Глава 11. Семейные будни
В марте по раскисшим дорогам Зайцев забрал нас в Козловку. Я была уже не против домика в деревне. Замучилась таскать коляску из подъезда на улицу, выискивать комфортное местечко для прогулки. Кругом одинаково серые дома, подтаявший грязный снег, даже небо казалось унылым и скучным.
Альбина Кирилловна взяла отпуск и какое-то время жила с нами. Варила борщи, жарила и запекала с овощами рыбу, стряпала пирожки с разной начинкой и заставляла меня хорошо кушать для повышения качества молока. Сначала я радовалась тому, что избавлена от кухонных дел и могу целиком заниматься дочкой, а потом поняла, что изобилие аппетитных блюд пагубно сказывается на моей фигуре. Но у Альбины Кирилловны так заманчиво вкусно все получалось! У-у-у…
Если в первую неделю после родов я высохла как щепка от тревог и бессонных ночей, то спустя три месяца вдруг округлилась сдобной пышкой. Этот факт меня ужасно нервировал. Сейчас в тридцать три года, будучи кормящей мамой, я чувствовала себя настоящей русской бабой. А временами даже бабищей…
Стоило только глянуть в зеркало на свою пополневшую фигуру в распахнутом халате, на хмурое неухоженное лицо с уставшим, тяжелым взглядом… хм… надо бы выщипать брови и сделать маску, что-то я совсем себя запустила.
Характер у меня и раньше был не сахарный, а теперь я и вовсе огрубела, срывалась на Колю, дерзила его маме по всяким мелочам, благо та была безответна и все прощала.
Уже потом, укачивая дочь в тишине и покое отдельной комнате или сидя во дворе и наслаждаясь свежим весенним воздухом, пока Алиса спит в коляске, я отчетливо понимала, что близкие люди сделали для меня так много, так много, что не расплатиться вовек. Становилось стыдно до слез, и пару дней я вела себя как скромная монастырская послушница, даже называла свекровь «мамой», отчего та приходила в невероятное волнение.
Странные перепады моего настроения постепенно прошли. Режим дня, наконец, устоялся, я потихоньку стала возвращаться к прежним привычкам: вместе с мужем смотрели фильмы, обсуждали мировые новости, искали в Интернете статьи о прикорме. Дочку Коля обожал, проводил с ней много времени, и малышка тянулась к нему, безмерно радуя отца.
Сейчас Алиса — копия своего папы, но, если будет такой же нескладной, рыжеватой и с веснушками, я расстроюсь. Цвет глаз пока не определить — блеклые как осенние заводи. А мне так хочется видеть дочку красавицей, гордиться Алисой Николаевной. Может, подрастет и похорошеет, да разве в красоте счастье? У меня тоже внешность не примечательная, а все в жизни потихоньку наладилось: семья, дом, друзья.
Вот только немного напрягают финансовые вопросы, например, моя ежемесячная декретная выплата целиком уходит на детские нужды — памперсы, питание, кое-что из одежды. А свои довольно большие отпускные я отдала в банк за квартиру, очень уж хотелось сократить постоянный платеж до десяти тысяч в месяц.
Теперь Коля сам платит за меня ипотеку. Щекотливый вопрос мы долго обсуждали, ведь квартира на мне, Зайцев по сути никаких прав на нее не имеет, а собирается тянуть кредит. Но муж заявил четко:
— Это Алисе. Как бы у нас с тобой в будущем не сложилось, я стараюсь для дочери. Она у меня одна. Пока.
И вот это самое «пока» привело к большой размолвке между нами. Поняв, что Коля планирует еще одного ребенка, я пришла в ужас. Особенно от железной настойчивости Зайцева:
— Нашей Алисе нужен братик.
— А почему не два?
— Согласен и на троих.
— Коля, ты коней-то придержи, куда опять гонишь? Ты разве не видишь, я едва справляюсь с одним ребенком, я больше не хочу.
Муж смотрел на меня с досадой, а иногда с подозрением, недавно обвинил в том, что берегу фигуру для новых поклонников, вообще чепуху какую-то понес. Мы поругались и долго не разговаривали. Про интимные дела даже не хочется вспоминать. Я остыла. Ничего не хочу и не могу. Кое-как, наспех, лишь бы отделаться.
Недавно позвонила бывшей однокурснице Ксюше, захотелось душу излить, спрашиваю в шутку, есть ли у замужних «детных» теток нормальный секс. Подруга съязвила:
— О, как тебя прижало, конечно, есть и еще какой.
— Уже не верю.
Ксюха хохочет:
— Тонька, бросай хандрить. Выбирайся в город, пошаримся по салонам, посидим в кафешке. Хочешь, заглянем в один такой магазинчик… ну, там всякие штучки, которые могут мужчин заменить или усилить желание. Я уже давно пользуюсь и благоверный не против, мы вместе порой что-то выдумываем. Душа просит экспериментов под старость.
— Ксю-ю-ша, какие штучки, у меня даже желания пробовать нет!
— Это пройдет, поверь! — авторитетно заявляет она. — Вот лялька станет постарше, ты выспишься, приведешь себя в порядок, и нормализуется твоя интимная жизнь. Все новыми красками заиграет, сама удивишься.
— Ничего не заиграет! Зайцев хочет второго ребенка, говорит, можно получить материнский капитал, расплатиться за ипотеку. Он во всем выгоду ищет.
Ксюша смеется в трубку, ей-то что, она на всех фронтах уже состоялась, и как мама и как жена и как бизнес-леди.
— Тонь, рожай, пока муж кормит, время еще есть.
У меня волосы немытые зашевелились на голове от такого совета.
— Я не хочу-у-у-у… Я устала, понимаешь? Я вообще прихожу к выводу, что… что…
Тяжелые это слова, даже с языка не слетают. Сама понимаю, что чушь несу.
— Ну, чего ты там опять в себе раскопала, какие комплексы и страсти? — допытывалась любопытная Ксюха.
И я отвечала как на духу:
— Материнство — это не мое, я не чувствую радости, как будто в плену сейчас, меня все мучает. Я порой как будто жалею… нет, не так… не то, чтобы уж совсем…
— Обалдеть! — вздыхает телефон Ксюшкиным голосом. — Я тебе гарантирую, если бы ты вообще не родила, в старости бы локти свои дряблые кусала, что никому не нужна на свете такая грымза. Да, дети — это сложно, муторно, до белого каления доводят, а потом схватишь в охапку и зацелуешь. И, кажется, что ради таких мгновений стоит жить. А ради чего же еще-то? Ради книжек твоих? Писательница ты наша… Непризнанная!
— Я уже ничего не пишу, голова пустая. И все время хочется только спать и есть.
— Тонька, весна же, всем хочется спать! Потерпи, вот травка пойдет, листочки распустятся, станет легче. Я-то знаю, Тоня, слышишь меня, надо только подождать и все будет.
— Я жду…
И ведь Ксюшкины слова сбылись. Уже в конце мая силы начали потихоньку ко мне возвращаться, а вместе с ними и былой оптимизм. Я по натуре живой, деятельный человек, не могу долго ныть и страдать. И на смену хандре обязательно приходит бурное веселье. Ну, или просто умиротворение. Сейчас, я бы пожалуй выбрала именно второе.
В последний день мая, уложив дочку и нацеловавшись с Колей, я достала из шкафа потрепанную общую тетрадь и записала на чистом листочке название.
«Сказки тетушки Метлы».
Если в нашей реальной жизни что-то идет не так, как хочется, всегда можно попытаться придумать свой отдельный мир, где все события будут развиваться по желанию создателя. Надо только начать, и сами собой потекут строки, возникнут образы, заговорят герои.
Я представляю себе молодую, красивую девушку, которая живет в лесном домике и знает секреты волшебства. Да-да, это моя Тина, та самая, что преподавала в сельской школе азбуку для детей крестьян, охотников и рыбаков.
Дочку Тины я назвала Лис-Лис, она славная и милая девочка, скоро начнет сидеть и ползать. А перед сном тетушка Метла рассказывает малышке чудесные сказки. В полутемной комнате пахнет настоями успокаивающих трав, недаром сухие пучки растений развешаны по стенам: розмарин и лаванда, ромашка и шалфей, мелисса, вербена.
Потрескивают в очаге березовые поленья, скрипит старое кресло-качалка, а над ним покачивается на серебряной паутинке дедушка Паучок — нарочно спустился ниже послушать добрые истории. Затих в углу Ворчливый Сундук, он хранит много секретов и обижен, что его редко приглашают к разговору.
Шуршат веточки старой Метлы, льется сказка и, подложив под теплую розовую щечку кулачок, засыпает маленькая Лис-Лис в своей кроватке.
А я сижу на полу в детской комнате и записываю, записываю, записываю… я не могу остановиться, не могу потерять эту тоненькую ниточку, ведущую меня в самый прекрасный мир воображения.
«Спи, Алиса, спи спокойно, золотое мое солнышко, пока мама снова путешествует в Стране Чудес, которую сама же придумала и обустроила для тебя на будущее».
Моя Тина нашла там дом, нашла сердечного друга и теперь будет с любовью растить свою дочку. А вместе с нею подрастут и мои истории. Я уже не сомневаюсь, так все и случится. «По моему велению, по моему хотению…».
Вечерами разговариваю с мамой по телефоном, огрызаюсь на непрошенные подсказки и однотипные вопросы, забываю спросить про здоровье отца, жалуюсь и смеюсь невпопад, а потом сижу в тишине и шепчу все то, что кажется неловко сказать вслух. Не приучены мы с мамой к взаимным нежностям, а мысленно, в воображении все можно.
«Дорогие мои, родные и самые близкие люди, спасибо вам за то, что вы у меня есть — вы всегда рядом, несмотря на расстояния. Сколько бы впереди не ожидало новых суровых будней, недомолвок и взаимных обид, хочу сохранить в душе состояние глубокой благодарности за вашу поддержку и чистую бескорыстную любовь».