Пайпер смотрела на них, пытаясь понять, шутят они или нет.
— Специально разбить кому-то сердце? Это ужасно.
Остальные обменялись недоуменными взглядами.
— Почему? — спросил кто-то.
— Боже мой, — пожала плечами какая-то девица. — Ведь Афродита наверняка разбила сердце твоего отца. Он ведь больше ни в кого так и не влюбился. Это очень романтично. Когда пройдешь обряд посвящения, ты станешь как наша мама!
— И не подумаю! — воскликнула Пайпер чуть громче, чем хотела. Остальные отпрянули от нее. — Я не собираюсь никому разбивать сердце ради какого-то дурацкого обряда посвящения!
И это, конечно, дало Дрю возможность снова взять бразды правления в свои руки.
— Вот тебе и на! — объявила Дрю. — Силена говорила то же самое. Она нарушила традицию, влюбилась в этого Бекендорфа и осталась влюбленной. Если хочешь знать мое мнение, то именно поэтому для нее все так трагически закончилось.
— Это неправда, — пропищала Люси, но Дрю смерила ее уничтожающим взглядом, и та немедленно сникла — скрылась за спинами других.
— Впрочем, вряд ли это имеет какое-то значение, — продолжала Дрю, — потому что, Пайпер, детка, ты никогда не сможешь разбить чье-то сердце. А это вранье насчет того, что твой отец — Тристан Маклин… ты таким образом пытаешься привлечь к себе внимание.
Некоторые ребята неуверенно заморгали.
— Ты хочешь сказать, что он не ее отец? — спросил один.
— Бога ради, замолчи. — Дрю закатила глаза. — Нам пора на завтрак, а Пайпер пора отправляться в ее жалкий поиск. Так что пусть укладывается и выметается отсюда.
Дрю растолкала ребят, и все пришли в движение. Она называла их зайчиками и детками, но по ее тону было ясно, что она ждет беспрекословного подчинения. Митчелл и Люси помогли Пайпер собрать вещи. Они даже охраняли ванную, когда туда зашла Пайпер, чтобы переодеться в более подходящую для путешествия одежду. Вещи были — слава богу — далеки от всяких изысков: потертые джинсы, футболка, удобная зимняя куртка, туристские ботинки, которые оказались ей точно по размеру. Она пристегнула свой кинжал — Катоптрис — к новому ремню.
Выйдя из ванной, Пайпер снова почувствовала себя нормальным человеком. Другие обитателя домика стояли у своих коек, а Дрю обходила их с инспекцией. Пайпер посмотрела на Митчелла и Люси и прошептала: «Спасибо». Митчелл мрачно кивнул. Лицо Люси засветилось белозубой улыбкой. Пайпер сомневалась, что Дрю когда-либо благодарила их. Еще она заметил, что постер «Царя Спарты» был сорван со стены и валялся в мусорной корзине. Несомненно, по приказу Дрю. Да, Пайпер хотела и сама сорвать его, но теперь это взбесило ее.
Увидев ее, Дрю издевательски зааплодировала.
— Очень мило! Наша девочка готова к своей жалкой спасательной операции, и теперь она снова в привычной помоечной одежде. Ну, можешь отправляться. Завтракать с нами тебе нет никакой нужды. Удачи тебе… уж не знаю в чем. Пока!
Пайпер накинула рюкзак на плечо. Она пошла к двери, чувствуя, что все глаза устремлены на нее. Она могла уйти и забыть всю эту историю. Это было бы просто. Какое ей дело до этого домика, до этих пустышек?
Правда, некоторые из них пытались ей помочь. Некоторые даже возражали Дрю, защищая Пайпер.
У двери она обернулась:
— Знаете, вы вовсе не обязаны подчиняться приказам Дрю.
Среди ребят произошло движение. Некоторые посмотрели на Дрю, но та казалась слишком ошарашенной и молчала.
— Но она — наша староста, — выдавил кто-то из них.
— Она — тиран, — поправила Пайпер. — У вас свои головы на плечах. Афродита — это нечто большее.
— Большее по сравнению с чем? — спросил кто-то.
— Свои головы на плечах, — пробормотал кто-то еще.
— Ребята! — завизжала Дрю. — Прекратите ее слушать! Она вас заговаривает.
— Нет, — сказала Пайпер. — Я говорю вам правду.
По крайней мере, Пайпер так думала. Она не очень понимала, как действует это самое завораживание-заговаривание, но не чувствовала, что вкладывает какую-то особую энергетику в свои слова. Она не хотела побеждать в споре с помощью каких-то трюков. Тогда она стала бы ничем не лучше Дрю. Пайпер просто говорила то, что имела в виду. И потом, даже если бы она попыталась заговорить кого-то, то, по ее мнению, это никак не подействовало бы на Дрю, поднаторевшую в таких делах.
Дрю усмехнулась, посмотрев на нее:
— Может, у тебя и есть какие-то крохотные силенки, мисс старлетка. Но в том, что касается Афродиты, ты ничего не смыслишь. У тебя, значит, мысли в голове? Тогда скажи, в чем назначение этого домика? Скажи им. А тогда я, может, расскажу им кое-что про тебя.
Пайпер хотела сказать в ответ что-нибудь уничижительное, но ее гнев перешел в панику. Она была вражеским агентом, как и Силена Боргард. Предательницей Афродиты. Известно ли Дрю об этом или она блефует? Под взглядом Дрю ее уверенность начала таять.
— Назначение не в этом, — выдавила из себя Пайпер. — Афродите это не нужно.
Она повернулась и выбежала из домика, чтобы другие не увидели, как запунцовели ее щеки.
Дрю у нее за спиной расхохоталась:
— Не в этом! Ну, вы слышали? Ничего-то она не понимает!
Пайпер пообещала себе, что больше никогда не приблизится к этому домику. Она смахнула слезы и быстрым шагом пошла по газону, не зная толком, куда идет. Но тут она увидела дракона, спускающегося с небес.
XVI
Пайпер
— Лео? — закричала она.
Конечно, это был Лео собственной персоной на гигантской бронзовой штуковине — идеальной машине для убийства. С улыбкой от уха до уха — как полный псих. Он еще приземлиться не успел, как в лагере включилась тревожная сигнализация. Раздался звук раковины-горна. Сатиры истошно завопили: «Не убивай нас!» Половина лагеря выскочила из домиков — кто в пижамах, кто в доспехах. Дракон приземлился в середине газона, и Лео закричал:
— Все под контролем! Не стреляйте!
Лучники неуверенно опустили луки. Воины отступили, держа наготове копья и мечи. Они образовали большое просторное кольцо вокруг металлического монстра. Остальные полубоги прятались за дверями своих домиков или выглядывали из окон. Никто, видимо, не горел желанием подойти поближе.
Пайпер их отлично понимала. Дракон был громаден. В лучах утреннего солнца он отливал всеми оттенками меди и бронзы, как живая новенькая монетка, — шестидесятифутовый змей со стальными когтями, зубами, похожими на буровые долота, и сияющими рубиновыми глазами. У него были крылья на манер летучих мышей, в размахе в два раза превышающие длину его тела, раскрывались они, как металлические паруса, при каждом хлопке издавая звуки, какие производят игровые автоматы, выплевывающие множество монет.
— Он прекрасен, — пробормотала Пайпер.
Стоявшие рядом полубоги посмотрели на нее, как на сумасшедшую.
Дракон поднял голову и выпустил в небеса столб огня. Обитатели лагеря подались назад и вскинули оружие, но Лео спокойно соскользнул со спины дракона. Он поднял руки, словно сдаваясь, вот только на лице у него оставалась та же сумасшедшая ухмылочка.
— Люди земли, я пришел к вам с миром! — прокричал он. Видок у него был такой, словно он вывалялся в лагерном кострище. Куртку и лицо покрывала сажа. Руки вымазаны машинным маслом, на поясе — новый рабочий пояс. Глаза у Лео покраснели, волосы так пропитались маслом, что торчали, словно иглы дикобраза, и еще от него почему-то пахло соусом табаско. Но при этом выражение лица у него было абсолютно счастливое. — Фестус приветствует вас!
— Эта зверюга опасна! — прокричала девица из домика Ареса, размахивая копьем. — Ее нужно немедленно прикончить!
— Тихо! — приказал кто-то.
К удивлению Пайпер, этот приказ исходил от Джейсона. Он протиснулся через толпу, рядом с ним шли Аннабет и эта девчонка из домика Гефеста — Нисса.
Джейсон посмотрел на дракона и удивленно покачал головой.
— Лео, это ты сделал?
— Я нашел нам транспортное средство! — засиял Лео. — Ты сказал, что я могу отправиться в поиск, если найду транспорт. Так вот у меня есть металлический летающий дружок класса А с дурным характером! Фестус доставит нас куда угодно!
— У него… есть крылья, — недоуменно проговорила Нисса. Впечатление было такое, будто сейчас ее челюсть отвалится и упадет на землю.
— Ну да, — сказал Лео. — Я их нашел и прикрепил на место.
— Но у него никогда не было крыльев! Где ты их нашел?
Лео помедлил, и Пайпер поняла: он что-то скрывает.
— В… в лесу. И я отремонтировал его схемы, хотя и не до конца. Так что больше он не взбесится.
— Не до конца? — переспросила Нисса.
Голова дракона дернулась. Она наклонилась, и поток черной жидкости, вероятно масла — дай бог, чтобы масла! — вытек из его уха прямо на Лео.
— Ну, осталась кой-какая мелочовка, — небрежно пояснил Лео.
— Но как ты остался живым?.. — Нисса по-прежнему с ужасом смотрела на дракона. — Он ведь огнедышащий…
— Я увертливый. И везучий. Ну так что, я участвую в поиске?
— Ты назвал его Фестус? — Джейсон почесал затылок. — А ты знаешь, что на латыни «фестус» означает «счастливый»? Ты хочешь, чтобы мы отправились спасать мир на драконе по имени Счастливый?
Дракон дернулся, задрожал и взмахнул крыльями.
— Это означает «да», братишка, — ухмыльнулся Лео. — Ну, я предлагаю двигаться в путь, ребята. Я уже взял кой-какие припасы в… гмм… в лесу. А то Фестус при виде такого количества людей с оружием начинает нервничать.
Джейсон нахмурился:
— Но мы еще не составили план. Не можем же мы просто…
— Отправляйтесь в путь, — сказала Аннабет. Единственная, кто, казалось, ничуть не нервничал. Выражение ее лица было грустным и задумчивым, словно все это напоминало ей о лучших временах. — Джейсон, тебе до солнцестояния осталось всего три дня. И к тому же никогда нельзя заставлять ждать нетерпеливого дракона. Это явно хороший знак. Удачи вам!
Джейсон кивнул. Потом посмотрел на Пайпер, улыбнулся:
— Ну, ты готова, напарник?
Пайпер посмотрела на крылья бронзового дракона, блестевшие на фоне неба, на когти, которыми ее можно было разорвать в клочья.
— Конечно, — сказала она.
«Летать на драконе — как это удивительно», — думала Пайпер.
На высоте воздух был холодный, но металлическая шкура дракона вырабатывала столько тепла, что они летели словно в защитном пузыре. Надо же, обогреватели сидений предусмотрены! А канавки в драконьей спине сделаны как седла в стиле хай-тек, и сидеть в них даже удобно. Лео показал им, как зацепиться ногами за чешую, устроив что-то наподобие конских стремян, и как пристегнуться ремнями безопасности, которые были хитроумным способом спрятаны под внешними пластинами. Они сидели друг за другом: первым Лео, за ним Пайпер, последним Джейсон, и Пайпер ощущала присутствие Джейсона у себя за спиной. Она хотела, чтобы он держался за нее, может, обхватил бы руками ее за талию, но, к сожалению, ничего такого он не сделал.
Лео направлял дракона с помощью поводьев так, словно занимался этим всю жизнь. Металлические крылья работали идеально, и скоро берег Лонг-Айленда подернулся дымкой. Они перенеслись в Коннектикут и поднялись в серые зимние облака.
— Классно! — Лео повернул к ним голову и улыбнулся.
— А если нас запеленгуют? — спросила Пайпер.
— Туман, — пояснил Джейсон. — Он не позволяет смертным видеть всякие волшебные штуки. Если нас и запеленгуют, то примут за какой-нибудь небольшой самолет или что-то в этом роде.
— Ты уверен? — Пайпер оглянулась через плечо.
— Нет, — признался он.
И тут Пайпер увидела, что он сжимает в руке фотографию какой-то черноволосой девчонки. Она недоуменно уставилась на Джейсона, но он только покраснел и сунул фото в карман.
— Хорошо летим. Возможно, доберемся до места сегодня к вечеру.
Пайпер мучило любопытство: что это за девчонка на фотографии? Однако спрашивать об этом у Джейсона не стоило, а если Джейсон сам не хотел с ней поделиться, то это плохой знак. Неужели он вспомнил что-то из своей прошлой жизни? Может, это было фото его настоящей подружки?
«Прекрати, — приказала она себе. — Ты только без толку мучаешь себя».
Пайпер задала более безопасный вопрос:
— А куда мы направляемся?
— Мы ищем бога северного ветра. И преследуем неких духов грозы.
XVII
Лео
Лео был на седьмом небе от счастья.
Какое было выражение лиц у всех, когда он прилетел в лагерь на драконе! Просто кайф! Он думал, у его братиков и сестричек просто глаза на лоб повылезают.
Да и Фестус был великолепен. Он не сжег ни одного домика, не сожрал ни одного сатира, ну подумаешь — пролилось у него немного масла из уха. Ну, пусть даже и много… Экая беда. Лео потом с этим разберется.
Да, он не стал никому говорить про бункер номер 9 или про конструкцию летучего корабля. Но ему нужно время, чтобы все это обдумать. Он может им рассказать об этом, когда вернется.
«Если только я вернусь», — подумала какая-то часть его мозга.
Да нет, вернется он, никуда не денется. Он утащил такой замечательный волшебный пояс из бункера и набрал много всяких других штук, которые теперь лежали у него в рюкзаке. И потом, на его стороне был огнедышащий дракон, пусть и немного подтекающий. Чего ему бояться?
«Контрольный диск может накрыться, — сказала сомневающаяся часть Лео. — Фестус может тебя сожрать».
Ну хорошо, может, дракон и не настолько приведен в порядок, как объявил Лео. Он всю ночь проверял и перепроверял крепление крыльев, но запасного драконьего мозга в бункере не обнаружилось. Так время же поджимает! До солнцестояния три дня. Им нужно было отправиться в путь. И потом, Лео хорошо прочистил этот диск. Большинство электрических цепей неплохо сохранилось. Ничего с ними не случится.
Скептик внутри его продолжал нудить: «Да, но если…»
— А ну, заткнись, я сказал, — вслух велел Лео.
— Что? — не поняла Пайпер.
— Ничего. Всю ночь не спал. Я, наверное, галлюцинирую. Все в порядке.
Лео, сидевший спереди, не видел их лиц, но по молчанию своих друзей предположил, что их не очень вдохновляет иметь в качестве погонщика драконов человека, который не выспался и к тому же галлюцинирует.
— Шутка. — Лео решил, что неплохо переменить тему разговора. — Так какой у нас план, братишка? Ты говорил, что мы должны поймать ветер… или сломать ветер. Или что?
Когда они пролетали над Новой Англией, Джейсон выложил им план: сначала найти этого типа по имени Борей и выудить из него информацию…
— Его зовут Борей? — переспросил Лео. — Он кто такой — бог борьбы?
— Затем, — продолжал Джейсон, — мы должны найти тех вентусов, что напали на нас в Большом каньоне…
— А мы не можем их называть просто духами грозы? — спросил Лео. — Вентус мне напоминает о вентиляторе.
— И третье, — закончил Джейсон, — мы должны выяснить, на кого работают духи грозы, чтобы таким образом найти Геру и освободить ее.
— Значит, ты хочешь специально найти Дилана, этого паразита, духа грозы? Того самого гада, который сбросил меня с балкона и утащил тренера Хеджа в небеса?
— Считай, что так. Да, там еще может быть замешана волчица. Но она к нам настроена дружески. Возможно, она нас и не сожрет, если мы не проявим слабости.
Джейсон рассказал им свой сон — про большую злобную волчицу и разрушенный дом с каменными конусами, растущими из плавательного бассейна.
— Так-так, — протянул Лео. — Но ты не знаешь, где находится это место.
— Нет.
— И еще там эти гиганты, — добавила Пайпер. — В пророчестве говорится, что гиганты не сломлены.
— Постой-ка, — сказал Лео. — Гиганты — то есть их много? Может, там все-таки один гигант, который жаждет мести?
— Не думаю. Я помню, что в древнегреческих историях речь идет о целой армии гигантов.
— Отлично, — пробормотал Лео. — Конечно, если повезет, то их будет целая армия. А что-нибудь еще об этих гигантах тебе известно? Ты ведь, наверное, все греческие мифы перечитала, когда твой отец готовился к съемкам в этом фильме?
— Твой отец — актер? — спросил Джейсон.
— Я все время забываю про твою амнезию. — Лео рассмеялся. — Ха! Забываю про амнезию. Вот смех-то. Но ее отец и в самом деле актер — Тристан Маклин.
— Гм… извини, а где он снимался?
— Это не имеет значения, — быстро сказала Пайпер. — Гиганты — да, в греческой мифологии было много гигантов. Но если это те, о которых я думаю, то ничего хорошего нам это не сулит. Они громадные. И убить их практически невозможно. Они могут бросаться горами и всякое такое. Я думаю, они были в родстве с титанами. Они восстали из земли, когда Кронос проиграл войну — я говорю о Первой войне титанов, много тысяч лет назад. И они пытались разрушить Олимп. Если только мы говорим о тех самых гигантах…
— Хирон сказал, что это происходит снова, — вспомнил Джейсон. — Последняя глава. Вот что он имел в виду. Неудивительно, что он не хотел, чтобы мы знали подробности.
— Значит… гиганты, которые могут бросаться горами. — Лео присвистнул. — Дружески расположенные волчицы, которые сожрут нас, если мы проявим слабость. Злобные вентиляторы. Я тебя понял. Видимо, сейчас не самое подходящее время, чтобы рассказать о моей шизанутой бебиситтерше.
— Это что, еще одна шутка?
Лео рассказал им о тиа Каллиде, которая на самом деле была Герой, и о том, как она явилась ему в лагере. О своих огнеупорных способностях он умолчал. Это была все еще очень деликатная тема, в особенности после того, как Нисса сказала ему, что полубоги, наделенные такими способностями, склонны разрушать города и тому подобное. И потом, тогда Лео пришлось бы рассказывать, как он стал причиной смерти матери и… Нет. Он для этого еще не созрел. Он все же сумел рассказать о том вечере, когда она погибла, не упоминая пожара. Просто сказал, что цех обрушился. Лео было легче оттого, что он не видел их лиц, а смотрел перед собой, по курсу полета.
И еще он рассказал Джейсону и Пайпер о незнакомой женщине в земляных одеждах, которая словно спала и, казалось, знала будущее.
Лео прикинул, что, пока его друзья молчали и слушали, они успели миновать весь штат Массачусетс.
— Это… наводит на размышления, — осторожно выдала Пайпер.
— Ты как бы подвела итог, — согласился Лео. — Суть в том, что все говорят: не доверяй Гере. Она ненавидит полубогов, а в пророчестве сказано, что, разгневав Геру, мы посеем смерть. И поэтому я задаю себе вопрос: зачем мы делаем это?
— Она выбрала нас, — сказал Джейсон. — Всех троих. Мы первые из тех семи, кто должен собраться для исполнения великого пророчества. Этот поиск — начало чего-то гораздо большего.
Настроение у Лео после этих слов не улучшилось, но возразить Джейсону было нечего. Ощущение действительно складывалось такое, будто они находятся в начале чего-то… грандиозного. Он хотел только одного: если существует еще четверка полубогов, обреченных судьбой помогать им, то пусть они объявятся побыстрее. Лео вовсе не желал, чтобы все эти опаснейшие, угрожающие жизни приключения доставались ему одному, — он был готов поделиться.
— И потом, — продолжал Джейсон, — я смогу вернуть память единственным способом: оказав помощь Гере. А тот темный конус из моего сна, казалось, питается энергией Геры. Если эта штуковина, уничтожив Геру, развяжет руки царю гигантов…
— Не лучший вариант, — согласилась Пайпер. — По крайней мере, Гера на нашей стороне… по большей части. Если ее не станет, боги будут ввергнуты в хаос. Мир в семье поддерживается главным образом ее руками. А война с гигантами может оказаться еще более разрушительной, чем война с титанами.