Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

— Так уж и не нужных, — нахмурилась Анжела.

— В большинстве своем. Это примитивное общество, идеи гуманизма и ценности отдельной жизни там в зачаточном состоянии. Две трети детей и впрямь умирает, не дожив до репродуктивного возраста. Поэтому они много рожают и относятся к потере ребенка как к неизбежной, даже обязательной составляющей бытия.

Анжела кивнула. Спросила:

— Бомбы чистые?

— Ну, разумеется! Протонные заряды, никакой радиации.

— И никто не пострадал?

— Мы три недели вытесняли население из долины. Лавины, оползни, психотронное облучение. Часть ушла в Империю, часть — в королевство. Перевалы засыпаны снежными оползнями. Торговцы негодовали, но вынуждены были вернуться.

Люциус помедлил, потом сказал:

— Конечно, полной гарантии дать нельзя. Авантюристы, охотники, отшельники… за кем-то мы могли не уследить. Но это единицы, в худшем случае — десятки людей. Война унесла бы миллионы. Они очень сурово воюют. Прирожденные воины, знаете ли.

Люциус осекся. «Что я несу, — в ужасе подумал он. — Это от волнения. Это адреналин в крови. Если она поймет…»

— Вам придется заняться перевоспитанием детей, — сказала Анжела. — Понимаю потребности Дружественного Союза в новых колонистах, но сможете ли вы адаптировать их в современном обществе?

«Дура, — с облегчением понял Люциус. — Слава Богу, она дура. Она не видит дальше того, что ей хочется видеть. Времена настоящих инспекторов, всюду ищущих двойное дно и чующих любой заговор, прошли».

— Именно поэтому мы ограничили возраст двенадцатью годами. В подростковом возрасте гипнообучатели малоэффективны, но этих детей мы воспитаем так, как сочтем нужным.

— Делайте особый упор на демократические и гуманистические ценности, — посоветовала Анжела. — Наука, технология — это все прекрасно. Но в первую очередь нас волнует увеличение поставок продовольствия и тяжелых металлов.

— Не будет ли это недемократично, Анжела? — Люциус позволил себе легкий упрек. — Вы предлагаете занять этих детей, наших будущих полноправных сограждан, на тяжелой работе. По сути, превратить в людей второго сорта. Федерация всегда строго предостерегала против подобного…

— Ну что вы, Люциус! — Анжела нахмурилась. — Вы спасли детей из примитивного средневекового общества, от ужасов войны, голода и болезней. Все мы понимаем, что не каждый сумеет адаптироваться полноценно. Кто-то найдет себя в трудах на ферме или в руднике. Но, разумеется, самые способные дети должны получить хорошее образование, их надо взять в семьи! Рекомендую, кстати, вам лично принять одного-двух детей. Королевского наследника — непременно. Мальчик, вероятно, проблемный, но психологи справятся. Зато через какое-то время у вас будут основания вернуться на эту планету и получить власть в королевстве… абсолютно законно!

Люциус склонил голову:

— Благодарю, Анжела. Я так и поступлю.

Инспектор улыбнулась:

— Прекрасно. Я подпишу акт о том, что переселение трех миллионов детей из забытой колонии являлось актом гуманизма, было совершено с полного одобрения местной власти, максимально гуманно, без причинения вреда экологии и передаче отсталому обществу опасной информации и технологий.

— Могу ли я надеяться, — осторожно спросил Люциус, — что нам позволят провести подобную операцию еще два-три раза?

Анжела подняла брови:

— Еще десять миллионов? Люциус, вы меня удивляете. У вас такие обширные планы?

— Позвольте, госпожа инспектор, я покажу вам перспективный бизнес-план! — Люциус поднялся и прошел к информационному экрану. — Смотрите, вот эти две планеты могут быть полностью перепрофилированы на выпуск сельскохозяйственной продукции. В поясе астероидов и на этих планетоидах огромные запасы руды…

— Как вы будете все это вывозить на Землю? — полюбопытствовала Анжела. — Существующий флот едва справляется.

— У нас достаточно квалифицированных техников и рабочих, особенно если на простых производствах их подменят новые граждане…

— Только после того, как они вырастут! — строго сказала Анжела.

— Ну, разумеется! Так вот, мы могли бы наладить производство собственных грузовых кораблей… если Земля разрешит, конечно. Через пять-семь лет поток продуктов и руды увеличится вдвое.

Анжела размышляла. Потом кивнула:

— Я буду рекомендовать выдать вам лицензию, Люциус. Ваши планы амбициозны, но обоснованны.

— Если бы Земля еще передала нам технологии клонирования… — рискнул добавить Люциус.

— Нет! — Анжела резко поставила бокал на стол и покачала головой. — Даже не просите. После отделения Второго Альянса мы наложили запрет на подобные технологии.

— Но…

— Вам лично я доверяю, — твердо сказала Анжела. — Но что, если после вас к власти в Союзе придут сепаратисты? Неограниченные человеческие ресурсы плюс ваши запасы полезных ископаемых, сельскохозяйственные планеты, возможности по производству кораблей… И всего четыре гипертуннеля, ведущие к планетам Федерации! Нет, нет и нет!

— Простите. — Люциус склонил голову. — Я не мог помыслить о таком… но вы правы. Безусловно, правы.

Анжела встала, потянулась — тонкое облегающее платье самым выгодным образом подчеркнуло ее фигуру. Рядом с ней, как и рядом с любым землянином, Люциус чувствовал себя неотесанным и неуклюжим мужланом.

Наверное, точно так же себя ощущал король, глядя на его голограмму…

— Вроде бы пора отправляться в постель, — сказала Анжела задумчиво. — Но при этом спать еще не хочется.

Ее взгляд оценивающе пробежал по Люциусу.

— Вы не составите мне компанию, Наместник? — мягко спросила она.

Люциус опешил. Земляне отличались легкостью нравов, но вот инспектора — что мужчины, что женщины — никогда себе вольностей не позволяли.

Значит, все в порядке. Анжела ему доверяет. Она не видит никакой угрозы в планах Дружественного Союза, она представит их на Земле в самом выгодном свете… А уж бюрократы из правительства легко проведут любое готовое постановление. Долгий труд Люциуса, а до того — его отца и тайной организации «Свобода и независимость», близится к концу.

— Это огромная честь для меня, — сказал Люциус, подходя к Анжеле.

— Оставьте, Лю. — Руки Анжелы крепко обвили его шею. — Здесь нет землян и колонистов, инспекторов и наместников… Только умный сильный мужчина… и женщина, истосковавшаяся по теплу…

Обнимая Анжелу, Люциус даже ощутил неловкость. Обмануть инспектора, а потом еще и заняться с ней сексом… в этом было что-то нечестное.

Но такова была цена вопроса.

* * *

Люциус храпел во сне. Анжелу это скорее веселило, чем смущало, — так же, как его волосатая грудь или слишком мускулистые, на взгляд землянина, руки. В сексе с колонистом тоже был занятный элемент новизны — он непременно хотел доминировать, и любое проявление инициативы со стороны Анжелы его смущало.

Казалось бы, всего десять поколений, прошедшие с тех пор, как предки Люциуса основали Дружественный Союз, колонизировав вначале две планеты в одной звездной системе, а со временем — еще и три ближайшие звезды. И связь с Землей они никогда не теряли. И технологии получали… в разумной мере, разумеется. Но все равно они уже другие…

Анжела лежала рядом с наместником, смотрела в прозрачный потолок каюты, в черное звездное небо, на темный диск планеты. Забытая колония со времен первой галактической экспансии… средневековье… рыцари, короли, сражения, суеверия… как это романтично! Она попыталась представить себя в объятиях короля, но фантазия решительно воспротивилась. Король был слишком грязен, слишком кряжист, его лицо обильно поросло растительностью и было изуродовано грубыми шрамами. В самой мысли о сексе с таким человеком было что-то противоестественное. Хотя… если этого короля отмыть, приодеть, вылечить шрамы, вставить новые зубы… Анжела усмехнулась. Да. Это было бы волнующим приключением, о котором не стыдно рассказать мужьям. Но на глупости нет времени.

Со временем вообще хуже всего.

Как они мечтали наконец-то встретить братьев по разуму! Не рассеянных в пространстве колонистов, тысячи лет назад покинувших умирающую (как им казалось) Землю на медленных кораблях поколений. А настоящих, не похожих на людей, рожденных другой планетой, с другой философией, этикой, мышлением…

Домечтались…

Из семи кораблей, ушедших сквозь район Дружественного Союза в дальний поиск, вернулись два. Еще один успел послать аварийный зонд с записями. Экипаж тех двух кораблей до сих пор находится в изоляции под наблюдением психологов, их рассказы и записи с аварийного зонда доступны лишь самым психически устойчивым членам правительства.

Молили о братьях по разуму? Получите. Вот они, ваши братья. Во всей красе. Со своей необычной психологией-физиологией, со своими этикой и эстетикой… Теперь не жалуйтесь. Вы искали и нашли. А они теперь знают, где искать нас.

И самое ужасное — они сильнее. Не настолько, чтобы опустить руки. Но вполне достаточно, чтобы четко и ясно понять: Федерация не выдержит войны. А война неизбежна. И если человечество проиграет войну, но не погибнет, это будет чудовищно вдвойне. Потому что людей не уничтожат, они просто станут зависимы и…