— Хелен! — крикнула я. — Ты там?
Нет ответа. Я подошла к двери в коридор и заглянула туда. Может, на одном из этажей Хелен увидела через стекло уборщиков и по какой-то причине решила поискать сережку в другом месте. Найдя в телефоне номер Хелен, я нажала на кнопку вызова, однако попала на голосовую почту. Мне снова стало не по себе. Куда запропастилась эта странная женщина?
Должно быть, решила спуститься по лестнице, подумала я. Другого пути здесь просто-напросто не было. У меня сердце ушло в пятки, когда я представила, что ее поймала и допросила охрана. Или… вероятно, она уже отыскала сережку. Да! Вероятно, пропажа нашлась и Хелен теперь ждет меня на первом этаже.
Я немного воспряла духом. И сразу поспешила вниз, больше не утруждая себя поисками. Оказавшись на первом этаже, я в последний раз крикнула Хелен и открыла дверь во внутренний холл. Я подошла к турникету и оглядела зону для посетителей. Там было пусто, за стойкой охраны тоже. Я бросила взгляд в сторону офиса службы охраны, пытаясь уловить хоть какое-то движение внутри, однако дверь была закрыта. Может, Хелен сейчас там и ее допрашивают охранники? А может, ей уже заломили руки за спину и вышвырнули из здания? Господи! Я живо представила себе мрачное лицо Дэна и то, как он, разочарованно хмурясь, говорит, что я конкретно подгадила ему. Может, теперь он скажет, что ему не остается ничего другого, как уволить меня.
Я посмотрела на стеклянную дверь безупречно подстриженного маленького дворика слева от меня, подошла вплотную и подергала засов, а потом мой взгляд остановился на дверях лифта. И тут меня осенило. А что, если она пудрила мне мозги насчет своей фобии? Что, если потерянная сережка — это просто уловка? Что, если она, дождавшись, когда я проверю крышу и выйду на лестницу, вернулась к лифту и, пропустив мимо ушей мои призывы, поднялась на верхний этаж, а оттуда — на крышу?
Тревога скрутила внутренности узлом. Ринувшись к лифту, я посмотрела на табло индикации. Лифт стоял на двадцать пятом этаже, что еще ни о чем не говорило, поскольку я именно там его и оставила. Я нажала на кнопку, потом еще раз и подождала секунду. После чего приложила ухо к двери шахты лифта и прислушалась. Затем принялась настойчиво стучать по кнопке лифта, не сводя глаз с лампочки на табло индикации, которая упорно горела возле цифры «25». Я оцепенела. Что теперь делать? Может, стоит предупредить службу охраны? А вдруг Хелен просто вышла в туалет или вообще ждет меня на улице? Но если лифт застрял или — хуже того — был выключен, что в такой ситуации могли сделать охранники? Да ничего. Разве что подняться вместе со мной на двадцать пятый этаж.
Я кинула взгляд в сторону входа и вгляделась в стеклянную панель фасада задания в тайной надежде, что Хелен мелькнет в свете уличного фонаря. Затем я бросилась обратно через дверь к внутренней лестнице и, держась за перила, помчалась вверх, вверх и кругом, вверх и кругом; ремешок моей сумочки соскользнул с плеча, и сумочка, повиснув на локте, хлопала меня по ноге. Я поднималась все выше и выше, считая этажи. Четвертый, пятый, шестой. Я запрокинула голову и посмотрела наверх. Седьмой, восьмой, девятый. На подходе к двенадцатому этажу я окончательно выдохлась и тогда, на секунду остановившись, вытерла взмокший лоб рукавом, стащила с себя толстый свитер и продолжила подъем. Наконец, потная и запыхавшаяся, я достигла верхнего этажа, с разбегу ввалилась в двустворчатые двери и пробежала мимо бара. Двери лифта были открыты, но я не стала останавливаться, чтобы выяснить, в чем дело. Выбежав на террасу через аварийный выход, я забралась по узкой пожарной лестнице на крышу.
— Хелен! — крикнула я, и мой голос раскатисто прозвенел в холодном неподвижном воздухе. — Это я. Тейт. Ты здесь?
Нет ответа.
Я побежала вперед. Сработал сенсорный светильник, что-то ярко блеснуло на бетонном покрытии впереди. Вытащив из кармана телефон, я включила фонарик и посветила себе под ноги. Стекло. Повсюду осколки стекла. Сбитая с толку, я замешкалась. Оно что, уже было здесь раньше? Этого я не помнила. Я направила луч фонарика на то самое место, где видела бутылку из-под вина. Бутылка исчезла. Меня бросило в жар. В отчаянии я обвела фонариком крышу и заметила на земле возле светового окна нечто похожее на горлышко бутылки. Нерешительно обойдя его, я шагнула к самому краю крыши и, вцепившись в ограждение, посмотрела вниз. Мороз пробежал у меня по коже.
Внизу что-то было. Несмотря на кромешную тьму, в свете ближайшего уличного фонаря я увидела на тротуаре груду… чего-то такого. Вокруг уже собралась небольшая толпа, транспорт на проезжей части замер. Водители вышли из машин. Мои пальцы разжались, заскользив по перилам. И хотя всеми фибрами души я желала, чтобы это оказалось неправдой, просто дурным сном, сомнений больше не оставалось. Чье-то искалеченное тело лежало на тротуаре внизу.
Глава 5
Понедельник, 19 декабря
Сара достает из сумки пачку бумажных носовых платков, кладет их на стол и, придвинув поближе ко мне, терпеливо ждет, пока я вдоволь наплачусь.
Когда я, немного успокоившись, снова поднимаю голову, она спрашивает:
— Так вы сразу поняли, что это была она?
— Нет. — Я вынимаю из пачки носовой платок; меня трясет, а потому я обнимаю себя за плечи, чтобы остановить дрожь. — Я попыталась к ней подойти, но ее окружила толпа народу. Охранник из нашего здания тоже там был, а еще охранники из соседних зданий. Они отгоняли зевак. Меня к ней не подпустили. Я попыталась объяснить, что произошло, но объяснение получилось корявым. Я винила себя. Тогда я еще не знала того, что знаю сейчас.
Сара придвигает к себе ноутбук, проводит рукой по трекпаду и, поджав губы, секунду-другую щурится на экран.
— Итак, Тейт… что вы хотите сказать? — Она поднимает голову и смотрит мне прямо в глаза. — По-вашему, Хелен сделала это, чтобы вас подставить? Заманить вас в ловушку?
— Да, — соглашаюсь я и, глядя на выражение ее лица, добавляю: — Очень может быть. Впрочем, не знаю.
— Но зачем? — спрашивает Сара. — Чего ради ей это делать?
— Честное слово, я понятия не имею. У меня есть своя теория, но вы, вероятно, мне не поверите. Да я и сама толком не знаю, верю я в нее или нет.
Сара пристально смотрит на меня, а затем откидывается на спинку стула, сложив руки на груди:
— Хочу быть с вами предельно честной. Во-первых, я пытаюсь понять, как можно было поверить в столь невероятную историю. Потерянная серьга. Потерянный пропуск. Все это выглядит… крайне неправдоподобно.
— Знаю! Я просто форменная идиотка! — Я снова начинаю плакать.
— Тейт, я этого не говорила. Мы все иногда совершаем дурацкие поступки, поэтому ретроспективный взгляд — крайне полезная штука. Я лишь пытаюсь понять: почему вы поставили себя в такое трудное положение ради совершенно незнакомого человека?
— Потому что мне ужасно одиноко! — всхлипнула я. — Потому что я живу одна. Если не считать кота! Потому что мне не с кем поговорить. По крайней мере, с кем-то, у кого жизнь была бы такой же паршивой, как у меня.
— Ладно-ладно, — шепчет Сара.
— И она не была совершенно незнакомым человеком, — возражаю я. — По крайней мере, тогда я так не думала. По ее словам, она работала в «Коуэн Макколи» и знала Хейли. Она знала ее фамилию!
— Но она ведь не работала в «Коуэн Макколи», да?
Я качаю головой:
— Если честно, не знаю. На прошлой неделе Дэн разговаривал с кем-то из их отдела кадров, но они отказались предоставить ему информацию. Очевидно, все дело в защите персональных данных.
— Нам придется сделать запрос по раскрытию информации, — соглашается Сара. — А как насчет Хейли? Что она говорит по этому поводу?
— Она вообще не слышала о Хелен. Дэн поговорил с Хейли. Она не помнит, чтобы когда-либо встречалась в баре с некой Хелен из «Коуэн Макколи». — (Сара медленно кивает и почему-то прекращает печатать мои показания.) — Короче, Хелен оказалась первостатейной лгуньей. Я понимаю, что сейчас все ясно как день, но ее рассказ про потерянную сережку звучал вполне убедительно. Да и вообще, Хелен была реально расстроена. — Замявшись, я добавляю: — О’кей. Полагаю… полагаю, в глубине души я понимала, что тут дело нечисто. Но к тому времени, как она призналась, что на самом деле уже не работает в «Коуэн Макколи», я куда больше переживала из-за Дэна. Ну… вы понимаете. Я боялась, что она расскажет Хейли или кому-нибудь еще о нас с Дэном. И когда мы добрались до офиса, я уже находилась у нее на крючке. Я хочу сказать… если бы я не провела ее в офис, чтобы поискать сережку, она реально могла бы на меня разозлиться. Ну и как бы она со мной поквиталась? Наверное… я просто хотела перетянуть Хелен на свою сторону. Это все, о чем я могла думать.
В дверь стучат. Входит помощница дежурного офицера по работе с задержанными.
— Простите, что прерываю вашу беседу, но сержант приказал отвести вашего клиента снять отпечатки пальцев и прочее.
Сара советует мне идти на сотрудничество, после чего я встаю и выхожу из комнаты вслед за помощницей дежурного офицера. Мы идем по коридору и из изолятора временного содержания попадаем в ярко освещенную боковую комнату. Помощница дежурного офицера подводит меня к инфракрасному сканеру и, прижимая каждый мой палец к панели, прокатывает слева направо, чтобы получить изображение отпечатков на экране компьютера. Мне ужасно неприятно, но я, следуя инструкциям, послушно прижимаю руку к панели, пока она снимает отпечатки со всех моих пальцев, обеих ладоней и ребер ладоней. Меня фотографируют, затем берут мазки изо рта. Все это время я ощущаю присутствие Сары, которая, стоя в дверях, молча наблюдает за процедурой, что действует на меня успокаивающе, хотя и немного смущает. Сара хорошая. Я точно знаю. И она меня поддерживает. Это ее работа. Но верит ли она мне? Вот в чем вопрос. Если она не верит мне, значит никто не поверит. И в первую очередь полицейские. С какой стати? Я у них главная подозреваемая. Наверняка. А иначе я не оказалась бы под арестом. Меня осудят и отравят в тюрьму. Тут и к гадалке не ходи. И потом…