logo Книжные новинки и не только

«Но я люблю...» Одри Хэсли читать онлайн - страница 1

Knizhnik.org Одри Хэсли Но я люблю... читать онлайн - страница 1

Одри Хэсли

Но я люблю...

Пролог


— Леди Аннабел! — объявил дворецкий.

Он отступил в сторонку и почтительно склонил голову, пропуская в гостиную изысканно одетую и, несмотря на преклонный возраст, стройную даму в строгом светлом платье, шляпке с вуалью и ажурных летних перчатках.

— Здравствуй, дорогая! — оживленно произнесла леди Аннабел, поцеловав в щеку ожидавшую ее сестру. — Прости, что опоздала, но сейчас на дорогах столько транспорта! Мы едва не попали в пробку, и, если бы не опыт моего шофера, я задержалась бы не меньше чем на час. Надеюсь, вы без меня не скучали?

— Я одна, наша девочка еще не приехала, — ответила леди Анджелин. Она предложила старшей сестре присесть, а когда та устроилась в вычурном кресле, обитом синим бархатом, обратилась к дворецкому: — Роджер, передай Флосси, что пора подавать чай.

Дворецкий важно кивнул и неспешно удалился, плотно прикрыв за собой высокие двустворчатые двери резного дуба.

— Очевидно, Луси тоже попала в затор на дороге. — Леди Аннабел сокрушенно покачала головой. — Мы неудачно выбрали время для встречи. Но сейчас это уже не имеет значения. Нам остается только ждать, — вздохнула она. — Должна признаться, что мне до сих пор не верится, что мы не только узнали о судьбе Аннетт, но и обрели племянницу, о существовании которой даже не подозревали.

— Это просто чудо! — подхватила леди Анджелин. — В моей жизни давно не было столь замечательных событий. Я тоже не могу опомниться от радости. У меня словно появилась дочь.

— Ты как будто читаешь мои мысли, — улыбнулась леди Аннабел. Она осторожно сняла шляпку и поправила волосы. — В те дни, когда во мне еще теплилась надежда, что у меня будут дети, я мечтала именно о дочери. И вот сейчас моя мечта сбылась самым неожиданным образом...

— Забавно, правда? — усмехнулась леди Анджелин. — Две одинокие сестры, у которых никогда не было детей, вдруг узнали на склоне лет, что у них имеется очень милая и красивая племянница. И вдобавок ко всему она собирается выйти замуж за хорошо знакомого нам человека. Невероятное совпадение!

— Вот уж поистине от судьбы не уйдешь, — задумчиво покачала головой старшая сестра.

В эту минуту их разговор был прерван горничной Флосси, явившейся в гостиную с большим подносом, на котором стояли чашки, чайник, сахарница, сливочник и овальное блюдо с пирожными и печеньем. Пока горничная накрывала чай на небольшом столике из красного дерева, леди Аннабел томно обмахивалась кружевным платочком, сетуя на жару.

— Я уже не первый день страдаю от духоты, — пожаловалась она.

— Ничего, осень не за горами. Скоро начнутся дожди, и ты еще пожалеешь о том, что жаркие дни быстро кончились, — пожала плечами леди Анджелин. — Кстати, если хочешь, я велю подать тебе вместо чая охлажденный апельсиновый сок или минеральную воду.

— Это было бы гораздо уместнее, — кивнула леди Аннабел.

Леди Анджелин повернулась к горничной.

— Флосси, принесите сок, бокалы и лед.

— Хорошо, мадам.

Не успела за горничной закрыться дверь, как в гостиной вновь показался дворецкий.

— Прибыла ваша племянница мисс Луси, — сообщил он.

— Так проси ее скорее! — нетерпеливо воскликнула хозяйка дома.

Но просить дворецкому никого не пришлось, потому что на порог уже ступила высокая стройная девушка с очень светлой кожей и красивыми каштановыми волосами, живописно рассыпавшимися по плечам. В ее огромных зеленых глазах, казалось, затаился озорной блеск.

— Здравствуйте! Простите, что заставила вас ждать.

— Присаживайся к столу, детка, — пригласила леди Анджелин. — Что ты будешь пить: чай или апельсиновый сок?

— Я бы не отказалась от чашечки чаю. Признаться, мне очень нравится обычай пить чай в пять часов вечера. Я начинаю привыкать к здешним традициям.

— Возможно, в тебе заговорила память предков, — с улыбкой заметила леди Аннабел. — Ведь твои корни находятся здесь.

— Я тоже невольно склоняюсь к этой мысли, — кивнула Луси, устраиваясь за столом и принимая из рук тетушки Анджелин чашку дымящегося ароматного чая. — Можно добавить сливок?

— Разумеется. Кроме того, ты обязательно должна отведать пирожных. Их испекла моя кухарка, а она у нас признанная мастерица по части сладкого десерта.

Пока леди Анджелин угощала Луси, старшая сестра неотрывно глядела на вновь обретенную племянницу.

— Удивительно, как сильно ты похожа на свою мать, — произнесла она наконец. — Когда я последний раз виделась с Аннетт, ей было примерно столько же лет, сколько сейчас тебе. В этой связи у меня возникло странное чувство, что я снова вернулась в прошлое, — добавила леди Аннабел с ностальгическими нотками в голосе.

Заметив на лице сестры грустное выражение, леди Анджелин поспешила изменить тему разговора.

— Скажи, Лу, вы уже назначили день свадьбы? — поинтересовалась она.

— Да, мы договорились со священником на двадцать четвертое августа. Собственно, для того я и хотела увидеться с вами, чтобы пригласить на церемонию венчания. Мы с Патриком будем ждать вас в Уэндейле в час дня. Обряд состоится в семейной церкви. Присутствовать на нем будут только родственники и самые близкие друзья.

— Непременно приедем! — взволнованно произнесла тетушка Аннабел, отставляя недопитый бокал с апельсиновым соком. — Давненько мне не доводилось бывать на церемонии бракосочетания. Это так трогательно... Обычно я не могу удержаться от слез. Помню, когда я выходила замуж за лорда Веллингтона... — начала рассказывать она, и в течение следующих трех часов Луси выслушала множество историй, имевших непосредственное отношение к прошлому древнего шотландского рода, к которому принадлежала и она сама.



Луси стояла рядом со своим суженым перед аналоем маленькой семейной церкви, сложенной из грубо отесанного камня. Строение насчитывало более восьми веков. Все здесь словно было окутано дымкой древности, и это вносило в душу Луси волнение. Ее бракосочетание с Патриком Маккинли, носившим титул графа, как будто наполнялось особым смыслом.

Пока пожилой священник произносил положенные слова, выполняя обряд, Луси улыбалась от счастья.

Благодарю Тебя, Господи, обратилась она про себя к Всевышнему.

Это случалось нечасто, потому что ее родители, не будучи религиозными людьми, не привили дочери потребности в молитвах и регулярном посещении храма. Но сейчас, когда Господь воплотил в реальность ее чаяния, она окончательно уверовала в его могущество.

Благодарю Тебя, Господи, за то, что мой возлюбленный находится рядом и собирается соединиться со мной до конца наших дней, проплыло в ее голове. Спасибо за то, что тетушка Анджелин и тетушка Аннабел пребывают в добром здравии и благополучно дожили до того дня, когда я разыскала их. Обе они такие милые и гораздо лучше, чем я представляла себе!

Луси искоса взглянула через плечо направо, туда, где на церковной скамье сидели рядышком две симпатичные пожилые леди. Ради торжественного случая они оделись с подчеркнутой элегантностью. У обеих на груди и в ушах сверкали фамильные бриллианты, а в руках они держали скомканные и влажные от слез умиления кружевные платочки. Сестрам уже перевалило за шестьдесят. Обе они вдовели, потому что их титулованные мужья скончались много лет назад. Детей у них никогда не было, поэтому, несмотря на то, что они обладали большим состоянием и ни в чем не нуждались, обе дамы восторженно приняли племянницу, дочь самой младшей из сестер, носившую в девичестве фамилию своего отца, сэра Джеффри Морисвилла.

С губ Луси слетел легкий прерывистый вздох, выдававший всю степень переполнявшего ее душу волнения. Она отвернулась от тетушек и возобновила молитву.

Прошу Тебя, Господи, пошли крепкое здоровье Кении, который косвенным образом свел меня с тем, кого я полюбила больше жизни и кто воспылал ответным чувством ко мне самой.

Луси перевела взгляд на стоявшего рядом необычайно красивого в эту минуту Патрика и обратилась к Всевышнему с последней мольбой.

И пусть. Господи, сегодняшняя ночь будет долгой, чтобы мы с Падди могли сполна подарить друг другу любовь, ибо неисповедимы пути Твои и кто знает, что ждет нас завтра...

Действительно, пронеслось в голове Луси, могла ли я, собирая чемоданы перед отъездом в Шотландию, предположить, что встречу там свою судьбу? Ведь у меня были совершенно иные планы и ничего, казалось, не предвещало перемен...



1


— Я не хочу, чтобы ты уезжала!

Луси взглянула поверх открытого чемодана на своего жениха, сидевшего напротив с напряженным лицом, и покачала головой.

— Прошу тебя, Фред, не начинай все сначала! Я должна ехать. Неужели ты этого не понимаешь?

— Я отказываюсь понимать! — вспылил Фред. — До нашей свадьбы осталось меньше месяца, а ты отправляешься неизвестно куда, следуя чьей-то прихоти! Ведь нет никакой гарантии, что твоя кровь поможет выздороветь этому мальчику. Ты просто создашь у его родственников новые надежды, которым скорее всего не суждено будет оправдаться.

— Ну, во-первых, я пробуду в Шотландии не больше недели, — возразила Луси. — А во-вторых, я не могу отказаться помочь больному ребенку, ведь людей с подобной группой крови во всем мире насчитывается не больше трех сотен. Представляешь, как трудно найти донора для такого человека?!

— Но почему-то из трех сотен потенциальных доноров именно ты должна лететь в другую страну накануне собственной свадьбы! Как будто не нашлось никого другого!

— Дело в том, что не все из названных мною людей согласны сдавать кровь. На самом деле доноров гораздо меньше, чем ты думаешь.

— Вероятно, ты самая сознательная из всех! — раздраженно заметил Фред.

Луси покоробил его тон. Она хмуро взглянула на жениха, удивляясь тому, что до сих пор не замечала этой стороны его характера. Впрочем, подумала Луси, прежде мы никогда не ссорились.

После того как четыре месяца назад умерла ее мать, она была рада, что рядом обнаружился человек, способный оказать ей моральную поддержку. Фред стал для Луси верным другом, и она постоянно чувствовала его теплое участие. Его помощь пришлась очень кстати, когда явилась необходимость заниматься организацией похорон и выполнять множество других печальных формальностей. К тому же Фред всегда оказывался рядом, когда Луси требовалось выплакаться у кого-нибудь на плече. Ее решительный и волевой характер на время словно утратил привычные свойства. Фред, напротив, оставался сильным и делал все, чтобы утешить вдруг ослабевшую и впавшую в меланхолическую задумчивость Луси. Его доброта и нежность были именно тем, в чем Луси больше всего нуждалась в дни, когда на ее плечи тяжким бременем легло горе.

Поэтому нет ничего удивительного в том, что в один прекрасный день Луси оказалась в постели Фреда. К этому все шло с самого начала. Он был не лишен привлекательности, а она чувствовала себя бесконечно одинокой. Удовольствие, которое подарил ей Фред во время занятий любовью, оказалось совершенно неожиданным и стало одним из самых замечательных событий в ее жизни за последние годы. Ничего подобного с Луси еще не случалось. Впрочем, ее сексуальный опыт был весьма скудным. Изнывая от наслаждения под Фредом, она не в силах была удержаться от страстных криков, и это ошеломило ее больше всего. Обычно Луси вела себя с мужчинами сдержанно. Все это навело ее на мысль, что она наконец влюбилась. Поэтому, когда Фред месяц назад предложил Луси стать его женой, она ответила согласием.

Сейчас она удивленно разглядывала своего жениха, лицо которого показалось ей совсем не таким привлекательным, как обычно. Из глаз Фреда исчезло привычное добродушное выражение, сменившись холодом и злостью.

— Я не подозревала, что ты станешь противиться моей поездке, — сухо заметила она, старательно скрывая досаду. — До сих пор я не видела от тебя ничего, кроме помощи.

Это и в самом деле было так. Фред являлся незаменимым помощником не только для Луси, но прежде всего для ее матери, которая приняла его на работу вскоре после того, как он окончил колледж. Через пару лет Фред уже стал правой рукой Аннетт. Он единолично управлял сетью прачечных, основанной еще отцом Луси, который трагически погиб в результате неосторожного обращения с электричеством, когда дочери не исполнилось и десяти лет. Аннетт высоко ценила Фреда за ярко выраженную деловую жилку в его характере.

Луси, напротив, не проявляла большого интереса к семейному бизнесу. По ее мнению, достаточно было и того, что делами занимается Фред. Поначалу они общались очень мало, но болезнь и смерть Аннетт сильно сблизили их. Кроме того, без помощи Фреда Луси ни за что не разобралась бы в делах, потому что больше всего на свете ее интересовала живопись.

Глядя в раздраженное лицо жениха, она невольно задумалась о том, насколько искренно чувство Фреда к ней. Что интересует его больше — она сама или бизнес, которым он успешно занимается долгие годы?

Может, Фред и не любит ее вовсе...

— Знаешь, наверное, мы поспешили со свадьбой, — тихо произнесла Луси. — Наше решение почему-то уже не кажется мне заманчивым...

— Ты рассердилась на меня, — пожал плечами Фред. — Не спорю, у тебя есть на это право. Возможно, я действительно повел себя очень эгоистично... Конечно, ты должна ехать. Просто... я буду очень сильно скучать по тебе, вот и все.

Он поднялся с кресла и нежно привлек к себе Луси. Затем наклонился и прижался к ее губам.

Поцелуй оказался очень сладким, и Луси невольно ощутила трепет во всем теле. В голове у нее промелькнула мысль о том, что реакции плоти иногда бывают совершенно обезоруживающими. А это не всегда соответствует моим интересам, подумала Луси через мгновение.

— Я буду безумно тосковать по твоим губам, — едва слышно прошептал Фред. — Они такие красивые... И все остальное в тебе прекрасно — твои глаза, волосы, кожа, грудь...

Он нежно сжал прелестные упругие выпуклости через ткань блузки. Его прикосновение вызвало у Луси такую бурную реакцию, что она даже испугалась. Фред словно дотронулся до ее обнаженных нервов.

— Я всегда желал тебя, Лу, — хрипло продолжил он. — С того самого дня, когда впервые увидел тебя. Но твоя мать предупредила меня, что смотреть я могу, но трогать не имею права. Аннетт сказала, что ее маленькая принцесса предназначена не для меня.

Слова Фреда не удивили Луси. Ее мать всегда отличалась известным высокомерием. Она родилась в знатной шотландской семье и получила отличное образование, но потом уехала в Америку, на родину возлюбленного, который впоследствии стал отцом Луси. Узнав о намерении дочери выйти замуж за американца и уехать, родители запретили ей ступать на порог родного дома. Аннетт и не собиралась этого делать, потому что ее гордость была оскорблена.

Черствость родителей настолько сильно повлияла на мать Луси, что она почти никогда не заговаривала с дочерью о родственниках и запретила той предпринимать какие-либо попытки связаться с ними.

На первый взгляд могло показаться, что мать воспитала Луси в духе снобизма и лицемерия. В каком-то смыслу это так и было, но на самом деле Аннетт руководствовалась лишь желанием сделать дочь настоящей леди. Она всеми силами старалась привить ей хорошие манеры и позаботилась о том, чтобы девочка брала уроки танцев, верховой езды и игры на фортепиано, а также изучала основы красноречия.

Из этого мало что вышло, потому что к двадцати трем годам Луси хоть и выглядела, как положено молодой, красивой и элегантной женщине, умеющей непринужденно держаться в любом обществе, но в душе являлась истинной американкой. Она отличалась упрямством, нежеланием признавать авторитеты и прагматическим отношением к жизни.

К тому же девочка унаследовала от матери такую черту характера, как неповиновение родительской воле. Выразилось это в том, что, когда Луси однажды оказалась во время летних каникул в Шотландии, она первым делом попыталась разыскать родственников по материнской линии. Но, к ее досаде, вскоре выяснилось, что в этой стране столько людей с фамилией Моррисвилл, что, казалось, достаточно ткнуть пальцем в первого встречного, и он окажется Моррисвиллом.

Луси не обладала какой-либо дополнительной информацией, способной ограничить круг поиска. Денег, для того чтобы нанять частного агента по розыску, у нее тоже не было. Поэтому она очень быстро сообразила, что найти родственников будет так же трудно, как пытаться отыскать иголку в стоге сена.

Впрочем, Луси отнюдь не сгорала от желания познакомиться с шотландскими родственниками, которые представлялись ей рафинированными снобами, поэтому она вскоре забросила поиски. У нее были и другие интересы в жизни!

Небольшая размолвка с Фредом напомнила Луси, что в скором времени ей снова предстоит оказаться в Шотландии. И на этот раз с деньгами! Оставленное матерью наследство неожиданно оказалось гораздо более значительным, чем можно было предположить. Судя по всему, при жизни Аннетт семейный бизнес процветал. Поразмыслив на досуге, Луси пришла к выводу, что теперь, когда уже исчезла угроза задеть чувства матери, она может предпринять новую попытку разыскать бабушку с дедушкой, а также тетушек, дядюшек и двоюродных братьев и сестер, если таковые существуют на свете.

Разумеется, к поискам Луси приступит лишь в том случае, если ей этого очень сильно захочется. Ведь шотландские родственники не слишком спешили разыскать ее самое, не так ли? Так почему же Луси должен заботить этот вопрос? Ведь не исключено, что предполагаемая встреча только расстроит ее, потому что родня не захочет иметь с ней ничего общего.

Спустя некоторое время Луси все больше начала склоняться к мысли, что ей следует полностью отказаться от этой идеи. Лучше не будить спящую собаку.

— Признаться, я опасался, что ты не сочтешь меня достойным своего внимания, — вывел ее из задумчивости голос Фреда. — Ведь ты все время крутилась среди художнической богемы и не замечала ничего вокруг, кроме живописи. Но в один прекрасный день все-таки заметила меня. Правда, принцесса? И сейчас... сейчас ты принадлежишь мне. — Фред вновь склонился к губам Луси, чтобы подкрепить свои слова долгим и очень чувственным поцелуем.

Ее сердце опять ускоренно застучало, но это было совсем не то, в чем она нуждалась в данный момент. Больше всего ей сейчас хотелось остаться наедине с собой, потому что голова ее шла кругом и это мешало сосредоточиться на какой-то важной мысли, которая все время ускользала.

— Возвращайся как можно скорее, — напряженно произнес Фред. — Не задерживайся дольше, чем потребуется.

Луси сразу не нашлась с ответом, и это обстоятельство сильно смутило ее. Всего две недели назад она не могла дождаться дня свадьбы, чтобы окончательно утвердиться в роли жены Фреда. Но сегодня словно что-то произошло. Ощущение влюбленности как будто испарилось, а сменившие его эмоции обескураживали Луси.

Конечно, Фред женится на ней вовсе не из-за того, чтобы прибрать к рукам процветающее дело. Разумеется, он влюблен, так же, как и она сама. Разве не тает она в его объятиях? Разве не вскрикивала от удовольствия, находясь с ним в постели не далее как прошлой ночью?

И все же Луси отдавала себе отчет, что ей безумно хочется оказаться подальше от Фреда. Более того, с каждой минутой это желание становилось все сильнее и сильнее. Поездка в Глазго, которая до недавних пор являлась лишь частью заключенного некогда договора, сейчас предстала перед ней в совершенно ином свете. Она стала удобным поводом удрать на время от Фреда и спокойно разобраться в себе самой. Луси питала надежду, что к тому моменту, когда ей нужно будет возвращаться, она уже решит, что делать.