И они исчезли со своего праздника, поспешили в направлении зáмка, к своему новому очагу, тому идеальному месту, где можно уберечь Хеди от искушений Вены.
Ее комната была выкрашена в нежно-розовый цвет, сочетавшийся с обоями того же тона. У Хеди был полный гардероб: коктейльные платья, загородная одежда, наряды для праздников и коллекция обуви, которая ей идеально подошла. На красивом письменном столе, окруженном зеркалами, стояло несколько шкатулок: одна с украшениями, а другие — с косметикой, духами и кремами. Широкие шторы, коврики и кресла гармонировали с оттенком стен. Она не смогла открыть окна, чтобы вдохнуть воздух Зальцбурга, — они были заперты.
Сменив одежду, Фриц постучал в дверь. С момента, как увидел ее в церкви, он едва сдерживал желание наброситься на нее, но теперь постарается вести себя нежно. Оказавшись в ее комнате, он не смог сдержать восклицания: Хеди ждала его, завернувшись в прозрачное неглиже, которое служило ей единственной одеждой. Фриц любовался ею, ведь эта женщина была мечтой любого мужчины. Хеди медленно приблизилась, ее походка была такой особенной, ее фигура и грациозность вызвали у него желание немедленно овладеть ею.
Фриц приблизил свои губы к ее губам и заметил, что она отвечает, поглаживая ему спину. Его поцелуи переместились с шеи на грудь, и, не в силах сдержать свой порыв, они упали на кровать, охваченные необузданными импульсами, потерявшись в своем желании. Его дрожь воспламенила ее, погружая в бред, и экстаз овладел ею.
Они слышали лишь собственное прерывистое дыхание, ощущали свои тела, сливающиеся воедино, выплескивающие безудержное желание и безграничную страсть.
11
Научись слушать, и ты сможешь извлечь пользу даже из тех, кто говорит плохо.
Плутарх
Рим, июнь 1934 г.
Длинный черный служебный автомобиль с австрийскими флажками на обоих передних крыльях остановился перед массивной лестницей здания в неоклассическом стиле. Сзади припарковался БМВ телохранителей, которым управлял Лукас.
Вилла Торлония находилась в восточной части итальянской столицы, недалеко от исторических памятников и Ватикана. Это был комплекс из нескольких зданий, в числе которых имелся театр, напоминающий крепость. Под дворцом виллы дуче приказал соорудить себе бункер. Архитектурные линии строений были прямыми, они подавляли, как и весь административный квартал, который по распоряжению Муссолини создавался на окраине Рима. У каждого здания была собственная парадная лестница, которая устремлялась ввысь, создавая впечатление господства государства и принижения личности, что и было истинным олицетворением фашистской власти. Проект повторялся во всех общественных зданиях, которые строили в тот период в Риме.
Бенито Муссолини ждал их у главного входа в сопровождении своих секретарей, его взгляд был устремлен к горизонту, он стоял прямо, скрестив руки за спиной. По мере того как Фриц Мандль и Руди Штаремберг поднимались по ступенькам, выражение лица диктатора менялось. Принимая друзей, он любил изображать величие, хотя по окончании встреч давал волю своему раздражительному характеру.
На этот раз визит был официальным, но все равно предстояло решить некоторые политические и деловые вопросы. Они поприветствовали друг друга рукопожатиями и прошли в отдельный зал. На низком столике стояла пара бутылок виски «Джонни Уокер», которым Фриц в изобилии снабжал фашистского диктатора. Закуривая сигары, они завершили обмен любезностями и поболтали о женщинах. Всем было известно о Кларе Петаччи, любовнице Муссолини, которую в тот день отправили навестить ее семью.
Зная, что у них мало времени, они беседовали торопливо. Оба посетителя пытались убедить вождя Италии в том, сколь губительным для него мог бы стать пакт с Германией. Однако Муссолини уделял им мало внимания; в тот день его голова была занята не только этими темами, поэтому он вскоре удалился, чтобы принять других посетителей.
Муссолини вернулся в зал в сопровождении генерала Франсиско Франко и молодого аргентинца, которого представил как полковника Перона, военного атташе посольства своей страны в Риме. Пожимая ему руку, Фриц почувствовал что-то вроде связи с аргентинским военным, это было похоже на соучастие. Фриц приветствовал его по-испански, и они обменялись визитными карточками.
Франко был очень заинтересован во встрече с Мандлем, ибо в Испании назревал важный конфликт. Он готовил государственный переворот против законного правительства республики, и ему требовалось оружие. Они поговорили о том, что называлось необходимым альянсом европейских правых сил перед лицом наступления советского коммунизма, и назначили встречу на следующей неделе.
Вместе с официальным кортежем итальянского правительства посетители отправились на Национальный стадион — сборная Италии играла в финале чемпионата мира по футболу против Чехословакии, и они были почетными гостями. Проезжая по улицам Рима, Фриц видел в окне автомобиля фасады цвета блеклой охры, оранжевые и желтые, а также мощеные переулки, бесчисленные монументальные церкви и исторические руины, встроенные во многие современные здания. Итальянская столица обладала особым очарованием.
Стадион был переполнен. Ходили слухи, что Муссолини организовал несколько договорных матчей, подкупая судей и игроков, а также угрожая им. В постиндустриальную эпоху развитие коммуникаций облегчало пропаганду, и это спортивное мероприятие придало дуче престижа за рубежом, одновременно с этим обеспечив ему народную поддержку: добродетели фашизма были наглядно доказаны победами сборной Италии, которая в итоге и завоевала трофей. А Франко расстроился, ведь четвертьфинальный матч сборной Испании, проигранный команде Италии, оказался спорным. Впрочем, он понимал ситуацию и сам не поступил бы иначе, поэтому поздравил окрыленного Муссолини, отправившегося в военной форме вручать Кубок Жюля Римé, которым награждали чемпионов.
Конец ознакомительного фрагмента