Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Девочка взяла игрушку и провела пальцами по висячим ушам. Как приятно ощущать мягкую шерсть. Легко вообразить, что жившая здесь девочка гладила и ласкала игрушку — теперь такую старую и потрепанную, как и все в комнате. Наверное, она давно ушла, оставив книги, игрушки и кровать, куда заботливо уложили новое прекрасное тело.

Но как новую девочку принесли сюда и уложили, не разбудив? Она была уверена, что заснула далеко отсюда, но не могла вспомнить, где была и что делала. Впрочем, она вообще ничего не могла вспомнить.

Хоть она ничего не помнила и не знала, где очутилась, несомненно было одно: это место — безопасное, пусть старое и обветшалое, но не тронутое ничем смертоносным. Нет никаких видимых повреждений от взрывчатки либо тяжелых зарядов. Нет оружия, расставленного так, чтобы его было удобно хватать в случае опасности. Девочка проверила: оружия не нашлось даже под кроватью.

Она не удивилась своим мыслям об оружии и войне. Если просыпаешься в незнакомом месте, уже не говоря про тело, естественно думать о безопасности. Да, тело красивое, но полезное ли? Крепкое ли оно, сильное ли, способно ли быстро двигаться и реагировать?

У дальней стены имелось зеркало в полный рост. Девочка подошла к нему на совсем незнакомых, но прекрасных ногах и встала, слегка разведя руки, чтобы увидеть все: серебряные и золотые вставки на ключицах, изящные кружева ниже их и в центре груди; сложное, составленное из множества сегментов туловище; гравированные золотые вставки у основания бедер; удивительные рисунки, разбегающиеся по бедрам от изощренно сегментированных коленей; идеальную симметрию волшебных цветов на лодыжках, зеркальных отражений друг друга. Девочка воочию представила себе работу над телом, как мастер сидел, согнувшись, в ярком свете ламп и тщательно обрабатывал каждую часть, не отрывался, пока не доводил ее до совершенства. Мастер казался девочке смутной темной тенью с необычайно умелыми, ловкими, сильными руками и глазами, видящими не только внешний облик вещей, но и самую их суть.

Однако красота тела кукольная. Девочка поняла это, и осознание пролилось на нее ледяным дождем. Игрушка, манекен, без жизненно важных элементов настоящего человека. Красивые цветы вдоль ключиц, серебряные и золотые вставки над местом, где начиналась грудь, и под ним. На самой груди — ничего, лишь гладкие округлые выпуклости.

Девочка нажала пальцем, ожидая ощутить такую же твердую поверхность, что и в других местах, но псевдоплоть подалась. Тело не везде было жестким! Она подошла к зеркалу, потрогала лицо. Мягкое. Но ведь лицо точно свое, оно не дано вместе с телом.

Девочка осмотрела себя сверху донизу, медленно повернулась, глядя через одно плечо, потом через второе. Сзади тоже красиво, и ягодицы мягкие, хотя не настолько, как груди. Но ведь они ненастоящие.

Девочка вплотную подошла к зеркалу и заглянула в глаза игрушечному же отражению. И увидела в них только куклу.

Повинуясь импульсу, она стукнула пальцем по зеркалу. Металл тихо звякнул о стекло.

— Эх, черт, — произнесла она, просто чтобы услышать собственный голос.

Он не показался странным и незнакомым. Тот, кто дал волшебное кукольное тело, не полез выше шеи, не стал ковыряться и делать по-своему. По крайней мере, в это хотелось верить.

Девочка повернулась и заметила сложенную на стуле одежду. Надо же, свитер и тактические брюки. Они что, снова в моде? Девочка подумала, что, наверное, проспала очень долго.

* * *

Дверь в комнату не закрыта на замок. Какое облегчение знать, что ты не пленница! Конечно, спальня маленькой девочки — не очевидное оформление для тюремной камеры. Но когда не знаешь, где ты, трудно судить, что вероятно, а что нет. Плюс к тому, возвращение моды на тактические штаны. В общем, здесь может быть что угодно и как угодно.

Стараясь шагать беззвучно, девочка вышла в короткий коридор. В конце него — лестница. Хм, это частный дом! Он что, в придачу к телу? Если так, нестыковка. Дом чистый, но старый и ветхий — как и комната, где девочка проснулась.

С нижнего этажа доносятся голоса. Девочка послушала несколько секунд. Внизу одна женщина и как минимум двое мужчин. Слов не разобрать. Что же, настало время посмотреть, куда ее занесла судьба. Прислушиваясь к голосам, девочка тихо спустилась по лестнице.

Внизу была комната, похожая на лабораторию или клинику. Может, здесь больница?

— Ну, это лучшее из того, что я могу сейчас сделать, — сказал мужчина. — Для этой модели больше не производят запчасти.

Мужчина склонился над чем-то, лежащим на подносе, на столе. Рядом стояла высокая темнокожая женщина в синем медицинском костюме — медсестра.

Мужчина отступил. Девочка увидела, что на столе лежит сильно потрепанный, изношенный механизм, поцарапанный, с вмятинами; несколько частей были явно взяты от чего-то, не слишком подходящего, а затем грубо подогнаны. Механизм выглядел тяжелым и неуклюжим, он был присоединен к плечу второго мужчины, сидевшего в кресле.

— Док, огромное спасибо, честное слово! — поднимая механизм с подноса и пробуя двигаться, сказал он. — Я возьму сверхурочные на следующей неделе.

Он встал, надел верхнюю часть засаленного комбинезона, застегнул его механической рукой.

— Заплатите, когда сможете, — добродушно произнес первый мужчина.

Второй поднял мешок, лежавший у кресла.

— Вот, я принес для вас. Моя жена работает на Ферме-22.

— Продолжайте принимать плату фруктами, и скоро мы сами пойдем их собирать, — хихикнув, произнесла женщина.

Когда девочка решила, что пора искать выход, женщина заметила ее и, улыбнувшись, сказала:

— Ну, привет, соня.

Девочка машинально улыбнулась в ответ. Конечно, нельзя делать вывод, что человек нормален, по одной улыбке, но казалось, эта женщина не причинит вреда.

Мужчина с железной рукой тоже улыбнулся, а доктор вздрогнул. Может, он думал, что ей еще следует спать? Бледный, со светлыми волосами, в круглых очках. Его словно оторвали от долгого чтения чего-то крайне длинного и сложного. Женщина-медсестра проводила мужчину с железной рукой до двери, а девочка и бледный доктор продолжали смотреть друг на друга.

Она поняла: именно он сделал ее прекрасное тело. Длинные пальцы доктора двигались изящно и точно, даже просто перебирая инструменты и мелкие детали в карманах. Шок и удивление миновали, его взгляд стал внимательным и цепким — глубокий, тяжелый взгляд того, кто знает намного больше обычных людей. А еще доктор казался изнуренным, измученным, словно много и тяжело работал и мало спал.

Не зная, что сказать или сделать, девочка шагнула вперед — и ее ослепил луч света из высокого узкого окна. Как приятно ощущать кожей солнечное тепло!

— Как ты? — спросил мужчина.

Она опустилась в кресло, где сидел мужчина с механической рукой.

— Нормально.

Мужчина вдруг снова превратился в доктора и схватил фонарик, чтобы посветить, посмотреть в глаза и рот, затем ловкими осторожными пальцами пощупал шею под нижней челюстью.

— Где-нибудь болит? — ощупывая кисти и сгибая по очереди каждый палец, спросил врач. — Онемение? Что-нибудь не слушается?

Она подумала, что он целиком ушел в роль доктора, будто не удивлялся неожиданной гостье минутой раньше.

— Э-э, я, в общем, немного проголодалась…

Он вывел ее из лаборатории-клиники на маленькую кухню, усадил за стол, сунул руку в принесенный пациентом мешок и вытащил оранжевый шар.

— Съешь, подними уровень сахара в крови.

Она взяла фрукт, осмотрела. Цвет красивый, хотя не слишком похоже на еду. Но вряд ли доктор даст что-нибудь плохое. Девочка надкусила и тут же выплюнула откушенное на стол.

— Вижу, вкусовые рецепторы работают.

Ага, доктор развлекается.

— Он покажется тебе гораздо вкуснее, если снимешь кожуру, — сказал врач, забрал фрукт и принялся снимать внешнюю оболочку.

— Э-э… я не хочу показаться грубой, но, простите, я вас где-то встречала?

Тут снова будто щелкнули тумблером: доктор исчез, остался в изумлении уставившийся на нее мужчина, не знающий, что сказать.

— …Думаю, мы никогда не встречались, — наконец произнес он. — Я — доктор Дайсон Идо.

Он кивнул в сторону зашедшей на кухню женщины.

— А это сестра Герхад.

Теплая добродушная улыбка женщины растопила страх, и девочка осмелилась задать следующий вопрос.

— Знаете, я сама не очень представляю, как это выразить, — произнесла она, глубоко вдохнула и спросила: — Может, вы знаете, кто я?

Доктор и медсестра удивленно переглянулись. Неужели они не знают?

— Я надеялся, что ты просветишь меня, — сказал доктор. — Ты — киборг полной замены, но большая часть твоего кибертела была уничтожена. Я не смог отыскать никаких записей.

Доктор с медсестрой опять переглянулись. Девочке показалось, что Герхад чем-то недовольна.

— …Но твой очень даже человеческий мозг чудесным образом сохранился, — немного помедлив, сообщил Идо. — Теоретически ты должна помнить что-нибудь.

— Ум-м, ну да, хм…

Она задумалась.

— Вообще, в голове пустовато, — сказала девочка.

Доктор с сестрой смотрели на нее с надеждой. Сердце девочки — или что там у киборгов полной замены — отчаянно сжалось.