Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

— Должно быть, он стоит немалых денег, — заметила Грейс, взяв у меня браслет и повертев его в руках. — Интересно, как он оказался в Темзе?

— Ну тот, кто его туда бросил, кем бы он ни был, совсем не ожидал, что браслет когда-либо извлекут из реки, — заметила я. — Он был примотан проволокой к здоровущему булыжнику и, судя по виду этой проволоки, долго пролежал в воде.

Грейс оглядела внутреннюю часть браслета.

— Конечно, на нем осталось еще слишком много грязи, чтобы сказать наверняка, но я не вижу пробы. Так что не исключено, что это все-таки подделка, — хихикнула она. — А может быть, его швырнул в реку ревнивый влюбленный, чтобы таким образом наверняка избавиться от подарка, который преподнес возлюбленной соперник.

— Он мог бросить его туда вслед за этим самым соперником или девушкой, которую ревновал, — задумчиво предположила я, представив себе какую-то темную, грозно нависшую надо мной фигуру. Я словно воочию видела эту сцену — охваченный яростью любовник швыряет в реку браслет, прикрепленный к большому камню. От этой мысли меня пробрала дрожь.

Я забрала браслет у Грейс и осторожно потерла его, жалея, что нет никакой возможности выяснить, как он все-таки оказался в реке. Наверняка за этим стоит какая-то необычная история, и мне ужасно хотелось узнать, что же произошло. Чьи руки так основательно примотали этот браслет к тяжелому камню?

— Интересно посмотреть, как будет выглядеть эта штука, когда с нее счистят всю грязь, — заметила Грейс, прервав мои раздумья. — Кстати, раз уж мы заговорили о грязи, то что ты собираешься теперь делать? Не можешь же ты отправиться в Ричмонд в таком виде. — И она показала на засыхающую на моих джинсах темную грязь.

Когда она упомянула это, я вдруг поняла, что чувствую вонь. Я постаралась незаметно втянуть носом воздух — да, от меня не очень-то хорошо пахло.

«К тому времени, когда я доберусь на электричке домой, переоденусь и попаду в Ричмонд, будет уже слишком поздно идти в кино», — вдруг осознала я, с тяжелым вздохом взглянув на часы. И я не просто опоздаю — я пропущу немалую часть фильма, если меня вообще пустят в кинотеатр. Я жила не так уж и далеко, но по моей ветке электрички ходили особенно медленно и к тому же всего раз в час.

— Хм-м. — Грейс окинула меня оценивающим взглядом, и в глазах ее заплясали шаловливые искорки. — Если хочешь, чтобы тебе помогли, то я приведу тебя в божеский вид.

Я почувствовала, как у меня ссутулились плечи от осознания того, что я наконец предоставила-таки Грейс возможность сыграть роль феи-крестной. Мы с ней уже несколько лет вели споры относительно моей непоколебимой убежденности в том, что вне школы имеет смысл носить только джинсы. Сама Грейс всегда выглядела совершенно шикарно в изумительных винтажных вещах, которые ей удавалось выискивать в отдающем выручку на благотворительные нужды местном магазине секонд-хенд и которые прекрасно оттеняли ее темные волосы и смуглую кожу. Мне же никогда не хватало терпения, чтобы пытаться отыскать там что-то и для себя. Даже моя мать оставила попытки покупать мне что-либо, помимо самых практичных вещей.

— Хорошо, согласна, — со смехом сказала я, признавая поражение. — Делай что хочешь! — Я бросила браслет в рюкзак, допила свой напиток, взяла Грейс под руку, и мы направились обратно на центральную улицу.

На мою беду, в Твикенхеме оказалось великое множество магазинов, торгующих подержанными вещами, и Грейс представилась возможность выбирать из вороха всевозможных прикидов. Она долго возилась, прикладывая ко мне то одну вещь, то другую.

— Честное слово, Грейс, если ты не поторопишься, то окажется, что я смогла бы переодеться быстрее, если бы все-таки поехала домой.

— Думаю, я нашла именно то, что тебе нужно! — торжествуя, объявила она. — Мы сможем переодеть тебя на станции. — Она заплатила за последнюю из выбранных вещей и собрала вместе все пакеты с покупками. — Я буду рада, когда ты скинешь эти джинсы. Ей-богу, запах становится все хуже и хуже.

Я не могла с ней не согласиться. То, во что я плюхнулась задом на отмели, пахло как какая-то дохлятина, которой было уже много дней. Но одновременно мои мысли в который раз вернулись к лежащему в рюкзаке браслету и к нарисованной воображением темной фигуре, бросающей его в реку.

— Знаешь, — сказала я, когда, идя к железнодорожной станции, мы увидели впереди полицейский участок, — мне следует сообщить полиции, что я нашла этот браслет. Возможно, он ценный, а я понятия не имею, кому по закону должно принадлежать то, что найдено в реке. Мне совсем не хочется, чтобы меня обвинили в том, что я украла его у государства.

— Ну, думаю, ты могла бы о нем сообщить, — с сомнением в голосе ответила Грейс. — Но тогда они, возможно, просто возьмут и отберут его у тебя.

— Не исключено. Зато тогда я хотя бы не буду чувствовать себя так, словно в чем-то виновата. Давай зайдем в участок и выясним, что к чему.

Полицейский участок имел весьма обшарпанный вид. Я поднялась по его истершимся ступенькам и глубоко вздохнула, открывая тяжелую входную дверь. Грейс, войдя внутрь вслед за мной, осторожно присела на самый краешек одного из стульев, явно стараясь не слишком внимательно всматриваться в то, что нас окружало. Все предметы здешней обстановки, похоже, были привинчены к полу.

Полицейский, сидящий в окошке отдела справок, был на вид так стар, что годился мне в дедушки. Перед ним лежала огромная кипа бумаг, и он, похоже, что-то в ней искал. Я стояла и ждала, когда он ко мне обратится, но он не обращал на меня ни малейшего внимания. В конце концов я сдалась и заговорила первой.

— Здравствуйте. Я нашла эту штуку в песке у реки и подумала, что, возможно, мне следует отдать ее государству, — сказала я и опустила браслет в выдвижной ящик, находящийся под толстым стеклом окошка.

Полицейский тяжело вздохнул и наконец поднял голову. Он уставился на меня, потом подвинул ящик на свою сторону и достал оттуда браслет.

— А известно ли вам, юная леди, сколько бумаг мне придется составить, чтобы должным образом зарегистрировать нечто, обнаруженное в реке? — спросил он скучающим голосом, вертя браслет в толстых пальцах.

— Э-э, вообще-то нет, — промямлила я, гадая, действительно ли он хотел получить ответ на свой вопрос.

— По-моему, это дешевка, — категоричным тоном заявил он. — На вашем месте я бы оставил эту штуку себе. — Он бросил браслет обратно в ящик и подвинул его ко мне.

— Вы уверены? — Мне браслет отнюдь не казался дешевой бижутерией, наоборот, по-моему, он выглядел ценным.

— О да, нам все время приносят подобный хлам. Это просто дешевка. — Он посмотрел на меня и подмигнул. Я поняла его намек.

— Спасибо, офицер, извините, что оторвала вас от дел. — Я схватила браслет и засунула обратно в рюкзак, широко улыбаясь полицейскому.

Грейс уже отошла от длинного ряда пластиковых стульев и стояла у выхода, нетерпеливо постукивая по полу ногой.

— Пошли уже, — сказала она. — А то мы не успеем переодеть тебя до прихода электрички.

На станции мы зашли в дамский туалет, и она загородила собой дверь, чтобы больше никто не смог войти, потом передала мне пакеты с купленными вещами. Они оказались именно такими, как я и ожидала, но, когда я посмотрела на свое отражение в замызганном зеркале, мне все-таки пришлось признать, что вид у меня неплохой. Все выглядело хорошо, за исключением обуви — мои перемазанные грязью кроссовки «Конверс» цвета электрик совершенно не подходили к шифоновому платью с широкой, ниспадающей красивыми складками юбкой и прелестному асимметричному кардигану. Грейс окинула меня придирчивым взглядом.

— Недурно, — заключила она. — Но твоя обувь никуда не годится. К счастью, у меня есть секретное оружие. — Она быстро достала из своего рюкзачка еще один пакет и бросила мне. В нем оказалась пара блестящих босоножек типа вьетнамок с перемычками между пальцами, которые прекрасно перекликались со сверкающими пуговицами кардигана.

— Я не могу их надеть, — запротестовала я. — Ты же знаешь, я не способна удержать на ногах вьетнамки даже на пляже.

— Что ж, надо же когда-то учиться, — решительно сказала она. — В любом случае кроссовки ничуть не чище джинсов. — И она показала на перепачканную обувь. Конечно же, она была права.

— И я уверена, что Роб по достоинству оценит перемены в твоем внешнем виде, — с самодовольной усмешкой заметила она.

— Он меня просто не узнает, — пробормотала я себе под нос, но не могла не согласиться: теперь я в самом деле выглядела совсем иначе. Возможно, это и впрямь послужит тем самым толчком, которого ему не хватало.

— А теперь мы сделаем вот что, — сказала Грейс, освобождая мои волосы от резинок и заколок и распуская их, так что они упали мне на спину. — Ты смотришься совершенно шикарно! — изрекла она, когда к станции с грохотом подъехала электричка и мы поспешно собрали пакеты с тем, что я с себя сняла. — Думаю, тебя ждет незабываемый вечер.

По правде говоря, мои блестящие босоножки типа вьетнамок были далеко не самой подходящей обувью для того, чтобы преодолевать даже самое небольшое расстояние пешком. С трудом ковыляя вверх по лестнице, ведущей в ричмондский паб, я заставила Грейс пообещать, что, когда я поеду домой, она вернет мне кроссовки.