logo Книжные новинки и не только

«Лед. Чистильщик» Павел Корнев читать онлайн - страница 1

Knizhnik.org Павел Корнев Лед. Чистильщик читать онлайн - страница 1

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Павел Корнев

Лед. Чистильщик

Не жди его смерти, она будет долгой,

Бескровная жизнь не знает срока…

«Агата Кристи»

Пролог

Лето. Солнце. Море.

Жара.

Тент. Стул. Пиво.

Счастье.

Ну — почти.

Такое уж человек вредное существо, что при наличии свободного времени способен обнаружить кучу недостатков даже в самой замечательной на первый взгляд ситуации. И я тому прямое подтверждение.

Казалось бы, живи и радуйся, но нет, будто соринка в глаз попала и никак от нее не избавиться. Вроде ерунда, но…

…но море — Черное, а пиво — светлое.

А так хотелось бы развалиться на белоснежном песочке затерянного в Индийском океане островка, попивая при этом черный, как ночь, стаут…

Тропический остров — ха!

Да лет пять назад мне и на Сочи рассчитывать не приходилось! И теплый угол в кабаке вкупе с соточкой водки за счастье прокатывал.

А сейчас совсем зажрался: Черное море не устраивает, Индийский океан подавай!

Тут некстати припомнились холод сугробов, пронзительный ветер и колючая поземка, и как-то сразу стало не по себе. Я поежился и влил в себя остававшееся в пластиковом стаканчике пиво. Светлое и успевшее заметно нагреться, но уж лучше это безвкусное пойло хлебать, чем в Приграничье задницу морозить.

Тяжело вздохнув, я постарался переключиться на нечто более позитивное и принялся разглядывать накатывавшие на галечный пляж волны.

И все же — хорошо.

Пляж ведомственный, немноголюдный, относительно чистый. Спокойный и даже отчасти скучный, да только какая может быть скука, когда в крови алкоголь играет?

— О чем задумался? — спросил усевшийся напротив невысокий парень с коротким ежиком выгоревших на солнце волос. Мой старинный приятель Алексей Шаров, прошу любить и жаловать.

— Да так. — Я неопределенно пожал плечами, взял один из выставленных на стол стаканчиков и не без удовольствия отпил холодного пива.

— Опять хандришь?

— Не-а, Лех, — фыркнул я, — пиво жду.

— Ну, так ты дождался.

— Так я и пью.

— Лицо попроще сделай, а то люди пугаются.

— На себя посмотри.

— С утра смотрел, нормально все было.

— Ну да, ну да… — усмехнулся я, провожая взглядом рассекавший волны прогулочный катер. Сделал еще один глоток и вздохнул: — Опять светлое…

— Хорошее пиво, кошерное, — возразил Алексей. — И вообще, чем тебя «Балтика» не устраивает? Две недели нормально пил, а тут — нате выкусите, не нравится ему!

— «Балтика»? — задумался я. — Не было здесь «Балтики» никогда. Я «Б7» брал.

— Ну блин! — Парень даже подавился. — «Б7»! Так это «Балтика» «семерка» и есть!

— Кто бы мог подумать! — хмыкнул я. — Эх, сейчас бы на Сейшелы куда-нибудь или там Мальдивы. И не с этой… этим, — отодвинул запотевший стаканчик в сторону, — а с нормальным темным пивом. Со стаутом каким-нибудь ирландским…

— Сань, сам подумай, откуда у папуасов темное пиво? Думаешь, они «Гиннесc» наливают? Это фантастика, сынок!

— И просто Сейшелы уже фантастика, — поморщился я.

С моим допуском секретности заграничный паспорт было не получить при всем желании. Ладно хоть на лето в Сочи отпускали — у центра повышения квалификации, где последние пять лет подвизался инструктором, с конца весны и до самой осени наступал мертвый сезон.

Ну в самом деле какая может быть практическая подготовка к переброске в Приграничье, когда в аудитории кондиционеры на полную мощность включены, а за окном жара под тридцать градусов в тени? В такой ситуации у самого внушаемого слушателя неминуемо когнитивный диссонанс возникнет. Ты ему об исчадиях Стужи, вечном холоде и боевых чарах толкуешь, а он по сторонам оглядывается — тепло, светло, бабочки порхают — и как-то сразу перестает во всю эту чертовщину верить.

То ли дело зимой! Попробуй не поверь, когда третий день в тайге без огня кукуешь…

— Ну вот! — сбил меня с мысли Алексей. — Говорю же: фантастика!

— А с другой стороны, — припомнил я суть спора, — слово «глобализация» тебе о чем-нибудь говорит? В следующий раз пустые банки из-под пива сразу не выкидывай, обрати внимание, за сколько тысяч километров его от места употребления изготовили. А в некоторые, прикинь, еще и капсулы с углекислым газом запихивают, чтоб, значит, пена как у разливного была. «Драфт» называется.

— Извращенцы.

— Не скажи. «Гиннесc» баночный, конечно, не ахти, но тот же «Мерфис» весьма и весьма. А кремовый стаут от «Сант Петерс» так и вовсе крут. Это как с «Хеннесси»: марка известная, а коньяк так себе. Но вот от разливного «Гиннесcа» я бы сейчас не отказался…

— Какие проблемы? — удивился Шаров. — Поехали в кабак!

— Ну ты сам подумай, — вздохнул я, — вот выбрались мы в Сочи…

— Мы сейчас между Сочи и Адлером, так-то.

— Не суть. Выбрались мы, значит, на море в кои-то веки и будем по барам зависать? В чем прикол?

Леха поднял стаканчик, глянул на меня через янтарного цвета напиток и резонно заметил:

— Это тебя здешнее пиво не устраивает, разве нет?

— Пиво не устраивает меня, а в кабак ты намылился. Странно, не находишь? И чего не хватает?

Парень сделал длинный глоток, тяжело вздохнул и сознался:

— Женского общества мне не хватает.

— Да ну? — усмехнулся я и демонстративно обвел пляж рукой. — В чем проблема-то? Иди и знакомься!

— Иди и знакомься? Вот так запросто, да? — возмутился парень. — Сань, ты забыл, где мы находимся?

— А чем тебя пляж санатория Министерства обороны как место знакомства не устраивает?

— Издеваешься? — округлил глаза Леха. — Хочешь, чтобы какой-нибудь майор мне сгоряча хозяйство открутил?

— Майоры, они такие… — хохотнул я, и не думая спорить.

Крыть действительно было нечем: юные красавицы здесь находились под неусыпным присмотром мам, симпатичные мамы — под приглядом пап, а в разряд одиноких отдыхающих попадали исключительно дамы предпенсионного возраста.

— Чё ты лыбишься? — возмутился парень. — Блин, с тобой и в кабаке ни с кем толком не познакомишься! Можно и не подходить, так и так отошьют! От тебя даже фанатки «Сумерек» шарахаются! Они-то, дуры, телевизора насмотревшись, о гламурных вампирчиках мечтают, а тут — оба-на! — натуральный упырь и разрыв шаблона! Лысый, да еще и бледный как смерть!

— Знаешь, Леха, вот чья бы корова мычала, — выразительно глянул я на приятеля и потер правое предплечье, на котором лишь благодаря свежему загару бесцветно-белыми линиями выделялись замысловатые символы: выгоревшие, блеклые, непонятные. То ли татуировки, то ли шрамы — так сразу и не разобрать. На самом деле всего понемногу.

— У меня наколки армейские. Здесь с такими, считай, половина, — поморщился парень, который лишь благодаря содействию моих нынешних работодателей из своего пятнадцатилетнего срока отмотал всего три года. — И хватит зубы заговаривать! Едем в кабак?

— Нет, сидим, морем любуемся.

— Блин, мы им уже вторую неделю любуемся! Оно у меня в печенках уже! — не выдержал Алексей. — А еще три месяца впереди! И что, каждый день на этот пляж таскаться будем?

— А почему бы и нет? Мне здесь нравится.

Море успокаивало. Позволяло забыть о стране вечной стужи, снега и ветра. Плеском волн подбадривало и тихонько нашептывало: «Ты выбрался!.. Ты выбрался!.. Ты выбрался!..»

И сразу отступала хандра. А если к шуму прибоя добавлялся алкоголь…

— Нравится ему! — завелся парень. — А наш пляж тебя чем не устраивает? Почему то же самое пиво мы на фээсбэшном пляже попить не можем? Я по горам вверх-вниз задолбался сюда таскаться уже! Тебе ж не судьба трамвайчика подождать!

— Во-первых, не трамвайчика, а фуникулера.

— Один хрен.

— Во-вторых, пешие прогулки тебе точно не помешают, хоть жирок растрясешь.

— Очень смешно!

— На то и расчет. — Я приложился к стаканчику и умиротворенно огляделся по сторонам. — А в-третьих, контора из меня круглый год кровь пьет, хоть в отпуске от них отдохну.

— Чего?! — Как раз хлебнувший пива Леха аж поперхнулся. — Кто из кого кровь пьет?! Да тебя там все ненавидят просто!

— Серьезно?

— А сам как думаешь? Вот кто тебя просил на обычном марш-броске свободную группу с пейнтбольными маркерами в засаду сажать?

— Что значит — кто просил? Всегда надо быть готовым к неожиданностям! У нас центр повышения квалификации типа, а не курорт. Не фиг расслабляться!

— А перед двухнедельной заброской в тайгу зачем все банки с тушенкой на кошачьи консервы поменял, этикетки переклеив? Кладовщика потом чуть не побили, хорошо хоть на тебя стрелки перевести успел.

— Надо внимательней смотреть, что со склада получаешь. И вообще — какие проблемы? Сожрали и не поморщились! Сплошная экономия вышла.

— Устроят темную, жаловаться не приходи.

— Это из-за червивого мяса бунты случаются, а не из-за замены одного питательного продукта на другой.

Риск огрести люлей, конечно, присутствовал, но менять что-либо в системе обучения я не собирался. А как иначе заставить воспринимать себя всерьез, если преподаешь чистую теорию и фамилия твоя не Макаренко?

Уязвимые места сугробников и ледяных ходоков, правила пользования колдовскими артефактами, отводящие пули амулеты и повадки всяческих тварей — для человека со стороны вся эта чертовщина проходила по разряду бреда сивой кобылы и потому в головах слушателей надолго не задерживалась. В одно ухо влетала, в другое вылетала.

А на мне ведь ответственность! Мне до людей достучаться надо! Махну рукой, не стану под шкуру лезть, и после переброски в Приграничье от группы ножки да рожки останутся, а выжившим придется учиться тому же самому, но в условиях, приближенных к боевым.

— Чего завис? — окликнул меня Леха.

— Да так. — Я допил пиво, отставил пустой стаканчик в сторону и кивнул ему за спину: — Глянь, вон почему наш пляж не люблю.

Алексей обернулся и, заметив шагавшего к шатру высокого, подтянутого господина в белых брюках и светлой рубашке с коротким рукавом, сразу поскучнел и принялся охлопывать себя по карманам. Выудив тощую пачку мятых банкнот, он лихорадочно пересчитал деньги и попросил:

— Займи рубль.

— Зачем? — удивился я.

— У меня отпуск, — без обиняков заявил Леха. — Я уматываю в кабак, а ты с ним сам разбирайся.

— Держи. — Я кинул на стол две пятисотки и усмехнулся: — Дезертир…

Невозмутимо напевая себе под нос:

— «Самый правильный и модный на курорте отдых водный. Пароходами гудит морской вокзал…», — мой приятель спрятал деньги в карман и начал пробираться на выход. — Звони, если что.

— Вали, — отмахнулся я, начиная жалеть, что не согласился прошвырнуться по кабакам. Досиделся на свою голову! Если уж господин Шептало самолично в Сочи заявился, точно, какой-то геморрой приключился. Как ни крути, в случае рабочей необходимости меня и простым телефонным звонком могли из отпуска выдернуть.

Но обеспокоенности я выказывать не стал и безмятежно улыбнулся:

— Владимир Николаевич! Какими судьбами?

Курировавший деятельность нашего учебного заведения Владимир Николаевич Шептало спрятался от палящих лучей солнца под тент, носовым платком вытер пот со лба и вполне ожидаемо заявил:

— Вас разыскиваю, Александр Сергеевич.

Я отметил покрасневшее от свежего загара лицо и немного расслабился. Владимир Николаевич на югах точно не первый день, а значит, и сам тут на отдыхе. К тому же компанию ему составила стройная симпатичная дамочка лет тридцати. Жена или любовница — не суть важно; главное, что в присутствии посторонних речь о серьезных делах точно не зайдет.

И это радовало. Пусть должность господина Шептало и была сформулирована на редкость расплывчато, но именно он, подобно одноименной детали ударно-спускового механизма, удерживал руководство центра во взведенном состоянии.

Куратор, блин…

— Присаживайтесь, Владимир Николаевич, в ногах правды нет, — вздохнул я, даже не пытаясь сделать вид, будто рад его визиту.

— Знакомься, — указал куратор на свою спутницу, — Алена Евгеньевна Зимина, начальник отдела энергоэффективности и перспективных источников энергии нашего НИИ.

— Очень приятно, — улыбнулся я на этот раз без малейшей фальши. Действительно — приятно.

Худощавая, загорелая, с привлекательным и неглупым на вид лицом. Светлые волосы до плеч, легонький сарафан, босоножки, безымянный палец обхватила золотая полоска обручального кольца. А взгляд серых глаз какой-то совершенно несерьезный и более того — слегка насмешливый.

Это еще с какой стати? Обычно люди на человека моей внешности несколько иначе реагируют.

— Вижу, твой товарищ поспешил нас покинуть? — с явственно прозвучавшей в голосе ехидцей поинтересовался Владимир Николаевич, придвигая к столу третий стул.

— У него срочные дела в городе возникли. Внезапно.

— Удачно получилось.

— Да? Вообще-то у меня тоже… дела, — поспешил предупредить я и вдруг понял, что все это время пялился на оттягивавшую легкую ткань сарафана грудь Алены Евгеньевны. Перевел взгляд на ее лицо и немедленно заслужил этим еще одну ироничную улыбку.

— Все твои дела, — Владимир Николаевич развернул свой стул к морю и закинул ногу на ногу, — это пить пиво и предаваться праздному безделью.

— А хоть бы и так. Отпуск для этого и создан. У меня ведь отпуск?

— Не совсем, — качнул головой куратор. — Возникла небольшая проблема, требующая твоего присутствия в Ямгороде…

— Небольшая? И ради этой небольшой проблемы вы самолично прилетели за мной в Сочи?

— Вообще-то у нас тоже отпуск, — вздохнула Алена Евгеньевна. — Был…

— Рад за вас, — буркнул я.

— А за себя?

— За себя не очень. Что там стряслось такого неотложного?

В отличие от запрятанного в тайгу центра повышения квалификации наша головная контора, носившая гордое наименование НИИ УПТ ПС ФСБ РФ, или же Научно-исследовательский институт уникальных природных территорий при Пограничной службе Федеральной службы безопасности, располагалась в Ямгороде. И перенести ее куда-либо из города с миллионным населением не было совершенно никакой возможности, поскольку институт изначально создавался для обеспечения нормальной работы портала в Приграничье. А тот, в свою очередь, был крепко-накрепко завязан на один очень непростой нож, воткнутый в землю в санитарной зоне металлургического комбината. Впрочем, не будем о грустном…

— В том, что стряслось… — поморщился Владимир Николаевич, явно не придя в восторг от такого определения, — тебе придется разобраться на месте.

— Ну уж нет, — твердо заявил я. Менять отпуск у моря на командировку в родной город желания не было ни малейшего. — Не имеете права.

— После отгуляешь.

— И не подумаю.

— Алена Евгеньевна…

Девушка достала из пляжной сумочки пластиковый файл и передвинула его через стол. Я с некоторой долей опаски вытащил из него пачку фотографий, глянул одну, вторую, третью… не удержался от брезгливой гримасы и уточнил:

— Где?

— Лесопарк неподалеку от первого корпуса госуниверситета.

— Когда?

— Вчера.

— Мать вашу, вашу ж мать… — тихонько протянул я себе под нос и обреченно спросил: — Каким рейсом вылетаем?

Глава 1

Самолет приземлился в Ямгороде в четыре сорок. Утра, разумеется. Во сколько вылетали из Адлера, и вспомнить тошно. Вся ночь коту под хвост. И там не поспал, и здесь уже светает.

А ведь, казалось бы, — ну какие проблемы? Сел в самолет, опустил спинку кресла и сопи в две дырочки.

Никаких проблем, но — не вышло. Слишком уж нервишки пошаливали. И пошаливали они вовсе не из-за боязни перелетов — обычно еще до набора высоты отрубаюсь, — нет, покоя не давали фотографии.

Слишком уж остро они напомнили о моем не слишком веселом житье-бытье в Приграничье, этом провалившемся в края вечной стужи куске нашего мира. Ни там — где бы это «там» ни находилось, — ни здесь. Между.

Магия, исчадия Стужи, бандиты, недалеко ушедшие от бандитов власти, и — холод. Постоянный выматывающий холод в душе, прогнать который не могли ни девки, ни водка…

От нелегких раздумий меня отвлек несильный толчок, с которым шасси соприкоснулись со взлетно-посадочной полосой, и последовавшие за ним жидкие аплодисменты пассажиров. Бортпроводница традиционно призвала всех не вставать с мест до полной остановки самолета, и тут же со всех сторон послышался металлический лязг пряжек.

— Подымайся, — заторопился Владимир Николаевич и выдернул наушник у сидевшей с другой стороны Алены Евгеньевны. — Шевелитесь!

— Команды не было, — зевнул я.

— Вставай, говорю!

Только хмыкнув, я откинул подлокотник, выбрался в проход и не успел еще достать свои вещи, как рядом оказалась бортпроводница. Но вместо ожидаемого нагоняя симпатичная девушка одарила меня милой улыбкой и указала в сторону кабины:

— Проходите, вас ожидают.

Я закинул на плечо лямку рюкзака и зашагал на выход. Спустился по трапу и озадаченно обернулся к тащившему пару объемных сумок Владимиру Николаевичу.

— Это за нами, — указал тот на подогнанный к самолету черный внедорожник с наглухо тонированными стеклами.

И действительно, водитель немедленно выбрался со своего места, распахнул заднюю дверцу и принялся загружать в салон поклажу Владимира Николаевича. Я утруждать парня не стал и забрался на заднее сиденье вместе с рюкзаком. Алена Евгеньевна уселась рядом, куратор занял место впереди, и мы отправились в путь.

Плавно набравший ход автомобиль беспрепятственно покинул территорию аэропорта, вывернул на пустую трассу и помчался к городу. После бессонной ночи меня моментально укачало, глаза начали закрываться сами собой, и, устав клевать носом, я попросил:

— Может, радио послушаем?

Водитель послушно включил приемник, но там, как на грех, передавали выпуск новостей, и от монотонного голоса диктора спать захотелось только сильней.

— В ближайшее время: джазовый фестиваль, штормовое предупреждение и дерзкое ограбление коммерческого банка. Начнем с криминальной хроники. Вчера вечером неизвестные в масках, угрожая оружием, похитили свыше пяти миллионов рублей из отделения коммерческого банка, расположенного на пересечении проспекта Революции и улицы Карла Маркса. Несмотря на оперативное прибытие наряда полиции, злоумышленникам удалось скрыться. За последнее время это уже…

Узнать, что еще стряслось в городе за последнее время не получилось, — Шептало выключил радио и обернулся к нам с Аленой Евгеньевной:

— Со всеми материалами ознакомились? Какие будут выводы?

— Прямо сейчас об этом говорить собираетесь? — удивился я.

— Не волнуйся, у Виталия, — указал куратор на водителя, — есть соответствующий допуск.

— Рад за Виталия, конечно, — фыркнул я, — но сейчас пять утра, если что. Может, днем соберемся? На свежую голову? Спешка, она только…

— Ты документы смотрел или нет? — резко перебил меня Шептало. — В этот раз нам по чистой случайности удалось взять ситуацию под контроль, в следующий раз так уже не повезет! Представляешь, чем это может быть чревато?

— Представляю, а как же!

— Тогда не трать время на пустые пререкания!

— Ничего я не трачу, — вздохнул я, не желая признавать, что лишь мельком пролистал выданную куратором толстенную стопку распечаток. — Ну и какие у вас есть предположения?

— А какие могут быть предположения? — помрачнел Владимир Николаевич. — Человеку сотворить такое не по силам, следовательно, в город проник кто-то из обитателей Приграничья.