logo Книжные новинки и не только

«Я — твой должник» Софи Кинселла читать онлайн - страница 3

Knizhnik.org Софи Кинселла Я — твой должник читать онлайн - страница 3

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

— Ужасное, — выразительно добавляет он.

Я к выходкам Грега привыкла, но иногда даже у меня нет слов.

— Даже забавно, — продолжает Грег, вдохновленный всеобщим вниманием. — Мой брат родился всего с половиной поджелудочной железы. А у матери пренеприятнейшая история с почками…

— Спасибо, Грег! — в отчаянии перебиваю я. — Спасибо за… за…

Оба крутых парня заинтригованы еще больше, и Грег бросает на меня самодовольный взгляд, яснее слов говорящий: «Видела, как я спас положение?»

В сотый раз я задумываюсь, не отправить ли Грега на курсы. Курсы «как не быть Грегом».

— В любом случае, — опережаю я его, — оливковое масло замечательное.

Говорю это не из вежливости: чистая правда. Масла насыщенные, ароматные, с приятным вкусом, особенно темно-зеленое, с перчинкой.

— Какая у них розничная цена?

— Вот прайс-лист.

И Саймон протягивает мне бумагу. Я смотрю на цены — и чуть не падаю. Обычно я в таких ситуациях держусь как кремень, но сейчас у меня вырывается только сдавленный хрип:

— Девяносто пять фунтов?

— Конечно, это дорогостоящий высококачественный продукт, — невозмутимо заявляет Клайв. — Как мы уже объясняли, это целая плантация, и сам процесс уникален…

— Да кто же выложит девяносто пять фунтов за бутылку масла! — Я готова рассмеяться. — Только не в этом магазине, простите.

— Но когда вы откроетесь в Ноттинг-Хилле? — подает голос Саймон. — Это совсем другой рынок. Кстати, нам кажется, что «Ноттинг-Хилл: семейные деликатесы» — отличное название.

Я пытаюсь взять себя в руки. Что? Наш магазин называется «Фаррз». Такое имя ему дал папа, Майкл Фарр, и никаких других названий не будет!

— Такое масло есть у нас на складе, — неожиданно говорит Грег. Он ставит бутылку на стол и окидывает парней цепким взглядом серых глаз. — Стоит пять девяносто девять. Это так, к слову.

— Ну да, — после паузы говорит Саймон. — Но это, конечно, совсем другой продукт. Не хочу показаться невежливым, но если у вас есть вкус, вы, разумеется, заметите разницу с дешевым сортом. Позволите?

Я отмечаю, как ловко он окучивает Грега. Он наливает порцию нашего масла за пять девяносто девять и окунает туда кусочки хлеба. Попробовав, я понимаю, в чем дело. Наше масло на вкус менее насыщенное.

Но надо знать своих покупателей. Понимать их возможности. Я как раз собираюсь втолковать Саймону, что наши клиенты — люди практичные и ни за что на свете не отвалят таких денег за масло, и тут дверь открывается, и заявляется Джейк.

Он впечатляет. Как всегда. У него отцовская твердая челюсть, и блеск в глазах тоже от папы, и он действительно хорошо одет. Стильный агент по недвижимости. Темно-синий пиджак, галстук, лакированные дорогие туфли. Запонки.

И при виде него у меня внутри, как обычно, что-то сжимается, словно надо мной хлопает крыльями стая воронья. Недостойная. Виноватая. Мелкая. Никчемная.

Ничего нового. Большой братец вечно вызывает у меня такие чувства, а как же иначе? Так и должно быть, если я верю, что на первом месте всегда семья. И я преданно следую этому кредо, как бы это ни бывало больно.

И больнее всего то, что Джейк успешен, а я неудачница. Он занялся импортом-экспортом, не получив в поддержку ни пенни. Он нажился на бесшовных трусиках, сбагрив их в магазин уцененных товаров. Это у него сверкающая машина, визитные карточки и деловое администрирование (ну, почти).

А я взяла заем у мамы («наше наследство», как выражается Джейк), попыталась заниматься кейтерингом и с треском провалилась. И до сих пор не вернула денег.

Меня не назовешь паршивой овцой. Это было бы гламурно и интригующе, но я просто тупая овца, которая до сих пор держит под кроватью зеленые фартуки с логотипом «Еда от Фарр» (все остальное я распродала, только от этих никак не избавлюсь). Оказываясь рядом с Джейком, я чувствую себя еще более глупой и тормознутой. Без шуток. Рта при нем не смею раскрыть, а если рискну, то заикаюсь.

У меня есть свои мнения, идеи. Действительно. Когда я сама — или с мамой — руковожу магазином, то могу отдавать указания. Я способна заявить о себе. Но при Джейке, а иногда и при Николь, я дважды подумаю, прежде чем открыть рот. Потому что в воздухе повиснет невысказанное: «Тебе откуда знать? Ты все дела провалила».

Единственный человек, кто держится так, словно ничего не случилось и я все еще что-то значу, — это мама. Не знаю, как бы я выдержала, если бы не она.

— Ребята! — приветствует Джейк своих гостей. — Вы уже здесь! Чао!

«Чао». Вот как он с ними общается. Мы воспитывались в одной семье, но мне в голову не придет загнуть такое.

— Джейк! — Клайв хлопает его по спине. — Дружище!

— И это ты называешь Ноттинг-Хиллом? — смеется Саймон, пожимая ему руку. — Это же хренов Эктон!

— Это лишь начало новой империи, — широко ухмыляется Джейк.

Он бросает в мою сторону быстрый взгляд, в котором явственно читается: «Надеюсь, ты меня не подставила».

Я отвечаю ему взглядом: «Что за «Ноттинг-Хилл: семейные деликатесы» такие?» Но теперь он меня в упор не видит.

Джейк частенько игнорирует меня при своих крутых дружках. Может, опасается, что я поймаю его на вранье. Я этого никогда не делаю: семья на первом месте! — но всегда подмечаю, когда он передергивает. Рассказывает, например, про свою «школу грамоты» — на самом деле это был компьютер. Или упоминает «уголок на природе». Понятия не имею, о чем он — наверное, о нужнике в мамином саду.

— Так вот они, эти знаменитые масла! — восклицает Джейк. — Фантастико!

— Видел бы ты плантации! — с энтузиазмом подхватывает Саймон. — Закачаешься!

— Охотно бы взглянул, — с издевкой говорит Джейк. — Обожаю эти края.

Не припомню, чтобы Джейк хоть когда-нибудь бывал в Италии, но говорить об этом явно не стоит.

— Ты в курсе, что бутылка стоит девяносто пять фунтов? — подвожу я разговор к делу. — Вряд ли наши клиенты могут позволить себе такое.

Он раздраженно морщится, и я понимаю причину. Наши реальные, экономные покупатели Джейка не волнуют. Ему подавай выдуманных клиентов-миллионеров.

— Но если вы намерены расширяться, то вот что вам нужно. — Клайв похлопывает по бутылке. — Вкус феноменальный, ведь Фикси подтвердит?

— Вкус отменный, — говорю я. — Изысканный. Просто я… вы понимаете. Примут ли это наши покупатели?

Конечно, голос у меня срывается. Я задаю вопросы вместо того, чтобы констатировать факты. Так на меня действует присутствие Джейка. И я себя ненавижу за это: кажется, будто я в себе не уверена. А я уверена!

— Научатся принимать, — обрывает меня Джейк. — Будем проводить дегустации, всякие такие штуки…

Он поворачивается к Клайву и Саймону.

— Мы обязательно сделаем заказ, парни, вопрос только на сколько.

Меня охватывает паника. Мы не можем вот так с места в карьер делать заказы, особенно когда мамы рядом нет!

— Джейк, может, сначала обсудим? — отваживаюсь я.

— Нечего обсуждать, — огрызается он, и на лице у него написано: «Заткнись!»

О господи! Пускай воронье хлопает меня крыльями по лицу, надо держаться. Ради мамы.

— Я только… — Голос опять дрожит, и я откашливаюсь. — Наши покупатели приходят сюда за товарами по разумной цене. Роскошь им не нужна.

— Значит, будем их учить, — отрезает Джейк. — Образовывать. Приучать их рецепторы к более тонким вкусам.

Он хватает кусок хлеба, льет на него масло из бутылки за пять девяносто девять, и прежде чем кто-нибудь успевает сказать хоть слово, отправляет его в рот.

— Это же грандиозно, — мычит он с набитым ртом. — Совсем другой уровень! Такое богатство оттенков! Ты просто вкушаешь качество! Парни! Что я могу сказать! Мои поздравления! Я впечатлен.

Он протягивает руку, но ни Саймон, ни Клайв ее не жмут. Они так потрясены, что и шевельнуться не могут.

— Которое это было? — спрашивает Джейк, наконец дожевав. — Самое дорогое?

Тишина. Я не могу поднять глаза. Меня просто скручивает от стыда за Джейка.

Но чего у крутых ребят не отнять — манеры у них безупречные. Клайв, не поведя бровью, спасает ситуацию.

— Я не помню, которое это? — наморщив лоб, он глядит на Саймона.

— Я тоже не уверен, — подхватывает тот. — Соусницы переставляли, вот и…

— Это мы виноваты: слишком много принесли.

— Именно, — вторит Саймон. — Вкус уже смешивается.

Они так великодушны к ничего не подозревающему Джейку, что мне очень хочется сказать им: «Спасибо вам, крутые парни. Спасибо, что так добры к моему брату, до которого все еще не дошло».

Но я, конечно, молчу. Саймон и Клайв переглядываются и тактично решают замять ситуацию. Мы улыбаемся и мило болтаем, пока они пакуют свои причиндалы, и договариваемся держать связь.

Как только они отъезжают от магазина, мы с Джейком набираем побольше воздуха в грудь — и он успевает первым.

— Отлично, Фикси! — раздраженно восклицает он. — Ты их спугнула. Просто молодец!

— Джейк, мне очень жаль… — Какого черта я извиняюсь?! Что за дурацкая привычка? — Но… но я правда думаю…

— Да знаю я, что ты думаешь, — перебивает он. — Но это я разрабатываю стратегии для развития магазина. Чтобы он был больше. Лучше. Качественнее. Прибыльнее.