочила из спальни, не дав возможности Майклу даже ответить!
Все-таки надо вернуться в спальню, подумала Сьюзен, но продолжала колебаться. Она чувствовала в себе неуверенность и никак не могла понять причину своей нерешительности. То, что она сообщила Майклу, ни в какой степени ее не порочит.
Уверив себя, что она хочет выпить чашечку чая, она вошла в кухню. Сьюзен даже нарисовала себе картину, что Майкл, обеспокоенный ее отсутствием, отправляется на поиски и обнаруживает ее пьющей чай на кухне. «Налей и мне чашку», — скажет он ей, и она с радостью исполнит его просьбу. Они будут пить чай и разговаривать, разговаривать…
На столике в кухне лежал забытый Дейзи журнал. Пока закипал чайник, Сьюзен стала лениво его перелистывать. Ее внимание привлекла фотография особы, которую она видела с Майклом на вечеринке у Гроува в Париже. Она поспешила прочесть короткие строки, напечатанные под снимком. И все сразу погрузилось в кромешный мрак. Жизнь потеряла всякий смысл. Неожиданно моральные страдания перешли в физические. Ее затошнило. Желудок болезненно сжимался в спазмах, словно хотел отвлечь Сьюзен и доказать ей, что она еще жива. Она корчилась над унитазом и неотступно думала. Что же ей теперь делать? Сьюзен не могла больше оставаться в квартире, где обязательно рано или поздно встретится с Майклом. Но это ее собственная квартира! Куда она может бежать? Ответ пришел сам собой. Естественно, на работу. Там она может закрыться в своем кабинете и… дать волю слезам. Так она и поступила, только вот выплакаться ей не удалось. Слезы остались где-то внутри нее и не захотели вытекать из глаз.
Девять часов. В окно кабинета заглянуло бледное зимнее солнце, но, видимо испугавшись вида Сьюзен, тут же исчезло.
Дверь распахивается, и Сьюзен закрывает глаза. Ей не хочется никого видеть.
— Сьюзен! Ты здесь?! — услышала она и открыла глаза.
Перед ней стоял Майкл Ричардсон. Как ему удается так великолепно выглядеть после удара головой о каменный пол, после ночи, проведенной не у себя дома? — невольно подумала Сьюзен.
— Сью! Послушай, Сью, ты все не так поняла!
— Что? — Короткое слово далось ей с трудом.
— Я не делал Шейле предложения, я вообще не намерен на ней жениться!
— Почему? — проскрипела Сьюзен и удивилась, зачем она мучит себя, выясняя подробности, которые не должны ее интересовать — Не успел? Хотел сделать его в канун Рождества?
Майкл замешкался с ответом. Вопрос прозвучал неожиданно и для него. Он неоднократно, пока ждал часа, когда можно явиться к Сьюзен на работу, на все лады повторял фразу, которую только что произнес, но не думал, что она задаст столь странный вопрос. Ему самому все было ясно. Он не женится на Шейле, и все тут!
— Вот видишь, — грустно проговорила Сьюзен. — Ты и сам не можешь четко сформулировать, почему ты не хочешь брака с Шейлой. Возможно, — с чисто женской интуицией заметила она, — мысль о свадьбе принадлежит ей? Она немного поторопилась. Если бы у твоей сивой кобылы хватило терпения чуть-чуть подождать, она получила бы предложение от тебя. Разве не для этого ты приехал сюда на Рождество? Скажи, не стесняйся! Если ты воображаешь, что я убежала из квартиры из-за той заметки в журнале, ты глубоко ошибаешься! У меня дела на фирме!
— В пять часов утра? Сьюзен, не лги! Я тебе не верю, хотя ты и отличный мистификатор.
— Майкл, зачем ты пришел? Я уже сказала, что у меня море дел, и, кроме того, я не имею привычки убегать.
— Да, ты только уходишь, не поставив никого в известность.
— Извини, я живу одна и забыла, что у меня кто-то был. — Сьюзен стала судорожно перекладывать несколько бумажек из стороны в сторону почти пустого стола.
— Сью, — Майкл подошел к ней вплотную, — я не собираюсь жениться на Шейле.
Сьюзен осмелилась поднять на Майкла глаза.
— Меня не интересуют твои матримониальные планы, Майкл. Ты можешь жениться на ком угодно. При чем здесь я? — холодно сказала Сьюзен, но ей очень хотелось добавить: «Может быть, ты хочешь жениться на мне?» Она с силой сжала губы, боясь произнести это вслух.
Вдруг Майкл отступил на шаг и посмотрел на нее странным взглядом. В нем сквозило изумление и потрясение, словно она в мгновение ока превратилась в какое-то неизвестное существо. Сьюзен поняла, что вопрос о женитьбе был сделан вслух. Ей стало смешно. Да, она все-таки повергла мистера Ричардсона в транс. Ну что ж, один — ноль в ее пользу. Ишь ты, с каким остолбеневшим видом стоит, осталось только рот приоткрыть от удивления! — с внезапно поднявшейся в душе ненавистью к мужчине, который отнял у нее сердце, подумала Сьюзен.
— Возможно, — услышала она неожиданную реплику. — Да, хочу!
Сьюзен молчала, в свою очередь потрясенная ответом Майкла.
— Мой давнишний партнер и приятель пригласил меня встретить Рождество у него в загородном доме, который он недавно приобрел. — Майкл приблизился к ней и поднял ее со стула. — Поехали вместе, Сью!
Сьюзен в какой уже раз оказалась в его объятиях. Его лицо медленно приближалось к ее. Еще мгновение — и Майкл ее поцелует. Она закрыла глаза.
— Сьюзен, ты уже здесь? Зачем ты явилась в такую рань? Дел-то все равно никаких нет. — С этими словами в кабинет ввалилась Дейзи и всплеснула руками. — Боже, какой срам! Немедленно оставьте девочку в покое.
Дейзи направилась к Майклу, собираясь за шиворот, как нашкодившего котенка, оттащить его от Сьюзен. Он не стал ждать триумфального завершения ее намерений и выпустил Сьюзен из своих объятий.
— Я пригласил Сью провести рождественские праздники в загородном доме одного из моих друзей. Выезжать надо сегодня, — вежливым, даже несколько подобострастным тоном произнес Майкл, желая перетянуть на свою сторону секретаря-авианосца. В качестве противника она была слишком обременительна.
— Моя приятельница тоже пригласила провести меня Рождество у нее. Только она не лапала и не целовала меня при этом. Вы не знаете почему, сэр?
Майкл растерянно молчал, а Сьюзен хихикнула.
— Но ты же женщина, Дейзи! А такой способ отношений между представителями одного пола считается нетрадиционным. Ты же к ним себя не относишь, верно, Дейзи?
— Я отношу себя к порядочным женщинам в отличие от вас, шеф. Даже мой муж не позволял себе ничего лишнего. А вы…
— Да, да, — поспешно согласился с ней Майкл в надежде, что она покинет кабинет, и добавил, чтобы ей польстить: — Как вы прекрасно выглядите, Дейзи. Я ни у кого не видел таких необыкновенных шляп!
Польщенная Дейзи улыбнулась. Она сняла шляпу, которая на этот раз была увенчана громадными фруктами, немного ею полюбовалась и снова водрузила на голову, при этом одна из груш, по величине напоминающая дыню, угрожающе пошевелилась и, не выдержав собственной тяжести, свалилась на пол. Сьюзен и Майкл одновременно улыбнулись и обменялись понимающими взглядами. Следуя велению сердца, Майкл прижал к себе Сьюзен, защищая ее от возможного несчастного случая. За грушей собиралось последовать и яблоко величиною с тыкву. Дейзи снова сняла шляпу, обеспокоенная, что плоды так быстро созрели. Сьюзен доверчиво прижалась к Майклу. В его объятиях ей было очень уютно, и все вопросы отпадали сами собой. На душе у нее потеплело, и она неожиданно для себя пошутила:
— Сложи лучше фрукты в вазу, Дейзи, и поставь в приемной. Будет чем угощать посетителей.
Секретарше это замечание явно не понравилось, и она резко сменила тему.
— Не скальте зубы, шеф. Что вы еще хотите от несчастного мистера Ричардсона? Помнится, вы его не очень жаловали. Говорили о его бессердечии, когда он нацеливался на вашу фирму. А теперь? Создали игру, утерли ему нос и еще вдобавок соблазняете его?
Сьюзен ахнула. Майкл лукаво на нее посмотрел и сказал:
— Устами Дейзи глаголет истина. Но не бойтесь, мисс, я весьма благодатный объект для испытания ваших чар.
— Что вы двое себе позволяете? — притворно возмутилась Сьюзен.
— Ничего, мисс Смит. — Майкл озорно улыбнулся Сьюзен. — Значит, решено, мы едем к мистеру Пакерсу. Его загородный дом находится в Суффолке. Говорят, это прекрасные места.
— Да, сэр, — поддакнула Дейзи.
— Я не знаю… — нерешительно протянула Сьюзен. — Моя мать…
— Ваша мать, — безапелляционно заметила Дейзи, — сейчас в Бате и вряд ли собирается покинуть его на Рождество.
— Но Дороти… — продолжала цепляться за семью Сьюзен.
— Дороти надо выйти замуж. Ваш бывший жених отличная для нее пара.
Дейзи сегодня явно осенена даром прозрения, подумала Сьюзен и невольно согласилась со своим секретарем. Джон очень подходит Дороти. Задумавшись о перспективе этого брака, Сьюзен не обратила внимания на следующие слова Дейзи и услышала лишь ответ Майкла.
— Я не хозяин этого дома. Но думаю, что если обращусь с такой просьбой, то мне вряд ли откажут. Только, — Майкл немного замялся, — приятна ли будет такая встреча для бывших жениха и невесты?
— Сьюзен и Джона? Ха-ха! Более неподходящей пары я в жизни не видела. Это наподобие того, как если бы вы захотели жениться на мне, сэр. Девочка и сама это чувствовала. Надо же, не приехать на собственную свадьбу! Вот вы ей подходите! Не волнуйтесь, сэр, она поедет с вами. — С этими словами Дейзи важно удалилась из кабинета.
Он вопросительно посмотрел на Сьюзен, и она кивнула.
— Хорошо. Я поеду.
После ухода Майкла Сьюзен чуть ли не с кулаками набросилась на своего секретаря.
— Какое ты имела право так говорить? Ты ни чего не знаешь. У него есть невеста. Она думала, что он сделает ей предложение на Рождество, а ты… Ты отправляешь меня с ним вместе. А у меня сердце и так разрывается…
— Что-то я вас не совсем понимаю, шеф! Кто кого считал невестой — он ее или она себя? А вы? На вас смотреть больно, как вы таете у него на глазах. Я боялась, что от вас останется только маленькая лужица. Вы хотите с ним продолжать? Так боритесь! С огнем напрямую нельзя, с ним надо хитростью. Так всегда говорил мой муж.
— Твой муж? — машинально спросила Сьюзен. Как и все остальные сотрудники компании, она считала Лоэнгрина единственной и неразделенной любовью Дейзи. — Кем он был, если так хорошо разбирался в страсти? Психоаналитиком?
— Нет, шеф, пожарным, но страсть знал как свои пять пальцев. Он всегда говорил, что огонь — это та еще страсть!
Сьюзен невольно улыбнулась. Потом — неожиданно для себя — прижалась к огромной груди Дейзи и разрыдалась. Слезы, которые никак не могли пролиться из ее глаз утром, сейчас текли щедрым ручьем. Она громко всхлипывала, уткнувшись Дейзи куда-то чуть повыше талии, а та гладила ее по волосам и приговаривала:
— Ну будет, шеф. Не лейте так слезы. Он никуда не денется. Смогли же вы его провести и отсрочить, а может быть, навсегда отложить слияние фирмы с его концерном. Победите и сейчас. Если бы у меня была ваша комплекция, то, будьте уверены, мистер Ричардсон давно лежал бы у моих ног.
18
Сьюзен чувствовала себя полностью измотанной. Она не понимала, в какой очередной переплет судьбы попала и чего бы ей хотелось. Вернее, свои-то желания она смогла бы сформулировать абсолютно четко. Больше всего на свете она хотела любви, любви Майкла Ричардсона. Но это мечта больше всего и подвергалась нападкам со стороны ее сознания. Остановись и не мечтай о том, что неосуществимо, приказывала она себе. То, что Майкл проведет с тобой Рождество, еще ничего не значит. Он не любит тебя! Просто ему приятно с тобой развлекаться. Он сказал, что не женится на Шейле, возражала она сама себе и тут же доказывала обратное. Он может действительно не жениться на Шейле, но это не означает, что он женится на ней, Сьюзен! О странном ответе Майкла на свои невольно вырвавшиеся слова Сьюзен даже не хотела думать. Неужели тебе хочется выйти за него замуж? — вопрошала она самые глубокие и недоступные тайники своей души. Да, она хочет выйти замуж за Майкла Ричардсона, провести с ним всю жизнь, иметь от него детей, А потом… Он же почти сделал ей предложение… Или она ему, а он ответил согласием.
В Суффолк решено было ехать на автомобиле Сьюзен, и в три часа пополудни машина быстро покатила по лондонским улицам, направляясь к выезду из города. Сьюзен настояла, чтобы самой сесть за руль. Майкл особенно не протестовал. Он плохо привыкал к левостороннему движению и не видел причин препятствовать желанию Сьюзен. Возможно, ее порыв объясняется заботой о нем. Майкл решил, что сразу же сменит Сьюзен, как только почувствует, что она устала.
Оказавшись в замкнутом пространстве, они моментально почувствовали, как им хорошо наедине друг с другом. Они ощущали, что знают друг друга много лет, что в принципе и соответствовало действительности. Из стереосистемы неслась негромкая музыка. Звучал старый блюз.
— Ты любишь блюз?
— Да, а ты?
— Ты забыла, что я родом из Нового Орлеана? Кстати, почему ты поместила место действия своей новой игры именно в этот город? Тебе очень удачно удалось передать атмосферу французского квартала, как я ее себе представляю.
— Как ты представляешь?
— Ну да. Я же вырос в Нью-Йорке и считаю себя патриотом этого города. А Новый Орлеан — это нечто вроде сказки, которую рассказывала мне мать.
— Расскажи мне о себе, я же ничего о тебе не знаю, — попросила Сьюзен.
— Ну а сведений о тебе у меня более чем достаточно, не так ли? — подразнил Сьюзен Майкл.
— Ты на меня сердишься? Поверь, я не хотела тебя обманывать, так получилось. Я не знала, что мистер Ричардсон и есть тот незнакомец — я так тебя называла про себя, — в объятия которого я упала в Тунисе. Ты сам мне подал идею представить дело так, словно я младшая сестра мисс Смит. А потом пошло-поехало…
Майкл кивнул. Именно так он и думал. Он начал рассказывать о себе. Сначала он сообщал о себе только отдельные факты, потом неожиданно увлекся и даже поведал Сьюзен о своей юношеской любви, которая закончилась, едва начавшись. Сидящая за рулем девушка оказалась превосходным слушателем. Она как губка впитывала каждое его слово.
— Ты очень страдал? — спросила она, когда он говорил ей о Мэгги.
— Не знаю, — честно ответил Майкл. — Тогда, конечно, страдал, а сейчас даже не знаю, каким словом определить те свои чувства. Думаю, мне казалось, что я люблю и страдаю. Обычное юношеское преувеличение. Смерть отца заставила меня быстро вырасти из детских пеленок, и я понял, что любовь не то возвышенное чувство, каким оно кажется в юности.
Душа Сьюзен возмутилась. Вот, оказывается, как он представляет себе их отношения. Он их считает обычным совокуплением. Если она уйдет от него, он не будет страдать. Неужели ты в этом сомневалась? Однажды ты уже бросала его, а он… он не очень-то горевал. Вернулся к Шейле.
— Ты спал с ней? — неожиданно выпалила она.
— С кем? С Мэгги? — опешил Майкл. — Нет, конечно!
— Не с Мэгги, а с Шейлой! И не притворяйся, пожалуйста, что не понял, о ком я спросила! — резко сказала Сьюзен и остановила машину.
— Сью, по-моему, мы уже выяснили этот вопрос.
Но она уже ничего не могла с собой поделать. Долго сдерживаемая ярость и боль от неясности их отношений прорвались наружу и приняли уродливую форму. Сьюзен кричала, сыпала оскорблениями, требовала рассказать ей, что и как говорил Шейле Майкл в придуманных ею же самой любовных сценах между ними.
Майкл не выдержал.
— Оставь Шейлу в покое. Это ты, а не она стремится всегда раздеться догола в публичном месте.
— Ты — подлец! — взвизгнула Сьюзен. — Я никогда нигде не раздевалась. Это неправда!
Майклу стало стыдно за вырвавшийся у него упрек. Он не хотел затевать ссору с Сьюзен и оскорблять ее. Еще раньше он решил, что позже постепенно выяснит, что за мания у Сьюзен к стриптизу. Но сейчас ее отъявленная ложь возмутила его.
— Конечно, в «Серебристой ночи», в Париже, тебя вели на сцену под дулом пистолета. Прости, но я его не заметил.
Истерика у Сьюзен внезапно прошла. Ей тоже стало стыдно за свое поведение. Как она могла говорить такие вещи?! Что она хотела выведать у Майкла? Удостовериться, что он любит ее не так, как Шейлу? Или что он и Шейла были просто знакомыми? Он был с ней предельно честен. Как он только что сказал? «Мне было хорошо с Шейлой, но это в прошлом». Так что ей, Сьюзен, еще надо?
— Я вышла на сцену, так как заметила в кабаре тебя и поняла, что ты можешь не узнать, что я была рядом с тобой, — просто сказала Сьюзен. — Ты был не один, и мне отчаянно хотелось, чтобы ты меня вспомнил, вспомнил девушку, которую когда-то схватил в объятия и спас от несчастного случая. — Сьюзен замолчала.
В машине стало тихо. Майкл не проронил ни слова.
— Я училась в Королевской школе балета. Для меня не составляло труда исполнить танец. Я действительно не чувствовала стыда, я играла роль, я танцевала любовь и секс, но тебе этого не понять, — проговорила Сьюзен, глядя Майклу прямо в глаза.
Майкл не отвел взгляда. Он протянул руку и нежно провел пальцами по ее щеке.
— Это был танец для меня? Поэтому ты и бросила мне розу? Я был твоим выбором, Сью?
Коротенькое «да» Сьюзен произнесла еле слышно, и Майкл вряд ли услышал его. Но это и не было нужно. Он и так все понял и сжал ее в объятиях. Губы Сьюзен были такими нежными и упругими, такими сладкими и вкусными, что Майкл не мог от них оторваться. Он пил их сладкий нектар и никак не мог удовлетворить свою жажду. Машина была не очень удобным местом для любовного свидания, но им было хорошо. Они чувствовали себя первыми влюбленными на Земле, для которых и был создан весь этот мир…