— Где они? — крикнула Стейси.
— Остановились в Барстоу, недалеко от того места, где пропадает сотовый сигнал. К счастью, они решили там заночевать и даже не сочли нужным спрятать машину.
Коннор бросил взгляд на зеленый дорожный указатель, мимо которого они пронеслись.
— Мы будем в Барстоу через несколько минут.
— Вертолет уже летит, — сказал Эйдан. — Он может понадобиться.
— Стейс? — послышался озабоченный голос Лиссы. — Как ты там?
— Все в порядке, док.
— Слушай, эта компания умяла весь твой пирог, — сказала Лисса. — Надеюсь, ты не против. После вашего отъезда прошло несколько часов, и они ужасно проголодались.
— Шутишь, что ли? — Стейси криво усмехнулась. — Они помогают мне вернуть ребенка. Я люблю их всех вместе и каждого в отдельности. Пусть едят что угодно.
— Эй, — вмешался Коннор, стараясь вместе с Лиссой поднять Стейси настроение, — мне хоть кусочек оставьте.
— Не переживай. — Стейси прикоснулась к его предплечью, но тут же убрала руку. — Я тебе новый испеку. Ни с кем делиться не придется.
От взгляда, который она бросила на него, у Коннора перехватило дыхание. В нем чувствовалась симпатия. И пусть внешне она пока держалась настороженно, это сулило ему надежду.
— Какое оставить! Тут, можно сказать, за каждый кусок драка, — заявила Лисса с мягким смешком. — Народу много, пирога мало.
— И все-таки он не лучше секса, — заявил Эйдан.
— Это смотря какой секс, — подал голос кто-то на заднем фоне.
У Стейси все это вызвало улыбку, И Коннор был рад увидеть, что она, такая бледная, с запавшими глазами и тревожными складками у рта, хоть чуточку ожила.
— С вами, ребята, я тоже проголодался, — пожаловался Коннор, вспомнив, что в этот день успел только позавтракать. А идти в бой голодным он не любил никогда.
— Ладно. — Тон Эйдана вернул Коннора к сиюминутной реальности. — Ты на подходе.
Оглянувшись через плечо, Коннор мысленно порадовался и тому, что, побывав во множестве снов, научился водить машину, и тому, что автострада была пустой. Позади, почти наверняка, следовали в основном машины поддержки — фургоны с командами зачистки и «хаммеры» с вооруженным подкреплением. Может, когда-нибудь он спросит Эйдана, на кой черт Макдугалу нужна личная армия, но сейчас он был рад любой помощи.
— Хорошо, мы на наклонном съезде.
Следуя указаниям Эйдана, он свернул с шоссе и подкатил к мотелю, едва ли видавшему хорошие времена и уж точно не процветавшему сейчас. Походило на то, что когда-то это двухэтажное здание было выкрашено в персиковый и коричневый цвета, но в желтом свете парковочных светильников сказать что-то с уверенностью было трудно. Краска выцвела на калифорнийском солнце, потрескалась и местами облупилась.
Остановив машину на подъезде к заведению, Коннор сообщил:
— Мы заходим.
— Будь осторожен, — предостерег Эйдан. — Я знаю, ты до сего случая с людьми не работал, так что послушай меня. Не пытайся проделать все сам. Макдугал попусту денег не тратит. Он нанимает только настоящих профи. Доверься им, они свою задачу выполнят. Их помощь стоит бешеных денег, так что используй ее на всю катушку. Ты нужен мне живым.
— Понял.
Главное, что за этими сухими и четкими указаниями Коннор уловил дружеское расположение, и на душе у него потеплело. Пусть он находился в чужом, странном мире, но, по крайней мере, как бы ни казалось ему поначалу, не был здесь одинок.
Отключив связь, он вылез из машины и взглянул через крышу на Стейси, сделавшую то же самое. Благодаря росту Коннор хорошо видел ее, а вот Стейси для этого пришлось встать на цыпочки.
— Ну вот, принимаемся за дело, — начал он. — Прежде всего надо осмотреться, проверить машину, вход. Выяснить, здесь они или сменили транспорт и свалили. — (Она мрачно кивнула.) — И не надо геройствовать. Поверь, милая, я свое дело знаю, но, учитывая, что противник не один и у них в руках заложник, мне не светит одновременно и с ними драться, и о тебе заботиться. Если они здесь, ты должна будешь поберечься, чтобы я мог сосредоточиться на вызволении Джастина. А не твою задницу оберегать.
Он видел, что ее это просто убивает. Легко ли, зная, что сын совсем рядом, сдержать стремление броситься к нему. Однако она кивнула.
— Ты мне веришь?
Он даже не попытался скрыть стоявшие за этим вопросом эмоции. В настоящий момент это должно было придать ему сил, столь нужных с учетом его величайшей ответственности.
Стейси сжала губы так, что они побелели, и в глазах ее заблестели слезы. Коннор хлопнул ладонью по крыше так, что Стейси охнула и подскочила.
— Черт побери! Кончай вспоминать всяких неудачников из своего прошлого и подумай обо мне. Ты мне веришь?
— Да мы, на хрен, только что познакомились, — огрызнулась она. — Не надо прикидываться, будто знаем друг друга целую вечность.
— Ты мне небезразлична, Стейси. И нет разницы, давно мы знакомы или нет. Это идет отсюда, — стукнул он себя по груди, — и для меня важно. И думаю, что как только ты перестанешь убеждать себя в том, будто все мужчины одинаковы, то поймешь, что время не имеет значения.
— Легко тебе говорить такое, мистер Вечноживущий.
— Ага, а вот твоя жизнь не вечная, но ты тратишь ее попусту. — Коннор вскинул руку, предваряя ее возражения. — Я прожил не один век. Знал множество женщин. С некоторыми провел не один год. Проделывал с ними то, на что с тобой у меня просто не было времени, но все равно уже знаю, что это совсем другое. — Он затряс головой, отступил и открыл заднюю дверь с водительской стороны. — Ладно, проехали. Забудь. Не знаю, зачем я спросил.
— Я не сказала, что не верю тебе.
— Ты и другого не сказала. — Жестом подозвав ее к себе, он протянул ей наплечную кобуру и помог надеть. — Вот, сунь пистолет туда. Если понадобится, защищайся. — Он подтянул ремни, затем, глядя ей в глаза, добавил: — Но если станет опасно, беги. Стреляй только в крайнем случае, когда не будет иного выбора. Поняла?
— Да.
Коннор направился было к зданию, но она поймала его за руку:
— Я не думаю, что ты похож на кого-нибудь из парней, которых я когда-либо знала. — При этом она, кажется сама того не сознавая, непрестанно поглаживала его подушечкой большого пальца.
— Именно, на хрен, что ни черта не похож! — прорычал он и пылко поцеловал ее, прежде чем она отстранилась. — Я тот парень, который собирается вконец тебя извести. Который намерен досаждать тебе всякий раз, когда окажется поблизости. Который станет совращать тебя при любой возможности, даже если ты станешь отнекиваться… Дерьмо, особенно если ты станешь отнекиваться.
Стейси, покусывая нижнюю губу, уставилась на него расширившимися глазами.
— Носить костюм и каждый вечер приходить домой к ужину я обещать не могу. — Он отстранил ее, забрал с заднего сиденья ножны с мечом и закинул за спину. — Но могу обещать заботиться о тебе. А поскольку я упрямый, начинай к этому привыкать. — Прихватив из машины ветровку, он набросил на нее со словами: — Эта одежка поможет спрятать пушку. — Затем оглядел себя и застонал. — Ну, черт возьми, и видок у нас, просто бандитский. Зашибись!
— С этим как раз можно разобраться подручными средствами, — заявила Стейси и выудила из кармана две цветные поблескивающие резинки. Через минуту у нее на голове появились два девчоночьих хвостика. Губы она накрасила ярко-красной помадой, а на шею нацепила кожаный ошейник.
— Ну как? — поинтересовалась Стейси.
Брови Коннора поднялись.
— Обалдеть!
Она пожала плечами.
— Мне подумалось, что такие штаны требуют некоторой креативности, вот и подготовилась, чтобы выглядеть в них странновато. Правда, с твоим мечом или этой шайкой, — указала Стейси на поджидавшую неподалеку маленькую армию, — ничего уж не поделаешь. Если кто спросит, придется сказать, что у нас костюмированная вечеринка.
— Да… Отлично… Особенно ошейник.
Под пристальным взглядом Коннора Стейси непроизвольно поежилась. Несмотря на всю сложность и опасность ситуации, он проявлял к ней неизменное внимание, и она, вне зависимости от их отношений, была ему благодарна за заботу и готовность на все это пойти. Конечно, его народ имел во всем происходящем свой интерес, но все же он сражался в большей степени за Джастина, чем за троицу. В этом у нее сомнений не было.
— Мы готовы? — спросила она хрипловатым от благодарности голосом.
— Как всегда. — Коннор захлопнул дверь и, взяв ее за локоть, обратился к ожидавшим распоряжений людям: — Четверым осмотреть периметр, остальные за мной!
В голосе, как и в его прикосновении, чувствовалась властная уверенность. Перейдя улицу, они ступили на потрескавшуюся, всю в выбоинах парковку мотеля. Большинство находившихся там машин выглядели ей под стать, куда более чем средней изношенности. Многие фонари или погасли вовсе, или мигали с громким, действовавшим ей на нервы жужжанием. Парковка была замусорена, и раздававшийся неподалеку жалобный собачий вой служил подходящим звуковым сопровождением ко всему этому запустению.
Всего с ними была дюжина человек. Восемь держались рядом, а четверо по знаку Коннора рассредоточились между машинами.