logo Книжные новинки и не только

«Нарушай правила» Симона Элкелес читать онлайн - страница 1

Knizhnik.org Симона Элкелес Нарушай правила читать онлайн - страница 1

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

Симона Элкелес

Нарушай правила

Посвящается моей поклоннице номер один,

Эмбер Мусви

Твоя сила вдохновляет меня.

Твое мужество вдохновляет меня.

Ты вдохновляешь меня.

Всю жизнь буду помнить три слова, которым меня

научила ты, когда в шестнадцать лет проходила лечение

химиотерапией и главное сражение своей жизни:

НИКОГДА НЕ СДАВАТЬСЯ!


Глава 1

Дерек

БЫТЬ ПОЙМАННЫМ В ПЛАН не входило. Устроить грандиозный прикол, о котором будут вспоминать десятилетиями, — да. С пятью дружками я стою в кабинете директора Кроу и вот уже битый час слушаю его тирады о том, что за наш последний прикол стыдно не только ему самому, но также членам правления и педагогам этого «престижного учебного заведения».

— Ну как, будете сознаваться? — спрашивает Кроу.

Джек и Сэм паникуют. Дэвид, Джейсон и Рич еле сдерживаются, чтобы не расхохотаться. Меня с тех пор, как перевелся сюда, уже неоднократно вызывали к директору, так что мне это не в новинку.

В последнюю неделю учебного года в калифорнийской приготовительной академии, школе-пансионе Риджентс, старшекурсники устраивают розыгрыши одиннадцатиклассникам. Такая традиция. В этом году старшекурсникам удалось в общаге подложить синьки в душевые лейки и выкрутить все лампочки в местах общего пользования. Так что нам ничего не оставалось, как отплатить с лихвой, но только масштабнее. Старшекурсники так и ждали, когда мы нагрянем в их спальни, и всю неделю были на взводе. Для защиты территории они даже расставили круглосуточные посты.

Джеку, моему соседу по комнате, принадлежала блестящая идея позаимствовать на дядиной ферме трех поросят-сосунков, смазать их жиром и выпустить в спальню старшекурсников. Но Сэм предложил выпустить поросят во время церемонии вручения дипломов. Признаюсь, моей идеей было пронумеровать поросят цифрами… 1, 3 и 4. Чтобы осуществить этот план, пришлось потрудиться всем шестерым. Сигналом к выпуску поросят должна была стать музыка, сопровождающая церемониальную процессию.

Я уже было решил, что нам это сошло с рук, пока всех час назад не вызвали в кабинет Кроу. В дверь просовывает голову Марта, помощница директора.

— Мистер Кроу, номер два все еще не обнаружен. Директор издает злобный рык. Не будь Кроу таким жлобом, я бы объяснил ему, что поиски можно прекратить, потому что поросенка номер два нет — это тоже шутка. Но этот тип плевать хотел на студентов. Он озабочен лишь одним: пусть все знают, что в его власти, не задумываясь, задерживать учащихся после занятий и с легкостью увольнять преподавателей. В течение года он этой властью неоднократно злоупотреблял.

— Это сделал я, — сильнее обычного по-техасски растягивая слова, произношу я, а Кроу прямо коробит мысль о том, что в его драгоценной школе учится простолюдин.

Он уже неоднократно делал мне замечания за словечки «видать» и «стар и млад». Видать, использовал я их специально, чтобы досадить ему.

Кроу останавливается возле меня:

— А кто из дружков тебе помогал?

— Никто, сэр. Я все сделал один.

Он грозит мне пальцем.

— Когда об этом узнает твой отец, Дерек, то наверняка очень расстроится.

Я напрягаюсь. Отец, коммандер [Коммандер — воинское звание в военно-морских силах и морской авиации.] Стивен Фицпатрик, снова в служебной командировке. Следующие полгода он, полностью отрезанный от мира, проведет на подводной лодке. Интересно, каково теперь приходится моей новоиспеченной мачехе Брэнди во время отцовской службы? Все устроилось просто идеально. Пока не окончу школу, я живу здесь, а жена отца — в съемном доме недалеко от военно-морской базы вместе с пятилетним сынишкой, рожденным от предыдущего бойфренда. Новости о поросячьем приколе вряд ли дойдут до отца. А если Кроу думает, что они могут расстроить Брэнди, то это курам на смех.

Кроу втягивает голову в плечи и, набычившись, становится похож на взбесившегося огра.

— Хочешь, чтобы я поверил: ты угнал школьный фургон, привез на церемонию четырех поросят, смазал их жиром и выпустил — все один?

Я взглядом показываю товарищам, чтобы держали рты на замке, но понимаю, что кое-кто из них уже готов признаться. Ну зачем страдать всем только из-за того, что у Кроу нет чувства юмора? Я киваю.

— Действовал я один, сэр. Но фургон я вообще-то не угонял. Я его одолжил.

Поросят было три, и нам пришлось потрудиться вшестером, но эти сведения я держу при себе. Вот сейчас он накажет меня, оставив после занятий, заставив мыть полы, туалеты или делать что-нибудь еще не менее унизительное. Мне без разницы. Нет ничего проще, чем отбывать наказание во время летнего семестра: в это время в кампусе находятся только двадцать процентов учащихся.

— Все остальные могут быть свободны, — объявляет Кроу. Усевшись в огромное кожаное кресло, он берется за телефон, а мои дружки тем временем покидают помещение. — Марта, позвоните миссис Фицпатрик и сообщите ей, что ее пасынок исключен из школы.

Погодите-ка! Что?

— Исключен? — Слово буквально застревает у меня в горле. А как насчет предупреждения, задержания или временного отстранения от занятий? — Это же невинный розыгрыш.

Он осторожно вешает трубку.

— Исключен. У действий имеются последствия, мистер Фицпатрик. Несмотря на неоднократные предупреждения в связи с вашим списыванием, употреблением наркотиков и розыгрышами, вы снова нарушили правила, доказав, что недостойны быть учащимся приготовительной академии Риджентс. Естественно, это означает, что и место в выпускном классе вам предоставлено не будет.

Я не двигаюсь и молчу. Этого не может быть. Могу спокойно назвать целую дюжину студентов, пойманных на розыгрышах и отделавшихся не более чем предупреждениями. Я случайно во время экзамена оставил тетрадку на полу, и мистер Раппапорт зафиксировал мне списывание. А обвинение в употреблении наркоты… Ну ладно, мы с дружками были на вечеринке и вернулись все в хлам. Меня случайно вырвало прямо на статую основателя Риджентс, и оказалось, что кто-то добавил экстази в мой стакан, и уж точно не я разместил на школьном сайте фотки, как меня рвало. Это был старшекурсник из совета учащихся, но его не засекли, потому что кто обвинит парня, чей отец каждый год отстегивает на школу кучу денег?

— Раз вы уже сдали экзамены, я готов проявить снисходительность и позволить вам получить полный зачет за одиннадцатый класс. Из уважения к отцу даю вам сорок восемь часов на то, чтобы собрать вещи и покинуть кампус. — Сказав это, он записывает что-то на листке бумаги, но, посмотрев в мою сторону, понимает, что я не двигаюсь с места. — Это все, мистер Фицпатрик.

Снисходительность? Пока я иду к спальне, до меня постепенно доходит абсурдность ситуации. Меня исключают из Риджентс, и придется вернуться домой. Переехать к мачехе, которая витает в своем собственном бестолковом мирке. Что за черт!

Джек, мой сосед по комнате, сидит на краю кровати и мотает головой.

— Я слышал, как Кроу объявил, что тебя исключили.

— М-да.

— Может, если нам всем вернуться и сказать правду, он передумает…

— Если твой отец узнает, то превратит твою жизнь в ад. У других будет ничем не лучше.

— Но ты-то, Дерек, почему оказался крайним?

— Не переживай, — говорю я. — Кроу имел на меня зуб. А так у него появился повод выдворить меня из школы.

Полчаса спустя звонит Брэнди. Мачеха узнала новость от Кроу и завтра собирается прикатить из Сан-Диего, а это часа три езды. Она не орет, не отчитывает меня и не ведет себя, будто она мне мать. Наоборот, говорит, что пыталась убедить Кроу пересмотреть решение о моем исключении. Как будто это сработает. Не думаю, что Брэнди входила в школьную команду по дебатам, и у меня нет особых надежд на силу ее убеждения. Честно говоря, даже не уверен, что она вообще окончила школу.

Утром следующего дня, когда я все еще не знаю, что делать, ко мне стучатся охранники кампуса. У них четкий приказ: немедленно препроводить меня в кабинет директора.

Проходя через квадратный двор в сопровождении охранников, я слышу, как шепчутся студенты, мимо которых мы идем. Не так уж часто бывает, чтобы кого-то исключили. Лестница ведет в дирекцию, где на доске почета висят фотографии выпускников, ставших знаменитыми спортсменами, астронавтами, конгрессменами или успешными бизнесменами, — школа ими гордится. Пару лет назад я мог бы мечтать увидеть там и свое фото, но не сейчас.

Дверь в кабинет Кроу открывается, я вижу сидящую напротив директора женщину. Это Брэнди — вот уже восемь месяцев жена моего отца. Младше его на четырнадцать лет, а это значит, что ей двадцать пять, то есть на восемь лет больше, чем мне. Оранжевые туфли на шпильке, им в тон огромные серьги, свисающие до плеч. Платье на пару размеров ей велико, что на нее совсем не похоже. Раньше, когда мне доводилось с ней встречаться, она одевалась в обтягивающие декольтированные наряды, будто для похода в ночной клуб. Здесь, в кабинете, полном красного дерева и темной кожи, она не в своей тарелке.

Когда я вхожу, Брэнди, скользнув по мне взглядом, переключает внимание на Кроу.

— Так какие у нас варианты? — спрашивает она, теребя серьгу.