Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Это было странновато, но меня заверили, что в истории гномов известно много таких случаев, когда сразу несколько принцев получали наследство. Около тысячи лет назад королевство вообще было поделено между двумя братьями, причем один из них назывался королем, а второй принцем-герцогом, хотя размеры их владений были практически одинаковыми. Однако при этом Подгорное королевство не собиралось разделяться, а после смерти принца-герцога власть над землями не досталась его детям, порождая дальнейшее дробление, так что фактически это «единоличное пользование» очень напоминало назначение на должность обычного управляющего.

Нельзя сказать, чтобы я сильно успокоился, узнав об этом, но ругаться прекратил, а через день вообще забыл о том, что произошло на Совете, спрятав корону в глубины своих сумок. Вот только остальные этого совсем не забыли, поэтому постепенно начали загружать меня всякими административными вопросами, отвлекая от экспериментов и требуя решать всякую чушь вроде того, стоит ли организовать новый сад в Долине Радости, или же дешевле будет закупать фрукты для дворца из Мардинана. Как я понял впоследствии, Шаракх просто наглым образом спихнул на меня половину своих обязанностей, а сам начал заниматься реорганизацией армии, укреплением границы с Империей и прочими куда более интересными делами. В этом ему очень помогал Мирин, который увлеченно осваивал новые для себя знания рассветной школы и передавал их своим воинам, тренируясь с ними с утра и до вечера.

Кстати, на следующий день после возвращения я устроил Шандару обещанное испытание, которое он с треском провалил. А дело было просто — я попросил Шаринона вручить гвардейцу перед его отрядом орден Храбрости, а сам в это время стоял в сторонке и наблюдал за представлением. Шаринон к задаче подошел ответственно, собрал всю гвардию и перед строем перечислил заслуги командира шестого отряда. В длинной речи проскользнули также слова «за сохранение жизни особе королевской крови в сложных условиях» и нечто вроде «за высочайшее мужество при выполнении задания».

После этого Шаринон надел на шею довольного парня орден на красивой ленточке и поблагодарил его еще и от себя за то, что Шандар не опозорил звание королевского гвардейца в трудную минуту. На последних словах лицо парня слегка покраснело, но он молча принял награду, а потом еще и пришел благодарить меня за то, что я решил простить его. В ответ на это я холодно посоветовал Шандару уволиться самому, а потом, глядя в его изумленное лицо, пояснил, что это была проверка — сможет ли он вернуть свою честь. Да, если бы гвардеец проявил характер и отказался от ордена при всех, я бы признал, что он достойный гном, и изменил свое мнение о парне. Но так как он промолчал и принял абсолютно незаслуженную награду, то мне было очень противно от мысли, что когда-то я хотел внести его в список своих друзей.

Это все, как на духу, я изложил Шаринону, который на следующий день пришел ко мне за советом, как ему поступить с просящим отставки Шандаром. Покачав после моего рассказа головой, гном признал, что это сурово, но справедливо, и пошел писать приказ. Больше я судьбой бывшего гвардейца не интересовался, но краем уха слышал, что он вернулся в родную деревню и занялся сельским хозяйством, а у шестого отряда появился новый командир.

Занятый решением хозяйственных вопросов королевства, я не забывал о братьях и частенько связывался с Фариамом, чтобы узнать, как идут дела в Мардинане. Оказывается, за это время он сильно подтянул свою армию, а также договорился с мастером Лином об обучении новичков азам искусства. Мастерами рассветной школы они могут и не стать, но вот получить звание старшего ученика годика через два вполне способны. При содействии короля Лин занялся расширением своей школы, построил еще десяток полос препятствий, несколько тренировочных залов, один храм и кучу хозяйственных помещений. Теперь рассветная школа напоминала маленький городок, в котором уже через месяц занимались полтысячи детей до четырнадцати лет под чутким руководством мастера Лина, и столько же новобранцев королевской гвардии Мардинана под присмотром старших учеников, уцелевших в войне. С удивлением я узнал, что мастер поддержал традицию школы имени меня и стал принимать к себе девочек, которые начали заниматься наравне с пацанами. Фариам со смехом рассказал мне, как сам Лин ему хвастался, что с этим нововведением старательность его учеников резко повысилась. Я же только ухмылялся и в который раз убеждался, что психология в умелых руках — весьма действенная штука.

В это время Мирин занялся воплощением моей идеи — созданием «летучих» отрядов, в которые входили эльфы, альтары, гномы и выходцы из Мардинана. Причем последние были отрядом регулярной армии, отправленным Фариамом в горы для повышения квалификации. Спустя месяц результаты совместных усиленных тренировок были очень заметны. Отряды количеством до семи воинов вовсю патрулировали границу и даже прищучили две банды разбойников на имперских землях, куда ходили на разведку, но этим все и ограничилось. Имперцы пока лезть в Новый Союз не собирались, хотя, по данным наших агентов, церковники все еще пропагандировали ненависть к нелюдям среди мирного населения. Именно поэтому большинство гномов и эльфов, которые жили и работали на землях Империи, решили вернуться на родину, но были и те, что остались на свой страх и риск.

Пока я в свободное от дел королевства время разбирался с Черным металлом, выясняя его свойства, Алона нашла себе занятие по душе и вместе с Шелезом объезжала всевозможные разработки, развивая обнаружившийся у нее дар Основателя. У Мира этот дар тоже проявился, но лазать по шахтам он не захотел, поэтому сестренка одна взвалила себе на плечи эту обязанность и полтора месяца путешествовала по королевству на моем Ветерке, ежедневно делясь со мной впечатлениями. Результаты были просто фантастическими — ее способности проявились гораздо сильнее, чем у меня, поэтому Алоне не приходилось спускаться в глубину шахты, а достаточно было просто постоять у входа, чтобы сказать, где пролегают богатые жилы, а где лучше вообще не долбить камень, чтобы не случился обвал.

А вот мои результаты с металлом были гораздо скромнее. Сперва я выяснил, что этот материал сильно уступает в прочности не только эльфийской стали, но даже обычной, гномьей. Клинки из этого материала быстро тупились, а доспехи не могли защитить от попадания арбалетного болта. Обычного, выпущенного с расстояния в полсотни шагов, уж не говоря о бронебойном. Поразмыслив немного, я пришел к выводу, что делать броню из такого материала — просто напрасно тратить время и силы, поскольку никакой чудо-защитой она не обладает. Да, она может отразить любое плетение, разрушая его своим прикосновением, но на этом ее преимущества заканчивались.

Черные доспехи прекрасно развеивали мои лезвия, но никак не спасали от магических стрел, которые быстро находили уязвимые места в сочленениях. Кроме того, если магическая структура действовала не на сами доспехи, а на пространство рядом с ними, то Черный металл ничем не мог помочь. К примеру, если плетение огня нагревало воздух вокруг, воин мог просто зажариться, а если плетение разрыва действовало рядом на скалу, то каменная картечь оставляла нехилые вмятины на пластинах доспеха. Да и вообще, ради эксперимента я просто поднял большой камень обычным магическим захватом и со всего размаху опустил его на манекен, изображавший воина в доспехах. Рассматривая груду покореженного металла, я мог с уверенностью констатировать, что для защиты от магов он совсем не годится. Только для нападения.

Вот поэтому я после долгих скандалов и споров с Шаракхом отправил примерно треть всего найденного металла в Мардинан и Фантар, чтобы братья тоже вооружили свои элитные отряды. Разумеется, не безвозмездно, поэтому Фариам среди прочего пообещал предоставить нашим войскам половину котят из кэльвиного питомника, а Ваз прислал еще пару сотен эльфов, среди которых были мастера жизни, сразу занявшиеся нашими садами, лучники, влившиеся в пограничные отряды, а также маги, которые стали обучать гномов азам искусства.

Для этого мне пришлось наделать амулетов-определителей и в срочном порядке провести проверку всех жителей королевства. Улов вышел совсем небольшим — двадцать два мага, которые уже и так служили в королевских войсках, пятнадцать гномов старшего поколения, которые еще поддавались обучению, и около сотни молодых — от трех до двадцати лет, чей потенциал был способен раскрыться в полную силу. По сравнению с Мардинаном это было очень мало, поэтому одаренных гномов тут же разбавили выходцами с гор, чтобы разгрузить наставников в тамошних спешно открытых школах магического мастерства.

Пока создавалась первая в Подгорном королевстве школа магии, я продолжал заниматься порчей Черного металла. Именно так выразился Шаракх, понаблюдав за моими экспериментами, но я лишь хотел выяснить, как он будет взаимодействовать с другими материалами и насколько при этом станут изменяться его свойства. С драгоценными металлами Черный смешиваться решительно отказался. При сплавлении с обычной сталью терял половину своих возможностей и в момент взаимодействия с плетениями, насыщенными энергией, очень сильно нагревался. При смешивании с медью в равных пропорциях он не только не терял своих свойств, но и становился заметно легче, однако при этом был даже мягче свинца. К слову, сам свинец и олово ничего не дали — в итоге получалась тестообразная кашица, которая распадалась прямо в руках.

Но когда после всех неудачных экспериментов я попробовал смешать его с эльфийской сталью, то получил просто поразительный результат — при сплавлении кусков равного объема металл становился серым, с фиолетовым оттенком, и приобретал свойства обоих материалов. Когда я получил первый образец, то поначалу не поверил своему счастью, но практические испытания доказали — полученный металл действительно стал очень прочным и все так же не обращал внимания на любые магические структуры. Правда, вскоре я обнаружил, что серая сталь все же чуточку уступает эльфийской, и ее уже не нужно было нагревать, чтобы наточить или придать нужную форму. Но этот маленький недостаток оказался почти незаметным по сравнению с достоинствами.

Проведя всевозможные тесты и показав получившийся итог отцу, я едва не нарвался на второй орден Мудрости, после чего сразу же связался с Вазом и Фаром, чтобы рассказать им о своей находке. Те поначалу слегка возмущались, поскольку уже успели превратить весь полученный металл в оружие для своих воинов, но потом все же поблагодарили и отправились вновь нагружать работой кузнецов. Как они мне сказали, из всего лома, который они получили, вышло около четырехсот мечей, чуть больше кинжалов и несколько тысяч наконечников для стрел на брата, которые планировалось разделить между пограничниками, королевской гвардией и элитными отрядами. Но теперь, когда я сделал такое нужное открытие, все это количество должно удвоиться.

Однако, если задуматься, пара тысяч вооруженных Черным металлом воинов на королевство — это очень мало. Тем более если большая их часть будет распределена по всей границе. Да, для отражения любой одиночной атаки с магической поддержкой этого вполне хватит, но о противодействии полномасштабному наступлению не может быть и речи. Если Империя решит плюнуть на перемирие и натравить на нас толпы церковников, то вряд ли мы сможем долго сопротивляться. Ну а если император сумеет договориться с Советом Магов о военной поддержке, то тут нам уже никакой Черный металл не поможет. В общем, как ни крути, но все это перевооружение было затеяно Новым Союзом только для вида. Мол, вот какие мы грозные и решительные! Готовы даже с магами и служителями Единого воевать! Но на самом деле я прекрасно понимал, что если Империя решит заняться нами всерьез, то речь будет идти уже не о том, как выиграть войну, а о том, как продать наши жизни подороже.

Закончив эксперименты, я обновил свой арсенал, а также сделал похожие клинки отцу и Мирину с Алоной. Последняя, кстати, тоже начала усиленно тренироваться, выкраивая свободное время в поездках по королевству. Вообще, с этим металлом я провозился почти три десятицы, пытаясь между делом создать нечто похожее, но ничего из моих попыток не вышло. Древние гномы унесли секрет приготовления Черного металла с собой в могилу. Кстати, как мне рассказал Ваз, темные эльфы несколько последних тысячелетий считались хозяевами этой тайны лишь потому, что во время Смуты активно скупали все Черное оружие гномов, сразу оценив его преимущества, а уже потом, спустя несколько веков, стали перепродавать его всему миру, взвинтив цену в несколько раз.

Вполне возможно, в книгах, несколько десятков которых нашлось в сокровищнице Деррикара, и был рецепт приготовления этого металла, но язык, на котором они были написаны, умер вместе с древними. Поэтому нам пришлось обломаться и обходиться тем, что есть. Кстати, по поводу этих книг в королевстве бродили слухи, рассказываемые полушепотом, что все они в обстановке строжайшей секретности были перевезены в столицу, где теперь изучаются лучшими техниками. А все потому, что там содержатся такие знания, которые способны потрясти мир.

Но это были только слухи, на самом же деле я спрятал все книги в одном из дворцовых переходов, тщательно замаскировав место, чтобы никто до них не добрался. Дело в том, что на их страницах я увидел схемы плетений, которые поражали своей сложностью. В сравнении с ними магические структуры из библиотеки Темного мага выглядели жалко и бедно. Также в книгах древних были весьма подробные чертежи высокотехнологичных машин, которые для этого мира являлись, мягко скажем, несвоевременными. Так, например, я узнал чертеж обыкновенного ветряка, паровой машины, двигателя внутреннего сгорания и даже револьвера. Большого, с прикладом, как у ружья, но вполне узнаваемого.

Именно поэтому я предложил Шаракху просто забыть об этих знаниях и идти своим путем развития, напомнив о катастрофе, которая давным-давно произошла на родине гномов. Поглядев на меня с сомнением, отец все же согласился, и в результате наследие древних было надежно похоронено под слоем камня в стене одного из коридоров. И даже книги по магии я решил спрятать с остальными, так как мало того, что до сих пор не был знаком с принципами схематичной зарисовки плетений, так ведь еще и не представлял, как в итоге эти плетения должны работать, что моментально делало их крайне опасными. Нет уж, ну их от греха подальше! Как говорится, не все знания одинаково полезны! Пять тысячелетий эти книги лежали без дела, так пусть себе еще полежат.

Со всеми этими заботами как-то совершенно незаметно прошел сезон тепла, в конце которого я настолько погряз в делах королевства, что уже днями не выходил из своего кабинета, разбираясь в разнообразных торговых нюансах. Кроме всего этого, я еще готовил лимэль, снабжая его запасом гномов. И хорошо хоть мне самому не пришлось травы собирать, помогали местные знахарки, но вот варить его сперва приходилось самостоятельно. И только через месяц, когда десяток одаренных альтаров наконец-то вникли во все тонкости процесса и уже не получали через раз лекарство от запора, я оставил это дело и решил немного передохнуть. Послал всех торговцев к демонам, всех жалобщиков еще дальше, а сам целые сутки просто отсыпался, оставив Шаракха одного разбираться со всеми проблемами.

Но после продолжительного отдыха я не почувствовал себя живым и здоровым. Наоборот, на следующий день у меня было такое ощущение, будто я брожу в тумане. Никаких чувств, никаких желаний, не хотелось даже вставать с кровати, моей душой всецело завладела апатия. Спустя некоторое время я осознал причину такого необычного состояния — ОРЗ, прямо как в анекдоте — очень резко завязал. Долгие месяцы я работал, не покладая рук и даже не имея ни минутки свободного времени, а теперь мой мозг взял выходной, и потому стало ясно, что в ближайшую десятицу к работе мне вернуться не удастся. Да я и не переживал по этому поводу, а просто целыми днями лежал в кровати в полудреме, поднимаясь лишь для того чтобы набить брюхо… ну или наоборот.

Естественно, такое мое состояние встревожило родственников. Первым обеспокоился Шаракх. Оторвавшись от дел, он пришел ко мне и долго выяснял, что со мной происходит, а потом даже извинялся за то, что нагрузил меня работой сверх меры. Потом появился Мирин, взяв перерыв в тренировках, и предложил мне пойти поупражняться с гвардейцами, так сказать, показать класс. Кое-какие идеи по поводу этой подготовки воинов у меня возникли, но претворять их в жизнь было лень, поэтому я отказался и снова на сутки ушел в глубокий сон.

А потом вернулась с южных окраин королевства Алона и сразу же начала хвастаться проделанной разведкой. Она показала карту гор, изобилующую крестиками и прочими самыми разнообразными пометками, которые покрывали практически всю эту местность, а мне оставалось лишь удивляться. М-да, неслабо сестренка поработала! Даже удивительно, что за такой короткий срок она смогла объехать все королевство и посетить все разработки. А я еще сетую на то, что загружен по самые уши. Хотя, если откровенно, поменяться с ней местами я бы не отказался — ездить по горам все же интереснее, чем разбирать тонны бумаг и вникать в хитросплетения торговой политики.

Внезапно, глядя на карту, я заметил пустую область с несколькими горными грядами, на которой не было вообще никаких пометок, крестиков и прочего. На фоне остального пространства карты этот участок очень выделялся, поэтому я спросил у Алоны:

— Ты что, еще не везде побывала?

— Почему ты так решил?

Вместо ответа я ткнул пальцем в карту.

— А-а! Так это Драконий кряж, там никогда ничего не добывали, поэтому Шелез посоветовал мне не тратить на него время.

— Странно, — задумчиво почесал я макушку. — Везде на территории Подгорного королевства что-нибудь добывается, нет ни одной горы, где не велись бы разработки, пусть даже в глубокой древности. А этот кряж словно бельмо на глазу — здоровый, длинный, но абсолютно пустой. Неправильно как-то.

— Ну, не знаю, Алекс, — пожала плечами сестренка. — Мне самой хотелось съездить посмотреть на это место, но Шелез уговорил вплотную заняться алмазными копями на востоке, а потом я про кряж совершенно забыла.

Я некоторое время тупо пялился на карту, но вскоре в моей голове забрезжила одна идейка, которую я тут же озвучил:

— Слушай, а что, если нам съездить туда вместе? Все равно я подозреваю, что еще десятицу буду абсолютно нетрудоспособным, так хоть проведу это время с пользой и проветрюсь немного. Тут ехать-то всего четыре дня.

— Точно, Алекс! — с охотой поддержала меня Алона. — Сегодня же отправимся!

Но в тот день выехать не получилось, так как отцом был организован какой-то званый ужин, где мы обязаны были присутствовать. Я еще окончательно не пришел в себя, поэтому никаких эксцессов и недоразумений во время трапезы не произошло, все было чинно и благородно, на радость Шаракху. Но вот на следующий день мы с самого утра, предупредив отца и отказавшись от охраны (два сильных, хотя и неумелых мага — это вам не шутки!), отправились к Драконьему кряжу.