Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

— Йод, время пошло!

Взбираться вверх по стене было уже не в новинку, но стоило неосторожно бросить взгляд вниз и увидеть под собой пропасть, тут же накатывали страх и головокружение. Приходилось замирать, успокаиваться и только после этого возобновлять подъём. Игорь тщательно следил за тем, чтобы смотреть исключительно вверх или прямо перед собой, но время от времени взгляд всё равно натыкался на пропасть, если было необходимо снять с подвески очередной френд или пневмопистолет для перезаякоривания пневмо-кошки. В этот момент резкий приступ страха возвращался, и вновь приходилось успокаивать взвинченные нервы, замерев и закрыв глаза.

По собственным ощущениям, до крыши Игорь добирался целую вечность. Судя по сонному взгляду маньяка-инструктора, вдвое дольше. Увидев появившуюся над верхним обрезом стены голову Игоря, головорез вперил в него свой злобно-пронзительный взгляд и неожиданно подал руку. Подполковник молча затащил его на крышу и без каких-либо эмоций заявил:

— В норматив ты не уложился дважды. Но хотя бы залез, это уже хорошо.

Он указал на лежащий неподалёку автомат и перевёл руку в сторону улицы, указывая на едва виднеющиеся вдали мишени:

— Три цели. Одна на крыше ближайшего здания, вторая в окне пятого этажа здания слева, третья — у подножия здания справа. Задача: поразить каждую цель минимум двумя патронами. У тебя один неполный магазин. Действуй.

Пытаясь отдышаться на ходу, Игорь побрёл к лежащему автомату, на ходу обдумывая полученную задачу и пытаясь определить, в чём подвох. В том, что подвох есть, зная злобного подпола, сомневаться не приходилось. Может, «один неполный магазин» — это как раз ровно шесть патронов? Игорь поднял оружие и первым делом отсоединил магазин, проверяя боезапас. Вообще в наше время на вооружении стоят отличные образцы стрелкового оружия, напичканные сложными электронными системами, надёжными и хорошо экранированными. Такое оружие редко промахивается, и по стоячим мишеням на дистанциях до шестисот метров оно однозначно попадёт.

Точнее, попало бы. Если бы имелось. Потому что их сводную учебную группу злобный инструктор с самого начала вооружил старыми автоматами Калашникова, выпущенными полвека назад. Автоматы эти были оборудованы навесными электронными прицелами, отлично показывающими себя в любую погоду и время суток, но само оружие по своим ТТХ значительно уступало современным образцам. В настоящее время оно уже не использовалось и хранилось на складах РАВ воинских частей исключительно на случай массированного применения противником ЭМИ-боеприпасов. Теоретически такое возможно.

Практически же — очень вряд ли, потому что, во‐первых, электроника боевого стрелкового оружия действительно хорошо экранирована, и чтобы её пробить, потребуется немалое количество ЭМИ-боеприпасов. Во-вторых, у противника с электронной начинкой дела обстоят ничуть не хуже. Иными словами, никто из воюющих сторон не заинтересован в подавлении электроники в крупных масштабах, а мелкое подавление экранирование обычно выдерживает. Но на всякий случай старое оружие ещё хранится. Им обычно вооружены небоевые и учебные подразделения, которые за год службы держат оружие в руках только на парадных построениях. Ни о каких стрельбах из данного антиквариата, как правило, речь не идёт.

Естественно, автомат, который головорез приготовил для Игоря, был старой модели и без всякой электроники. К счастью, точно такой же, как тот, с которым он страдает восемнадцатый день кряду. И в магазине у него было полтора десятка патронов. Если стрелять одиночными прицельно, то поразить мишени даже на таком расстоянии можно. Значит, у этого автомата сбит прицел. Игорь зарядил оружие, принял стойку для стрельбы с колена и произвёл одиночный выстрел в самую лёгкую из мишеней. Как и ожидалось, пуля прошла мимо, да ещё так, что он даже не понял, где именно.

Пришлось пристреливать оружие прямо на крыше, применяя в качестве мушковода альпинистский молоток. На пристрелку ушёл десяток патронов, и Игорь понял, что на поражение мишеней у него их осталось ровно шесть. То есть мазать нельзя, а мишени расставлены на разных дистанциях, и поправки для правильного прицеливания придётся делать в уме самостоятельно. В итоге он перенервничал и ошибся, залепив первый же выстрел мимо цели. Хорошо хоть пуля ударила в кирпичную стену рядом с мишенью, и вторым выстрелом Игорь цель всё-таки поразил. Из-за фатального промаха на него накатила апатия и стало пофиг. Как ни странно, в условиях отсутствия нервозности голова соображала спокойно и без ошибок. Оставшиеся обе мишени он поразил неплохо, после чего инструктор придумал ему очередную издёвку:

— Третий экзаменационный вопрос: ориентирование на местности. Итак, ты попал под удар ЭМИ-боеприпаса противника. От врагов ты при помощи механического прицела с горем пополам отбился, теперь тебе предстоит покинуть район боевых действий и выйти к своим. Электронный компас, который входит в комплект твоего снаряжения, не работает. Навигатор тем более. Покажи мне, где сейчас север.

— Ну… солнце восходит на востоке и идёт на запад, — бодро ответил Игорь. — Значит, север находится… эээ…

Он поднял голову, уставился на зависшее над головой небо и умолк, не понимая, а откуда же, собственно, двигается солнце и куда именно.

— Кажется… мох растёт на деревьях с северной стороны… — неуверенно произнёс он, переводя взгляд на инструктора и щуря ослеплённые солнцем глаза.

— Ты видишь рядом дерево, да ещё и поросшее мхом? — Злобный подпол заозирался, окидывая взглядом крышу шестнадцатиэтажки. — Ладно, я упрощу тебе задачу!

Головорез снял с руки свой воч и протянул Игорю. Вблизи оказалось, что это были примитивные наручные часы в противоударном исполнении. Механические, с толстыми стрелками и крутилкой для подзавода. Через толстое бронированное стекло виднелась нанесённая на циферблат надпись: «Командирские». На обратной стороне часов на корпусе было выгравировано: «Капитану Алексею Тринадцатому за мужество и героизм, проявленные при уничтожении пиратов. Сомали. 2032 г.» Отцовские, видимо. То есть кровожадность у злобного подпола — это семейное.

— Предположим, что ты не чайник, и потому у тебя имеется механический хронометр, — иронически заявил инструктор. — Найди север с его помощью.

— Ну… — Игорь вертел в руках часы головореза, пытаясь отыскать, где именно в них встроен компас, но такового нигде не оказалось. — Как я найду этот север, если здесь компаса нет?! Это что, очередной прикол?!

— Очередной прикол — это половой акт между твоими родителями двадцать девять лет назад без средств контрацепции.

Злобный подпол вздохнул с таким видом, будто его самая тяжёлая беда всей жизни заключается в законодательном запрете на убийство всех подряд.

— Объясняю один раз, запоминай, чтобы потом не пришлось жалеть, — зло процедил он, глядя на Игоря с нескрываемым желанием врезать бестолковому горе-офицеру как следует. Головорез забрал у него часы, положил на ладонь и продолжил:

— Направляешь часовую стрелку на солнце. Это первый луч. Далее мысленно проводишь второй луч из центра циферблата к цифре «1», словно дополнительную стрелку. Между этими двумя лучами получаешь угол. Делишь этот угол ровно пополам третьим воображаемым лучом, то есть биссектрисой для умных. Данный луч-биссектриса всегда указывает на юг. Соответственно её продолжение в противоположную сторону будет указывать на север. Учти, что в этом процессе не стоит путать, какой именно угол нужно делить. До часа дня делится дуга, которую часовая стрелка ещё не прошла до цифры «один». После часа дня делится дуга, которую часовая стрелка уже прошла после цифры «один». Надо быть совсем без мозгов, чтобы этого не запомнить, но на всякий случай учти простое правило: до часа дня юг всегда будет справа, после часа дня — слева. Не знаю, доступен ли этот способ идиотам, но дети точно справляются, это неоднократно проверено.

Злобный подпол всучил Игорю часы:

— А теперь найди мне север!

— Часовую стрелку на солнце… — Игорь посмотрел на солнце сквозь пальцы сомкнутой руки, подражая головорезу. Так действительно оказалось проще определить, где именно находится слепящий глаза солнечный диск. — Так… солнце вот… Направляю на него часовую стрелку… — Он прокрутил часы на ладони, выравнивая часовую стрелку точно по светилу. — Вот тут единица на циферблате… сейчас полтретьего, то есть больше полудня… Значит, угол между часовой стрелкой и единицей находится слева… Провожу биссектрису… Готово!

Он протянул руку в сторону полученного направления:

— Север там!

— Там юг, дебил. — Злобный подпол утомлённо вздохнул. — Ты нашёл направление на юг. У тебя проблемы с чем, с памятью или со слухом, военврач?!

— Виноват! — хмуро поправился Игорь. — Забыл. Биссектриса указывает на юг, стало быть, — он развернулся на сто восемьдесят градусов, — север там!

— В целом правильно. — Инструктор забрал у него часы. — На самом деле север на пять градусов левее, ты с непривычки ошибся, когда разворачивался. Но натаскаешься быстро, если потребуется. Способ не предельно точный, но вкупе с внешними признаками вполне выручит: мох на деревьях, на которых он есть, действительно растёт с северной стороны. Так же как древесный гриб. Смола хвойных деревьев гуще течёт по южной стороне, к ней же прилепляются муравейники, если таковые имеются у подножия дерева. В целом южная сторона древесной кроны заметно гуще северной. На юг летом тянутся травы, если они более-менее высокие, и так далее. Полярная звезда находится на севере, но это ночью и без облаков. Ждать ночи не будем, ты всё равно на данном этапе слишком бестолков, чтобы разучивать ориентирование по звёздному куполу или луне.