Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Регина Грез

Теплый ветер Сианы

Глава 1

Гостья из Дейкос

Система Антарес

Планета Харакас

Заброшенный военный полигон

Восстановившись после тяжелого ранения, сержант Дин Болар попросился в родную часть, но по результатам медицинской комиссии получил скромную должность сортировщика на складе списанной техники. До окончания контракта оставался год, а там и "щедрая" сианская пенсия. Надо продержаться еще немножко.

Услышав о новом назначении, Дин искренне обрадовался, по натуре он был человеком мирным, военной службой тяготился, и только череда нелепых случайностей привела его в гарнизон на Харакасе. А куда еще было податься выпускнику хубанского приюта?

В тот день, когда Дину исполнилось ровно шестнадцать, полковник Черак приехал в распределитель агитировать крепких подростков в свою спецшколу. Дин решил, что это единственный шанс миновать трущобы, где погибли родители, и согласился. Потом долго жалел, потому что сытая кормежка и чистая постель показалось ничтожной платой за выматывающие тренировки и побои. Даже в приюте никто его так зверски не унижал.

— Вонючее отродье, подьем! Я перемелю вас на фарш и вылеплю заново, как мне требуется. Свиньи хубанские, я заставлю вас молиться на флаг Сианы!

Пружины надсадно скрипнули, Дин рывком поднялся с постели и прижал руку к груди, — сердце стучало с перебоями, майка противно липла к коже, мокрая от пота. Приснится же такой кошмар, а ведь двадцать лет прошло…

"Пора зарядить генератор микроимпульсов. До плановой операции по замене левого клапана осталось полгода. Доктор Хорн шутил, что встанет лучше родного, можно будет начинать новую жизнь. С минимальным-то пособием списанного наемника? Я плохо проявил себя в армии, даже до сержанта первого ранга дослужиться не вышло. И все-таки обидно умереть на складе старых машин, так и не побывав в легендарной Сонме".

Пока ниже левой ключицы слабо попискивал генератор, Дин, напрягая зрение, всматривался в картинку на стене. Старый рисунок в пластиковой рамке, конечно, не отражал и тысячной доли прелести далекого города, но это все, что осталось на память о матери.

Она любила рисовать и мечтала однажды увидеть столицу Сианы не по новостным роликам, а наяву. Пожалуй, именно рассказы матери и решили судьбу хубанского паренька, которому тоже захотелось прикоснуться к сказке. А полковник Черак был очень красноречив, хотел выполнить план на набору свежего "мяса".

Дин закрыл глаза и вызвал в памяти изображение рекламного блока, особенно затронувшее душу: в прозрачном небе зависли цветущие сады, серебряные ленты автострад извиваются от земли до самых верхних этажей небоскребов, по чистейшим улицам проносится свежий ветер, напоенный ароматами лугов или морской влагой. Диктор вещал, что имитированные запахи не отличишь от природных. Что ж, с петрианскими технологиями это вполне возможно.

— Хор-рах-х, слава великой Сиане!

В голове мгновенно пронеслись эпизоды армейского построения и запись пламенной речи генерала Кейта. Тяжелые ботинки глухо маршируют по площади, сотни глоток обжигает восторженный рев боевого клича. Несколько слов вырезаны на коже плеча, а кажется, впились прямо в больное сердце. Ничем не вытравишь… Хор-рах-х! Слава Сиане!

Дин не сразу понял, что его подразделение является пушечным заслоном и в случае прямого столкновения с боевиками будет брошено в первую очередь для проверки огневой мощи противника. Звучит цинично, но киборги сейчас стоят гораздо дороже людей. Особенно те киборги, что еще не прошли тестовые испытания.

Спасибо и за то, что подлатали после боя… (нецензурно) благодетели! Дин раздраженно сорвал с себя майку и полуголым вышел на двор, окруженный защитной голографической сеткой — "контроллером". Из соображений безопасности мелкоячеистый рисунок нужно было менять каждые три дня, но кропотливое занятие давно было заброшено.

На сотни километров вокруг нет хищных животных или мятежников. Сианская территория Харакаса зачищена еще в начале эпохи Большого взлета. Те "крысы", что сумели пережить массированный налет "ястребов", забились в норы близ ущелья Батрейи, вряд ли еще покажут зубы.

На складе Дин был единственным человеком, правда, треть тела теперь составляли синтетические материалы, вместо левой руки и ступни бионические протезы среднего качества, но ведь нельзя же вырастить в лаборатории живую душу. Пусть даже не самую смелую и решительную, а изрядно сентиментальную и ранимую, что плохо сказалось на солдатской карьере.

В подчинении у него было три полуандроида-механика и робот — погрузчик. Они выполняли тяжелую работу, а Дин только контролировал, проводил необходимый техосмотр и считал дни до окончания службы. На личном счету как раз скопится сумма необходимая для обновления имплантов.

Обычно с утра до обеда он скрупулезно изучал каталоги, проверял уровень стабильности контейнеров с химикатами, разбирал и консервировал на хранение детали самолетов, танков и стрелкового оружия, что-то пытался чинить и модернизировать, неожиданно открыв в себе творческую жилку. В основном это были устаревшие образцы, подлежащие утилизации, но иногда их забирали для армейских музеев или в учебные лагеря.

Так, в прошлом месяце увезли лазерный резак и парочку огнеметов, давно снятых с вооружения. Сделали запрос на доставку облегченный экзоскелет пехотинца времен Первой кардарианской бойни.

Обязанности кладовщика были так просты, что оставалось много свободного времени — можно запить со скуки и подсесть на качественное порно. Ну, или кататься по степи на бронированном электроходе, воображая себя разведчиком на неизведанной планете. Может, до тяжелого ранения Дин так бы и поступил, но теперь не рисковал удаляться от медблока, помощь должна всегда быть под рукой, секунда промедления стоит жизни.

Не то, чтобы он усердно цеплялся за одинокое существование, впереди золотой звездой сияла цель попасть в Сонму — самый красивый и величественный город Сианы. Дин обещал это матери, хотя она вряд ли расслышала его слезливые клятвы, хрипя от удушья.

В квартале, где на жалкое пособие проживала их семья, полицейские выкуривали продавцов глейса, а защитных масок на всех жителей не хватило. Или так было нарочно задумано, власти Хубы умело корректировали численность бедноты. Только не вспоминать, не возвращаться назад…

Тяжело дыша, Дин запрокинул голову к пасмурному небу.

В этой части Харакских степей обычно стояла безветренная мрачная погода, казалось, между лучами Антарес и землей в атмосфере был натянут слабо мерцающий серый купол. Не удивительно, что сюда отправили дослуживать самого никудышного солдата, притом калеку.

Внезапно над степью показался летмобиль доктора Хорна. Он навещал Дина каждую неделю, отслеживал показатели сердечного ритма, привозил продукты и лекарства, иногда качественный алкоголь и отличные фильмы. Но сегодняшний визит вне графика. Что же могло случиться?

Мгновение Дин колебался, не вернуться ли в комнату за рубашкой, но доктор обычно прилетал без высшего начальства, общался без церемоний и относился к Дину по-отечески, будучи старше почти на семнадцать лет. Может, сегодня старый говорун Хорн снова желает посплетничать за партией в турку…

Сделав круг над складами, летмобиль мягко опустился на чисто выметенный двор. Когда Дин увидел рядом с Хорном белокурую девушку в сером комбинезоне не по росту, все предположения разом вылетели из головы, настолько она была привлекательной. Наверно, безумно дорогой андроид новейшей модели.

— Приветствую! — басом прогудел доктор, с добродушной усмешкой протягивая широкую ладонь.

— Слава Сиане! — тихо и недостаточно четко пробормотал Дин, настороженно поглядывая на гостью. Сотни вопросов липли к языку, но следовало проявить терпение.

Доктор по-хозяйски облапил худенькие плечи девушки и подтолкнул ее вперед, желая представить.

— У меня к тебе важное дело, дружище. Спрячь у себя эту красавицу. Через недельку я решу вопрос с идентификацией и заберу ее. Место здесь тихое, наши редко заглядывают, думаю, сама она тоже хлопот не доставит. Мы хорошенько все обсудили еще в больнице. Правда, милая? Будешь вести себя хорошо, об остальном позабочусь.

Дин неопределенно пожал плечами и вдруг поймал ее взгляд — растерянный и словно умоляющий о помощи. Так мог смотреть только человек, притом, попавший в беду. Неужели, живая женщина… Вот теперь ему стало мучительно стыдно за свой небрежный вид, особенно хотелось скрыть красные пятна от «лапок» генератора поверх Т-образного шрама на груди.

Чтобы скрыть смущение, Дин нарочито грубо уточнил:

— Киборг?

Доктор Хорн весело оскалился и погладил спутницу по светлым волосам, что доставали ей почти до плеч.

— Не угадал, гостья из провинции. К двадцати шести годам все натуральное. Редкий материал, согласись!

И тут случилось непредвиденное, девушка гневно скинула руку Хорна с плеча и попятилась, сверкая глазами:

— У меня есть имя! Неужели трудно запомнить, меня зовут Зоя. Я же вам говорила.

— Зо-о-я… — прошептал Дин, растягивая это короткое слово, насколько хватило дыхания. — Я запомнил, не беспокойтесь.