Накануне Рождества произошла и еще одна трагедия. Из-за погодных аномалий на занесенных снегом дорогах графства Суффолк едущий в автомашине мужчина не справился с управлением и сейчас находился в тяжелом состоянии. Его внешность напоминала описанный Сьюзен портрет человека, якобы являющегося погибшим в пожаре мистером Джонсоном. К делу подключился Скотленд-Ярд. Сьюзен пришлось отвечать на многочисленные вопросы инспекторов теперь уже этого уважаемого учреждения.
Майкл предлагал Сьюзен пожениться, не дожидаясь суда, но она не захотела. В глубине души она боялась, что не сможет доказать свою невиновность, и не желала, чтобы Майкл связывал свою судьбу с осужденной. Суд вынес Сьюзен оправдательный приговор. Было признано, что она совершила убийство с целью самозащиты и мера, принятая ею, не была чрезмерной. В убитом был опознан опасный преступник, на счету которого имелась не одна жертва. Это был Энрико Панделли, итальянец по происхождению, взявший себе псевдоним Карлос. Он был активным членом террористической организации «Красные волки», тесно связанной с Ирландской республиканской армией. Попавший в автокатастрофу мужчина пришел на некоторое время в сознание и успел перед смертью дать показания. Справедливость подозрений Сьюзен была доказана. Это действительно был мистер Джонсон, «погибший» тремя годами раньше на пожаре в складских помещениях фирмы, финансовым директором которой он был. Инсценировка была сделана с целью сокрытия механизма совершенных мистером Джонсоном денежных махинаций по требованию руководства «Красных волков». Жертвой же пожара стал безработный актер, человек, который имел одинаковый с Джеффри рост и его комплекцию. Друзей у Тома, как звали этого актера, не было. Родственники жили далеко, в Уэльсе, и Том почти не общался с ними. Ему посулили приличную сумму денег за участие в безобидном розыгрыше. Том согласился. Он переоделся в одежду Джеффри, надел его часы и пришпилил к галстуку его бриллиантовую булавку. В виски, которым угостили актера, подмешали снотворное, а потом нанесли сильный удар по голове. Чтобы Дороти легко смогла опознать в трупе своего мужа, находящегося без сознания человека сожгли заживо, а затем устроили на складе пожар. Труп же предусмотрительно поместили подальше от эпицентра огня, чтобы случайно не сгорели необходимые для опознания доказательства. Жестокость преступления потрясла всех присутствующих на суде. Если бы не Сьюзен, Джеффри мог бы так и остаться неразоблаченным. Защитная речь адвоката напоминала оду храбрости, находчивости и проницательности Сьюзен. Удостоилась она скупой похвалы и со стороны Скотленд-Ярда за свою неженскую, как ее охарактеризовали, решительность и отвагу.
Сьюзен вздрогнула. По лицу скользнул солнечный зайчик, который проник в спальню сквозь неплотно прикрытые шторы. Сьюзен подошла и раздернула их. На улице вовсю сверкало солнце, а количество пешеходов и транспорта свидетельствовало о том, что давным-давно наступило утро. Ей надо одеваться к предстоящему бракосочетанию, а она все еще пребывает во мраке прошлого.
Снизу донеслись возмущенные восклицания Дороти и матери. Потом послышался голос Майкла. Сьюзен выбежала из спальни.
— Жених должен приехать в церковь, он не может являться домой к невесте, — втолковывала Дороти Майклу.
— Боюсь обнаружить Сьюзен вместо церкви где-нибудь в Африке, например в Конго или Гвинее, куда она попадет, естественно, из-за чьих-либо ошибок. Я не хочу, чтобы она в очередной раз разоблачала какую-нибудь банду и отправляла на тот свет ее главаря, — смеясь парировал Майкл.
Стоя на площадке лестницы, Сьюзен с восторгом выслушала слова Майкла и бросилась к нему в объятия в одной ночной рубашке, невзирая на негодующие возгласы Дороти и матери.
Сьюзен было все равно. Ее почти четырехгодичное путешествие на собственную свадьбу, в которое она однажды отправилась, наконец-то закончилось. Впереди ее ждали любовь и счастье с ее незнакомцем, с противным, высокомерным мистером Ричардсоном, который похитил ее сердце, но зато взамен отдал ей свое.