У меня дёрнулась рука, и серебряные приборы звякнули. Здесь?! Но Миннифер сказала, что они мертвы! Она солгала? Разгоревшаяся надежда опалила меня изнутри. Как будет здорово, если холодный приём прошлой ночью окажется просто странной маленькой шуткой, и моя семья на самом деле ждёт меня, и скоро я их всех увижу!
— Она не понимает, — покачал головой мистер Гренуй, словно обращаясь к самому себе. — Ей придётся увидеть. — Он обернулся к миссис Кантакер: — Изби, вы не могли бы открыть обеденный зал?
Миссис Кантакер окинула нас обоих взглядом, в котором читалась мрачная и возвышенная скорбь, как если бы её попросили выполнить некое страшное поручение. Затем она поднялась и плавно прошла к двери, вытащив из складок одеяния связку ключей. Их было великое множество, всех форм и размеров, они висели на бархатном шнурке и тихо позвякивали.
— Следуйте за мной, — ответила миссис Кантакер.
Мы пересекли холл и подошли к высоким позолоченным дверям. Миссис Кантакер отперла их и толкнула одну створку, за которой открылась тёмная глухая комната. Шторы на окнах были опущены, и только тонкий луч утреннего солнца проникал сквозь верхнее круглое окошко, почти целиком закрытое листьями ползучих растений.
— Они здесь, — зловеще сказала миссис Кантакер, отойдя в сторону. — Прошу, входи. Присоединяйся к ним.
Я, вся дрожа, оглядела комнату. На люстрах пауки соорудили целые города, между ними висели мосты и дороги из паутины, а окна обрамляли словно серые шторы. Я отвела в сторону паутиновую вуаль и шагнула в сумрак комнаты. Ноги сразу окутала многолетняя пыль, мягкая, как шёлк.
Я ничего не слышала, ни единого вздоха. Только иногда снаружи курлыкали голуби да где-то за стенами бегали крысы. Я подошла к столу. В нос ударил отвратительный запах, и между высокими спинками кресел я увидела горы сгнившей еды: заплесневелые, протухшие фрукты, размякший пирог, окорок, кишащий мухами и поблёскивающими червями. Я закрыла рукой рот и нос… И тут внезапно увидела их: Бриджборнов, сидящих на своих местах.
Они как расплавленные свечи растекались по стульям и скатерти. Капли восковой сине-серой субстанции замерли на кончиках их пальцев, на носах и чёрных парчовых рукавах. Но вещество только окутывало их словно кокон. Тела под ним идеально сохранились, глаза смотрели как из-подо льда замерзшего озера. Во главе стола сидела высокая женщина с крючковатым носом. Слева от неё — мальчик в очках, справа — девочка, на вид немного старше меня.
Во мне боролись отвращение и любопытство, и я медленно подошла к стулу девочки. В отличие от остальных, её черты сквозь странную вуаль я различала очень чётко. У неё были золотистые волосы и лицо в форме сердечка. Глаза — зелёные, точно сосновые иголки, — были широко раскрыты, а губы изогнулись в загадочной улыбке, как если бы смерть вовсе не застигла её врасплох. Я протянула руку, чтобы коснуться окутывавшей её субстанции — она была твёрдая и холодная как мрамор.
Я повернулась и, в ужасе посмотрев на миссис Кантакер и мистера Гренуя, замерших у дверей, опрометью выбежала из комнаты, пыль и паутина взвились позади меня.
— Что с ними произошло? — прошептала я, как только оказалась в сравнительно светлом холле. — Как они умерли?
Миссис Кантакер закрыла дверь и резко повернула ключ.
— Эфинадум Мульсион, — сказала она. — Отвратительное заклинание. Мгновенно убивает жертву: каждая пора, каждый орган и каждая жила заполняются неизвестным веществом, которое невозможно сломать, расколоть или растопить. Бриджборны сидели, наслаждаясь превосходным ужином… а в следующий миг оказались мертвы. У них не было ни малейшего шанса защититься.
Я уставилась на закрытую дверь:
— Это моя мама? Мои мама, брат и сестра?
— Это твои приёмные брат и сестра — если ты действительно та, за кого себя выдаёшь, — сказала миссис Кантакер. — Джон и Грета Бриджборн не кровные дети Джорджины.
— Зита была её первым и единственным ребёнком, — тихо сказал мистер Гренуй. — Мне жаль, что тебе пришлось вот так их увидеть.
Я сглотнула, у меня ныло сердце. Я не знала этих людей. Но должна была знать. Я должна была их знать всю свою жизнь, а теперь уже никогда не узнаю.
— Большинство слуг сбежали, когда поняли, что произошло, — сказала миссис Кантакер. — Они предполагали, что это значит.
— То есть? — спросила я.
— То, что подобное заклятие было произнесено именно в этом доме, а не в каком-то другом. Доме, который должен был стать цитаделью в войне против тёмных сил. То, что нечто пробралось внутрь, миновав лес, соль, железо и древние защитные чары, и уничтожило одну из самых могущественных ведьм в мире, чуть ли не истребив весь её род.
— Получается, их убили! — вскричала я. — И они просто сидят здесь?! Разве мы не должны пойти в полицию?..
— В полицию? — миссис Кантакер прыснула и прикрылась рукой — жест, на мой взгляд, по-детски глупый для такой элегантной и утончённой дамы. — И чем они нам помогут? Листовки на столбах? Объявления в газете: «Разыскивается опасный преступник, прекрасно владеющий хитроумной тысячелетней магией»? Прибереги гениальные идеи для своего дневника, девочка. У мира смертных нет власти над врагами Бриджборнов.
Я посмотрела ей в глаза — презрение в её голосе глубоко меня задело.
— Но кто это сделал? — спросила я. — Как убийцы пробрались внутрь, и что, если… — Я запнулась, прежде чем закончила фразу. — Что, если они до сих пор здесь?
— Зита, — мистер Гренуй вышел вперёд и взял мои ладони в свои, — я понимаю, что ты из Криктауна и твои знания о тонкостях колдовства и загробном мире оставляют желать лучшего. Но крайне сомнительно, что убийца — человек. И вообще живое существо. Очень немногие способны наложить это заклятие, и никто из них не бродит по землям живых.
Я моргнула, чувствуя себя потерянной в огромном холле, где под ногами у меня чёрно-белые плиты, а наверху нарисованные крылья чёрных дроздов образовали корону над моей головой. Миссис Кантакер смотрела на меня, ключи позвякивали у неё в руках.
— Вы имеете в виду… — сказала я сдавленным голосом, — что убийца — призрак?
— Боюсь, что так, — кивнул мистер Гренуй и, вытащив из кармана часы, церемонно сверился с ними. — Но сейчас тебе не стоит об этом беспокоиться! Нет-нет. Для беспокойств у тебя будет ещё много времени. Я счастлив сообщить, что составил все документы, и мы сию секунду оформим тебя как новую хозяйку замка Блэкбёрд. Идём сюда, скорее!
Когда мы всё дальше уходили от жуткой комнаты, мне казалось, что у меня онемело всё тело. Но даже в таком полубессознательном состоянии я слышала, как шепчутся мистер Гренуй и миссис Кантакер: её голос звучал низко и колюче.
— Давайте не будем забегать вперёд, Чарльз, — тихо сказала она. — Я не допущу, чтобы в этом доме появилась самозванка, особенно когда на карту поставлено столь многое. — Она обернулась ко мне и склонила голову набок, отчего я сразу вспомнила жутких голубых соек в саду миссис Боливер — они так же смотрели на вырывающуюся жертву, прежде чем разорвать её на кусочки. — Прежде всего остального следует провести небольшую проверку.