Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Рой Венцль

Связать. Пытать. Убить. История BTK, маньяка в овечьей шкуре

Он считал себя славным парнем.

Джулия Отеро пожаловалась на тугие путы, от которых немеют руки, и он ослабил шнур. Джо сказал, что ему больно лежать на полу со сломанными ребрами, и он подстелил куртку. И потом, в темной спальне на Гидравлике, дал больной женщине глоток воды.

Затем достал пластиковый пакет из «комплекта для убийств» и натянул ей на голову. Поверх несколько раз обмотал вокруг ее шеи веревку — свободный конец той, которой привязал жертву к кровати, — захватывая розовую ночнушку.

И дернул. Связал он женщину особым способом: стоило ей начать сопротивление, как путы затягивались. Пока мать умирала, ее дети пронзительно кричали и отчаянно бились в деревянную дверь.

Он поднялся, разочарованный.

Он жаждал большего — задушить мальчишек, повесить девочку. Но зазвонивший телефон напрягал.

Перед тем как уйти, он прихватил две пары женских трусиков.

Несколько слов о диалогах:

Мы воссоздали многие разговоры по воспоминаниям участников, новостным цитатам и нашим собственным заметкам. Насколько нам известно, в кавычки заключались цитаты, отражавшие сказанное в тот период времени.

В тех случаях, когда диалоги восстановить не удавалось и известна была лишь самая суть, прямая речь не использовалась. Мы формулировали предложения таким образом, чтобы было понятно: эти слова похожи на прозвучавшие в реальности. Что касается разговоров BTK и его жертв, мы ориентировались на его воспоминания.

Курсивом выделены фразы-воспоминания участников о своих размышлениях.

Вступление

The Wichita Eagle освещала деятельность серийного убийцы BTK с тех пор, как тот впервые нанес удар в январе 1974 года. Только с 2004 по 2006 год издание опубликовало около восьмисот статей о возвращении BTK, о напряженном следствии, о развязке и о том, какое влияние это дело оказало на наше общество. Тысячи долларов газета потратила только на расшифровку стенограмм судебных заседаний, разместив их в интернете для всеобщего доступа. За глубокое и максимально обширное освещение темы газета заслужила награды и почести. Можно подумать, что мы способны добавить немногое, особенно учитывая то круглосуточное и ежедневное внимание, обращенное к BTK со стороны кабельных новостных шоу.

Но мы владеем уникальными сенсационными данными. Дело не только в том, что мы знаем об истории BTK больше кого бы то ни было, мы прожили ее — а в моем случае, вместе с нею выросли. Мы задействовали тридцатидвухлетний архив Eagle, в том числе репортажи, служебные записки и фотографии.

В течение трех последних десятилетий отношения между The Wichita Eagle и местной полицией развивались непросто. Именно в газете BTK разместил свое первое сообщение в 1974 году. Несколько лет спустя шеф полиции Уичито, отчаявшись, обратился за помощью в поимке убийцы тоже через The Eagle. Репортер Лавиана Херст доставил в полицию леденящее кровь письмо, в котором убийца объявил о своем возвращении в 2004 году. И это послание тоже пришло в редакцию газеты. И наконец, благодаря объявлениям в газете главный следователь обманом заставил BTK совершить ошибку, которая и привела к его поимке в 2005 году.

И когда BTK — семьянин и глава церковного совета Деннис Рейдер — наконец оказался в тюремной камере, именно к нам, ради появления этой книги, обратился лейтенант полиции Кен Ландвер. Его ведущие следователи рассказали свою версию этой истории в мельчайших подробностях.

Ландвера и других детективов расстраивали ошибки, которыми пестрели другие издания, посвященные этой теме. Полицейские знали, что мы так же внимательно относимся к фактам, как и они сами, и они доверились нашей способности отразить истину.

Лавиана более двадцати лет освещал преступления в Уичито. Тима Поттера копы прозвали Коломбо за привычку звонить и не раз перепроверять данные из его заметок. У Роя Венцля два брата в правоохранительных органах. Мой отец был детективом отдела по расследованию убийств в Уичито.

Но это не просто «факты, мэм». Люди, остановившие BTK, — настоящие копы и настоящие герои. Они раскрылись, чтобы мы смогли взять вас с собой в засады и перестрелки, в их дома и сердца. Раньше, давая нам интервью для газеты, они вели себя сдержанно. На публике Ландвер всегда выступал стоиком. Он никогда не стремился к публичности, не заигрывал с читателями, не отвечал на вопросы о себе. Он на редкость остроумный парень, но узнать об этом нелегко.

Когда началась совместная работа над этой книгой, Венцль сказал Ландверу, что нам хотелось бы отразить его истинную натуру, а не «ангела во плоти, добренького и везучего… Я хочу узнать о твоих недостатках. Расспросить о них твою жену».

Венцль, годами защищавший копов, и представить не мог, что какой-нибудь полицейский босс на такое согласится. Это требовало смелости.

Ландвер пожал плечами, достал мобильник и набрал номер Синди Ландвер.

— Привет, — сказал он. — Есть желание пообщаться с этими ребятами?

Потом Ландвер взглянул на Венцля.

— Стоит тебе ее разговорить, и она может никогда не замолкнуть.

Портреты Рейдера и Ландвера, изображенные нами в этой книге, получились зеркальными отражениями друг друга. Оба они мужчины, уроженцы Центральной Америки, выходцы из набожных семей среднего класса, бойскауты. Оба женились и обзавелись детьми. Однако один из них стал сексуальным маньяком, убивающим для удовольствия, а другой — полицейским, посвятившим себя защите чужих жизней. То, какой выбор они сделали, определило расстановку сил: Рейдер и Ландвер стали противниками в смертельной игре в кошки-мышки.

При написании этой книги у нас тоже был выбор. Другие концентрировались на изображении зла — мы же захотели уделить такое же внимание и людям, зло остановившим.

...
Л. Келли

Глава 1

Семья Отеро

15 января 1974 года, 8:20 утра

Ее звали Джози Отеро. Ей было одиннадцать, она носила очки, писала стихи, рисовала картины и волновалась по поводу того, как выглядит. Она только начала носить бюстгальтер и отращивала волосы, ниспадавшие теперь тяжелой густой волной. Человеку с пистолетом вскоре предстоят непростые минуты в попытках укротить эту гриву и зафиксировать кляп во рту.

Тем утром, когда Джози проснулась, человек с пистолетом подкрался к задней двери ее дома и заметил нечто, заставившее его покрыться испариной: на заснеженном заднем дворе был отпечаток лапы. На встречу с собакой он не рассчитывал.

Он тихонько свистнул: никакой собаки. Но все же он вытащил из-за пояса «кольт» «Вудсмен» 22-го калибра и прокрался к гаражной стене, намереваясь все тщательно взвесить.

В глубине дома Джози натянула синюю футболку и прошла из своей комнаты на кухню. Прогулка вышла недлинной, домик был маленьким. Ее мама, Джулия, одетая в голубой халатик, накрывала на стол. На завтрак были хлопья с молоком, а банки с мясной тушенкой она подготовила для школьных сэндвичей на ланч. Джо, папа Джози, ел консервированные груши.

При росте чуть больше ста шестидесяти сантиметров Джози уже на пару сантиметров переросла маму и сравнялась с отцом. Но ее тревоги и горести все еще были детскими.

— Ты любишь меня меньше, чем всех остальных, — выпалила она как-то своему брату Чарли. В свои пятнадцать он был старшим из пяти детей Отеро.

— Вот и неправда, — заявил он. — Я люблю тебя так же сильно, как и любого из них.

Ей полегчало. Она любила их всех, маму и папу, и Чарли, и девятилетнего Джоуи, и четырнадцатилетнего Дэнни, и тринадцатилетнюю Кармен. Ей нравилось, как Джоуи присматривается к братьям и пытается стать таким же крутым, как и они. Он был таким очаровашкой. Все девчонки из начальной школы Адамса сходили с ума по его карим глазам. Этим утром он нарядился так, чтобы привлекать внимание. Поверх белой майки и желтой тенниски — рубашка с длинными рукавоми, пурпурного цвета штаны с белыми карманами и белыми же лампасами.

Был вторник. Они поиграют с собакой, помогут маме упаковать обеды, а потом папа отвезет Джози и Джоуи в школу, как уже отвез Чарли, Дэнни и Кармен. Мама уже сложила их куртки на стуле.


Мужчина снаружи колебался.

В карманах его парки лежали веревка, шнур от жалюзи, кляпы, моток белого лейкопластыря, нож и пластиковые пакеты.


Раньше Отеро жили в Кэмдене, Нью-Джерси, а потом в течение семи лет в зоне Панамского канала, а после — несколько месяцев — в родном Пуэрто-Рико, с родственниками. Всего десять недель назад они приобрели дом в Уичито и пока не успели освоиться. Уичито был крупным центром авиастроения, что открывало перед Джо новые возможности. Отслужив двадцать лет в военно-воздушных силах США, он вышел в отставку в звании техника-сержанта. Теперь он работал на самолетах и преподавал пилотаж на аэродроме Кук-Филд в нескольких милях от Уичито, воздушной столицы мира. Там находились огромные заводы «Боинга», «Цесны», «Бич» и «Лирджета». Город, когда-то отправивший на войну шестнадцать сотен тяжелых бомбардировщиков Б-29 «Суперфортресс», теперь снабжал реактивными самолетами авиалинии и голливудских звезд. Джулия устроилась на работу на завод «Колман», производящий туристское снаряжение, но спустя несколько недель попала под сокращение.