Так что уж прости, я отправляюсь в Лес Смерти, да и наши там наверняка заждались, небось волнуются. До встречи, друг», — Зархан, закончив мысленный монолог, аккуратно похлопал рукой по черному кокону, лежавшему на диване каморки, поднялся со стула, застегнул теплый плащ на пуговицы, проверил мешочек с монетами и, пристроив меч у пояса, вышел из комнаты.
— Дядя Зархан, — встретила его в гостиной Аён в той самой рабочей форме, купленной Аполлоном.
На рыжих уложенных волосах белый чепчик, на черном платье пристроен белоснежный передник. Несмотря на улыбчивое лицо, в карих глазах девчонки таилось беспокойство. Прошло уже пять дней после того, как тело Аполлона впало в спячку. И когда он очнется, никто не знал.
— Передадите Карле? — и она протянула тканевый сверток, от которого пахло сыром.
— Конечно! Она будет рада, — кивнул наследник и уложил угощение в походную сумку. Повязал на шею шерстяной шарф, и, накинув капюшон плаща, бросил взгляд на закрытую дверь лаборатории.
— Эй, старик, я отправляюсь! Позаботься об Аполлоне!
— Иди уже! — рявкнул Марон, не в силах оторваться от очередного опыта.
Зархан хмыкнул и покинул уже привычную лавку специй. Выйдя на улицу, он почувствовал сильный порыв ветра, ударивший в лицо. Погода сегодня была паршивой, видимо, морозный циклон пришел с самых северных гор. Наследник закрепил капюшон, поправил лямку походного мешка и отправился к городской конюшне, где на содержании находились два рабочих ящеровоза.
Несмотря на минусовую температуру, народа на улицах хватало. Торговля в открытых лавках немного поутихла из-за холода, а вот желающих погреться в кабаках да тавернах прибавилось. Зархан прошел мимо череды заведений, краем уха цепляя разговоры прохожих авантюристов.
— Бой был нечто!
— И не говори! Поднял два золотых!
Мимо наследника прошагала боевая группа с красавицей в высоких сапогах и причудливой шляпе.
— Сколько ты уже ищешь его, Мирра? По мне так это чудовище уже покинуло город еще в ту ночь…
Волшебница что-то ответила, но ее слов Зархан уже не уловил.
«В городе чудовище?» — удивился наследник услышанной новости, поправил лямку мешка на плече и продолжил путь по очищенному от снега тротуару.
Время близилось к обеду, так что нужно было поторопиться покинуть город к вечеру, благо вчера он благоразумно закупил продукты для фазенды, запасные стройматериалы и инструменты, которые никогда не бывали лишними. Хоть гоблины и старались выполнять все указания, но были неряшливы до жути, еще и с инструментами не дружили. Конечно, когда Аполлон находился рядом, то они работали как не в себя, и всё было ближе к идеалу, а вот в его отсутствие зеленые показывали свою истинную натуру лодырей.
Наследник «Тяжелой лапы» достиг конюшен, представлявших собой целый комплекс зданий и загонов. Здесь, как всегда, суетился народ, конюхи, дрессировщики, торговцы.
— Эй! Зархан, это ведь ты?
Он обернулся на знакомый голос. И увидел двух старых знакомых — торговок, которые однажды составили компанию в поездке.
— Какие люди, хе-х! — ухмыльнулся наследник. — Адель, Инелия, рад вас видеть снова!
— Ага. И тебе того же, — довольно неприветливо ответила Инелия, выдохнув из курительной трубки клубы дыма. В неизменной шляпе, в теплом плаще с меховым воротником. Чертовски обольстительна и, как всегда, груба.
— Она не в настроении, — улыбнулась Адель, в противовес ей всегда веселая, с широкой ослепительной улыбкой.
Зархану даже захотелось прикупить у них чего. Настолько притягательны они были, каждая по-своему.
— Куда собираешься?
— Да вот, решил прокатиться за город, нашим клиентам развести продукцию с города. Сладости, украшения, заморские угощения.
— Эх, так мелко плаваешь, — вздохнула Адель, поправила свои золотистые волосы и улыбнулась уголком губ. — Может, лучше с нами? Мы отправляемся в южный город Сагр, слух прошел, гномы наладили туда поставки орихалковой руды, можно неплохо поживиться, доставив его нашим кузнецам.
— Хе-х, звучит заманчиво, но не могу. Слово уже дал, а обижать людей я не люблю, — почесал Зархан за ухом, размышляя, нормальная ли отмазка.
— Где Аполлон? — убрала Инелия трубку в футляр и взглянула в глаза наследнику.
— Да-а, кстати, куда пропал твой молчаливый друг? Или вы больше не сотрудничаете? — ехидно прищурила глазки Адель.
— Посторонись! — выкрикнул кучер, и наследник с торговками разошлись в стороны, пропустив тройку повозок, а после снова сошлись у ограды загона.
— Приболел, — огорченно произнес Зархан.
Девушки переглянулись.
— В чём проблема — использовать зелье исцеления? — как-то с упреком спросила Инелия. По ее тону голоса можно было едва различить беспокойство, похоже, здоровье юного демона волновало бывалую торговку.
— Было бы всё так просто, — буркнул Зархан. — Ладно, извиняйте, но я спешу, уверен, вы тоже. До скорой встречи, — он торопливо кивнул и поспешил в один из животноводческих корпусов.
— Заметила, как он изменился при упоминании о друге? — приподняла бровь Адель.
— Да. Странно. Надеюсь, он в порядке, — ответила Инелия.
— Э? Переживаешь за того чудака? С каких пор, сестренка?
— Отстань.
В поездку собирался не только Зархан. В другом королевстве, на западе земель, принадлежавших людям, из гостевого поместья Ванштейнов загружался обоз с пятьюдесятью воинами. Фозах отправил в канцелярию официальный запрос о выезде из столицы Харвуса и получил положительный ответ. Что значило: его не держали как политзаключенного в стенах города, да и по большей части король показал данным жестом, что Ванштейны ему более неинтересны, и Нефердорс будет взят. А что будет делать Фозах, не имевший ни политических, ни военных сил, — плевать. Все сторонники Ванштейнов в Нефердорсе уже давно перешли под крыло Дариуса, а те, кто был вне стен столицы, благоразумно заняли нейтральную позицию, еще когда Лэнделл был убит. Так что Фозах, собрав на личные средства небольшую группу, решил попытать удачу во время смуты в Нефердорсе. У него не было никакого желания захватывать власть, либо отстаивать политическую позицию угасшего рода, всё, что лейтенант желал — сжечь голову Дариуса в печи.
— Брат, ты не можешь оставить меня здесь! — стояла Эльза на холоде в одной легкой накидке и тренировочных штанах.
— Это лучшее, что я могу сделать для тебя, Эльза. Учебу я оплатил, продолжи обучение хотя бы здесь, в Харвусе, как того хотел отец, — он закинул очередной мешок в повозку.
Рядом так же суетились бойцы, складывая по телегам оружие и провизию.
Возможно, Эльза бы и осталась, только вот отпускать Фозаха одного в Нефердорс еще и в такое опасное время… Откровенно говоря, ей было страшно.
Что, если он погибнет?
К тому же оставаться на содержании дяди… Она не раз замечала странный взгляд старика в свою сторону. И что-то ей подсказывало совсем не родственный.
— Эльза, там будет опасно, — пыталась Персефона убедить девчонку остаться.
Она, правда, хотела сберечь ее от предстоящей опасности. Жрица осознавала, на что решился Фозах и что их будет ждать. И брать с собой юную Эльзу, у которой впереди еще вся жизнь, было бы неправильно. Птичка еще не распустила крылья, чтобы бросаться в полет сражений и битв.
— Намекаешь, что я обуза? — бросила красноволосая взгляд в ее сторону.
— Именно, — влез в их разговор Фозах.
Он отряхнул ладони от последнего заброшенного мешка и подошел к возмущенной, но замолчавшей Эльзе.
— Пока что ты правда обуза. Но. Прости… — он вздохнул, как же тяжело быть старшим братом.
Фозах взглянул на нее иначе. С любовью, теплом. И сказал:
— Я люблю тебя, сестра. Поэтому останься в Харвусе, закончи обучение и приди мне на помощь, — и положил ей ладонь прямо на макушку красных волос, как когда-то делал в детстве. — Я уверен, ты станешь лучшим мечом среди всех когда-либо живших Ванштейнов. В этом нет никаких сомнений.
Слова Фозаха тронули юное девичье сердце. Как же давно Эльза желала получить признание от брата. Признание действительно выдающихся боевых навыков для ее семнадцати лет. Первая мечница на первом курсе среди аристократов всех мастей, конечно, данную позицию могла бы с легкостью оспорить Стелла, но тогда бы той пришлось раскрыться. Так что Эльза по праву была первым клинком среди первокурсников, да и в академию Харвуса поступила без проблем, показав в спарринге истинный талант. А ее бесстрашие было достойно отдельной истории, красноволосая поистине имела львиное сердце.
Глаза Эльзы заслезились. Да, местами паршивый характер, заносчивость, острая манерность. Но ее сердце было, как у всех девиц, чутким, ранимым.
Алые губы чуть дрогнули и тихо прошептали:
— Брат… прекрати… Я должна поехать…
— Прости, Эльза. Не в этот раз, — обнял ее Фозах крепко.
В голове пролетела мысль, что, возможно, в последний раз.
Искренним голосом он ответил, пытаясь быть холодным, как и всегда:
— Стань сильнее. Я буду ждать тебя в Нефердорсе, — и, убрав руки с ее плеч, отвернулся, отдав громко команду: — По коням!
В кабинете наместника Нефердорса шла дискуссия. Причиной сбора доверенных лиц стала информация о нападении на деревни вблизи Леса Смерти.