Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Часть I

Набор «природных» ресурсов банка — способность принимать разнотипные риски

Глава 1

Два подхода к понятию риска, или Почему важно рассматривать риск не только в традиционном узкокредитном понимании

Если кто-то скажет, что ему интересно обсуждать риски, то вряд ли мы ему поверим. Однако эту книгу нельзя начать иначе, чем с основ, поскольку главная ее тема — соотнесение элементов сложного набора банковских бизнесов и сопутствующих им рисков.

Разное понимание сути банковской деятельности

Классики марксизма-ленинизма недолюбливали банкиров за то, что они вместе с предпринимателями участвовали в «пилении» созданной пролетариатом и крестьянством прибавочной стоимости, поскольку получали свою долю в виде процента на деньги, которые давали предпринимателям на развитие.

Эти деньги банкиры аккумулировали, принимая на хранение сбережения богатых людей и свободные средства корпораций. Карл Маркс писал «Капитал», когда идея розничных банков, как и многие другие концепции современных финансов, только зарождалась, поэтому обслуживание трудящихся в банках не привлекло его внимания, и «резали глаз» лишь богатые клиенты. Хотя Маркс был разносторонним теоретиком и в числе прочих вопросов затрагивал тему рисков, квинтэссенцией банковского дела для него в основном было получение банками прибыли за посредничество между размещением сбережений и выдачей кредитов. Поэтому в его понимании прибыль возникала в результате эксплуатации банками своего служебного положения финансового посредника, а не была своеобразной платой за оказываемые ими услуги, инфраструктуру и в конечном итоге — за самое важное: принятие рисков.

Такое понимание банковского бизнеса, идущее еще от К. Маркса, сохранилось до сих пор. Не только обычные люди, но и большинство банкиров считают банковское дело процессом, состоящим из трех стадий: берешь депозит — выдаешь кредит — стрижешь купон. Однако есть и другая точка зрения. Ее можно обозначить просто: банки торгуют рисками.

Кто использует первый подход? Многие небольшие американские и европейские банки, большинство из которых сегодня переживают не самые простые времена.

Кто использует второй? Крупные американские банки типа Goldman Sachs и J. P. Morgan.

Разница между двумя подходами к пониманию риска

«Риск банков» — понятие неоднозначное. В него вкладывают два смысла. В упрощенной версии риск — это нечто неосязаемое, страшное, требующее бесконечного контроля. Для этого в подразделения риск-менеджмента банков нанимают бородатых математиков, которые говорят на сложном даже для банкиров диалекте и «ничего не понимают в реальной жизни», зато на все вопросы готовы дать ответ специально для этих целей написанной программой.

Во втором, более правильном, случае банки воспринимаются не просто как компании, несущие риски, а как компании, для которых риски представляют собой источники получения прибыли, как нефть — для нефтяника и золото — для золотодобытчика.

При таком взгляде на этот бизнес его понимание как процесса сбора денег и их раздачи клиентам отступает далеко на задний план, а управление рисками в качестве одного из видов управления ресурсами становится для банков самой важной задачей. В этом случае те же самые математические модели становятся менее отвлеченными. Их реально пробуют приспособить к оптимизации использования риска, точнее, разных его типов. Банки делят риск на несколько составляющих (от пяти до десяти) и к каждой из них относятся как к ограниченному ресурсу. За ту или иную разновидность риска назначается некая цена или хотя бы определяются возможные потери капитала.

Некоторые последствия разницы во взглядах на суть банковского бизнеса

Казалось бы, разница между первым и вторым вариантом незначительная, но отношение к рискам как к источникам потенциальных убытков, которое свойственно первому подходу, превращает управление ими в контрольно-ограничительную функцию. Когда же бизнес рассматривает риски как ресурсы, он ищет, как наилучшим образом их использовать. Банкиры второй группы приспосабливаются к постоянно изменяющимся ситуациям, балансируя между возможностями. Процесс такой оптимизации кажется приверженцам первой модели абстрактным. В их «функциональных кубиках» такие изменения не нужны. Зато превалируют дискуссии об оптимизации процессов, нахождении правильных ключевых показателей эффективности (KPI) и т. д. Эти банкиры все-таки не совсем становятся финансистами, т. е. людьми, просчитывающими варианты приложения капитала.

Таким образом, абстрактная разница в отношении к концепции риска имеет далеко идущие конкретные практические последствия.

В сегодняшнем мире — мире быстрых изменений и авралов — первая группа банкиров реагирует запоздало и с бо́льшими потерями, поскольку их упрощенный подход к риску, как сито с крупными отверстиями, не позволяет улавливать качественную разницу между возникающими ситуациями.

Что касается применения второй модели, то недостижимым эталоном в этом смысле остается J. P. Morgan. Там еще до 2008 г. у руля стояли люди с солидной рыночной подготовкой, а вот Citigroup и многие другие американские крупные коммерческие банки по такому пути пошли с запозданием, уже после того, как в процессе конкуренции за прибыль набрали риски, с которыми во время кризисных событий 2007–2008 гг. не смогли справиться, и выжили только благодаря помощи правительства.

В результате подобных провалов регуляторы, оценившие преимущества более рационального подхода к рискам, решили его кодифицировать, а точнее, создать жесткий перечень требований к оптимальному управлению рисками. Возникло могущественное сверхконсервативное крыло, которое направляет банковский бизнес в фарватер уже не столько управления ресурсами риска отдельных банков, сколько защиты государств как страхователей банковских вкладов от потенциальных проблем. Именно представители этого крыла пишут банковские директивы типа «Базелей», цель которых — выделение разных категорий рисков и управление ими. Потенциальными бенефициарами этих регуляций должны быть те банкиры, которые совсем уж не понимали суть банковского бизнеса, но при этом попытки консерваторов регламентировать абсолютно все стороны риска в конечном счете больше похожи на усилия ограничивать всяческие риски в качестве основного способа управления ими.

Но поскольку сверхрегулирование фактически является иным взглядом на разные риски, то сохранился запрос на «финансистов», то есть тех, кто в новой среде находит способ оптимизировать ресурсы банков.

В долгосрочной перспективе при всех недостатках второго подхода в первую очередь оптимизация использования рисков позволяет не потерять деньги. В дальнейшем растут не только доходы, но и долговременная капитализация, поскольку, поняв суть рисков, вы снижаете потери и выживаете в сложных ситуациях, в то время как ваши конкуренты упускают инициативу. Благодаря своей стабильности вы получаете лучший рейтинг, более дешевые заемные средства и возможность роста клиентской базы за счет более рейтингованных клиентов. А в моменты кризисов вы оказываетесь в позиции, позволяющей, во-первых, очень много заработать, а во-вторых, расширить долю рынка.

Мы вернемся к обсуждению концепции риска в контексте перегибов современных регуляций, заложенных в рекомендациях «Базелей». Но для того, чтобы оценить механизм их работы, нам необходимо рассмотреть множество элементов, которые учитываются в этих документах.