Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

— Выжгло-выжгло… — пробурчал под нос профессор. Он снял халат с растения и надел на себя.

— Я проверю… — Феликс выглянул в коридор. — Дорога свободна.

Они выбежали из туалета, озираясь вокруг. Стук, ляп, стук, ляп. Внезапно они остановились — внизу лестницы появились две девочки со второго курса. Болтая, они прошли мимо замершей мухоловки и ничего не заметили, направляясь к следующему лестничному пролету. Растение проводило их голодным взглядом и жадно облизнулось. Друзья двинулись дальше. Стук, ляп, стук, ляп. Согнувшись, они проскользнули по коридору, как партизанский отряд. До дверей класса оставалось еще метров десять, когда внезапно, как из-под земли, появился историк, профессор Цедыня. Он прищурил глаза за толстыми стеклами очков и внимательно присмотрелся к тигровой мухоловке.

— Не слишком рано для елки? — обратился он к Бутлеру. — Только недавно была Пасха. Сегодня какое?

Бутлер посмотрел так, словно хотел задушить его взглядом.

— Двадцать третье декабря, — гробовым голосом ответил он.

Цедыня наморщил брови, покачал головой, что-то подсчитывая в уме, и задумчиво прошел мимо партизанского отряда. Стук, ляп, стук, ляп. Ника первая оказалась у двери класса сто тринадцать и схватилась за ручку.

— Закрыто! — застонала она.

— Оно выглядело как большая триффида, — из-за угла раздался беспокойный голос Линейки.

Феликс порылся в своем рюкзаке и вытащил что-то серебряное величиной с толстый карандаш — универсальный ключ. Мальчик вставил конец ключа в замок и активировал. Механизм зажужжал и защелкал, высовывая разного вида лезвия. Он подбирал подходящую комбинацию.

— И было похоже на голодную гориллу, — голос математички звучал все четче и ближе. — Словно оно опиралось на руки и волочило ноги… то есть горшок…

— Можешь побыстрей? — прошипел Нэт.

Мухоловка подпрыгивала на месте от нетерпения, стукая горшком об пол. Она смотрела то на ключ, то на поворот коридора.

— Оно кинулось на меня, Юлиуш! — Математичка с директором были уже в нескольких шагах. — Ты мне веришь?

Наконец замок поддался и все влетели в класс. Феликс захлопнул дверь и закрыл замок. Нэт с облегчением перевел дыхание и, обернувшись, столкнулся лицом к лицу с мухоловкой. Он отскочил как ошпаренный.

— Тссс… — Ника прижала палец к губам.

Шаги раздавались совсем близко.

— Я спрашиваю, ты мне веришь, Юлиуш?

— Ну знаешь… в принципе…

— Смотри! Следы земли! Это там…

Голоса приблизились. Ручка двери медленно опустилась, дверь дрогнула. Мухоловка посмотрела вниз и подняла корешки так, словно это были пальцы на ногах в сандалиях. Из горшка высыпалось немного земли. Ее было хорошо видно на чистейшем натертом полу.

— Закрыто, — произнес Ромашка. — Если это так важно для тебя, я пойду за ключом.

— Подожди! Я ни за что не останусь тут одна!

Бррр, бррр, бррр…

— У кого бурчит в животе? — недовольно прошептал Нэт, озираясь. Он посмотрел на растение и шагнул назад, машинально вскидывая руку, защищаясь: — Боже! Она смотрит на меня и пускает слюни!

— У нее тигриный аппетит, — охотно пояснил Бутлер. — Она съела суперудобрение и растет.

— Она будет еще больше?!

— Мы не может тут оставаться, — простонала Ника.

Мухоловка закачала головкой.

— Но в коридоре много людей, — заметила девочка. — Бегающее растение — это ненормально.

— Классический тупик, — Нэт с беспокойством прислушивался, как мухоловка каждую секунду сглатывает слюну.

Феликс хлопнул себя по лбу:

— Это же комнатное растение в горшке. Мы можем его просто перенести, и никого это не удивит.

— Спрячь голову в листья, — посоветовал Бутлер.

Мухоловка согласилась и послушно сжалась, притворяясь зеленым лиственным шаром.

Феликс схватился за край горшка и в ожидании помощи посмотрел на Нэта.

— У нее бурчит в стебле, — мрачно констатировал Нэт. — Я должен подойти к голодному людоеду?

— Она ничего тебе не сделает, — неуверенно заверила его Ника.

— Эти корешки шевелятся…

Нэт вздрогнул, но взялся за горшок с другой стороны и поднял его вместе с Феликсом. Его перекосило, когда мухоловка оперлась на их плечи верхними листочками.

Не вызывая всеобщего интереса, они благополучно донесли растение до класса биологии и поставили под окном в подсобке. Мухоловка сразу же выпрямилась.

Стены в подсобке, как и в классе, были заставлены стеллажами с клетками, освещенными галогеном террариумами, банками с таинственным содержимым, шкафами и шкафчиками, закрытыми на ключ. В углу стоял старый сейф с тремя кодовыми замками. Деревянные жалюзи закрывали окна до половины — яркий свет в этом помещении был нежелателен.

Бутлер обошел осколки разбитого колпака, который раньше накрывал мухоловку, и приблизился к длинному рабочему столу, заставленному микроскопами и прочим лабораторным оборудованием. Профессор поднял перевернутую пустую коробку с остатками голубого порошка и грозно обернулся к растению. Оно увлеченно рассматривало потолок, прикидываясь, будто не замечает того, что держит в руках профессор.

— Это суперудобрение, — пояснил Бутлер, переводя взгляд на учеников. — Нужна только щепотка на лейку воды. Щепотка! А она сожрала дневную норму для гектара леса!

— Для чего кому-то такое удобрение? — удивился Нэт.

— Благодаря суперудобрению стало бы возможным быстрое восстановление лесов на больших территориях. Хватило бы семечка, суперудобрения, воды и немного органических ингредиентов. И через месяц в пустыне зашумел бы лес. Это мое изобретение, которым я занимаюсь в свободное время.

— Они возвращаются! — вдруг воскликнула Ника. — Директор и э-э-э… Бонк. Они ничего не нашли в классе сто тринадцать и идут сюда.

Бутлер ткнул пальцем в мухоловку и велел категорическим тоном:

— Притворись растением.

Прозвенел звонок.

— Что у нас первым уроком? — спросил Нэт и смиренно ответил сам себе: — Информатика с Эфтипи.

— О, вы. — Ромашка уже стоял на пороге.

Профессор Бутлер и тройка приятелей замерли, неестественно выпрямившись, с невинными лицами опираясь на рабочий стол, как дети, пойманные на кухне за поеданием сладостей. Мухоловка не шевелилась, впервые полностью заслуживая название растения.

— Нужно поговорить, — сказал директор, решительно зашел в подсобку и оказался прямо под растением.

Бррр, бррр, бррр, бррррр…

— Что это? — Он резко обернулся.

Из пасти смирно стоящей мухоловки потекла струйка слюны и коснулась рукава безукоризненно чистого бордового пиджака.

— Я не завтракал, — быстро соврал Нэт.

— Да, ты как-то плохо выглядишь… Мои дорогие, пора в класс.

Друзья послушно вышли из подсобки, но задержались у двери и все слышали.

Директор вышагивал по комнате, заложив руки за спину. Мухоловка быстрым движением листьев перехватила нитку слюны, прицепившуюся к его рукаву, и снова замерла, внимательно наблюдая за гостем и пытаясь побороть голод.

— Нам нужно поговорить про то, что тут происходит… — начал Ромашка. — В прошлом месяце тарантул, сейчас какой-то зеленый монстр… Чем ты тут, собственно, занимаешься, Зенон?

— Учу детей. — Бутлер снял очки и протер их полой халата. Это ничуточки не сделало стекла чище.

— Ты не выполняешь программу, про это я еще буду говорить на педсовете. — Директор пробежался взглядом по выставленным экземплярам, и его передернуло. — Родители некоторых девочек жалуются на разные мерзости и ужасы, которые ты тут держишь. Что будет, если что-то из твоих… диковинок выйдет и нападет на какого-нибудь ученика?

— Все отлично защищено и не представляет угрозы.

Плям, плям, плям…

— А сейчас что это было?! — Директор нервно обвел взглядом террариумы и банки с образцами.

— Обогреватель! — уверенно ответил Бутлер. — Завоздушился.

— А-а-а… Каждый раз, когда я сюда захожу, ощущаю странное беспокойство… Но вернемся к цели моего визита. Я разговаривал с Сильвестром. Знаешь, что он рассказал? Что видел ночью что-то зеленое, оно бегало по коридору и охотилось на крыс в подвале. А, кх… — откашлялся Ромашка, — угадай, что видела Цецилия? Тоже что-то зеленое, что бегало по коридору.

— Массовый психоз, — совершенно серьезно предположил Бутлер. — Цецилия услышала это от Сильвестра и поверила. Такое бывает.

— Тогда что же она видела?

— Ученика в зеленой кофте. Остальное дорисовало ее воображение.

Ромашка заморгал и задумчиво уставился на жалюзи, потом подошел к окну. Мухоловка боролась с голодом изо всех сил, но все же не выдержала. Она открыла пасть, огромную, как у тигра, полную острых зубов, и склонилась, целясь на лысину директора. Бутлер кинулся к ней, схватил за шею, то есть за верхний участок стебля, и прижал к стене.

Директор испуганно отшатнулся.

— Чуть не упала, — быстро объяснил биолог. — Слишком маленький горшок, поэтому неустойчивая. Лучше привязать ее к трубе.

Мухоловка послала ему убийственный «взгляд», но Бутлер крепко привязал стебель лентой к трубе отопления.

— Так лучше, — потер он руки. — А то бы ты подумал, что она хочет на тебя наброситься. Хи-хи, — рассмеялся профессор.

Директор вторил ему, но без энтузиазма. Ромашка ослабил бабочку, подозрительно зыркнул на вытянувшуюся по стойке «смирно» мухоловку и попятился к двери.