— Да, — отсутствующим тоном, словно сомнамбула, согласилась Джейн. — Он сразу же пошел на сотрудничество, когда поверил, что Пайпер грозит опасность.
Пайпер посмотрела на свой кинжал. Клинок дрожал в ее пальцах. В ее руках он был такой же бесполезной игрушкой, как и у Елены Троянской. И в нем, как в зеркале, Пайпер увидела перепуганную девчонку, не имеющую ни малейшего шанса на победу.
— У меня, наверное, будут новые указания для тебя, Джейн, — говорила тем временем Медея. — Если эта девица будет сотрудничать с нами, то, возможно, мистера Маклина придется отпустить домой. Ты пока не сочинишь какую-нибудь правдоподобную историю, объясняющую его отсутствие? И насколько я понимаю, этому несчастному понадобится лечение в клинике для душевнобольных.
— Да, мэм. Я все сделаю.
Изображение поблекло, и Медея повернулась к Пайпер:
— Ну, видишь?
— Вы заманили моего отца в ловушку, — дрожащим голосом сказала Пайпер. — Вы помогли гиганту…
— Успокойся, дорогая. А то с тобой еще случится припадок! Я много лет готовилась к этой войне. Начала еще до того, как вернулась к жизни. Я тебе уже сказала: я провидица. Я могу предсказывать будущее не хуже вашего маленького оракула. Много лет назад, когда я все еще мучилась в Полях наказаний, мне было видение семи полукровок в вашем так называемом великом пророчестве. Я увидела твоего друга Лео и поняла, что в один прекрасный день он станет серьезным врагом. Я привела в движение сознание моей покровительницы, снабдила ее этой информацией, и она смогла немного проснуться — ровно настолько, чтобы посетить его.
— Мать Лео, — догадалась Пайпер. — Лео, ты послушай, что она говорит! Она способствовала смерти твоей матери!
— Угу, — пробормотал Лео, по-прежнему пребывавший в трансе. Он недоуменно смотрел на молоток у себя в руке. — Так что… я уже сражаюсь с Джейсоном? Пора?
— Это абсолютно безопасно, — проговорила Медея. — А ты, Джейсон, бей его со всей силы. Покажи мне, что ты достоин своего тезки.
— Нет! — крикнула Пайпер. Она понимала, что это ее последний шанс. — Джейсон, Лео, она дурит вас! Опустите оружие!
Колдунья закатила глаза:
— Не смеши меня, девочка. Ты мне не ровня. Меня учила моя тетушка, бессмертная Цирцея. Я могу голосом сводить мужчин с ума или исцелять. Что могут против меня эти жалкие герои? Ну-ка, мальчики, убейте друг друга!
— Джейсон, Лео, слушайте меня! — Пайпер вложила в голос всю свою страсть. Она много лет училась контролировать себя и не показывать слабости, но теперь вложила в эти слова все — страх, отчаяние, злость. Она знала, что, возможно, подписывает смертный приговор отцу, но ее друзья были слишком дороги ей, и Пайпер не могла позволить им убить друг друга. — Медея околдовала вас! Это все часть ее колдовства. Вы — лучшие друзья! Не сражайтесь друг с другом! Сражайтесь с ней!
Парни неуверенно посмотрели друг на друга, и Пайпер почувствовала, что чары колдуньи рассеиваются.
— Лео, я ведь чуть тебя не заколол, — недоуменно заморгал Джейсон.
— Что ты сказала про мою мать?.. — Лео нахмурился, потом повернулся к Медее. — Вы… вы работаете на земляную женщину. Это вы отправили ее в заводской цех. — Он поднял руку. — Мэм, у меня в руке трехфунтовый молоток, это по вашу душу.
— Ай-ай! — усмехнулась Медея. — Я просто возьму плату другим способом.
Она нажала одну из мозаичных плиток на полу, и все сооружение задрожало. Джейсон швырнул в Медею меч, но та обратилась в дым, а потом снова появилась у основания эскалатора.
— Ты медлителен, герой! — рассмеялась она. — Вымещай свое разочарование на моих зверушках!
Джейсон не успел кинуться за ней — циферблаты солнечных часов по сторонам фонтана разошлись, и оттуда появились две рычащие золотые бестии — живые крылатые драконы. Каждый был размером с автомобильный фургон — ерунда рядом с Фестусом, но все же…
— Так вот что это за конуры, — тихо сказал Лео.
Драконы распростерли крылья и зашипели. Пайпер ощущала жар, исходящий от их сверкающей кожи. Один обратил на нее взгляд своих оранжевых глаз.
— Не смотрите им в глаза! — предупредил их Джейсон. — Их взгляд парализует.
— Верно-верно! — Медея неторопливо поднималась на эскалаторе, облокотясь о перила и глядя на разворачивающуюся внизу сцену. — Эти два красавца давно со мной — солнечные драконы. Подарок моего дедушки Гелиоса. Они были впряжены в мою колесницу, когда я оставила Коринф. А теперь они уничтожат вас. Пока!
Драконы устремились вперед. Лео и Джейсон бросились наперехват. Пайпер поразилась бесстрашию, с каким ребята атаковали этих тварей: они орудовали как команда, которая долгие годы действовала согласованно.
Медея уже почти добралась до второго этажа, где могла выбрать что-то из большого набора предметов для убийства.
— Ну уж нет, — зарычала Пайпер и бросилась за ней.
Увидев Пайпер, Медея поспешила вверх по ступеням.
Для дамы в возрасте три тысячи лет двигалась она довольно резво. Пайпер бежала со всех ног, перепрыгивая через три ступени, но все же не могла ее догнать. Медея не остановилась на втором этаже. Она перебежала на другой эскалатор и продолжила подъем.
«Снадобья, — подумала Пайпер. — Конечно, именно это Медее сейчас и нужно. Она большая мастерица по всяким снадобьям».
Снизу до Пайпер доносились звуки сражения. Лео дул в свой тревожный свисток, а Джейсон кричал, отвлекая внимание драконов. Пайпер не посмела посмотреть туда — она бежала со всех ног с кинжалом в руке и вполне могла представить себе, как спотыкается, падает и клинок протыкает ей нос. Вот уж была бы супергероическая сценка!
Пайпер схватила щит с облаченного в доспехи манекена и продолжила преследование. Она представляла себе окрики тренера Хеджа, как он делал это на занятиях физкультуры в «Школе джунглей»: «Шевелись, Маклин! Разве так бегают по эскалаторам?»
Пайпер, тяжело дыша, добежала до верхнего этажа, но слишком поздно. Медея уже была у прилавка со снадобьями.
Колдунья схватила склянку в форме лебедя — ту, что с синей жидкостью, вызывающей мучительную смерть. И тут Пайпер сделала единственное, что пришло ей в голову: бросила в Медею щит.
Медея повернулась с торжествующим видом как раз в тот момент, когда летящая металлическая тарелка весом в пятьдесят фунтов ударила ей в грудь. Она пошатнулась, упала на прилавок, разбивая склянки, сшибая полки. Когда колдунья встала на ноги среди всего этого мусора, платье ее отливало всеми цветами радуги. Многие из красочных пятен чадили и сверкали.
— Идиотка! — завопила Медея. — Ты хоть представляешь себе, что произойдет при смешении такого количества снадобий?
— Они убьют тебя? — с надеждой в голосе спросила Пайпер.
Ковер вокруг ног Медеи начал дымиться. Она закашлялась, судорога боли исказила ее лицо… или она притворялась?
Снизу до нее донесся голос Лео:
— Джейсон, помоги!
Пайпер рискнула мельком бросить взгляд вниз и чуть не зарыдала от отчаяния. Один из драконов прижал Лео к полу. Он обнажил клыки и готов был пустить их в ход. Джейсон был в противоположном углу помещения, сражался с другим драконом — слишком далеко, чтобы успеть прийти на выручку Лео.
— Ты всех нас обрекла на гибель! — кричала Медея. По ковру стелился дым, по мере того как пятно на нем увеличивалось в размерах, на стеллажи полетели искры, одежда занялась огнем. — У тебя есть считаные секунды, прежде чем эта смесь поглотит все и уничтожит здание. Времени нет…
БАБАХ! Потолок витражного стекла обрушился вниз дождем многокрасочных осколков, и в супермаркете появился бронзовый дракон Фестус.
Он тут же бросился в бой и ухватил солнечных драконов по одному когтями каждой лапы. Только теперь Пайпер поняла, как велик и силен их металлический друг.
— Ах ты, умница! — воскликнул Лео.
Фестус поднялся до половины высоты атриума и оттуда зашвырнул солнечных драконов в те ямы, откуда они вылезли. Лео подбежал к фонтану и нажал ногой на мраморную плитку — циферблаты солнечных часов закрылись. Драконы принялись биться о них изнутри, пытаясь вырваться, но пока им это не удавалось.
Медея сыпала проклятиями на каком-то древнем языке. Теперь весь четвертый этаж был объят пламенем. Воздух наполнился вонючим газом. Даже при проломленной крыше Пайпер чувствовала, как усиливается жар. Она отступила к перилам, не выпуская из рук ножа, острие которого было направлено в сторону Медеи.
— Я не позволю бросить меня еще раз! — Колдунья упала на колени и схватила склянку с красным целительным снадобьем, которая почему-то не разбилась. — Если хочешь, чтобы твой парень вернул себе память, вы должны взять меня с собой.
Пайпер кинула взгляд вниз. Лео и Джейсон были уже на спине Фестуса. Бронзовый дракон взмахнул могучими крыльями, схватил когтями клетки с сатиром и духами грозы и начал подниматься вверх.
Здание задрожало. По стенам метались языки пламени и стелился дым, перила плавились. Воздух становился невыносимо едким.
— Без меня вам не добиться успеха в поиске! — вопила Медея. — Твой герой-мальчишка навечно останется беспамятным! А отец умрет! Возьмите меня с собой!
На какой-то миг сомнение овладело Пайпер, но тут она увидела мрачную ухмылку Медеи. Колдунья была уверена в своей способности убеждать, уверена, что всегда сумеет договориться, сможет избежать худшего и в конце концов победить.
— Не сегодня, ведьма. — Пайпер перепрыгнула через перила.
Она лишь секунду пробыла в воздухе, а потом Лео и Джейсон подхватили ее и усадили на спину дракона.
Когда они поднялись в воздух сквозь дыру в крыше и воспарили над Чикаго, Пайпер услышала внизу бешеный вой Медеи. А потом супермаркет взорвался.
XXIX
Лео
Лео все время оглядывался назад. Он ждал, что увидит этих подлых солнечных драконов, впряженных в летучую колесницу, с вопящей колдуньей-продавщицей, кидающейся ядами, но никто их не преследовал.
Он направил дракона на юго-запад. Наконец дым от горящего супермаркета скрылся вдалеке, но Лео расслабился, только когда окраины Чикаго уступили место заснеженным полям и солнце стало скатываться к горизонту.
— Молодец, Фестус. — Он потрепал дракона по металлической шкуре. — Отличная работа.
По телу дракона прошла дрожь. Шестерни в его шее затрещали и заскрипели.
Лео нахмурился. Ему не нравились эти шумы. Если контрольный диск снова выйдет из строя… Нет, дай бог, чтобы это была какая-нибудь несущественная поломка. Такая, с которой он может справиться.
— Когда у нас будет следующая посадка, я тебя поднастрою, — пообещал Лео. — Ты заслужил немного моторного масла и соуса табаско.
Фестус завращал зубами, но и тут звук был какой-то слабый. Он летел с постоянной скоростью, его крылья пытались поймать ветер, но ему это не удавалось — груз, который он нес, был слишком велик. Две клетки в когтях плюс три человека на спине. Чем больше Лео думал об этом, тем больше волновался. Даже металлические драконы не всесильны.
— Лео. — Пайпер похлопала его по плечу. — Как ты там?
— Как зомби, которому промыли мозги. — Он чувствовал себя смущенным, но надеялся, что не выдает этого своим видом. — Спасибо, что спасла нас там, королева красоты. Если бы ты не вывела меня из-под ее чар…
— Да не думай ты об этом.
Но Лео очень даже думал. Как легко Медея настроила его против лучшего друга — разве можно из-за этого не беспокоиться? И его неожиданная неприязнь имела некоторую почву — у него вызывало протест то, как Джейсон всегда оказывался на виду и вроде бы не нуждался в нем. Лео действительно испытывал иногда такие чувства, хотя ничуть не гордился ими.
Но больше его беспокоили известия о его матери. Медея из Царства Мертвых видела будущее. И вот почему ее покровительница, женщина в черных земляных одеждах, семь лет назад пришла в заводской цех, чтобы испугать его и испоганить его жизнь. Именно от этого и погибла его мать — от того, что Лео мог совершить в любой день. А потому, так или иначе, — даже если его способность вызывать огонь была и ни при чем — смерть матери по-прежнему оставалась на его совести.
Когда они оставили Медею в этом взрывающемся магазине, настроение у Лео сильно повысилось. Он надеялся, что колдунья там и осталась и отправится прямо на Поля наказаний, где ей самое место.
А если души возвращались из Царства Мертвых… то, может, и его мать когда-нибудь вернется?
Он попытался выкинуть эту мысль из головы. Воскрешение из мертвых… что-то такое в духе Франкенштейна. Неестественное. Неправильное. Может, Медею и вернули к жизни, но она была какой-то ненастоящей — с шипящими ногтями, светящейся головой и еще бог знает чем.
Нет, мать Лео умерла. Если думать об этом иначе, можно сойти с ума. Но мысль эта все время возвращалась к нему, как эхо голоса Медеи.
— Нам скоро придется сделать посадку, — предупредил он Пайпер и Джейсона. — Пожалуй, пролетим еще пару часов, чтобы убедиться, что Медея не гонится за нами. Не думаю, что Фестус может выдержать больше.
— Да, — согласилась Пайпер. — Да и тренер Хедж, вероятно, хочет наконец выбраться из своей клетки. Но вот вопрос: куда мы летим?
— В область залива Сан-Франциско? — предположил Лео. Его воспоминания о том, что происходило в магазине, были туманными, но он вроде бы помнил, что был такой разговор. — Кажется, Медея говорила что-то об Окленде [Окленд — один из городов, находящихся в области залива Сан-Франциско.].
Пайпер молчала, и Лео уже начал думать, что задал какой-то неправильный вопрос.
— Твой отец, Пайпер. — Джейсон наморщил лоб, припоминая. — Что-то случилось с твоим отцом? Его заманили в какую-то ловушку?
Пайпер тяжело вздохнула:
— Слушайте, Медея сказала, что вы оба умрете в области залива. И потом… если мы даже полетим туда, то это такой огромный район! Сначала нам нужно найти Эола и отдать ему духов грозы. Борей сказал, что, кроме Эола, никто нам не скажет, куда конкретно мы должны направиться.
— Ну и как мы найдем Эола? — хмыкнул Лео.
Джейсон подался вперед.
— Ты хочешь сказать, что не замечаешь этого? — Он показал вперед, но Лео видел там только облака и огни нескольких городов, мерцающие в сумерках.
— Чего? — спросил Лео.
— Вон то… что бы оно ни было. В воздухе.
Лео оглянулся. У Пайпер был такой же недоумевающий вид, как и у него.
— Слушай, — сказал Лео. — Ты не мог бы выражаться поконкретнее, а не «что бы оно ни было»?
— Похоже на реактивный след, — пояснил Джейсон. — Только он светится. Он довольно слабый, но я его вижу. Мы идем за ним от самого Чикаго, так что я думал, ты его видишь.
— Может, Фестус его чует. Ты считаешь, это след Эола?
— В любом случае это волшебный след ветра. Эол — бог ветра. Я думаю, он знает, что у нас есть для него пленники. Он показывает, куда мы должны лететь.
— Или это еще одна ловушка, — отозвалась Пайпер.
Ее тон обеспокоил Лео. Не то чтобы она нервничала, но в ее голосе звучали такие безнадежность и отчаяние, словно их судьба уже свершилась и в этом была ее, Пайпер, вина.
— Пайпс, как ты там? — спросил он.
— Не называй меня так.
— О’кей, как скажешь. Другие имена, что я для тебя придумываю, тебе тоже не нравятся. Но если твой отец попал в беду и мы можем его выручить…
— Вы не можете, — прошептала она еще более безнадежным голосом. — Слушайте, я устала. Если ты не возражаешь…
Она прислонилась спиной к Джейсону и закрыла глаза.
«Ладно, — подумал Лео, — явный знак того, что она не хочет говорить на эту тему».
Некоторое время они летели молча. Фестус, казалось, знал, куда они направляются. Он летел выбранным курсом, чуть отклоняясь на юго-запад — может быть, там находится крепость Эола? Визит к еще одному богу ветра, новое сумасшедшее приключение… О’кей, Лео всегда готов!
Слишком много мыслей вертелось у него в голове, чтобы он мог уснуть, но теперь, когда опасность миновала, организм все-таки брал свое. Сказывалась усталость. Монотонные взмахи крыльев усыпляли Лео, он начал клевать носом.
— Вздремни немного, — предложил Джейсон. — Все в порядке. Передай мне поводья.
— Я не устал.
— Лео, ты же не машина. И потом, только я и вижу этот след. Я прослежу, чтобы мы его не потеряли.
— Ну хорошо, может, немного… — Глаза Лео начали смыкаться сами по себе.
Он даже не закончил предложение — рухнул на теплую шею дракона.
Во сне он слышал голос, заглушаемый треском электрических разрядов, словно в плохом радиоприемнике.
— Алло? Связь работает?
Зрение Лео вроде как немного сфокусировалось. Но все было серым и туманным, искаженным полосами помех. Никогда прежде ему не снились сны с таким плохим качеством связи.
Кажется, он находился в мастерской. Краем глаза он видел распилочные и токарные станки, ящики с инструментами. У одной из стен ярким огнем пылала кузница.
Это была не кузница из Лагеря полукровок — слишком большая. И не та, что из бункера № 9, — явно не заброшенная.
И тут Лео сообразил: что-то загораживает ему картинку в самом центре — что-то большое и расплывчатое. И располагалось оно так близко к нему, что Лео пришлось скосить глаза, чтобы его увидеть. Это было большое уродливое лицо.
— Мать честная! — завопил Лео.
Лицо подалось назад, и теперь Лео увидел его четко. На него смотрел бородатый человек в синей грязной рабочей одежде. Лицо опухшее и покрытое рубцами, словно его покусал миллион пчел или протащили физиономией по камням. А возможно, и то и другое.
— Гмм, — откашлялся человек. — Отец, если уж быть точным, мальчик. Надеюсь, ты знаешь разницу?
— Гефест? — Лео заморгал.
Оказавшись впервые в обществе отца, Лео, наверное, должен был онеметь или исполниться почтительного трепета и всякое такое. Но после всего пережитого в течение последних дней — циклопы, колдуньи, физиономия в туалетной жиже — Лео чувствовал только жуткое раздражение.
— А, ты наконец появился? — поинтересовался он. — Всего пятнадцать лет прошло. Ты замечательный родитель, Борода. С чего это ты сунул свой уродливый нос в мой сон?
Бог поднял одну бровь. В его бороде сверкнула искорка. Потом он закинул голову и захохотал так громко, что инструменты на его верстаке задребезжали.
— Ты говоришь ну просто как твоя мать, — сказал Гефест. — Я скучаю по Эсперансе.
— Она вот уже семь лет как умерла. — Голос Лео задрожал. — Не очень-то тебя это заботило.
— Очень, мой мальчик. Вы оба меня заботили.
— Как же! Именно поэтому я ни разу тебя не видел до сегодняшнего дня?
Бог издал клокочущий горловой звук, но испытывал он сейчас скорее неловкость, чем злость. Он вытащил из кармана маленький двигатель и начал с отсутствующим видом перебирать поршни — именно так вел себя и Лео, если нервничал.
— Я не умею находить общий язык с детьми, — признался бог. — И с людьми тоже. Откровенно говоря, с любой органической формой жизни. Я собирался поговорить с тобой на похоронах твоей матери. А потом еще раз, когда ты был в пятом классе… ну помнишь, тот твой научный проект — цыпленок-стрелялка с паровым приводом. Отличная штука.
— Ты его видел?
Гефест показал на ближайший верстак, где в отшлифованном бронзовом зеркале виднелось нечеткое изображение Лео, спящего на спине дракона.
— Это я? — спросил Лео. — Вроде как я сейчас сплю и одновременно вижу, как я сплю?