Я напрягся, поняв, что не успею предупредить Зунара, так как Симар будет звонить ему прямо сейчас. И только я рванул за ним, как Видящий меня остановил:
— Вы мне нужны здесь, свамен. Душа матери привязана к вам.
Пришлось стоять и ждать, вглядываясь в коридор. От меня здесь ничего не зависело, оставалось только надеяться, что Зунар придумал что-нибудь на этот случай.
Видящий Миро бормотал замысловатую мантру из ничего не значащих для меня звуков, водил руками по воздуху, вытягивая нити шакти из источника. Я же не ощущал ровным счетом ничего. Все мои мысли были поглощены проблемой с Симаром и медальоном.
На миг почувствовал пробежавшийся холодок от затылка до копчика. Краем глаза увидел выплывшую из-за спины едва различимую темную тень. Она проследовала к жертвенной чаше, замерла. Видящий окутал ее потоками шакти, связал и будто бы разрезал на четыре части. Мерное сияние, светлый силуэт вырвался из темного силуэта и растворился в воздухе, а темная часть, сгусток, превратившийся в плотный шар, исчезла в жертвеннике.
Завороженный этим зрелищем, я не заметил, как в грот вернулся Симар и молчаливо замер у входа.
— Готово, — сказал Видящий и кивнул в сторону чаши, предлагая забрать медальон.
Я надел его и почувствовал легкий пощипывающий холодок на коже от медальона. Сначала на меня накатила ничем не обоснованная злость, затем она сменилась грустью, которая, в свою очередь, переросла в облегчение. Это были не мои чувства. Я их ощущал совсем по-другому, как в том сне, когда видел все глазами Алисаны.
«Ты все сделал правильно, Никита, — неожиданно раздался в моей голове ее голос. — Теперь мы связаны, не подведи. У меня одна надежда на месть — это ты. И именно ты, Никита, надежда Игал».
Глава 2
Дом
Мы покинули источник Игал и направились к сурирату.
— Зунар сказал, что с медальоном? — спросил я.
Симар кивнул, но ответил не сразу.
— Он должен был нас предупредить, особенно тебя. Забрать без спросу родовой медальон, — Симар устало замотал головой. — Знал ведь, зачем мы отправляемся к сварга-ракте. Иногда мне кажется, что мой брат совсем головой не думает.
Ясно, Зунар что-то придумал и взял весь удар на себя. Но мое любопытство не было удовлетворено до конца, поэтому я продолжил спрашивать, но начал издалека.
— Опасность, смерть, если трогать чужой медальон? Я думать, это так.
— Опасно, пока он на тебе или ты рядом и не желаешь, чтоб его трогали. Но если ты, к примеру, его потеряешь, нашедшему он не причинит вреда.
— А зачем Зунар его брать и давать мне этот? — подошел я наконец к главному вопросу.
— Он не хотел тебя беспокоить. Если б он попросил медальон, то ты бы переживал, что остался без защиты. Так он это объяснил.
Тем временем мы подошли к сурирату, дождались, когда луч заберет нас, и уже в сурирате Симар продолжил говорить, пока мы шагали по коридору:
— Зунар хочет найти второй медальон. Отыскать тело Зуена и Алисаны. Я и сам об этом думал, но решил отложить поиски до лучших времен.
Я с интересом уставился на Симара:
— Как это — найти?
Симар взглянул на золотые часы на запястье и продолжил объяснять:
— Родовые медальоны двух наследников связаны, потому что это части одних и тех же душ. Дух рода, по сути, разделен напополам на два медальона. И, конечно же, с помощью одного можно отыскать второй. Провидец может провести такой обряд и указать на карте, где находится второй.
Что ж, ясно. Весьма умно со стороны Зунара придумать такое оправдание. Вот только непонятно, как он собирается выкручиваться дальше.
— Правда, — садясь на диван, продолжил Симар, — не ясно, где Зунар нашел провидца. Наши все уехали в Акшаедезу по приказу императора. Что-то надвигается…
Последнее предложение Симар сказал явно сам себе.
— А этот? — Я коснулся медальона с Алисаной, решив перевести тему. — Он не родовой?
— Нет. В родовой мы переместим позже твою маму, — вздохнув, сказал Симар. — Тебе не о чем переживать.
— Медальон может убивать, — продолжил я расспрашивать Симара, раз он так охотно отвечал, — а это, — я коснулся своего лба, намекая на обод главы клана, — Хранитель рода, он тоже так работать?
— Нет, не совсем. Старший и Младший Хранители работают немного иначе. Они охраняют того, кто носит тиару главы и наследника клана. Но Хранитель не убивает, как дух рода, он лишь чувствует намерения и опасность, исходящие от других людей. Хранители привязаны к клановым источникам, поэтому чем дальше правитель от источника, тем слабее Хранитель.
Я понимающе закивал. Теперь понятно, почему Младший Хранитель не предупредил Зунара об отравлении в «Лотосе».
— На самом деле Хранители нередко спасают своих хозяев, проявляясь, — продолжал рассказывать Симар. — Когда они чувствуют угрозу или злые намерения других людей, они дают понять это. Но они оберегают не только наследников, а также их близких. Однажды, это было давно, когда Зар-Зана и Ашанти были еще маленькими, я сидел в своем кабинете и читал письма, как вдруг передо мной появляется Старший Хранитель. Первая мысль была — во дворце враг. Лев вел себя беспокойно, кружил у дверей, зовя меня за собой. Конечно же я побежал за ним. Он вел меня на верхние этажи и замер у балкона…
Симар глубоко вздохнул, видимо, эти воспоминания ему не нравились…
— Я успел ухватить Зар-Зану за руку. Еще бы немного, и она прыгнула бы вниз. — На какое-то время Симар замолчал, а затем продолжил: — Рабыня-няня, приглядывающая за ними, думала, что близняшки спят. Но девочки, обманув няню, только притворялись спящими. Сами же стащили зонтики и решили полетать на них. Прыгнуть с третьего этажа! Детские глупости, но они могли стоить им жизни, а Хранитель успел предупредить меня об опасности. Правда, Хранители не чувствуют опасность от предметов. Яд, подкинутая бомба или начавшийся пожар… Если в этом не участвуют человеческие эмоции, Хранитель их не опознает. А в тот раз он почувствовал страх Ашанти.
Полет до особняка был так короток, что только я настроился на разговор, как пилот из-за перегородки крикнул:
— Мы на месте!
Здесь было тихо, пьяняще пах жасмин. Вечерний прохладный ветерок колыхал листву, жизнерадостно щебетали птицы, а солнце неспешно пряталось за горизонт, окрашивая небо в оранжевый.
Охрана, спустившаяся к поместью первой, отворила перед нами высокие остроконечные кованые ворота. Симар пропустил меня вперед, и я вошел.
Дом Игал не был таким большим, как дворец Халов, здесь не было той помпезности и обширных зеленых садов и беседок, как в особняке Зунара. Но мне хватило одного взгляда на светлые стены с ажурной отделкой, на витражные окна и маленькие, увитые цветами балконы, чтоб полюбить этот дом всей душой.
Не знаю, что такое накатило, но мне здесь нравилось все: уютный закуток в вишневом саду со светлыми широкими скамейками-качелями, садовые скульптуры из мрамора, поилка для птиц, каменные орлы с распахнутыми крыльями на крыльце. Было во всем этом какое-то очарование.
А возможно, все эти чувства накатили просто потому, что у меня никогда не было своего собственного дома. Цирк и вечные разъезды: вереница из отелей, гостиниц и арендованных домов. А затем — комната в интернате, где мы жили вшестером. И последнее место: небольшой дом матери Диего. Но все это не то. Места, которое я бы смог звать своим домом, у меня не было никогда.
Я почувствовал тоску и грусть, это были не мои чувства, я их сразу опознал. Эти эмоции принадлежали Алисане.
— Здесь теперь никто не жить? — спросил я, когда мы остановились у входа.
Хотя, осмотревшись, понял, что вряд ли это так: у дома был ухоженный вид, постриженные кустарники, чистые каменные аллейки, аккуратные зеленые лужайки.
— Сейчас здесь живет семейная пара, бывшие рабы твоих родителей, но им давно даровали свободу за преданность. Они все эти годы и присматривали за особняком, — сказал Симар.
И только он это произнес, как парадная дверь отворилась и оттуда вышли сухонькие старики, мужчина и женщина. Они склонили седые головы, не смея поднять глаза, пока Симар не сказал:
— Приветствуем вас. Мы желаем сегодня остановиться здесь.
— Приветствуем, Нара Симар Хал, — отозвались старики, поклонившись. — Свамен Азиз Игал, добро пожаловать домой.
Они выглядели взволнованными и смотрели на меня с каким-то странным воодушевлением.
— Свамен Азиз, — прошептала старушка, — не верю, что вы к нам вернулись.
— Такая радость! — подхватил старик. — Такое счастье! Весь город радуется вашему возвращению. Мы все ждали, когда же вы нас навестите, но никак не думали, что сегодня. Такая неожиданность!
Наверное, они так могли ворковать еще долго, но Симар их оборвал, обратившись ко мне:
— Идем. — Он снова взглянул на золотые часы на руке и добавил: — Через час должен подъехать Надим Люмб, познакомишься с ним. Взваливать на тебя дела Форхада сейчас никто не станет, но я бы советовал начинать вникать в них уже сейчас. Как только закончишь, все это перейдет под твое управление.
Мы вошли в дом и оказались в уютном холле. Я с интересом разглядывал помещение, Симар же терпеливо ждал, когда я налюбуюсь владениями.