— Пайпер, я тебя не осуждаю. Честно говоря, я думаю, что Аннабет тоже на это надеется. Вы с ней во многом похожи.
От этого сравнения Пайпер почувствовала себя вдвойне виноватой.
— Очередное предчувствие? Ты обо мне ничего не знаешь.
— Ты еще удивишься.
— Ты говоришь это, потому что ты — оракул. Ты должна говорить всякие таинственные вещи.
— Не буду выдавать тебе мои секреты, Пайпер. — Рейчел рассмеялась. — И не беспокойся. Все уладится; может, только не так, как ты думаешь.
— Ну… твои слова не слишком обнадеживают.
Где-то вдалеке раздался звук горна-раковины. Аргус заворчал и открыл дверь.
— Обед? — догадалась Пайпер.
— Ты его проспала, — улыбнулась Рейчел. — Уже время костра. Идем узнаем, кто ты.
X
Пайпер
Мысль о костре до смерти пугала Пайпер. Она вспомнила громадный алый костер из ее снов, отца, привязанного к столбу.
Но то, что она увидела, навеяло ей не менее ужасное воспоминание: о хоровом пении. В склоне холма были вырублены ряды-ступеньки, амфитеатром спускающиеся к выложенному камнем кострищу. Ряды занимали пятьдесят или шестьдесят парней и девчонок, сидевших группками под разными знаменами.
Пайпер увидела Джейсона в первом ряду около Аннабет. Лео сидел неподалеку, с группкой коренастых ребят, под знаменем стального цвета, украшенного молотом. Перед костром дергались под музыку несколько ребят с гитарами и странными старомодными арфами — лирами? Они горланили песню о доспехах, что-то о том, как их бабушка собиралась в поход. Все остальные подпевали им, изображая, как они облачаются в доспехи, и валяя дурака. Пожалуй, ничего более странного Пайпер в жизни не видела — одна из тех песен у костра, которая при свете дня была бы совершенно немыслимой, но в темноте, при всеобщем участии она казалась лишь немного глуповатой, но смешной. По мере того как нарастала энергетика, усиливалось и пламя, из красного превращаясь в оранжевое, потом в золотое.
Песня наконец завершилась шумными и долгими аплодисментами. Подскакал какой-то тип на коне. По крайней мере, в мерцающем свете костра Пайпер показалось, что это кто-то на коне. Потом она поняла, что это кентавр: его нижняя часть была от белого коня, а верхняя — от мужчины средних лет с кудрявыми волосами и аккуратно подстриженной бородкой. Он размахивал копьем, на которое было нанизано жареное маршмеллоу.
— Рад приветствовать всех! Отдельный привет вновь прибывшим. Меня зовут Хирон, я заместитель директора в этом лагере, и я счастлив, что вы все прибыли сюда живыми и руки-ноги у всех на месте. Обещаю, что через минуту мы перейдем к еде и веселью, но сначала…
— А как насчет захвата флага? — прокричал кто-то. Ребята в доспехах недовольно заворчали. Они сидели под красным знаменем с эмблемой в виде кабаньей головы.
— Да, — сказал кентавр. — Я знаю, что домик Ареса хочет вернуться в лес, чтобы устраивать наши обычные игры.
— И убивать людей! — прокричал один из них.
— Однако, — продолжил Хирон, — есть дело и поважнее. Пока мы снова не обуздаем дракона, об этом не может быть и речи. Девятый домик, появились какие-нибудь новости на этот счет?
Он повернулся к группе Лео. Лео подмигнул Пайпер и наставил на нее палец, изображая пистолет. Сидевшая рядом с ним девица неохотно встала. На ней была армейская куртка, очень похожая на ту, что носил Лео, волосы повязаны красной банданой.
— Мы работаем над этим.
Снова ворчание.
— Как именно вы работаете, Нисса? — крикнул один из парней Ареса.
— Не покладая рук, — огрызнулась девица.
Нисса села под недовольные крики, от которых дрова в костре беспорядочно затрещали. Хирон принялся стучать копытом по камням кострища — цок-цок-цок, — и обитатели лагеря смолкли.
— Нам придется проявлять терпение. А пока нам нужно обсудить другие важные вопросы.
— Перси? — спросил кто-то.
Огонь еще больше потускнел, но Пайпер и без языков пламени, отражающих настроение собравшихся, чувствовала их тревогу.
Хирон указал на Аннабет. Она набрала в грудь побольше воздуха и встала.
— Я не нашла Перси, — сообщила она. Голос ее слегка перехватило, когда она произнесла это имя. — Его не было в Большом каньоне, хотя я думала, что найду его там. Но мы не сдаемся. Поисковые команды посланы повсюду. Гровер, Тайсон, Нико, охотницы Артемиды — все его ищут. Мы его найдем. Хирон говорит о другом. О новом поиске.
— Это что, великое пророчество? — выкрикнула какая-то девчонка.
Все повернулись. Голос этот донесся из группы ребят, сидящих сзади, под розовым знаменем с эмблемой в виде голубя. Перед этим они болтали друг с другом, не слишком обращая внимание на происходящее, пока их глава — Дрю — не встала с места.
Все удивленно смотрели на нее. Дрю явно не часто обращалась к общему собранию.
— Дрю? Что ты имеешь в виду? — спросила Аннабет.
— Да ладно тебе, — сказала Дрю, разведя руками так, словно истина была всем очевидна. — Олимп закрыт. Перси исчез. Гера посылает видение — и вы в тот же день возвращаетесь с тремя полубогами. Я хочу сказать, что происходит что-то странное.
— О чем это она говорит — какое великое пророчество? — прошептала Пайпер, обращаясь к Рейчел.
Тут она поняла, что на Рейчел смотрят и все остальные.
— Ну? — продолжала Дрю. — Ты же оракул. Начало оно сбываться?
Глаза Рейчел в отблесках пламени выглядели устрашающе. Пайпер боялась, что Рейчел опять впадет в ступор и начнет вещать голосом этой капризной павлиньей богини, но она спокойно вышла вперед и обратилась к собравшимся.
— Да, — сказала она. — Великое пророчество начало сбываться.
Поднялся ужасный гвалт. Парни и девчонки повскакивали с мест.
Пайпер перехватила взгляд Джейсона. Он спросил у нее одними губами: «Ты в порядке?» Она кивнула и выдавила из себя улыбку, но потом отвернулась. Ей было больно видеть его… и не быть рядом с ним.
Когда шум наконец стих, Рейчел сделала еще шаг в сторону собравшихся, и пятьдесят с чем-то полубогов отпрянули от нее, словно одна тощая рыжеволосая смертная круче, чем все они, вместе взятые.
— Для тех из вас, кто не слышал его, — объявила Рейчел, — великое пророчество было моим первым предсказанием. Я появилась здесь в августе. Начинается оно так:
На зов ответят семь полукровок,
В огне и буре мир гибнет снова…
Джейсон вскочил на ноги. Глаза у него стали безумные, словно его шарахнули электрошокером.
Даже Рейчел это застало врасплох.
— Дж… Джейсон? Что…
— Ut cum spiritu postrema sacramentum dejuremus, — нараспев проговорил он. — Et hostes ornamenta addent ad ianuam necem.
В амфитеатре воцарилось неловкое молчание. По лицам ребят Пайпер видела, что некоторые из них пытаются перевести сказанное. Она поняла, что это была латынь, но она не понимала, почему ее потенциальный парень вдруг принялся вдохновенно декламировать нечто непонятное — как католический священник.
— Так… ты просто закончил пророчество, — неуверенно проговорила Рейчел. — «…Клятву сдержи на краю могилы, /К Вратам смерти идут вражьи силы». Откуда ты…
— Я знаю эти строки… — Джейсон поморщился и приложил пальцы к вискам. — Не знаю откуда, но мне известно это пророчество.
— И именно на латыни, — сказала Дрю. — Чудненько.
Из рядов обитателей домика Афродиты раздалось хихиканье.
«О господи, — подумала Пайпер, — что за собрание лузеров!»
Однако напряжение не спадало. Костер горел неровным, дерганым зеленоватым пламенем.
Джейсон со смущенным видом сел, Аннабет положила руку ему на плечо и пробормотала что-то утешительное. Пайпер почувствовала укол ревности. Ведь рядом с ним должна сидеть она, это она должна утешать его.
У Рейчел Дэр по-прежнему был слегка недоумевающий вид. Она бросила взгляд на Хирона — может, он что подскажет, но кентавр стоял с мрачным видом и молчал, словно созерцал спектакль, который не в силах прервать, — трагедию, заканчивающуюся множеством трупов на сцене.
— Что ж, — сказала Рейчел, пытаясь взять себя в руки. — Это и есть великое пророчество. Мы надеялись, что оно не сбудется еще много лет, но, боюсь, оно начинает сбываться. Я не могу предоставить вам доказательства, это только мое ощущение. И как сказала Дрю, происходят какие-то странные вещи. Семь полубогов, кто бы они ни были, еще не собрались. У меня такое чувство, что некоторые из них присутствуют здесь сегодня.
По рядам собравшихся прокатился ропот, они возбужденно поглядывали друг на друга, наконец раздался чей-то сонный голос:
— Я здесь! У вас тут что, перекличка?
— Возвращайся в кроватку, Кловис, — прокричал кто-то, после чего многие рассмеялись.
— Так или иначе, — продолжала Рейчел, — мы не знаем, что означает великое пророчество. Мы не знаем, что предстоит совершить этим полубогам, но, поскольку первое великое пророчество предсказывало войну титанов, мы можем предположить, что второе великое пророчество предсказывает что-то не менее ужасное.
— Или еще хуже, — пробормотал Хирон.
Может быть, эти его слова не предназначались для чьих-то ушей, но все их услышали. Огонь немедленно превратился в темно-алый — тот же цвет, что был во сне Пайпер.
— Но мы точно знаем, — вздохнула Рейчел, — что первая фаза уже началась. Возникла серьезная проблема, и нам нужно организовать очередной поиск, чтобы разрешить ее. Была похищена Гера, царица богов.
Воцарилось потрясенное молчание. Потом все пятьдесят полубогов заговорили одновременно.
Хирон снова застучал копытом, но Рейчел пришлось выждать еще какое-то время, прежде чем она сумела снова привлечь к себе всеобщее внимание.
Она рассказала им о происшествии на балконе Большого каньона: о том, как пожертвовал собой Глисон Хедж, когда духи грозы бросились в атаку, и как они предупредили, что это только начало. Они явно служат какой-то всесильной госпоже, которая хочет уничтожить всех полукровок.
Потом Рейчел рассказала, как Пайпер потеряла сознание в домике Геры. Пайпер пыталась сохранить спокойствие, даже когда увидела, как Дрю в заднем ряду изображает обморок и как хохочут ее подпевалы. Под конец Рейчел приберегла рассказ о видении Джейсона в гостиной Большого дома. Послание Геры в этом случае было так похоже на то, что получила Пайпер, что у нее мурашки побежали по коже. Единственное отличие: Гера предупреждала Пайпер, чтобы та не предавала ее. «Склонись перед его волей, и их царь восстанет, а мы все будем обречены». Гера знала, что великан шантажировал ее. Но если так, то почему она не предупредила Джейсона и не разоблачила Пайпер как вражеского агента?
— Джейсон, — обратилась к парню Рейчел… — Ты не помнишь… свою фамилию?
Он, казалось, был целиком погружен в себя, но все же отрицательно покачал головой.
— Тогда мы будем называть тебя просто Джейсон. Так вот, очевидно, что сама Гера поручила поиск, или, иначе говоря, спасательную операцию, тебе.
Рейчел помедлила, словно давая Джейсону возможность возразить. Все глаза устремились на него. Давление этих взглядов было таким сильным, что Пайпер подумала: она на его месте давно бы уже согнулась пополам. Джейсон выставил вперед подбородок и кивнул:
— Я согласен.
— Ты должен спасти Геру, чтобы избежать большего зла, — продолжала Рейчел. — Чтобы не допустить возвращения какого-то царя. По причинам, которых мы пока не понимаем, это должно произойти в зимнее солнцестояние, а до него осталось всего четыре дня.
— Это день совета богов, — напомнила Аннабет. — Если боги еще не знают, что Гера исчезла, то в этот день они наверняка заметят ее отсутствие. И вероятно, начнут обвинять друг друга в ее похищении. Обычно они именно так себя и ведут.
— Зимнее солнцестояние, — заговорил Хирон, — это еще и самый короткий день. Боги собираются в это время, как всегда собирались и смертные, потому что в объединении сила. Во время зимнего солнцестояния волшебство сил зла наиболее действенно. Древнее волшебство — оно старше богов. В этот день… некоторые силы приходят в движение.
Судя по тому, как он это произнес, движение, о котором шла речь, было смертельно опасным, гибельным… а не так просто — выйти мечами помахать.
— Хорошо. — Аннабет одарила кентавра долгим взглядом. — Спасибо, капитан Саншайн [Супергерой, один из персонажей мультипликационного сериала «Братья Вентура».]. Что бы ни происходило, я согласна с Рейчел. Джейсон был избран возглавить этот поиск, поэтому…
— Но почему он так пока и не признан? — выкрикнул кто-то из домика Ареса. — Если он такой важный…
— Он был признан, — объявил Хирон. — И давным-давно. Джейсон, покажи им.
Поначалу Джейсон, казалось, не понял, что имеет в виду Хирон. Он, нервничая, вышел вперед, и Пайпер бросилось в глаза, какой он красивый: его волосы отсвечивали в сиянии костра, его царственные черты напоминали римскую статую. Он посмотрел на Пайпер, она одобрительно кивнула и жестом показала, как подбрасывают монетку.
Джейсон залез в карман. Монетка блеснула в воздухе, а когда он поймал ее, в руке у него оказалось копье — золотой стержень длиной футов в семь с заостренным наконечником.
Ребята только рты пораскрывали. Рейчел и Аннабет отошли подальше, чтобы их не задело, — наконечник был острый, как ледоруб.
— А разве… — Аннабет запнулась. — Мне казалось, у тебя был меч.
— Наверное, монетка легла другой стороной, — предположил Джейсон. — Та же монетка, но оружие дальнего радиуса действия.
— Эй, братишка, я тоже такую хочу, — крикнул кто-то из домика Ареса.
— Это лучше, чем электрическая пика Клариссы, Леймер! — согласился один из его братьев.
— Электрическая, — пробормотал Джейсон, словно ему понравилась эта идея. — Ну-ка, отойдите подальше.
Аннабет и Рейчел последовали его совету. Джейсон поднял копье, и с неба грянул удар грома. Волосы на голове Пайпер встали дыбом. Электрический разряд сорвался с конца копья и ударил в костер с силой артиллерийского снаряда.
Когда дым рассеялся и звон в ушах Пайпер стих, никто не мог пошевелиться, ребята сидели полуослепленные, засыпанные пеплом, уставясь туда, где только что горел костер. Пылающее полено вонзилось в землю в нескольких дюймах от того места, где спал Кловис, но тот даже не шелохнулся.
— Извините… — Джейсон опустил копье.
Хирон вытряс тлеющие угольки из бороды. Он сморщился так, словно подтверждались худшие его опасения.
— Это было, пожалуй, чересчур, но демонстрация убедительная. И я думаю, мы теперь знаем, кто твой отец.
— Юпитер, — произнес Джейсон. — То есть Зевс. Повелитель небес.
Пайпер не смогла сдержать улыбку. Справедливо. Самый мощный из богов, отец всех величайших героев древних мифов — никто иной не мог быть отцом Джейсона.
Остальные обитатели лагеря явно не были в этом так уж уверены. В амфитеатре воцарился хаос, посыпались десятки вопросов. Наконец Аннабет вскинула руки.
— Тихо! — велела она. — Как он может быть сыном Зевса? Большая тройка… их договор не иметь смертных детей… как мы могли до сих пор не знать о нем?
Хирон не ответил, но у Пайпер возникло такое ощущение, что он знает ответ. И истина была не очень утешительна.
— Важно то, что Джейсон теперь здесь, — сказала Рейчел. — Он должен выполнить поставленную перед ним задачу, а это означает, что ему нужно его собственное пророчество.
Она закрыла глаза и впала в транс. Двое ребят бросились к ней и подхватили, не дав упасть, третий побежал в угол амфитеатра, схватил там трехногий табурет — они словно готовились к такому развитию событий. Рейчел усадили на табурет перед погасшим костром. Без огня стало темно, однако вокруг ног Рейчел заклубился зеленоватый туман. Когда она подняла веки, глаза ее светились. Изумрудный дымок выполз изо рта. Рейчел заговорила хриплым старушечьим голосом — если бы змеи могли говорить, у них, наверное, были бы такие же голоса.
Земли опасайся, сын грома и молнии.
Родятся семеро — гиганты не сломлены!
Кузнец и голубка разрушат клеть,
Разгневав Геру, посеешь смерть.
Произнеся последнее слово, Рейчел рухнула с табурета, и ее помощники едва успели поддержать ее. Они унесли прорицательницу подальше от кострища и уложили на скамью, давая прийти в себя.
— Это… нормально? — потрясенно спросила Пайпер. Вдруг она поняла, что вокруг царит тишина и все смотрят на нее. — Я хотела спросить… она часто дышит зеленым дымом?
— О боги, ну ты и тупица! — усмехнулась Дрю. — Она же только что изрекла пророчество — пророчество, согласно которому Джейсон должен спасти Геру! Ну почему ты не…
— Дрю! — остановила ее Аннабет. — Пайпер задала разумный вопрос. Кое-что в этом пророчестве явно выходит за рамки нормы. Если, разломав клетку Геры, можно вызвать ее гнев, который приведет ко многим смертям… то зачем тогда ее освобождать? Может, это ловушка. Или… или, может, Гера в гневе обрушится на своих спасителей. Она никогда не питала теплых чувств к героям.
Поднялся Джейсон.
— У меня практически нет выбора. Гера забрала мою память — я должен ее вернуть. И потом, мы не можем просто взять и оставить царицу богов в беде.
Затем встала девушка из домика Гефеста — Нисса, та, что в красной бандане.
— Может быть. Но ты должен послушать Аннабет. Гера бывает мстительной. Она скинула собственного сына — нашего отца — с горы только потому, что он был уродлив.
— Ужас как уродлив, — хохотнул кто-то из домика Афродиты.
— А ну, заткнись там! — прорычала Нисса. — Как бы то ни было, нам придется пораскинуть мозгами… почему нужно опасаться земли? И что означает: «гиганты не сломлены»? С чем мы имеем дело — что может обладать силой, достаточной, чтобы похитить царицу богов?
Никто не ответил, но Пайпер обратила внимание, что Аннабет и Хирон молча обменялись взглядами. Пайпер показалось, что этот обмен означал что-то вроде следующего:
Аннабет: «Гиганты не сломлены… нет, это невозможно».
Хирон: «Не говори об этом здесь. Не пугай их».
Аннабет: «Да нет, ты шутишь! Такое несчастье — это просто невозможно».
Хирон: «Потом, девочка. Если ты им скажешь все, они придут в ужас и не смогут действовать».
Пайпер понимала, что глупо думать, будто она может так хорошо читать их мысли, — она ведь едва знала этих людей. Но она была абсолютно уверена, что поняла их, и у нее от страха мурашки по телу побежали.
Аннабет набрала в грудь воздуха.
— Это поиск Джейсона, — объявила она. — Так что и выбирать ему. Он явно сын грома и молнии. По традиции он может выбрать двух любых спутников.
Кто-то из рядов детей Гермеса прокричал:
— Пусть берет тебя, Аннабет. Это очевидно — ты самая опытная.
— Нет, Трэвис, — возразила Аннабет. — Прежде всего, я никогда не помогаю Гере. Каждый раз, когда я пыталась, она меня обманывала или всегда это оборачивалось против меня. Забудь об этом. И потом, я завтра с самого утра отправляюсь на поиски Перси.
— Это вещи взаимосвязанные, — выкрикнула Пайпер, сама не понимая, как это она набралась мужества. — Ты ведь знаешь, что так оно и есть. Все это дело и исчезновение твоего парня — вещи взаимосвязанные.
— Как они связаны? — спросила Дрю. — Если ты такая умная, то скажи как.
Пайпер попыталась составить ответ, но не смогла.
Спасла ее Аннабет.
— Ты права, Пайпер. И если это вещи взаимосвязанные, то я зайду с другого конца — отправлюсь на поиски Перси. Я уже сказала: я не собираюсь спасать Геру, даже если ее исчезновение приведет к тому, что все олимпийские боги снова передерутся между собой. Но есть и еще одна причина, по которой я не могу пойти с Джейсоном. Пророчество утверждает другое.