Не люблю старый район, тут можно нарваться на подвыпивших рабочих, что бродят в поисках приключений. Или же на банду воров. Но мне не нужно было далеко заходить в опасные места. Я несколько раз свернул, петляя по узким загаженным улочкам, и наконец оказался у длинного приземистого здания. Трактир «Сивый гном». А я уж боялся, что заблудился.

У крыльца стоял большой и плотный, даже толстый мужик. Высокий, широкоплечий, руки как бревна. Толстые щеки заросли жесткой щетиной, из-под расстегнутой рубашки проглядывала мощная волосатая грудь. Карие, неожиданно умные глаза сверкали весельем и задором! Одет он был просто, как и я, на груди болтался бронзовый медальон с изображением оскаленной волчьей морды, знак профессии.

— Эскер, собака ты такая, сколько тебя можно ждать?! — громыхнул мой двоюродный брат.

Он пыхнул трубкой, оскалился в белозубой улыбке. Клыки длинные и острые, такие больше бы подошли какому-нибудь хищнику, например волку или медведю.

— Извини, Тох, работа, — попытался оправдаться я и развел руками.

Он ухмыльнулся еще шире и двинулся в мою сторону. В ноздри ударил запах большого хищного зверя. Он обнял меня так, что все мои косточки натужно затрещали, потрепал по голове…

— Работа не волк, в лес не убежит, — изрек он мудрость глубоким, хорошо поставленным голосом и гулко захохотал — Делу, как говорится, время, а пьянству времени еще больше!

Я невольно поморщился. Хорошее настроение стало потихоньку покидать меня. Возникло неприятное ощущение, даже предчувствие. Ну дернули же меня демоны устроить эту пьянку! Хотя и увильнуть я не мог. Еще бы — защитил диплом в нашем университете, стал настоящим специалистом-магом, нашел приличную работу… В общем, хочешь не хочешь, а выпивку ставить надо. Но, зная двоюродных братиков, я был почти на сто процентов уверен, что тихо и мирно все не закончится. Вот помню, когда был на первом курсе, нас понесло в университетское общежитие. Друзей навестить, какой-то праздник отметить. Отпраздновали так, что студенты, ребята, в общем-то, не робкого десятка, на следующий день разбегались от нас в диком ужасе.

— Заведение приличней не нашли? — невинно поинтересовался я, разглядывая обшарпанную вывеску трактира с изображением характерной бородатой и красноносой личности.

Стены питейного заведения были заляпаны чем-то омерзительным на вид, даже думать не хотелось, чем именно, — тошно. Дверь и ставни, потемневшие от непогоды и старости, пугали своей хрупкостью. Рядом с крыльцом сладко посапывал мужичок, как две капли воды похожий на рожу с вывески. Я принюхался, но тут же отшатнулся в ужасе. Над этим типом, по-моему, даже мухи не летали, боялись очуметь от перегара.

— А что? — пожал плечами Тох. — Дешево и сердито. Как раз по нам. Или ты хотел повести нас в «Золотую шпору»?

Он ехидно ухмыльнулся, подмигнул. Я нащупал в кармане пять жалких серебряных монет, позвенел ими и тяжело вздохнул. В «Золотой шпоре», лучшем трактире Гейта, на это даже чаю не попьешь. Осмотрел свой наряд: простая рубаха, черные брюки и старые стоптанные башмаки… Какой там чай, даже на порог не пустят голь перекатную.

— Нет-нет, Тох, все хорошо. Этот дворец нам в самый раз, как короли будем, — съязвил я.

— Зря кривляешься, — фыркнул он. — На весь Гент не найти другого такого заведения, как «Сивый гном». И цены умеренные, и пойло приличное.

— И публика соответствующая, — поддакнул я.

— Фу-ты ну-ты! — фыркнул братец. — Какие мы нежные и ранимые! Прям белая кость. Что, чародеем себя почувствовал, Эскер? Избранным?

— Ну что ты несешь?! — возмутился я. — Ты же знаешь, я никогда не задирал нос из-за таких глупостей.

Возмутиться я возмутился, но все равно в трактир заходить не хотелось. Слишком репутация… ммм… чудесная. Лучше уж в студенческий «Веселый маг» пойти. Там хоть и цены чуть выше, но все же почище, да и студенты народ в основном незлобивый. А «Сивый гном» находится на окраине Гента, аккурат рядом с рабочими кварталами. Вот и контингент тут… соответствующий. Шахтеры, кузнецы, механики. Народ простой, даже простецкий, так что тут просто за лицо, слегка обезображенное интеллектом, можно… гм… схлопотать. И никакая магия не поможет. Тем более с моей-то специализацией…

Специализация — мое больное место. Всегда мечтал быть боевым магом. Ведь это приключения, это возможность быть кем-то в нашем скучном и размеренном мире. Но в гентском университете нет кафедры боевой магии. Нет, и все. Нас, конечно, учат самообороне, да и кое-какие плетения могут сойти за боевые. Но специфика края накладывает некоторые ограничения. Свободные Земли — мир шахтеров и ремесленников, мастеров-механиков, ювелиров, литейщиков… Да и войн у нас давно уже нет. Формально мы относимся к Окрану, королевству на западе, но налоги не платим, управляем сами собой. Такая вот демократия.

Завоевать нас, конечно, пытались. Лет сто назад. Империя Скифр и Окран тогда соперничали за наши земли. Ну и передрались меж собой. От окранских городов тогда одни головешки остались, а изрядно потрепанная имперская армия столкнулась с нашим техническим превосходством, когда подступилась к границам Свободных Земель. Да и гномы Седых Гор помогли изрядно. В общем, не стало имперской армии. Ее тогда сам император Марк вел, отец нынешнего императора Антония. Марк чудом сбежал с поля боя, с трудом вернулся в столицу своей империи. Но выводы сделал правильные, Свободные Земли оставил в покое, тем более что против него кто-то там заговор плел, скинуть хотели с престола, вот и не до завоеваний ему стало. А Антоний, нынешний император, и вовсе не воюет, а пытается привести в порядок владения. На мой взгляд, очень умно. А то жадные предки понахапали всякого, а разбираться — не наше императорское дело…

А раз войн давно не было, то боевая магия стала и вовсе не нужной. Вот ее и упразднили в большинстве университетов. Нет, в нескольких, конечно, еще учат, например в лугарском, но в большинстве уже ни-ни… Вот и я вроде как маг, а с другой стороны, специализация не драчливая. Все знают об этом свойстве наших чародеев и не испытывают священного трепета перед великими и ужасными «Повелителями стихий». Уважают, конечно, но не очень-то боятся. Так что по маковке от пьяного шахтера схлопотать можно запросто. Да и «Повелитель стихий» из меня еще тот. Вот лугарские боевые маги, те как раз со стихиями работают. Вся боевая магия — непременно стихийная. А я все больше с тонкими энергиями, элементалями и загадочными сущностями астрального мира общаюсь. Могу какому-нибудь предмету определенные свойства придать, могу голема создать или сложный механизм заставить работать. Но боевая магия мне по большей части недоступна.

Тох посмотрел на мою задумчивую физиономию и громко захохотал. Хлопнул по плечу своей лапищей, вроде бы легонько, но я, хоть парень и не хрупкий, чуть не хлопнулся оземь. Тяжелая рука у моего двоюродного братца. Он, кстати, тоже маг. Только специальность несколько иная. Он ликантроп, то есть перевертыш или оборотень. С животными дружит, понимает их, может лечить, а может и сам обернуться зверем. Тело для него — воск, из которого лепит все, что вздумается. Может когти по полметра отрастить, может такой панцирь себе сделать, что и арбалетной стрелой не прошибешь. Из-за этого я ему отчаянно завидую. Сам бы пошел на эту специальность, но способностей к ликантропии у меня нет в принципе.

— Ну чего встал? — гаркнул он. — Пошли, что ли, маг недоделанный, твой диплом отмечать.

— Пошли, — уныло кивнул я — Только давай без приключений.

— А это уж как получится, — весело ответил он. Изнутри трактир оказался еще хуже, чем снаружи.

Темное, провонявшее спиртным помещение. Грубые столы, скрипучий дощатый пол. По стенам хозяин-шутник в качестве украшений развешал разный металлолом, начиная с поломанных подков, что вроде бы должны удачу приносить, и кончая ржавыми побитыми щитами да щербатыми боевыми топорами. Причем приколотил все это хозяйство большущими гвоздями. Видать, любители горячительного часто в подпитии хватаются за разное колюще-режущее.

Посетителей почти не было. За столом, что у самого выхода, сидела компания каких-то угрюмых трудяг и планомерно накачивалась пивом.

Из-за дальнего стола встал Аш и помахал нам рукой.

— Ну сколько вас можно ждать? — возмущенно воскликнул он. — Пить хочется, горло пересохло, девки гулящие заждались, а вас, блин, носит Мрон знает где.

— Где ж ты девок успел подцепить? — подозрительно сощурился я и поглядел вокруг.

— Да это я так, для красоты ляпнул… — признался он.

— Еще не вечер, — хохотнул рядом Тох — Девки найдутся.

— Это уж без меня, — пробормотал я.

— Какой целомудренный, — фыркнул Аш. — Ну это мы быстро исправим.

Аш — родной брат Тоха, то есть мне он тоже двоюродный. Он самый старший из нас, но выглядит почему-то младше всех. Стройный, гибкий, с выразительным тонким лицом, прямая противоположность грубо слепленного, мощного Тоха… И если Тох чем-то напоминает горного огра, то Аш больше смахивает на эльфа. Хотя могу и ошибаться, эльфы — народ загадочный и таинственный, замкнутый. У нас, в Свободных Землях, не появляются. А народная молва нередко все приукрашивает.

Они очень разные, мои двоюродные братья. Тох вальяжный, флегматичный. В нем есть обстоятельность и спокойствие, присущие простым, но по-житейски мудрым людям. Таких любят и уважают. Аш — энергичный, раздражительный, ветреный. Думает быстро, действует еще быстрее, что нередко приводит к смешным казусам и нелепостям. Двадцатисемилетний Аш выглядит подростком, а Тох, который на три года младше, смотрится умудренным и важным господином. Они разные во всем, даже в самых мельчайших привычках.

— Как защита? — спросил Аш, когда мы сели за стол.

— Нормально, — отмахнулся я. — Полчаса позора, и маг готов. Сам ведь знаешь.

— Знаю, — радостно сказал старший братец. Аш тоже маг, только специалист по строительству. Причем довольно известный в Генте. Как лучшего выпускника его взяли в команду чародеев, что упрочняла заклинаниями защитные укрепления города. Там он неплохо показал себя, и в результате на него обрушилось целое море заказов от городских богатеев. В общем, тех проблем с деньгами, что мучают меня, он не испытывает. Оно и видно по довольному, сытому лицу, хорошей одежде из дорогой ткани…

Подошел хозяин трактира, классический представитель своей профессии — толстый, в засаленном фартуке, морда шире дверей. В маленьких, заплывших жиром глазках лень и скука.

— Что заказывать будем? — поинтересовался он, уперев волосатые руки в бока.

Мы переглянулись. Аш хмыкнул и пожал плечами, Тох кивнул мне: мол, ты хозяин вечера, ты и выбирай.

— Пива бочонок, — ответил я за всех, — и чего-нибудь съестного.

— Четыре серебряшки, — сообщил мне трактирщик. — Деньгу беру вперед, а то развелось тут охотников бесплатно выпить…

Я поморщился так, словно зуб разболелся. Почти весь капитал придется отдать. Но ритуал есть ритуал. И демон с ним, что братья зарабатывают намного больше. Первый в любом случае угощаю я. А потом уже и они руку приложат. Но все равно обидно вот так впустую выкидывать последние деньги. Я не жадный, но бедность заставляет относиться к деньгам бережливее.

Я отсчитал положенную сумму и положил на стол. Трактирщик неуловимым движением лопатообразной ладони сгреб монеты и величественно удалился.

— Профессионал, — уважительно хмыкнул Тох, глядя ему вслед. — Вон как управляется…

— Было бы пиво нормальное, — заметил Аш.

Трактирщик справился на удивление быстро. Бочонок и кружки притащил собственноручно, а чуть позже худая изможденная женщина с темными кругами под глазами — видимо, его жена — поставила перед нами тарелки с холодной телятиной. Тох ловко выдавил донышко у бочонка, разлил пиво по кружкам. Оно оказалось неплохое. Темное, густое и холодное. Не так чтоб очень хорошее, но и не самая бурда.

— Ну за еще одного волшебничка в нашем роду! — провозгласил Аш.

Мы со стуком сдвинули кружки, опрокинули в себя пиво.

— Боюсь, что Эскер последний в нашем поколении, — проворчал Тох. — Витар учиться-то не захотел. Как там, кстати, этот лентяй поживает?

— Нормально, — отмахнулся я — Мать писала, он в поле работает, сивуху жрет и в ус не дует. Умения только и хватает на свое поле дождику нагнать.

— А что, хорошо живет, — хмыкнул Аш. — Ни о чем не думает, урожаи худо-бедно поднимает, девок деревенских тискает… Не жизнь — мечта.

— Ну да, — фыркнул я, внезапно разозлившись. — Не думает… Но ведь Дар все-таки обязывает! Он должен был учиться!

Тох разлил по кружкам пиво, лукаво подмигнул мне.

— Остынь, Эскер, — ухмыльнулся он — Я понимаю, что твой младший брат — бестолочь. И понимаю твое возмущение. Но это его выбор. Ты всеми правдами и неправдами добивался своего. Из дому сбежал, чтобы учиться. А ему это просто не нужно.

Я раздраженно отмахнулся, отпил из кружки. Мой младший брат всегда выводил меня из себя. Самый высокий из нас, большой и сильный, детинушка — кровь с молоком. И Даром владеет. Но в то время, когда я читал умные книги и пытался понять суть своей силы, он использовал порывы ветра, чтобы задирать юбки деревенским девкам. Вот так и вышло, что я уехал в Гент, учиться дальше. А он наловчился двигать тучки по небу, чтобы дождик нагонять, и успокоился. А ведь мог бы получиться очень хороший боевой маг, благо предрасположенность к стихии Воздуха есть.

— Ты работу нашел, чародей? — поинтересовался Аш.

— Нашел, — кивнул я. — В мастерской Логана.

— Големов лепишь, — понял Аш.

— Ну да, — кивнул я, — их, родимых.

— Ну и как тебе работенка? — встрял Тох.

— Работа как работа, — фыркнул я. — Не лучше и не хуже других. Делаем в основном буровых големов для шахт. Иногда приходится, правда, с дуростями клиентов разбираться. Одному приспичило повозку самодвижущуюся, другому домашнего любимца подавай, и чтоб в виде собачки…

— Ничего себе! — присвистнул Тох. — А обычного пса завести слабо?

— Я тоже задавался таким вопросом, — пожал я плечами. — Сейчас в моде разные прибамбасы. Но за чудачества платят неплохие деньги, так что пусть их.

— Платят-то мастеру Логану, — поддел Аш. — А тебе хоть что-то перепадает?

— Перепадает, — нахмурился я. — Мало, конечно, но на жизнь хватает. Выбирать пока не приходится. Вот наберусь опыта, тогда и придумаю что-нибудь.

— Добро! — кивнул Тох. — Выпьем за это.

Мы выпили. Пиво приятным холодным ручейком полилось по пищеводу, булькнуло в животе. Не могу похвастаться устойчивостью к алкоголю, пьянею быстро, но зато в состоянии легкой эйфории могу продержаться очень долго. Пьянея, становлюсь ужасно дружелюбным, веселым, прямо душа компании, меня тянет на подвиги. Это уже плохая черта, но излишней драчливостью, впрочем, никогда не отличался.

Пиво почти мгновенно испарилось из кружек. Разлили еще. Бочонок как-то подозрительно быстро закончился. Тох заказал еще один. Этот пошел уже не так быстро. Мы смаковали пиво, болтали о всяких пустяках, о моем дипломе уже все и позабыли. Как говорится, лишь бы повод был для пьянки.

С братьями мы собираемся довольно редко. У каждого своя жизнь. Тох женат, кормит супругу, сына и свору жениных родственников. Работает за городом, держит крупную ферму. Аш у нас холост, но тоже человек деловой. У него много заказов — строит и укрепляет дома местных богатеев, мастерит ловушки против ворья. Я вот тоже вроде себе занятие нашел. В общем, свободного времени у всех немного. Так что мы наверстывали упущенное, вливали в себя пиво лошадиными дозами. Когда пиво уже перестало лезть в глотку, Тох удалился к стойке и вернулся с тремя кружками чего-то покрепче.

— Что это? — удивился я.

— Это ерш, братишка, — загадочно ухмыльнулся Тох и опрокинул в себя полкружки.

Я отпил немного. На вкус как обычное пиво, только немного резче и неприятно попахивает спиртом.

— Ну как? — поинтересовался Аш.

— Нормально, — кивнул я. — Пить можно.

— Молодец! — одобрил Тох — Сразу видно — настоящий мужчина. А настоящие мужчины пьют ерш. Если понравилось, то еще по кружечке бахнем.

Повело меня уже на второй кружке этого интересного напитка. Сначала я почувствовал неладное. Приятная легкость в теле сменилась легкостью еще большей. А потом комната начала вращаться вокруг меня, вещи стали ускользать из-под пальцев, неожиданно захотелось петь и плясать. Я подавил в себе глупое желание — не люблю искать сомнительные приключения. На время выпал из общего разговора. В голове бродили какие-то странные мысли, мелькали яркие и сочные образы. Поймал себя на мысли, что с недавних пор разлюбил эти братские посиделки. Аш и Тох болтают о работе, жалуются друг другу, что-то обсуждают или же вспоминают общих знакомых. А мне неинтересно. У нас троих постепенно становится все меньше общего, мы отдаляемся друг от друга. И хотя пытаемся не подавать виду, хлещем пиво, как всегда, ржем над чем-то, но получается слегка наигранно, топорно. Мы взрослеем, у каждого свои проблемы, своя жизнь. И точек соприкосновения все меньше.

Трактир постепенно наполнился людьми. Наступил вечер, и работяги из ближайших кварталов потянулись сюда — расслабиться после трудового дня. Стало весело. Под шумок проскользнули и личности явно криминальной наружности. Завсегдатаи трактира привыкли к ним, а нам было уже наплевать. Пришел какой-то бард, достал старую побитую гитару, стал наигрывать незамысловатую мелодию. Обычный голос уличного музыканта, хриплый и простуженный. Видать, ночует где-то на улице, денег на приличное жилье не может заработать. Вместе с бардом в трактире появились и вожделенные Ашем гулящие девки. Они подсаживались к мужикам на колени, что-то щебетали, пили за их счет, иногда уводили своих клиентов куда-то в глубь трактира. Понятно для чего. Видимо, трактирщик держал специально для этого пару комнат, а с девиц легкого поведения брал приличную мзду.

Аш сразу же навострил уши, и не успел я его одернуть, как он привел откуда-то двух дам неопределенного возраста и весьма потрепанного вида. Одна устроилась у него на коленях, вторая сунулась к Тоху, но тот довольно грубо шуганул ее, и она скромненько присела рядом со мной. Хотя скромненько — это я загнул. Она вцепилась в меня как клещ. Стала шептать на ухо, жарко дышать, прижалась ко мне выпирающей из лифа мощной грудью. Я отбивался как мог, но деваха попалась упорная и никак не хотела отлипнуть. Тох, видя мои мучения, заржал как ненормальный. Я зыркнул исподлобья, скрипнул зубами. Вот гад, что тут смешного-то?

— Юноша, вы будите во мне материнские чувства, — заявила дама. — Так и хочется обнять вас, приласкать, накормить…

Я выразительно посмотрел на пышный бюст.

— Молоком?

— А почему бы и нет?! — жарко шепнула она, облизнув кончиком языка полные яркие губы.

— А я молоко не люблю, — брякнул я.

Она так удивилась, что мне наконец удалось отодрать от себя маленькие, но цепкие ручонки. Под громогласный хохот Тоха я позорно сбежал.

Снаружи уже стемнело, небо покрылось россыпью звезд, воздух стал прохладный и чистый. После душной жары трактира это показалось невыразимым блаженством. Я аж застонал от наслаждения и прислонился к стене. Меня уже ощутимо пошатывало, но свежий воздух сделал свое дело, и я немного пришел в себя.