Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Лето на исходе и другие рассказы

составитель Амелия Уильямс

Посвящается моей дочери

Предисловие от Амелии Уильямс

Возможность написать предисловие к этому сборнику — большая честь. Здесь, под обложкой, прячутся от холода три истории. Все они очень для меня важны. Первый рассказ, конечно же, мой собственный — «Лето на исходе» о волшебном мире Кейт Вебстер — «девочки, которая ждала». Второй рассказ — «Поцелуй ангела» Мелоди Мелоун был первым, что я прочла, оказавшись в Нью-Йорке. И, наконец, чудесный «Дьявол в дыму» был так же дорог мне в детстве, как теперь мои собственные книги дороги юным читателям, о чем я была очень рада узнать.

Если вам интересно, что связывает эти три рассказа между собой, ответ очень прост — приключения. Стреляете ли вы из пистолета с Мелоди Мелоун, боретесь ли с ночными кошмарами вместе с мадам Вастрой или даже просто бежите по льду с Кейт Вебстер, все это — маленькие миры приключений.

Прежде чем продолжить, я бы хотела кое-кого поблагодарить. Моего многострадального мужа Рори, всегда готового помочь добрым словом и чашкой чая, неутомимого редактора Ливию Сильверстин и ее мопсов Ланселота и Гвиневру — только они и помогли мне не сойти с ума от бурных вечерних споров у нее дома. Я также хочу поблагодарить свою помощницу Джанет, которая всегда знает, где мои очки, и отвечает на множество занятных писем от моих чудесных читателей. И, бесспорно, мне очень помог острый взор Родрика Шелларда и Пола Кэнтли и полезнейшие советы Барбары Бэлон, Роберта Смита, Сьюзан Гиллингуотер, Альберта ван Леопарда, Николы Пэйн, Терранса Пегаса и Явы Думалаих.

Отлично. Думаю, получилось достаточно уныло. Они все уже бросили читать. Кроме тебя. Только ты и остался, верно? Я знала, что так будет. Знала, что когда-нибудь ты найдешь где-нибудь в секонд-хенде эту старую, перепачканную вареньем книгу, пожелтевшие страницы которой будут пахнуть карамелью. Я знала, что ты возьмешь ее и тонко улыбнешься своей легкой улыбкой, — той, что все еще задумчива, когда твои глаза уже на три шага впереди, бегают туда-сюда. Посмотришь последнюю страницу и просто полюбопытствуешь, нет ли в этой книге еще чего-нибудь для тебя, мой милый, глупый человек в лохмотьях. Что ж, есть. Но прежде я должна сказать тебе что-то важное.

Ни в коем случае не своди глаз с этой страницы. С тех слов, что видишь прямо сейчас. Не прекращай читать. Потому что, быть может, весь твой мир вот-вот изменится. Возможно, кто-то сейчас стоит прямо перед тобой. Нет, не смотри! Позволь мне сначала сказать тебе, кто это. Потому что я знаю.

Я все время вижу ее. Вижу эту старушку везде, постоянно. То она в магазине, то на другом конце улицы машет желтым такси, будто не видит, что машины едут в другую сторону. Я чувствую, что она рядом, во мне просыпается странное беспокойство, словно за мной следят. Я оборачиваюсь — и она там, стоит и смотрит на меня. Не говорит ни слова. Просто смотрит, и улыбка ее так печальна. А затем то грузовик проедет мимо, то пробежит толпа покупателей, и вот ее уже нет.

Мы с Рори — он, слава богу, здоров, немного седоват, но все еще в расцвете сил — прошлой осенью были на озере Эри. Листья в это время опадают, и все пахнет так по-осеннему, вокруг разливается аромат живицы и дымных костров. На озере стоял туман, и там была она. Маленькая старушка. Стояла на краю пристани и просто смотрела на меня, вновь улыбаясь той самой печальной улыбкой. Рори встревожился (его зрение все так же остро). «Она… стоит на воде?..» — спросил он. Нет, но почти, она стояла на самом краю, словно не хотела больше быть частью этого мира, желала раствориться в тумане, что клубился у ее ног. (Прости, я все-таки писатель.)

Старушка ждала меня. Я знала это. Она поманила меня, и я шагнула к ней, но Рори положил мне руку на плечо.

— Эми, не надо, — сказал он. — Ты что, фильмов не смотрела?

— Каких еще фильмов? — спросила я.

— Ну не знаю, такое в любом фильме, по-моему, есть. Нельзя разговаривать с жуткими незнакомцами.

— Ну, — сказала я. — Сейчас еще не Хеллоуин, целоваться мы не собираемся, а дом не построен рядом с индийским кладбищем домашних животных.

— Откуда знаешь? — спросил Рори.

— Мне просто страшно, вот я и несу чушь, — ответила я едко. — Как же мне этого не хватало!

— Мне тоже, — согласился Рори. — Ладно, иди поговори с ней.

И я пошла.

— Здравствуй, — сказала она, слабо махнув. — Мне, наверное, не стоит с тобой разговаривать.

— Кто вы?

Она пожала плечами.

— Я не уверена, что теперь это важно.

— Не понимаю.

— Тебе когда-нибудь казалось, что ты живешь только ради одной-единственной цели? — Даже для старушки она вела себя странно.

— Нет!

— Мне тоже, — она вздохнула. — По крайней мере, до некоторых пор. А затем один яркий миг — и всё, вся остальная жизнь становится такой серой, такой нормальной, и тянется она еще долгие годы.

По моей спине пробежал холодок. Да, сказала я ей. Да, мне хорошо знакомо это чувство.

Я спросила, что произошло, но она не стала углубляться в подробности.

— Ты наверняка все равно не поверишь, — она усмехнулась, как усмехаются люди, когда им совсем не смешно. — Это случилось так давно, и я была так молода. В общем, жил на свете один человек. Не такой, как все другие. И в гуще того безумия, огня и… — она замолкла на миг, — …прочего, я просто чувствовала, что должна ему помочь. Казалось, я была рождена именно для этого. Казалось, я ждала всю свою жизнь, только чтобы схватить его и оттащить в сторону, спасти от молнии. А затем он просто вскочил, отряхнулся, потушил одежду, кивнул мне и исчез. Убежал прочь.

Ох.

Она продолжала:

— Было в нем что-то необычное. Он так сиял, казался таким знакомым. Словно я уже делала это прежде. Словно сделаю снова. — Старушка будто удивлялась самой себе. — Но я никогда не встречала похожих на него. Пока не увидела тебя. В тебе есть тот же самый свет — но теперь он угасает, верно?

— Да, — сказала я. И вдруг, сама того не ожидая, поняла, что плачу.

— Потому я и ходила за тобой. На случай… если тебе понадобится помощь.

— Нет, к сожалению, нет, — ответила ей я. — Рядом со мной давным-давно уже ничего не взрывалось. Даже обидно.

— Что ж, — сказала старушка. — Тогда, пожалуй, мне остается только спросить — ты знала его?

Я посмотрела ей в глаза. В них плясали золотые искорки.

— Когда-то, — я кивнула, — у меня был воображаемый друг. Но оказалось, что он настоящий и с тех пор совсем не повзрослел.

Мы улыбнулись друг другу. Одной и той же печальной улыбкой.

Она заговорила снова.

— Ты не могла бы передать ему послание от меня?

И вот что я хотела тебе сказать.

Я знала, что когда-нибудь ты найдешь эту старую, перепачканную вареньем книгу, пожелтевшие страницы которой будут пахнуть карамелью. Знала, что ты возьмешь ее и тонко улыбнешься своей легкой улыбкой. Сейчас эта улыбка застыла на твоих губах. Потому что в кои-то веки на три шага впереди оказалась я. Поэтому, Доктор, будь готов поднять глаза. Она ждет тебя. Она ждала очень долго. И если ты увидишь женщину, которая будет просто наблюдать за тобой, знай, что беда близко.

Но прежде чем ты поднимешь глаза, я передам тебе ее послание:

«Беги, смышленый мальчик, и помни…»