ШЭРОН ДЕ ВИТА

СЧАСТЬЕ ПО РЕЦЕПТУ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Kynepc-Коув, штат Висконсин

Середина февраля


Что-то не так…

Управляющая косметическим салоном на Мейн-стрит Кэсси Миллер стояла у окна, высматривая в толпе детей свою шестилетнюю дочку Софи.

Уроки давно закончились — из-за предстоящего усиления снегопада школьников отпустили пораньше, и теперь они, смеясь, шумно играли в снежки, не обращая внимания на холод, но Софи с ними не было.

Школа находилась в двух кварталах от салона Кэсси, и ее двенадцатилетний племянник Расти приводил сюда Софи после уроков.

Но сегодня они опаздывали примерно на полчаса.

Расти и Софи были послушными детьми, они знали, как о них беспокоятся их матери.

Они могли бы позвонить…

Неужели что-то случилось?..

Кэсси растила дочь одна и, несмотря на естественное желание защитить свою девочку от всевозможных невзгод, старалась не угнетать ее чрезмерной опекой. Умная и ответственная, Софи никогда не заставляла маму нервничать…

До сегодняшнего дня.

Кэсси пошла бы искать дочь, но она ждала клиента. Кэсси совсем недавно купила салон, и ей не хотелось закрывать его в середине дня.

Это не пойдет на пользу делу.

Женщина глубоко вздохнула.

— Возьми себя в руки, — вслух велела она себе, на миг закрывая глаза. — У Софи все в порядке. В конце концов, это же Куперс-Коув. Здесь все знают всех.

Здесь выросла сама Кэсси, и теперь она вернулась сюда — вернулась домой, к своим корням, к своей семье… В Куперс-Коуве она наконец получила возможность осуществить свою давнишнюю мечту — иметь собственный бизнес.

Кэсси хорошо все обдумала и идеально осуществила. Она никогда не бросалась в омут с головой…

По крайней мере, теперь.

Когда-то, будучи наивной девушкой, она поступила иначе, и это слишком дорого ей обошлось.

Кэсси вытерла повлажневшие руки о свое бежево-коричневое платье и, взяв телефонную трубку, начала было набирать номер своей двоюродной сестры Кейти, матери Расти, работавшей поблизости, в офисе газеты «Вестник Куперс-Коува», но тут услышала шум мотора.

Возле ее салона остановился спортивный автомобиль. Кэсси нахмурилась — дорогие красные авто с откидывающимся верхом были редкостью в провинциальном Куперс-Коуве.

Во всяком случае, им нечего делать на Мейн-стрит в середине дня… Особенно когда улицу заполонили школьники, играющие в снежки, и вот-вот начнется метель…

Если только… Нет, все-таки что-то случилось.

Из машины вышел доктор Бо Брэдфорд, местный врач-педиатр. Сама того не осознавая, Кэсси недовольно поджала губы.

Они с Брэдфордом выросли в Куперс-Коуве, но познакомились только месяц назад, когда Кэсси привела Софи в его кабинет на медосмотр.

Тогда Брэдфорд показался Кэсси обаятельным и заботливым, но в его аристократической красоте, в его внимательных синих глазах было нечто, действовавшее ей на нервы.

Доктор Бо, как все его называли, был не просто педиатром. Он являлся единственным наследником династии Брэдфордов, «королей пластика» Куперс-Коува. Бо и его пожилой эксцентричный дядя жили на окраине города, в старом доме, напоминающем крепость.

Кэсси припомнила, что этот красивый молодой врач также считается городским донжуаном. О его романтических приключениях ходило немало сплетен.

Сведя все это воедино, Кэсси решила, что Бо такой же испорченный, как и безответственный отец Софи.

Не хватало мне еще одного богатого безалаберного кретина, притворяющегося взрослым!

Но что же он здесь делает?..

Словно зачарованная, Кэсси глядела, как Бо обходит машину и открывает дверцу со стороны пассажирского сиденья.

— О боже! — молодую женщину охватила паника: из автомобиля выбралась ее шестилетняя дочка. Тепло укутанная, Софи шагала вперевалку, стараясь сохранять равновесие.

Кэсси бросила телефонную трубку и ринулась к парадной двери. Ее сердце бешено колотилось.

Не надевая пальто, она распахнула дверь и отпрянула: в прихожую ворвался просто-таки арктический холод.

— Софи! Что случилось? — Кэсси буквально втащила девочку в салон. — Тебе больно, дорогая? Ты заболела?

— Нет, мама, — с серьезным видом ответила Софи. Она взглянула на Кэсси из-под красной шерстяной шапки, которая закрывала ей лоб, доходя до больших карих глаз. — Мне не больно, —

Софи поправила шапку кулачком в красной варежке.

— И я не заболела.

— Тогда почему тебя привез мистер Брэдфорд? — Кэсси в смятении перевела взгляд на доктора Бо. Она даже не заметила, что он вошел в салон следом за ними.

Высокого роста, в кашемировом пальто и дорогом шелковом шарфе, большие ладони прячутся в толстых кожаных перчатках, на черных как смоль волосах тают сверкающие снежинки…

Кэсси встретилась с ним взглядом, и ей показалось, что она тонет в безмятежной синеве его глаз.

Если не проявить осторожность, эти глаза могут увлечь меня в свои глубины, лишив ощущения реальности…

Внезапно Кэсси разозлилась, вспомнив, что когда-то она уже подчинила свою жизнь внезапно вспыхнувшему чувству. Но теперь ей не семнадцать, и она отлично усвоила урок.

— Пожалуйста, скажите мне, что, черт возьми, происходит?! Софи, почему ты так опоздала? И почему доктор Брэдфорд привез тебя домой, если ты не больна? И где Расти? Мы договаривались, что каждый день после уроков он приводит тебя сюда, верно?

— Да, мама, — почти шепотом ответила Софи, разглядывая носки своих ярко-желтых ботинок.

— И ты знаешь, что нельзя садиться с кем-то в машину без моего разрешения, так ведь?

Девочка опустила голову, стараясь не смотреть в глаза матери.

— Софи, — Кэсси осторожно подняла подбородок дочери. — Дорогая, когда ты не пришла из школы вовремя, мамочка очень, очень забеспокоилась. Я думала, с тобой случилось нечто ужасное.

— Ужасное… случилось, мама, — пробормотала Софи. Она взглянула на мать. На ее темных ресницах блестели слезы. — В школе…

— Что случилось, милая? — тихо спросила Кэсси.

Софи шмыгнула носом и снова принялась разглядывать носки своих ярко-желтых ботинок.

— Дети в школе… они смеялись надо мной. Я им рассказала про метеоритный дождь и про то, что собираюсь сделать для научной выставки… — Софи подняла на мать полные слез глаза. — Они обозвали меня вруньей, а потом смеялись…

— Они назвали тебя вруньей и смеялись над тобой? — повторила пораженная Кэсси.

Софи всю неделю волновалась из-за предстоящей выставки. Наука была ее страстью. Особенно Софи интересовало устройство Солнечной системы — в Мэдисоне их соседкой была пожилая дама, профессор, она и привила девочке любовь к астрономии.

Кэсси бросила школу в старших классах, и ее клонило в сон от одного упоминания о научных терминах и теориях. Но ее маленькая девочка росла совсем другой…

— Мне так жаль, милая. — Кэсси обняла дочку, опустившись передней на одно колено. —

Невесело, когда над тобой смеются или обзываются, особенно друзья. А теперь скажи мне, малышка, почему дети смеялись над тобой? — Кэсси ободряюще улыбнулась дочке.

— Они говорят, что я слишком умная. — Софи потерла кулаками заплаканные глаза. — Я им не нравлюсь, мама! — Девочка, всхлипывая, крепко обняла мать. — Я им не нравлюсь, поэтому я хотела убежать.

— Ты… хотела убежать? — повторила Кэсси, стараясь справиться с дрожью в голосе — ей не хотелось еще сильнее расстраивать Софи.

— Да, мама, но доктор Бо меня нашел. И рассказал мне о правиле первого класса.

Кэсси моргнула.

— Правило первого класса?

— Да, Кэсси, — подтвердил доктор Бо, подмигнув молодой женщине. — Правило первого класса школы Куперс-Коува. Я уверен, ты его знаешь.

— Э-э…да, ода… — Кэсси медленно кивнула. — Но я боюсь, я… э… его забыла.

— Ничего, я напомню, — сказал доктор Бо. Сняв толстые кожаные перчатки, он сунул их в карман и ослепительно улыбнулся. — Правило первого класса школы Куперс-Коува гласит: первоклассник, который хочет убежать, сперва должен поговорить с родителями. Это правило, а правила нельзя нарушать, верно, Софи?

— Да, — понурившись, признала Софи, и Кэсси еле удержалась от вздоха облегчения.

Она встретилась взглядом с Бо и с удивлением увидела в его глазах юмор, доброту и понимание.

— И мы не станем нарушать правила, не так ли, Софи? — продолжал он.

Софи покачала головой.

— Не-а, доктор Бо.

— Я позвонил Кейти в газету и предупредил, что привезу сюда Софи.

— Спасибо, — пробормотала Кэсси.

Да, здесь все друг друга знали, и у каждого была куча родственников. Мать Кэсси, Грейси, и ее тетя Луэлла являлись сестрами и совладелицами астрологического салона, тоже расположенного на Мейн-стрит. Кейти была дочерью тети Луэллы, а двенадцатилетний Расти — сыном Кейти.

— Мама? — Софи потянула мать за руку, потом сдернула шапку и убрала с лица растрепавшиеся волосы. — Доктор Бо привез меня, чтобы я могла тебе сказать, что собираюсь убежать… — Софи нахмурилась, — но, по-моему, мне сначала надо в уборную.

— Иди, милая, иди, — Кэсси помогла дочке снять пальто.

Как только Софи вышла, молодая женщина повернулась к Бо.

— Я не знаю, что сказать, — честно призналась она. — Кроме… спасибо.

Софи хотела убежать.

От страха у Кэсси подкашивались ноги: ей невыносимо было думать, что могло бы случиться, если бы Бо не нашел Софи.

— Спасибо, — прошептала она.

— Пожалуйста, — с улыбкой ответил Бо. — В среду я рано закрываю кабинет, — пояснил он. — Я ехал по Мейн-стрит, когда увидел Софи одну, причем шла она в противоположную от твоего салона сторону. Я понял: что-то не так, ведь ты вряд ли разрешаешь шестилетней девочке бродить по городу в одиночку.

— Нет, конечно, нет! — сказала Кэсси, борясь с желанием отойти от Бо подальше. Она понимала: это глупо, особенно учитывая его доброту, но ничего не могла поделать. Брэдфорд заставлял ее нервничать. Он был слишком обаятельным, слишком симпатичным и приятным, чтобы она чувствовала себя спокойно рядом с ним. Всё в Брэдфорде болезненно напоминало Кэсси отца Софи, у него был даже такой же дорогой спортивный автомобиль. Это мучительное сходство раздражало молодую женщину и напоминало о том, какой неопытной и наивной она была когда-то.

— Ты здорово придумал — ну, насчет правила первого класса, — признала Кэсси, с трудом заставив себя посмотреть Брэдфорду в глаза.

Мужчина пожал плечами.

— Когда каждый день имеешь дело с детьми, поневоле научишься быстро соображать, — сказал он, внимательно наблюдая за Кэсси.

Он чувствовал, что не нравится ей, что она ему не доверяет, и это его забавляло. Обычно женщины относились к нему иначе.

Брэдфорд еще не понял, в чем именно проблема Кэсси Миллер: конкретно в нем или вообще в мужчинах. Доктор Бо прекрасно знал: все незамужние женщины Куперс-Коува готовы выстроиться за дверью его кабинета, соперничая за право стать матерью наследника Брэдфордов. Поэтому заметная неприязнь к нему Кэсси Миллер была более чем интригующей.

Кэсси выглядела чрезвычайно привлекательно: блестящие черные волосы, ниспадающие на плечи, великолепная персиковая кожа, к которой так и хотелось прикоснуться. Бо питал слабость к миниатюрным, стройным женщинам, которые выглядели хрупкими и слабыми, но на самом деле оказывались словно отлитыми из стали.

Когда она привела Софи на медосмотр, Бо попытался расположить ее к себе, но у него ничего не вышло. И потом, на свадьбе ее тети Луэллы… Брэдфорд пытался завязать с Кэсси приятный, вежливый разговор, но она посмотрела на него пристально и холодно, недвусмысленно давая понять, что она не считает Бо ни приятным, ни вежливым… и что он ей совсем ни к чему. Это его невероятно развлекло. Женщины давно не вели себя с ним так вызывающе холодно.

— Я ценю все, что ты сделал для нас, — наконец сказала Кэсси. — Софи хорошо учится, она подружилась с одноклассниками, и я не знаю, когда и как начался разлад… И, что еще важнее, я не знаю, как теперь быть, — честно призналась она. — Софи всегда так хорошо ладила со всеми… И ее никогда прежде не дразнили.

— Это не вина Софи, — сказал мужчина, пытаясь успокоить взволнованную мать. — В школе внимательно относятся к подобным вещам и обычно решительно их пресекают. Вместе с преподавательским составом мы выработали тактику борьбы с такими явлениями, как травля одноклассников. Школа должна быть тем местом, где каждый ребенок чувствует себя в безопасности, где его хвалят и подбадривают, а не высмеивают… — Доктор Бо вздохнул. — Но дети есть дети, и, к сожалению, время от времени происходит нечто подобное. Кто-то чувствует себя обиженным или теряет контакт с родителями… В результате такой ребенок может начать издеваться над более слабым.

— По-твоему, именно это и произошло? Мне неприятно знать, что мою дочку дразнят в школе.

— Я знаю, Кэсси, — тихо сказал Брэдфорд. В его глазах светилось искреннее понимание. — И мне действительно жаль. Но теперь мы знаем о проблеме гораздо больше, чем знали раньше, и я уверен: если мы поможем Софи, она справится со сложившейся ситуацией, и все будет в порядке. Надеюсь, ты позволишь мне помочь?

— Позволю ли я? — Покачав головой, Кэсси невесело рассмеялась. — Я была бы благодарна за любую помощь. — Когда речь шла о благополучии ее дочери, Кэсси забывала о гордости. Она сделала бы все что угодно ради счастья, безопасности и спокойствия Софи, и если бы для этого ей понадобилось танцевать с дьяволом… кому-то оставалось лишь играть подходящую музыку. Дрожащей рукой Кэсси отбросила со лба прядь темных волос. — Я не хочу, чтобы моя дочка думала, будто от проблемы можно убежать.

— Нет, конечно, нет, — сказал Бо. — Сейчас Софи нужна забота, внимание, сотрудничество и помощь в разрешении конфликтов. Ей нужно знать, что ты понимаешь: сейчас у нее трудное время. Софи должна быть уверена: она может рассказать тебе абсолютно обо всем, что ее беспокоит.

— Отлично, но при чем здесь сотрудничество? — спросила Кэсси. Она скрестила руки на груди — просто чтобы скрыть, как они дрожат. — Каким образом мы добьемся сотрудничества от детей, которые ее дразнят? — Вряд ли мне позволят выпороть их… Хотя я бы ужасно хотела…

— Позволишь мне заняться этим? — спросил доктор Бо.

Поколебавшись, Кэсси кивнула.

— Обычно ребенок дразнит кого-то или издевается над младшим или тем, кто слабее, потому, что ему не хватает самоуважения. Возможно, такой ребенок переживает эмоциональный кризис, связанный с разводом родителей, смертью близкого родственника… Если ребенок чувствует собственную беспомощность, он склонен компенсировать это вызывающим и агрессивным поведением.

— Дразнит и издевается над другими, — кивнула Кэсси.

— Точно. Софи недавно пришла в нашу школу, а тут еще эта научная выставка… Может, кого-то испугали знания Софи, может, дети посчитали, что ее проект будет лучшим и она затмит их достижения… В результате ее начали дразнить.

— Таким образом они хотели вырасти в собственных глазах, а заодно заставить Софи усомниться в своих силах, — кивая, подхватила Кэсси.

— Точно. Может, это и не было их изначальным намерением, но результат именно таков.

— Я просто не хочу, чтобы она страдала, — прошептала Кэсси, часто моргая, пытаясь не расплакаться.

— Кэсси… — Бо положил ей руку на плечо, и она встретилась с ним взглядом, лишь сейчас заметив, что он подошел к ней вплотную. Ее сердце начало исполнять озорной тустеп. Бо был так близко, что она чувствовала его запах — теплый, мужественный и очень привлекательный.

— Обещаю, мы сможем это уладить. Причем уладить так, чтобы Софи получила как можно меньше эмоционального, физического или психологического вреда, — сказал мужчина, осторожно сжимая плечо Кэсси, чтобы ее ободрить. — Но ты должна довериться мне, — тихо добавил он.

— Довериться тебе? — Кэсси пребывала в смятении. Ее опыт подсказывал — мужчинам доверять нельзя. А здесь речь шла о ее дочери…

Но как я могу довериться Бо, если не в состоянии даже находиться с ним в одной комнате?..

Кэсси глубоко вздохнула. Она понимала выбора у нее нет. Если она хочет помочь своей дочери, если хочет, чтобы Софи научилась справляться с жизненными проблемами, а не бежала от них…

Мне понадобится его помощь…

Он просит доверять ему — что ж, ладно, но только ради Софи.

Но кто сказал, что это должно мне нравиться?..

— Хорошо. Превосходно. — Кэсси отвернулась и принялась складывать в стопку одежду Софи. — А у тебя достаточно опыта в решении подобных вопросов?

— Вообще-то да. Как я говорил, я вхожу в школьный комитет, и мы вместе с учителями и воспитателями работаем над программами социальной адаптации. Кроме того, — со вздохом добавил доктор Бо, — меня тоже дразнили, когда я учился в школе. Поэтому я заинтересовался детской психологией… — Он замолчал.

Кейси взглянула на мужчину и заметила, как по его лицу пробежала тень.

— В детстве сверстники издевались надо мной. Я сам непременно сбежал бы из дому, приди мне такое в голову… — Бо хмыкнул. — Поэтому я знаю, как себя чувствует Софи. Трудно быть самым умным ребенком в школе, и больно, когда тебя дразнят. Поэтому для меня было так важно ввести эту программу в школах… — Мужчина пожал плечами. — Как я сказал, в целом программа работает, но время от времени…

Кэсси пристально глядела на Бо, пытаясь осознать услышанное.

— Тебя дразнили? — удивленно повторила она. — Не могу представить… За что? За то, что ты чересчур идеален? — произнеся эти слова, Кэсси покраснела до корней волос, поняв, что сказала, но Бо только улыбнулся.

— Э-э… вообще-то меня дразнили, потому что я был слишком умным, и слишком полным, и носил очки. А еще у остальных детей были родители, а у меня — только дядя Джаспер… которого все в городе считают довольно эксцентричным.

— Мне так жаль, — сказала Кэсси, услышав в его голосе застарелую боль. — Но «эксцентричность» — понятие весьма относительное. Моя мать — экстрасенс, помнишь? А тетя Луэлла — астролог. Тебе придется постараться, чтобы убедить меня в том, что твой дядя действительно эксцентричен, — со смехом закончила она.

— Ну, Джаспера определенно можно считать эксцентричным, — засмеялся и Бо. — Кстати, он астроном-любитель. Софи мне сказала, что ее очень интересует устройство Солнечной системы.

— Да. Когда мы жили в Мэдисоне, нашей соседкой была профессор астрономии. Она приглашала мою дочь к себе, подолгу беседовала с ней, позволяла смотреть в телескоп и объясняла все, что Софи видела. Именно благодаря ей девочка увлеклась наукой.

— Ну, у нас вообще-то есть обсерватория…

— Ты шутишь?

— Не шучу. Я даже пригласил Софи сегодня вечером к себе обедать, чтобы она могла сама ее увидеть.

— Обед? — растерянно повторила Кэсси.

Глаза Бо засверкали, он откинул голову назад и рассмеялся.

— Над чем ты смеешься?

— Над тобой, — просто сказал мужчина и ласково провел пальцем по щеке Кэсси, отчего та вздрогнула. Бо покачал головой. — Ты ведешь себя так, будто я только что пригласил вас пообедать у дьявола. — Многие в городе считают меня весьма уважаемым человеком, — с иронией произнес он.

— Но… понимаешь… обед, — пробормотала Кэсси.

— Верно, обед. — Бо небрежно сунул руки в карманы пальто. — Но я имел в виду шоколад, сэндвичи с арахисовым маслом и молоко, а не розы, свечи и лунное сияние… — Он пожал плечами. — Я просто хочу помочь Софи. Как я сказал, ей понадобится наша поддержка, — Бо взглянул в лицо Кэсси. — Итак, что скажешь? Как думаешь, вы сможете пообедать у меня дома сегодня вечером? Ради Софи, конечно, — добавил он с огоньком в глазах.