Станислав Минин

Пожарский: Камень. Великий князь

Глава 1

В гостиной квартиры молодого князя Пожарского разговаривали трое.

— Леся, послушай меня ещё раз, я тебя очень прошу! — Виталий Борисович Пафнутьев, один из высших чинов Тайной канцелярии, нервно расхаживал перед сидящими на диване Алексией и Прохором Белобородовым. — Алексея точно признают! Да ведь, Прохор?

— Скорей всего, — кивнул воспитатель молодого князя. — И сядь уже, Виталя, у меня голова от твоего мельтешения кружиться начинает!

Пафнутьев послушно опустился в кресло и закинул ногу на ногу.

— Ты слышала Прохора, Леся? — уставился он на девушку и, не дождавшись никакой реакции, продолжил: — Пойми, тебе могут даже детей от Алексея не разрешить иметь! А нам с Прохором прикажут за этим проследить! И, поверь, мы этот приказ выполним! А ещё могут запретить тебе с ним встречаться!

Алексия подняла на Пафнутьева заплаканные глаза и сказала:

— Ты не знаешь Алексея, дядя Виталий, он не позволит!

— Зато я знаю Романовых, Леся! И хочу уберечь тебя, чтобы ты не начала строить замки на песке!

— Да не строю я ничего! — вскочила с дивана девушка и тут же села обратно. — Если только чуть-чуть…

Но вы с Прохором должны сами знать, что с Алексеем спать меня никто не заставлял!

— Да, Леся, не заставлял! — ехидно подтвердил Пафнутьев. — В твою задачу входило постепенное превращение провинциального мальчика в молодого, уверенного в себе светского льва! Соответственно одевающегося, хоть иногда посещающего театры, художественные выставки и концерты классической музыки! А что получилось? — он осуждающе смотрел на опустивших глаза Алексию и Прохора. — Пьянки, гулянки и кабаки с выходками, попадающими в Паутину! А потом ещё и «медовый месяц» в соседней квартире!

— Ты на Леську-то не наговаривай, Виталя! — усмехнулся Прохор. — Она по обстоятельствам действовала, а я не препятствовал. И Алексей не был провинциальным мальчиком в том смысле, в котором думал Александр Николаевич. Зря он так опасался.

— Полностью с Прохором согласна, — кивнула Алексия. — А лучший индикатор этого — его пафосные университетские друзья, которые бы не приняли кого угодно в свою компанию, несмотря на знаменитую фамилию!

— Так! — вскочил с кресла Пафнутьев. — Вы разговор-то в сторону не уводите! Мы про Леську сейчас говорим! Как тебе роман Алексея с Вяземской?

— И что? — вздохнула девушка. — Я слышала записи их бесед, Алексей меня всё равно любит! О, вот, как раз он звонит! — она заулыбалась, глядя на экран телефона, вскочила, вытирая слёзы на ходу, и быстро ушла в спальню молодого князя.

— Виталь, ты успокойся! — Прохор с улыбкой смотрел на друга. — Я знаю, что Леська тебе как дочь, но поверь мне, Алексей не позволит её обидеть!

— Очень на это надеюсь… — тяжело вздохнул Пафнутьев.

— И ещё, Виталя. Тебе с Леськой надо почаще общаться, — ухмыльнулся воспитатель молодого князя. — Хоть какие-то человеческие эмоции у тебя проявляются!

— Да ну тебя! — отмахнулся сотрудник Тайной канцелярии.

* * *

— Деда, можно Алексия с нами поживёт, пока корпус с произошедшим разбираться будет? — спросил я у главы рода, с которым мы гуляли по дорожкам, проложенным в лесу.

Ответил он не сразу.

— Что ты спросил? — дед наконец обратил на меня внимание.

Я повторил.

— Конечно. Вернёмся, распорядись подготовить для неё комнату.

Чуть приотстав от старого князя, я набрал Лесю и поставил её перед фактом проживания в Жуковке в ближайшее время. Робкие попытки девушки отказаться под тем предлогом, что она доставит лишние хлопоты мне и Михаилу Николаевичу, были проигнорированы, ведь речь шла о её безопасности. После этого я набрал Прохора, попросил его позаботиться о Лесе.

— Лёшка, ты, кстати, завтра в университет свой не едешь, — сообщил дед, дождавшись, когда я закончу разговор с Прохором. — Сам понимаешь…

— Понимаю! — обрадовался я.

— Ты не скалься так, внучок! — усмехнулся старик. — Подъём в шесть утра, кросс и ОФП, как в армии! А потом я ещё что-нибудь придумаю для твоего и своего развлечения, — пообещал он мне. — И ещё. Посмотришь меня? А то тут кое-какие дела неотложные появились, нужно быть в форме… — Лицо старого князя чуть потемнело, а прутик, подобранный им на одной из полян, вспыхнул ярким огнём.

— Конечно, деда, посмотрю! — я с тревогой взглянул на старика. — Ты только успокойся!

Князь откинул в сторону догорающий прут и сказал:

— Десять минут. — Он повернулся и быстро зашагал дальше по дорожке.

А у меня в это время в кармане завибрировал телефон. Звонила Вика Вяземская.

— Пожарский, что у тебя случилось? — было первое, что я услышал в трубке.

— Вика, а ты откуда узнала? — удивился я.

— В сводке по корпусу прошла информация о каком-то нападении рядом с твоим адресом, и Иван Васильевич срочно куда-то уехал, — раздражённо ответила она. — Так что у тебя случилось?

— Да всё у меня нормально, так, мелкие неприятности… — попытался успокоить я девушку.

— Ты где? — спросила она меня.

— В Жуковке, в родовом поместье. Здесь мне точно ничто не угрожает.

— Выезжаю! — сказала Вика и положила трубку.

«Этого мне ещё не хватало! — подумал я. — А если они с Лесей пересекутся?»

— Алексей, я готов! — отвлёк меня от неприятных размышлений голос деда.

Ментальный доспех его за эти сутки порядком изменился в лучшую сторону. Энергетическая решётка начала приобретать более правильную геометрическую форму, грани выравнивались, в них уже не было больших перекосов как по толщине, так и по размерам. Да и внутренняя решётка уже не напоминала себя прежнюю — усики стали толще и длиннее. Не забыл я глянуть и себя. Мои «снежинки» продолжали исправляться, обещая в скором времени превратиться в полноценную, красивую и целостную структуру.

— Всё хорошо, деда, — озвучил я ему результат «осмотра», вернувшись в себя. — Доспех выравнивается.

— Сколько ещё, Лешка? — поинтересовался дед.

— Думаю, три-четыре дня, не меньше.

— Ну, ладно… — заметно расстроился он.

— Извини. Быстрее не умею… — улыбнулся я.

— Да понимаю я всё, — хлопнул он меня по плечу. — Давай уже в дом пойдём, может, вечерком ещё погуляем, да в баню сходим.

Через час приехали Прохор с Лесей, которые привезли с собой и мои вещи. Пока прислуга разбиралась с чемоданами, мы сели ужинать.

— Михаил Николаевич, я прошу прощения, — отвлёк нас от вечерней трапезы начальник охраны поместья, — но на воротах госпожа Вяземская Виктория Львовна, требует Алексея Александровича.

— Требует? — хмыкнул глава рода. — Значит, дадим ей Алексея Александровича. Встреть её, Миша, и проводи к столу.

— Будет сделано, Михаил Николаевич! — начальник охраны поместья кивнул и удалился.

— Накрой ещё на одного гостя, — попросил дед у горничной Натальи, указав на место рядом с Алексией.

Как же я мог забыть про Вику? И что теперь будет? Скандала между девушками явно не избежать! И я не придумал ничего лучшего, как уставиться в тарелку с салатом, тыкая в него вилкой, и на Лесю не смотреть.

— Алексей Александрович! Не ёрзайте! — сказал мне дед. — Ведите себя достойно!

Минут через пять появилась Вика в сопровождении начальника охраны. Дед, Прохор и я встали.

— Виктория Львовна! — подошёл к девушке дед. — Очень рад познакомиться! Позвольте представить вам Алексию, соседку моего внука. — Леся встала и обозначила лёгкий кивок. — Со всеми остальными, я так понимаю, вы знакомы?

— Да, Михаил Николаевич, — улыбнулась Вика.

— Отлично! Прошу к столу. И не вздумайте сказать, что не голодны! — он подвёл девушку к её стулу и помог усесться. — Приятного аппетита!

Надо было отдать должное главе рода — атмосфера, которую он сумел создать во время трапезы, была очень лёгкой и непринуждённой. Все разговоры крутились вокруг предстоящих гастролей Алексии и выставки картин Хмельницкого, ажиотаж вокруг которой всё не спадал. Дед даже прозрачно намекнул, чтобы я вместе с Алексией сводил Вику в галерею.

— Виктория Львовна, — обратился старик к девушке в конце ужина, — у нас по планам сейчас прогулка, а потом банька. Так что оставайтесь-ка вы с ночёвкой, дом большой, нечего по темноте в Москву возвращаться.

— Спасибо за предложение, Михаил Николаевич! — кивнула Вика. — Пожалуй, я воспользуюсь вашим гостеприимством.

— Отлично, — заулыбался дед. — В комнату вас сейчас проводят и вещи какие-нибудь подберут. Встречаемся в холле через полчаса.

Забежав к себе и быстро переодевшись, я направился в комнату Леси, которая была напротив моей. Постучавшись и услышав «Войдите!», я открыл дверь и зашёл внутрь. Девушка как раз надевала курточку от своего белого спортивного костюма.

— Лесь, ты ведь всё поняла? — Она кивнула. — Могу я рассчитывать на твоё прощение?

— Лёш, скажу прямо, — девушка села на стул. — Вся эта ситуация мне очень неприятна. Оправдывает тебя только одно, клятв верности ты мне не давал. Так что давай не будем ругаться, жизнь всё расставит по местам. Договорились?

— Договорились, — расстроенно кивнул я и вышел из Лесиной комнаты.

Когда мы все наконец собрались в холле и вышли на улицу, Вика, в чуть великоватом спортивном костюме, как-то незаметно оказалась рядом, взяла меня под руку и чуть придержала.