Молли все больше нравилась эта мысль. Действительно, было бы очень забавно, если бы ей удалось свести этих двоих. Денег у нее вполне достаточно — так почему бы не развлечься? Почему бы не оказать услугу одиноким молодым людям?

Внимательно посмотрев на девушку, Молли проговорила:

— Знаете, моя дорогая, у меня появилась интересная мысль…

— Вроде вчерашней? — улыбнулась Изабелла.

— Да, пожалуй, — кивнула Молли. — Может быть, вам она не понравится, но Батерсту наверняка придется по душе.

Покончив с марципанами. Изабелла потянулась к омлету.

— Что ж, я с удовольствием вас выслушаю, миссис Крокер. И пусть, мои родственники… — Изабелла снова улыбнулась. — К чертям их всех.

— Я вижу, вы настроены весьма решительно.

— Вы правы, — сказала Изабелла, отрезая кусочек омлета. — И я имею для этого все основания.

— Уверяю вас, дорогая, месть сладка.

— А вы сумели отомстить? — Изабелла замерла с вилкой у рта.

— И с выгодой для себя, — усмехнулась Молли.

— Расскажите об этом! — оживилась Изабелла,

— Как-нибудь в другой раз, — пробормотала Молли; она решила, что пока не стоит рассказывать о том, как она отомстила отцу, продавшему ее за гроши жестокому негодяю. — Сейчас вам лучше подумать о том, как доставить себе удовольствие и одновременно очаровать Дермотта.

— Значит, его зовут Дермотт… — Изабелла наморщила лоб. — Это не тот Дермотт, который является близким другом принца Уэльского?

«Неужели Батерст, Рамзи и пресловутый Дермотт — одно и то же лицо?» — подумала девушка.

— Тот самый, — кивнула Молли.

— Даже я наслышана о развратном Дермотте, — пробормотала Изабелла. — О его выходках говорит весь Лондон.

— Но скандальные хроники умалчивают о других сторонах его жизни. Когда его отец умер от пьянства, Дермотту пришлось спасать поместье и ухаживать за матерью.

— Я знаю об этом, — сказала Изабелла. — В дедушкином банке лежали его закладные. Выходит, он тот самый граф Батерст, который вернулся в Англию необычайно богатым…

— Вернулся три года назад.

— …И рассчитался со всеми кредиторами, — продолжала Изабелла. — На дедушку это произвело огромное впечатление. Он тогда сказал, что сейчас в Индии не так-то просто сделать состояние. Деловая хватка графа вызывала у него восхищение.

— Не деловая хватка, скорее — смелость. Когда Дермотт воевал на севере Индии, он спас жизнь одному сикхскому принцу, за что был щедро вознагражден. Видите ли, во владениях этого принца добывают рубины…

Молли не стала упоминать о том, что в награду Дермотт получил еще и руку сестры принца, причем это был брак по любви. Граф едва не лишился рассудка, когда, его жена и новорожденный сын погибли во время одного из междоусобных набегов.

— И теперь он тратит свое состояние и деньги на разного рода… развлечения, — проговорила Изабелла. — Вряд ли я смогу очаровать столь распущенного человека. Да и вряд ли захочу… — Однако она чувствовала, что ее влечет к этому странному человеку.

— Бульварные газеты пишут лишь о том, что интересует их читателей, — заметила Молли. — Но Дермотт не только приятель принца. К сожалению, о его добрых делах почти никто не знает. А ведь он заботится о матери, а также об обитателях своих поместий. К тому же… Видите ли, я не вправе распространяться о его личных делах, но уверяю вас, у него есть причины горевать…

— А крайности помогают ему забыться.

— Конечно, — согласилась Молли. — Но его можно понять.

— И я стану для него временным утешением, — продолжала Изабелла.

— Но ваши затруднения — тоже временные…

— Разумеется, мне не следует обижаться. — Изабелла улыбнулась. — Ведь я собираюсь воспользоваться его услугами, не так ли?

— Совершенно верно, — кивнула Молли. — Речь идет об обоюдной выгоде.

— Что ж, все это звучит довольно разумно, — пробормотала Изабелла, откинувшись на спинку стула. — Но как же мне его очаровать? Что надо для этого сделать?

— Не забывайте, вы решили стать куртизанкой, разумеется, ненадолго.

Изабелла молча кивнула.

— Если вы согласитесь пройти соответствующую подготовку, — продолжила Молли, — то почувствуете уверенность в себе. Поверьте, Дермотт сумеет оценить ваши усилия.

— Вы, кажется, говорили, о его неприязни к девственницам.

— Это не значит, что он не сможет доставить вам удовольствие. И все-таки вам следует кое-чему научиться — чтобы не только; получать, но и доставлять удовольствие мужчинам.

— Да, пожалуй, — согласилась Изабелла.

Молли взглянула на нее с удивлением:

— Вас даже не пришлось уговаривать, моя дорогая…

— Видите ли, я решила… решила, что если уж согласилась пройти через все это, то должна хоть чему-то научиться.

— Вы меня удивляете…

— Наверное, не только вас, миссис Крокер, — улыбнулась Изабелла. — Дело в том, что я всю жизнь провела в мире мужчин, среди дедушкиных друзей и знакомых, поэтому не знаю самых простых вещей — того, что знают все молодые леди. Я не умею флиртовать и не умею поддерживать светскую беседу — дедушка предпочитал… «говорить по существу», как он сам это называл.

— Однако вы следите за модой. Ваше платье вполне соответствует…

— Это потому, что я люблю красивые вещи, а дедушка потворствовал моим желаниям, — улыбнулась Изабелла.

— Мне кажется, к вашему платью приложила руку мадам Дюкло…

— Какая проницательность! Это моя любимая портниха.

— Стало быть, вы интересуетесь не только книгами и коммерцией.

— Я была довольна своей жизнью, но понимала, что существует и другой мир — мир, который я знаю только по книгам. Я часто мечтала о приключениях и об экзотических странах, хотя… наверное, все об этом мечтают.

— Нет, не все. Многим вполне хватает обычных светских развлечений.

— Только светские развлечения? — Изабелла покачала головой. — Мне бы такая жизнь показалась ужасно скучной.

— Похоже, что и Дермотт в Англии скучает, — заметила Молли.

— И тем не менее остается здесь?

— Он остается с матерью.

— Неужели он такой заботливый сын?

— Дермотт не только приятель принца — он гораздо сложнее. Кажется, я уже говорила вам об этом.

— Наверное, вы удивитесь, — пробормотала Изабелла, — но меня привлекает вовсе не сложность» графа, а его красота… и репутация. Вероятно, я слишком долго прожила в изоляции. Возможно также, что мои тетки правы: они сравнивают меня с моей вольнодумной матерью. Хотя слова, которыми тетушки ее награждают, не слишком приятны…

— Как случилось, что она стала плавать?

— Когда ей было пятнадцать, она спряталась на судне, принадлежавшем ее дяде, и отправилась в Тринидад. Это положило начало приключениям… и конец всем надеждам на приличное замужество. Но, по словам дедушки, мама никогда об этом не сожалела.

— У вас жизнь тоже довольно необычная…

— Как и у вас. Вы не собираетесь писать мемуары?

— Чтобы до смерти напугать всех влиятельных людей? — усмехнулась Молли. — Нет, пусть этим занимаются другие. Мне денег и так хватает.

— Как и мне, — пробормотала Изабелла. — То есть будет хватать, если все у нас получится. А теперь расскажите мне об искусстве обольщения. Наверное, обольстить Дермотта Рамзи не так-то просто — ведь у него нет недостатка в поклонницах, не так ли?

— Женщины безжалостно его преследуют. Именно здесь он от них скрывается. — Изабелла с удивлением посмотрела на собеседницу:

— Неужели он пользуется таким успехом?

— Поверьте, дорогая, я нисколько не преувеличиваю.

Изабелла улыбнулась:

— Значит, я должна чувствовать себя счастливой избранницей?..

— Думаю, вы не будете разочарованы. Во всяком случае, мои леди от него без ума.

— Они что, делят его между собой?

— Вы задаете слишком много вопросов, моя дорогая;

— Но я хочу все знать, — заявила Изабелла. — Хочу знать, что я должна делать и чего не должна. Ведь мне надо очаровать его, не так ли?

— Уверяю вас, вы уже его очаровали.

— Но я хочу, чтобы он… Миссис Крокер, я люблю все делать наилучшим образом.

Молли внимательно посмотрела на собеседницу — эта девушка не переставала ее удивлять.

— Что ж, моя дорогая, возможно, вы и впрямь окажетесь талантливой соблазнительницей.

— Дедушка говорил, что я очень быстро всему обучаюсь.

Молли невольно рассмеялась.

— Значит, вы решили? Уверены, что потом не будете жалеть об этом?

— Абсолютно уверена. Раньше я ничего подобного не испытывала. Наверное, моя мать чувствовала то же самое, когда пряталась на корабле. Даже сердце бьется… как сумасшедшее. — Изабелла приложила руку к груди и сделала глубокий вдох.

Молли усмехнулась:

— По крайней мере оно у вас бьется не от страха.

— О, конечно, не от страха. Поверьте, лежать рядом с Дермоттом Рамзи, а не с Гарольдом Лесли — ведь это же просто неземное блаженство…

— В более совершенном мире вам не пришлось бы делать подобный выбор.

— Но раз уж приходится выбирать… — Изабелла вздохнула, — если приходится выбирать, то я выбираю удовольствие, и я очень благодарна вам за помощь.

— Увы, к женщинам жизнь особенно несправедлива, — пробормотала Молли.

— Я не собираюсь предаваться отчаянию, — заявила Изабелла. — Более того, я с нетерпением жду встречи с графом — ведь мне надо обезопасить свое состояние и гарантировать себе свободу, предавшись греховным наслаждениям. — Изабелла усмехнулась. — Как видите, я нисколько не волнуюсь.

Молли взглянула на девушку с грустной улыбкой. Немного помолчав, проговорила:

— Если вы захотите прервать свое… обучение — только скажите.

— Прервать обучение? Ни в коем случае! Теперь я совершенно уверена в том, что меня… влечёт к нему, — добавила Изабелла, понизив голос.

— Но имейте в виду, манипулировать им невозможно, — предупредила Молли. В эти мгновения мисс Лесли походила на избалованную молодую леди, требующую исполнения любых своих капризов.

— Я понимаю, — кивнула Изабелла. — Возможно, именно это и делает его таким привлекательным.

Глава 4

Незадолго до полудня все Лесли собрались в небольшой церкви, где скоро должно было начаться отпевание усопшего.

— Уверен, что она не пропустит похороны своего дедушки, — глядя на дверь, прошептал Гарольд.

— Надеюсь, что ты прав, — пробормотал его отец. — Иначе нам придется искать ее по всему городу.

— У нее нет друзей, нет денег, а Ламперт слишком напуган и не решится оказать ей помощь. К тому же за ним на всякий случай наблюдают, не забывай об этом.

— Полагаю, что в конце концов она придет именно к нему, — проговорил Герберт Лесли. — К кому еще она может обратиться?

В этот момент священник начал читать молитву.

— Похоже, она не придет, — проворчал Гарольд, вытаскивая из жилетного кармана часы с ярко раскрашенным циферблатом. — Надеюсь, все это не слишком затянется. В два часа я должен быть на скачках.

— А ко мне в час должна прийти модистка, — прошептала мать Гарольда. — Она для меня гораздо важнее, чем эти похороны.

Герберт подал знак священнику, призывая его поторопиться: он боялся опоздать на карточную игру.

Священник не посмел ослушаться, и отпевание закончилось довольно быстро.

Мистер Ламперт, также присутствовавший на церемонии, вышел из церкви и направился в книжный магазин на Олбемарл-стрит, где необычно долго выбирал себе книгу.

А вечером человек Герберта заявил, что следить за стариком — напрасная трата времени. Мистер Ламперт почти весь день сидел в таверне за кружкой пива и что-то читал.


Когда принесли письмо от мистера Ламперта, Молли, не желая мешать Изабелле, вышла из комнаты.

Девушка дрожащими руками сломала печать и развернула листок бумаги.

«За мной следят, — писал поверенный, — так что непосредственно мне не пишите. Вашего дедушку сегодня утром отпели и отвезли в склеп Тейвор-Хауса. Если Вам нужны деньги, можете получить их у мистера Мартина, но соблюдайте крайнюю осторожность — я не знаю, сколько шпионов у Вашего дяди.

Сожалею, что не могу сделать для Вас больше».

Изабелла тотчас же написала ответ — сообщила мистеру Ламперту, что в данный момент не нуждается ни в деньгах, ни в его помощи, и обещала со временем объяснить, в каких обстоятельствах находится.

Отложив перо, Изабелла взялась за книгу, однако ей так и не удалось сосредоточиться на чтении — одолевали мысли о похоронах дедушки. «Нужно было проводить его в последний путь, — думала девушка, — ведь это единственное, что я могла для него сделать». Но, вспомнив о своих гнусных родственниках, она почувствовала, что к печали добавился и гнев. И Изабелла принялась обдумывать планы мести.

Подобные размышления, весьма далекие от христианского смирения, отчасти заглушили боль утраты, однако успокоиться ей все же не удалось — слишком уж неопределенным представлялось будущее. В обществе миссис Крокер Изабелла еще сохраняла видимость спокойствия, но теперь, оставшись наедине со своими мыслями, она снова и снова задавала себе один и тот же вопрос: хватит ли ей мужества, чтобы осуществить задуманное?

Изабелла очень в этом сомневалась.

Сомневалась, невзирая на то что лучше Батерста не найти.

И даже невзирая на то что ее влекло к нему.

Да, она чувствовала, что ее влечет к графу, и это обстоятельство весьма смущало Изабеллу. Более того, мысли о Батерсте вызывали у нее странную дрожь, которую никак не удавалось унять.

«Как же с этим справиться?» — думала Изабелла, мысленно призывая на помощь дедушку. Она «рассказала» ему о своих чувствах, и ей стало уже не так одиноко — казалось, что дедушка жив, что он рядом с ней и внимательно слушает ее.

Стук в дверь прервал ее размышления, и в следующую секунду в комнату вошли миссис Крокер и две служанки с платьями в руках.

— Мы тут кое-что принесли, чтобы немного вас развлечь, — сказала хозяйка. — Вы еще не написали ответ своему адвокату? Человек Дермотта ждет внизу.

— Да-да, я сейчас… — Изабелла подошла к столу и, взяв записку, протянула ее одной из служанок.

— Из предосторожности я решила воспользоваться помощью графа, — возможно, за адвокатом следят, — пояснила Молли.

— Спасибо вам, миссис Крокер. Я чувствую себя такой одинокой.

— Именно поэтому вам и нужно отвлечься от грустных мыслей. Для этого я попросила мадам Дюкло прислать сюда несколько платьев.

— Разумеется, я за них заплачу!

— Как хотите, моя дорогая, — улыбнулась Молли. — Так какое же из платьев вы сейчас желаете примерить?

— Пожалуй, вот это. — Девушка указала на утреннее платье из светло-голубого газа. По подолу платье было расшито цветами, но в целом казалось достаточно скромным.

Дома Изабелла предпочитала обходиться без прислуги, однако сейчас охотно прибегла к помощи служанок. Она сбросила халат и с помощью девушек надела нижнюю сорочку. Затем стала примерять платье.

— О… вы точно угадали размер. — Изабелла приблизилась к зеркалу.

— Это было несложно, моя дорогая. У вас такая же фигура, как и у Кейт… одной из наших леди, — пояснила Молли. — Голубой прекрасно подходит к вашим глазам.

— Красивое платье.

— Теперь примерьте туфли. Здесь есть разные размеры.

Изабелла выбрала подходящие туфельки и, взглянув на Молли, с улыбкой проговорила:

— Красивые платья творят чудеса.

— Разумеется, дорогая. Примерьте еще зеленое, из шелка. Кашемировая шаль будет создавать нужный контраст.

— Я пока не собираюсь никуда выходить, — ответила Изабелла, хотя шаль ей очень понравилась.

— Ну… тогда на будущее, — сказала миссис Крокер. Указав на зеленое платье, добавила: — Поверьте, этот цвет очень вам пойдет.

Изабелла примерила еще несколько платьев из шелка и газа, а также шали и шляпки. Затем миссис Крокер велела принести бутылку охлажденного шампанского. Выпив по бокалу, женщины снова принялись рассматривать наряды. Кивнув на одно из платьев, Молли со смехом проговорила:

— Для черных кружев вы слишком молоды, но все равно примерьте.

— О… они просто обольстительные…

— В том-то и дело. Давайте все-таки попробуем.


Дермотт провел утро в поисках пополнения для своей конюшни, после чего пообедал у Брукса. Затем он заехал домой, чтобы обсудить с секретарем и управляющим некоторые хозяйственные дела, но ему никак не удавалось сосредоточиться на счетах. Секретарь с управляющим обменялись выразительными взглядами — оказалось, что граф совершенно равнодушен к видам на урожай, хотя обычно он обсуждал эту тему с величайшей охотой. После возвращения из Индии Дермотт предпринял в своем имении целый ряд усовершенствований и проявлял огромный интерес к хозяйственным делам.

— Вероятно, вы предпочли бы обсудить виды на урожай в другое время? — спросил Шелби, секретарь графа.

Граф промолчал, и; молодому человеку пришлось повторить свой вопрос.

— Да, пожалуй, так будет лучше, — пробормотал Дермотт, глядя на каминные часы.

Секретарь с управляющим тотчас же поднялись на ноги и снова переглянулись.

Граф же, казалось, никого вокруг не замечал.

Тут управляющий деликатно откашлялся, и Дермотт наконец-то обратил на него внимание.

— Да-да, большое вам спасибо, — пробормотал он с улыбкой. — Лучше обсудим это в другой раз.

Оставшись в одиночестве, граф в задумчивости прошелся по комнате.

— Я не должен туда идти, — пробормотал он, внезапно остановившись. — Хотя… какое это имеет значение?

Немного помедлив, Дермотт решительно направился к двери.

Приехав к Молли, граф уселся за карточный стол. На сей раз ему не везло, поэтому Дермотт, извинившись перед партнерами, покинул игорную комнату. Взбежав по лестнице, он без стука вошел в апартаменты хозяйки и тотчас же услышал доносившиеся из спальни смех и женские голоса.

Граф прекрасно знал голос Молли, но приехал он сюда вовсе не из-за нее…

Приехал против собственной воли — во всяком случае, так ему казалось.

Граф и на этот раз не постучал — решительно шагнув к двери, он вихрем ворвался в комнату.

— Приветствую, Дермотт, — с улыбкой проговорила Молли.

— О! — воскликнула рядом с ней молодая женщина; она в смущении потупилась.

— Дермотт, выпей с нами шампанского, — сказала Молли.

Но граф лишь мельком взглянул на нее — он впился взглядом в стоявшую на ковре Изабеллу. На ней было черное платье с кружевами, и Дермотт вдруг почувствовал, что ему хочется сорвать с нее это платье и опрокинуть ее на постель…

— Тебе нравится ее наряд? — спросила Молли.

— Да, очень, — прохрипел Дермотт. — Очень нравится.

— А вот Изабелла сомневается, что это платье ей идет.

— Думаю, идет. — «Как чары — колдунье», — мысленно добавил граф, по-прежнему стоявший у порога.

— Вот видите? — Молли с улыбкой повернулась к Изабелле. Затем снова обратилась к Дермотту: — Может, хочешь, чтобы она переоделась?

— Нет-нет, — в один голос ответили граф и Изабелла.

— Вот и хорошо. — Взмахом руки отпустив служанок, Молли взглянула на Дермотта: — Входи же, присоединяйся к нам. Я не ждала тебя так рано. Ну как, повезло тебе сегодня с лошадьми?

— Даже очень, — ответил: Дермотт, усаживаясь на стул. — Я нашел двух подающих надежды однолеток, а у Хархина — неплохого чалого.

— Стало быть, ты помог Хархину погасить карточные долги?

— Стало быть, так, — кивнул граф. — Но этот чалый очень хорош.

— Изабелла, что же вы стоите? — сказала Молли.

Наконец-то овладев собой, Изабелла направилась к столу. Однако она избегала смотреть на графа.

Дермотт, украдкой наблюдавший за ней, невольно нахмурился — подобная скромность совершенно ему не понравилась. Однако он убедил себя в том, что первое впечатление обманчиво, ибо с телом Венеры невозможно быть слишком уж целомудренной. Тут же возбудившись, Дермотт почувствовал напряжение в паху и заерзал на стуле.

Заметив движение графа. Изабелла прекрасно все поняла. Наконец-то взглянув в глаза Дермотта, она невольно улыбнулась, и тот не удержался от ответной улыбки.

Молли, решив, что пора вмешаться, проговорила: